ЛЕГЕНДА:

Текст – Рассказ

«Текст» – Речь

(Текст) – Мысли

'Текст '– Воспоминание

<Текст> — Беседа в прошлом

**Текст – звуковые эффекты

(*Текст) – примечания к переводу

Глава 6

1.6. ИМПЕРАТОР, КОТОРЫЙ НЕНАВИДИТ СВОЮ ИМПЕРАТРИЦУ

*

*

*

Безусловно, слова Императора были правильными.

После визита Императора во дворец Императрицы, все дела велись с большой поспешностью. Как только всё было готово, была назначена и сама дата церемонии признания второй Императрицы.

Гортен задумался о том, не намеренно ли Императрица затягивала работу. Он также гадал, как же она все таки убедила Герцога, ведь тот больше не посещал дворец.

«Вот видишь, я был прав. Если Императрица захочет — она всё сделает.» — Говоря это, Карллой выглядел довольно беспокойным. Старший слуга решил промолчать.

После посещения дворца Императрицы, Карллой чувствовал себя скверно. Он часто ловил себя на том, что вспоминал внешний вид Ивонн, которая, казалось, сошла с ума.

(Какого черта она делает это? Какой смысл вредить себе? Почему она ведёт себя словно сумасшедшая?)

Император на мгновение перестал читать отчёт из дворца Императрицы и обратился к своему слуге:

«Подожди-ка, Гортен. Дата проведения церемонии уже назначена?»

«Да, Императрица уже назначила дату…»

«… Императрица сама выбрала дату? Не могла же она об этом забыть…»

День, назначенный для церемонии второй Императрицы, был датой годовщины смерти Герцогини Деллуа. Это был день, когда умерла жена Герцога и биологическая мать Императрицы.

Карллой не хотел знать эту бесполезную информацию. Однако, случилось то, что сделало этот день незабываемым. Вскоре, после восшествие на престол, Карллой под разными предлогами, начиная от налоговых расследований и заканчивая расследованиями по поводу нелегальных импортных товаров, перевернул с ног на голову владения Деллуа.

В первую очередь он с войсками, отобранными у Герцога Деллуа, исследовал его земли и поместье. К сожалению, ничего полезного из этого не вышло. Все сводились к мелким обвинениям, и ничто не могло привести к конфискации имущества или лишению должности.

Но именно в тот день была годовщина смерти Герцогини. Герцог Деллуа на протяжении нескольких дней творил беспредел в Императорском дворце, спрашивая, как Карллой мог устроить ему столь жестокое наказание в годовщину смерти его жены. Он считал, что Карллой намеренно выбрал эту дату. (**п.п. Кто не понял: Карллой сделал обыск в поместье Деллуа на годовщину смерти Герцогини)

Карллой же послал ему в ответ лезвие от гильотины, использовавшейся при исполнении смертного приговора. Тем самым он дал понять, что не остановится, пока Герцог не умрёт. Затем, дворяне восстали, словно ожидали подходящего момента.

По их словам, всё это происходит из-за того, что Карллой — безрассудный Император. Они заявили, что не станут служить Императору, ступающему по пути краха империи, и потребовали, чтобы он принёс извинения верному Герцогу и воздал почести верному слуге. Карллой никогда не забудет этот день.

(Раз Герцог был таким своевольным, скорее всего его дочь ничем не отличается. Однако дата церемонии второй Императрицы совпадает с датой смерти Герцогини. Неужели она собирается устроить празднование в день смерти своей матери?)

«Давайте объявим всё как есть.»

(Она никак не могла забыть день смерти своей матери.)

Начиная с восшествия Карллоя на Императорский престол, их отношения были холодными, ведь он пытался подловить Герцога при любой удобной возможности. Трудно было сказать, Императорский ли это дворец, или место, где дерутся дикие животные. Однако, после появления Императрицы в жизни Герцога, тот стал проявлять небывалую жестокость. И, было бы неудивительным, если бы Карллоя сразу же отравили.

И вот, несколько дней подряд беспрерывно лил дождь. И этот день ничем не отличался. Заседание по поводу церемонии второй Императрицы проходило в отдельном дворце с обратной стороны, поскольку потолок дворца, где изначально проводилось собрание по Императорским делам, обрушился.

А Карллой, который ненавидел дождь, чувствовал себя ещё хуже по дороге на собрание. То же самое можно было сказать и о Герцоге Деллуа, который был в плохом расположении духа. Другие дворяне, наблюдая за молчаливым и мрачным Герцогом, понемногу повышали голос.

От введения Императрицы... Как он собирается вернуть столь поверхностную имперскую систему? Это бессмысленно... Это неуважение к дворянству...

Голоса дворян звучали настолько громко, что заглушали шум дождя. Карллой только рассмеялся, словно он был влюблённым сумасшедшим.

«Разве никто из вас не видел Киану? Как я могу сохранить свой рассудок, смотря на такую красоту? Судя по тому, что вы не понимаете мои чувства, похоже, что у вас у всех был политический брак?»

Дворяне замолчали, словно то, что он сказал, было абсолютной правдой.

Они могли сказать Императору, что его действия были неправильными, но никто бы не осмелился спросить, не сошёл ли он с ума. Иначе, их бы в тот же час приговорили бы к смертной казни на гильотине. Дворяне отчётливо помнили, как Карллой самолично преподнёс гильотину Герцогу Деллуа. Герцог же мог отказаться от подарка, остальные же дворяне обязаны поблагодарить и принять его как подарок от самого Императора. (*п.п. Мне нравится этот уровень троллинга)

Даже Маркиз Роден, чья дочь стала второй Императрицей, ещё ничего не предпринял по этому поводу. Что уж говорить о других дворянах. Когда пешки не смогли выполнить свою работу, Герцог Деллуа, наконец, открыл рот.

«Ваше Величество, это касается Императрицы. Если в нашей стране можно так поступать со своими жёнами, то она скоро…»

«Ох, неужели рухнет? Если лишь из-за появления второй Императрицы страна развалится, то так тому и быть.»

«Двести лет подле Императора была только одна женщина! Что вы будете делать, если люди взбунтуются?»

Карллой улыбнулся, смотря на Герцога.

«К тому же, по столице уже поползли слухи, что вскоре всеми делами во дворце займётся леди Роден. При живой действующей Императрице!..»

«Ох, Герцог, Герцог…»

В ответ на легкомысленные призывы Карллоя Герцог Деллуа замолчал.

«Не вы ли вечно донимали меня беспокойствами о слабом здоровье дочери? Ни раз и ни два Вы беспокоили меня по этому поводу? Кроме того, разве не Вы привели во дворец частного врача только потому, что Вам не нравится дворцовый врач?»

Герцог Деллуа прикусил губу, потеряв дар речи.

«Я понемногу доверяю ей нетяжёлую работу, учитывая состояние Императрицы. Чего же, черт возьми, хочет Герцог?»

«Ваше Величество, я…»

«Или «болезненность» была лишь обманом?»

«Нет, это не так, Ваше Величество…»

Лицо Карллоя выглядело искренне невинным, как будто он и вправду ничего не знал. Герцог нахмурился, показывая, что его раздражает такое бесцеремонное отношение. Карллой же продолжал нести свою красноречивую речь.

«Императрица никогда не жаловалась, так как понимает искренность моих чувств.»

«Но Императрица определённо…»

«Да-да, я понимаю. Вы хотите донести, что обязанностями Императрицы должна заниматься только официальная жена, понимаю.»

Карллой прервал высказывания вельможи с кислым лицом.

«Я хотел поручить работу Императрице. Однако, меня сильно тревожит, что её хрупкое тело может не выдержать большой нагрузки.»

Герцог в гневе прикусил губу, когда услышал столь наглую ложь. И ежу было понятно, что Император делал все это далеко не для Императрицы.

«И нам очень повезло, что Киана самоотверженно согласилась облегчить ношу Императрицы. Они могут разделить обязанности, и тогда я буду спокоен о здоровье жены.»

Было очевидно, что он деликатно отстранит Императрицу от своих обязанностей.

«К тому же, подготовку церемонии я доверил действующей Императрице. И у неё неплохо получается.»

Карллой бессовестно выпендривался. В этом не было ничего плохого ведь он был Императором. Именно Карллой лучше всех использовал закон в Кроитане.

Дворяне с озадаченными лицами избегали взглядов. Однако Герцог Деллуа не был человеком, что запросто это проигнорирует. Он покраснел от гнева и закричал.

«Говорите, что организацией занимается Её Величество? Тогда, я скорее поверю, что моя дочь сошла с ума!»

«...Что, черт возьми, Вы хотите сказать? Думаете я лгу о том, что Императрица сама выбрала дату? Хотите сказать, что это сделал я?»

«Только потерявший разум человек назначит праздник на день смерти матери! Несколько лет назад вы не постыдились устроить обыски в моём поместье. Как вам не стыдно оскорблять меня тем же образом?!»

Наступила ужасающая тишина. Герцог Деллуа бывает бушует перед Иператором,но уже давненько он не кричал так громко.

То, как дворяне глотали слюну, было слышно сквозь леденящую душу тишину. И только спустя некоторое время Карллой открыл рот и заговорил:

«…Герцог, вы что, сошли с ума?»

Слова Императора не отличались изяществом. Сумасшедший Герцог или нет, но на этот раз реакция Карллоя вполне оправдана, ведь именно Герцог зашёл слишком далеко. Начиная от того, что на публике тот часто называл Императрицу «моя дочь», и заканчивая тем, что относился к Императору как к человеку, разыгрывающему трюки за спиной Императрицы. Если лет пять назад на это бы просто закрыли глаза, то сегодня это переходит все границы.

«Кажется, годы не пощадили ни вас, ни ваш разум. Похоже,будто у вас начинается старческий маразм.»

«Старческий маразм? Старик? Ваше Величество…»

«Так сложно понять, что мне плевать на годовщину смерти вашей жены? Прекратите этот вздор. Я больше не могу этого выносить. Собрание окончено.»

Никто не осмелился помешать Карллою покинуть здание. Все боялись страшного гнева Императора.

«Этот старик точно сошёл с ума.» — пробормотал Карллой. Он был в ярости и не мог выносить нелепых придирок Герцога.

(Крови убитых им людей хватило бы на целую реку. Что такого особенного в смерти его жены? Она же умерла в результате несчастного случая.)

Гортен изо всех сил старался поспеть за Карллоем, который в гневе лишь ускорил шаги. Император остановился у входа в пристройку, куда заливал дождь. Стоило Гортену оглянуться, как сопровождающие принесли большие зонты.

«...Ваше Величество, Вы колебались, потому что знали, что это была годовщина смерти Герцогини, верно?» — спросил Гортен сквозь шум дождя. Карллой не ответил, но слуга заранее знал об ответе.

«А не могла ли Императрица специально выбрать такую дату?..»

«На что ты намекаешь?»

«Чтобы дать Герцогу ещё один повод выступить против вас, Ваше Величество.»

Это было разумное сомнение, но Карллою сложно было с ним не согласиться. Он лишь посмеялся со своих мыслей, ведь вряд-ли она так поступит. Что он на самом деле знает об Ивонн? В последний раз Карллой был резок с ней во дворце Императрицы. Возможно, её это задело, и она захотела расширить власть Герцога. Чем больше он думал об этом, тем больше ему казалось, что это вполне обоснованная гипотеза. Иначе почему и для чего она выбрала именно этот день?

Издалека к Гортену подошёл слуга и что-то прошептал ему.

«Ваше Величество, Леди Роден просит об аудиенции.»

«Роден? Предай, что я буду ждать её в саду. Я бы не хотел, чтобы кто-то нас увидел.»

Энтура, крытый сад при пристройке, славился своим великолепно выполненным стеклянным потолком и был самым любимым у Императоров династии Кроитан. Но нынешнего Императора не особенно интересовало это место, поэтому он обычно не посещал его. Хотя, войти туда могли только те, кому разрешил сам Император. Поэтому, визит туда был весьма символичным.

Карллой направлялся через императорский коридор во внутренний сад. Внезапно тот остановился, заставив Гортена и других сопровождающих распутать свои шаги и тоже остановиться.

«Ваше Величество?..»

Карллой взглянул на парадный вход закрытого сада Энтура.