Он не стал избегать моего взгляда. Более того, смотрел на меня сверху вниз, словно изучая.

— Кровь ваших сородичей, пролитая в прошлом? Что это значит?

Говорить о том, что меня пытались убить из-за коллективной ответственности… звучит, будто когда-то его соплеменники проливали кровь из-за людей. Но кроме истребления огров во время Первой Войны Рас, я впервые слышу о каком-либо серьёзном противостоянии между людьми и иными расами.

Я думала, что не смогу прочесть его эмоции, но в его колеблющихся, холодно пылающих глазах ясно читались ярость и печаль. Он какое-то время молча смотрел на меня, а затем молвил холодным голосом:

— В той истории, которую изучают человеческие дети, не осталось и следов крови, пролитой другими расами. Всё переписали под человеческие стандарты.

Я не смогла ответить сразу. Моих знаний было слишком мало, чтобы судить об истине. И в этот момент меня посетил вопрос: почему редкие, неизвестные миру иные расы находятся под присмотром и защитой именно в этом герцогском замке? По какой причине?

Мужчина обратился к мальчикам, лежавшим на полу и украдкой наблюдавшим за происходящим:

— Близнецы, вставайте. Вы тоже перегнули палку.

Те, пошатываясь, поднялись. Испуганно прижавшись к стене, они крепко держались за руки. Старший вампир продолжил:

— Мне самому не нравится, что этот превратился в собачонку людей, но вы должны понимать: без него некому будет прочёсывать территорию днём.

— Кайли…

Тем временем Джерард уже поднялся. Сквозь наполовину разорванный мундир виднелась его крепкая грудь. Он тыльной стороной ладони вытер кровь с губ.

— Я обязательно найду камень…

Вампир по имени Кайли какое-то время смотрел на него, затем отвернулся, но, словно вдруг что-то вспомнив, сказал, не оборачиваясь:

— Ах, человек…

Мне пришлось довольствоваться видом его спины. Он продолжил:

— Если собираешься запереть меня в комнате наказаний, лучше сделай это уже завтра. Иначе возникнут проблемы с кое-какими важными делами.

Комната наказаний? Что это вообще такое? Кажется, близнецы тоже что-то упоминали об этом…

Но Кайли не стал отвечать на мои вопросы и, прихватив близнецов, ушёл. Перед тем как исчезнуть, мальчишки, будто сговорившись, обернулись. Они впились в меня сложным, трудно читаемым взглядом, но тут же отвернулись, побежав вслед за старшим братом.

— Угх…

В этот момент Джерард застонал и снова осел на пол. Присмотревшись, я поняла, что его раны куда серьёзнее, чем казались. К тому же кровь почему-то не останавливалась — на полу уже собралась приличная лужа.

Я в ужасе воскликнула:

— П-почему кровь не останавливается?!

— Чтобы легче было питаться, у вампиров есть техника, которая не даёт крови жертвы останавливается.

— Разве это не опасно?

— В данном случае – нет… Но ещё один удар был бы опасен.

Джерард попытался встать и подойти ко мне, но снова рухнул. Я быстро оторвала длинный рукав ночной рубашки и перевязала его рану. Оборотень взглянул на меня.

— Нужно хоть что-то предпринять, — я будто пыталась оправдать свои неряшливые действия.

— Спасибо…

Он пострадал от опасной техники, оставлять его просто так нельзя. Я быстро вытащила святой меч из пола, вложила его обратно в ножны и, сворачивая принесённый платок, стала кричать:

— Фантом! Фантом!!! Ты где?!

Видимо, просто бросил меня. Если бы он мог помочь физически, он бы не оставил меня одну.

— Фантом… Скорее всего, пошёл звать Мэла.

— Мэла?

— Ночного привратника, владеющего Лунным ключом, — тихо пояснил Джерард.

Не успел он закончить, как со стороны стены послышался шорох, и там, где прежде не было ничего, появилась дверь. Из неё вышел сереброволосый мужчина с косой чёлкой, закрывающей один глаз. Сощурив похожие на кошачьи глаза, он посмотрел на Джерарда и бросил:

— Ты что, помереть решил?

— Нет… — уныло ответил Джерард.

Мэл неспешно подошёл и без колебаний наступил на его спину.

— Угх… — вырвалось у того.

Мэл повернулся ко мне. Я видела его раньше только спящим днём, поэтому лишь слегка склонила голову в знак приветствия. Для представлений обстановка была не та.

Но привратник, взглянув на меня, будто сразу понял, кто я, и спросил Джерада:

— Зачем ты втянул новенькую? У неё даже артефакта ещё нет. Она могла погибнуть.

Оборотень, опустив голову, пробормотал:

— Я говорил не делать этого… Видимо, фантом самовольно позвал её.

— Хватит из-за своего чувства вины втягивать людей. Это мешает работе.

Нога давила всё сильнее. Джерард застонал, но не сопротивлялся. Видно, понимал, что заслужил. Затем Мэл оставил его и подошёл ко мне. Протянув руку, он сказал:

— Сама до комнаты не дойдёшь, да? Я провожу.

— Ах… хорошо. А как же Джерард?

— Этому идиоту полезно немного поболеть.

— Всё же…

Когда я посмотрела на Джерарда, он уже поднял голову и, не зная, что сказать, неловко провёл рукой по своим серебряным волосам. Затем тихо извинился:

— Прости, что втянул…

— Всё в порядке…

Если бы не пришла, его жизнь была бы под угрозой, так что выбора у меня не было. Но меня всё ещё тревожило, что слова Фантома и Кайли не совпадали. Фантом говорил, что ситуация была смертельно опасной, а Кайли утверждал, что это всего лишь жестокая детская шалость и что волка не так легко лишить жизни.

В любом случае, Джерард выжил, а значит, всё не зря… Хотя первый день выдался сумбурным, хорошо, что всё закончилось без смертей.

— Давай быстрее, — поторопил меня Мэл.

Только тогда я заметила, что он всё ещё протягивает мне руку. Я согласно промычала и протянула свою, но он взял лишь кончики моих пальцев. Что ещё за новый способ держаться за руку?

Я пошла за ним к стене. Мэл достал из кармана Лунный ключ, вставил его в пустую стену и повернул. Там появилась дверь. Он привычным движением открыл её и вошёл внутрь.

За дверью оказалась моя комната. Смятые простыни, большой рюкзак в углу — всё осталось таким, каким было, когда я выбегала в спешке. Хотя я провела здесь совсем немного времени, после мрачного подземелья знакомая комната вызвала странное чувство возвращения к обычной жизни.

Я думала, что Мэл уйдёт сразу, но он закрыл дверь, ведущую в подземелье. На её месте снова появилась обычная. Похоже, магия ключа связала подземную стену с дверью моей комнаты.

— Устала?

— А? Ах… да.

Я не стала притворяться, что со мной всё в порядке. Никак не ожидала, что в первый же день почувствую реальную угрозу жизни. Спина, ударившаяся о стену, всё ещё болела.

Когда я криво усмехнулась, Мэл отрезал:

— Запомни. Джерард — идиот.

— Простите?

Я застыла, не зная, как реагировать на внезапную ругань в адрес старшего коллеги. Что это вообще сейчас было? Он о ситуации, что тот не сопротивлялся и пострадал из-за близнецов?

— Я слышал о тебе от Пэла, — продолжил он. — Сэра, да?

— Верно. А вы Мэл?

— Ага.

Перед глазами встал образ Пэла с его солнечно-яркой улыбкой. Мэл же был спокойным, холодным, как луна, но при этом странным образом тёплым, если смотреть на него долго. Они работали посменно, и раз сейчас была ночь, на страже врат стоял именно мужчина, стоящий сейчас передо мной.

— Сэра, — серьёзно посмотрел на меня Мэл. — Дам тебе один совет. Не доверяй нелюдям.

— Что? О чём вы?..

Вампиры вроде Кайли и близнецов — это понятно, но Джерард и Фантом тоже относятся к иным расам.

— Не путайся в том, что важно. Мы их защищаем и управляем ими, но не занимаемся благотворительностью. Запомни это. Не пытайся жертвовать собой. Если чувствуешь опасность, отступай. — нахмурился Мэл. — Удовлетворить все желания иных рас невозможно. В прошлом произошло многое, и среди них немало тех, кто ненавидит людей. Здесь собрался весь хаос, рассеянный по миру. Если позволишь затянуть себя во всё это, не выдержишь.

В его словах был смысл. Я ещё не встречала многих иных рас, но удовлетворить всех и правда невозможно. Я, как и сказал Мэл, обычный человек. Могу делать лишь то, что мне по силам.

И всё же… Некое беспокойство не отпускало, с моих губ невольно сорвался вопрос:

— А если они окажутся в опасности? Разве защита — не часть моей работы, наряду с управлением?

— Если ты так решишь, значит, это будет твоим решением. Но те, кто здесь заперт… нет, те, кто находятся под защитой Бюро, вовсе не слабаки. Всё думаешь о ранах Джерарда? За день заживут.
А вот ты — совсем другое дело…

Мэл шагнул ближе и осторожно приподнял прядь моих волос справа, стараясь не касаться лица.

— Вот, например, эта царапина, — не отрывая глаз от моей щеки, сказал он.

Я вспомнила, как один из близнецов слегка задел меня. И только осознав это, почувствовала лёгкое жжение. Мэл тут же убрал руку.

— Ушибы, порезы… они ведь плохо заживают. Мы же люди.

Я не могла выдавить из себя и слова.

— Если опасно, — продолжал он. — Отступай и перекладывай ответственность на замдиректора или директора. К счастью, наш директор — человек влиятельный, разберётся.

Директор… Он имеет в виду герцогиню Айзен, владелицу этого замка? Но почему-то спокойнее на душе не стало. Неужели в прошлом здесь произошло что-то серьёзное?

Слова Мэла были тёплыми по отношению ко мне и холодными по отношению к иным расам. Будто для них и для людей у него существовали совершенно разные мерки.

Продолжение следует...