— А-а-а, спина… шея… всё так ломит…

После того как Хан Джэхи скатился по лестнице с первой палубы на нулевую, он схватился за бока и застонал.

Благодаря старому грязному ковру, покрывавшему ступеньки, и своей удивительной живучести, он не сломал ни одной кости, но каждая мышца ныла. Его конечности, уже измученные безумной гонкой, отказывались подчиняться.

— За что мне всё это? А-а-а, сахар в крови упал… Я так голоден…

Он еле-еле спустился по последним ступенькам и ступил ногой на пол нулевой палубы.

— Буэ! – Хан Джэхи прикрыл рукавом рот и нос, – Что это за вонь?!

Запах гнили пропитывал всё вокруг.

Первый этаж был далёк от ароматного места – там висел затхлый, сырой запах, – но по сравнению с этим он казался парфюмерным магазином.

— Они вообще здесь не убирают и не проветривают?! Даже в тюрьме нужна хотя бы минимальная гигиена, если хочешь дожить до долгой, хоть и болезненной жизни… а?

Зажимая нос, Хан Джэхи огляделся и наконец заметил, насколько темно вокруг.

На первой палубе светило естественное освещение и работали потолочные лампы, но здесь, на нулевой, все окна были забиты стальными листами, а лампочки разбиты.

И в этой сыроватой, тошнотворной темноте…

Вдруг он с ужасом понял, что с потолка что-то свисает.

Скрип… скрип…

Каждый раз, когда лайнер раскачивался на волнах, предмет слабо покачивался из стороны в сторону.

Постепенно его глаза начали привыкать к полумраку, и тогда Хан Джэхи наконец понял, что это такое.

— Тело?..

Скелет. Гниющий скелет, подвешенный за шею, ужасающе покачивался.

Через секунду Джэхи заметил ещё кое-что. По всему пространству коридора этой палубы скелеты висели в ряд, покачиваясь во тьме.

— …

Запах гнили больше его не беспокоил. Его разум замер, перегруженный куда более сильным шоком. Вид этих трупов, выстроенных в одну линию и качающихся в унисон, словно маятники, в такт движения корабля, был невероятно жутким.

— Что это за место?..

И тут…

Тук, тук.

Без предупреждения, без звука, холодная рука внезапно похлопала его по плечу сзади.

Тело Джэхи судорожно дернулось от ужаса, и он вскочил в воздух.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А?!

Он резко обернулся. Перед ним стояла женщина с растрёпанными белыми волосами и смотрела на него ледяными голубыми глазами.

Она выдохнула морозной дымкой и ледяным голосом спросила:

— Что ты здесь делаешь?

Едва не потеряв сознание, Хан Джэхи собрал все остатки сил и закричал:

— МАМА-А-А-А! ПРИЗРАК!

Женщина ответила:

— Да.

— Что?..

— Это я.

Держась за бешено колотящееся сердце, Хан Джэхи заставил своё трясущееся тело успокоиться и сосредоточился.

Перед ним стоявшая женщина показалась ему странно знакомой. Эти взъерошенные белые волосы. Те одинокие голубые глаза. И сигарета, свисающая с её губ…

Наконец-то узнав её, Джэхи был так потрясён облегчением, что у него навернулись слёзы, и он вскрикнул:

— Призрачная Ведьма?!

***

Нулевая палуба. Также известная как «Самое Дно».

Центральный сектор. Комната отдыха охраны.

Скри-и-и-ип…

Ведьма открыла старую, облупленную дверь и жестом указала назад.

— Заходи.

Хан Джэхи неуверенно последовал за ней внутрь, вытягивая шею, чтобы осмотреть помещение, помеченное надписью «КОМНАТА ОТДЫХА ОХРАНЫ».

Когда эта палуба ещё функционировала, это была комната для перерывов охранников, но после того, как они полностью покинули нулевую палубу, помещение пришло в запустение и теперь было покрыто толстым слоем пыли.

— Эм… разве это пространство не предназначено для сотрудников? Нам вообще можно здесь находиться?

— Они все сбежали, а я с тех пор сама исполняю роль надзирателя здесь внизу. Никто не станет возражать против того, что я пользуюсь этой комнатой.

Роясь в шкафчике, Ведьма поморщилась и почесала затылок.

— Хотя… гость появился, а предложить нечего. На этом этаже никогда ничего приличного не бывает…

Она отшвырнула пустую коробку из-под растворимого кофе и, задумчиво напевая, повернулась.

— Хм… Хочешь облачное печенье? Я специально отдам тебе одно.

Вытащив из кармана сигарету, Ведьма замерла, когда Хан Джэхи энергично замотал головой.

Она зажала сигарету между своими губами, нахмурив брови.

— Ты ж не куришь?

— Нет.

— Почему?

— Хочу прожить долгую жизнь.

— Мечтать не вредно.

В мире, превратившемся в ад, где преступники составляли основную часть общества, почти невозможно было не пить и не курить, но Джэхи был одним из редких исключений.

В любом случае, услышав, что он не курит, Ведьма тоже не стала зажигать свою сигарету – просто принялась жевать её, прислонившись к стене.

— В общем… Как видишь, нулевая палуба – опасное место. Здесь содержатся «нетипичные заключённые».

— Нетипичные… то есть?

— Те, чьи способности нельзя подавить даже с помощью Подавителей Силы. Те, кто постоянно устраивает проблемы, с которыми никто не может справиться. Те, кого слишком опасно держать, но слишком полезно убивать. Вот такие заключённые.

Настоящие изгои общества, которых даже администрация тюрьмы для Пробуждённых предпочла оставить на произвол судьбы.

Именно это и есть Самое Дно – нулевая палуба, место, куда отправляют только самых безнадёжных.

Неужели и Бабушка-Ведьма – одна из таких опасных преступниц?

Как только эта мысль промелькнула в голове Джэхи, Ведьма равнодушно пояснила:

— Коридор, по которому ты пришёл, – одна из самых опасных зон на этом этаже… территория парня с позывным «Палач».

— Стрёмная кликуха.

— Этот псих распространяет психическую заразу. Одного только присутствия рядом с ним достаточно, чтобы вызвать сильнейшие суицидальные импульсы. Если у тебя сильная воля – сможешь сопротивляться. Но если слабый…

Ведьма кивнула в сторону коридора за дверью. Неподалёку были видны повешенные трупы, — Тогда блуждаешь сюда и кончаешь вот так.

— Мама…

— Ну, его способность действует на большой радиус, но в целом – фигня. Такой мелочи, вроде тебя, кабзда, но для кого-то подготовленного, он не так уж страшен.

— Х-хочешь сказать… существуют люди, которые ещё страшнее его?

Есть заключённые, более ужасные, чем тот, кто может заполнить коридор повешенными людьми? Джэхи был потрясён.

— Здесь кишмя кишат самые жестокие, извращённые монстры. Нулевая палуба – их дом и охотничья территория. Если бы тебе не повезло столкнуться со мной, ты уже давно был бы в серьёзной опасности.

— …

— В общем. Думаю, ты понял, что к чему. Это не место для новичка вроде тебя.

Ведьма скрестила руки и цокнула языком.

— Я здесь главная с тех пор, как этот корабль стал тюрьмой, но ты первый, кто катится сюда, как только попал на борт. Чё за херню ты вытворил?

— Говорю же, ничего особенного не делал…

С выражением глубокой несправедливости Хан Джэхи максимально кратко объяснил, что произошло (что для такого болтуна, как он, всё равно заняло больше десяти минут).

Ведьма слушала рассеянно, чистя ухо, но её лицо дрогнуло от удивления, когда Джэхи упомянул, что видел «след ветра».

Когда рассказ закончился, она недоверчиво цокнула языком:

— Бритва и Мисс Адовье были парой? Хах, я даже не знала.

— Разве они не были знаменитой парой? Ты правда не знала?

— В моём возрасте такое забывается. Да и вообще мне всё равно.

Ведьма фыркнула с недоверием.

— И что с того, что они были парой? Если погиб на миссии – это твои проблемы. Раз она была так дорога ему, он должен был остаться рядом и защитить её. Почему он вымещает злобу на другом заключённом, который просто оказался на той же миссии?

— Это очень рациональная точка зрения. Но Бритва-бро сейчас так зол, что не думает рационально, – застонал Джэхи, рвя свои волосы, — Что нам теперь делать? Он клянётся, что убьёт и тебя тоже, Бабка-Ведьма!

Ведьма фыркнула.

— Как будто сможет. Целый грузовик таких, как он, не смог бы и пальцем меня тронуть.

— Ну, тебе-то хорошо, потому что ты суперсильная. А мне чё делать?

— Тебе? А чё тебе делать?

— Бритва-бро прямо сейчас пытается меня разделать!

Ведьма пожала плечами.

— Да поебать мне. Разбирайся сам.

— Как это «разбирайся сам»?! У тебя тоже есть интерес в этом деле, знаешь ли!

— Что? Мой интерес?

— Мы вместе добили Мисс Адовье! Главная причина, по которой Бритва-бро так взбесился – это то, что МЫ сами закончили её, когда она превратилась в монстра!

Джэхи особенно выделил слово «мы», затем зажмурился и закричал:

— Так что… возьми на себя ответственность за меня!

Лицо Ведьмы исказилось от отвращения.

— Что ты сказал?

— Ты втянула меня в это, так что обязана взять ответственность!

— Да ты совсем ёбнулся?! Ты нарочно выбираешь такие слова, чтобы меня разозлить? А?!

Покачав головой, Ведьма наконец-то чиркнула спичкой и зажгла сигарету во рту.

Сделав долгую, наслаждающуюся затяжку, она кивнула глазами:

— Ладно. Говори. Как именно я должна взять на себя ответственность за тебя?

— Как-нибудь! Ты тут уже давно, бабка, значит, у тебя должно быть много связей, верно? Да и ты суперсильная!

— И что?

— Ты могла бы использовать эти связи, чтобы уговорить Бритву-бро, или…

— Или? Ты хочешь, чтобы я лично вмешалась и расправилась с этими ублюдками за тебя? Так, что ли?

Призрак усмехнулась.

— Послушай, Паря. Это не правильное решение.

— Правильно?..

— Представим, я разберусь с Бритвой. И что дальше? Ты думаешь, его приспешники просто оставят тебя в покое?

Хан Джэхи замолчал, и Ведьма продолжила:

— Жизнь в этой тюрьме – череда кризисов. Ты каждый раз будешь ждать, пока какой-нибудь случайный человек спасёт тебя и вытрет задницу?

— …

— Так ты долго не протянешь, глупый мальчишка, – Ведьма ткнула в него своей сигаретой, держа её между указательным и средним пальцами, — Хочешь пробиться сквозь всё это и выжить в этой тюрьме? Есть только два пути.

— Два?

— Первый: ты преклоняешь колени. Ползаешь перед теми, кто управляет каждым этажом и каждым сектором. Становишься их собакой, переворачиваешься и показываешь им живот.

— Фу…

Ведьма кивнула с кривой улыбкой.

— Именно. Ты мог выбрать этот путь, просто тихо отрезав себе один палец и предложив его Бритве. Но ты уже сделал из него врага, так что этот вариант отпадает.

— …

— Второй: ты побеждаешь их собственной силой.

Хан Джэхи наклонил голову.

— Побеждаешь?..

— Разве не только одна логика работает в этом логове зверей?

Ведьма сломала сигарету, бросила её на пол и растоптала носком сапога.

— Закон джунглей. Выживает сильнейший. Решает лишь сила.

Глаза Джэхи расширились.

— Тебе нужно всего лишь избить их всех до полусмерти. Раздавить Бритву и самому захватить первую палубу. Вот как это делается.

Он схватился за голову от ужаса.

— Так говоришь, будто как два пальца обоссать! Я чуть не сдох, пока просто убегал от них!

— …

— У команды Бритвы полно людей, и все они вооружены клинками! Как я могу один сразиться со всеми?..

— Было бы сложно, будь это битва между обычнымр людьми. Но ты – один из Пробуждённых.

Выражение лица Ведьмы стало серьёзным.

— Пробуждённый – это асимметричная сила. Способности распределены несправедливо. Любое представление о равновесии давным-давно выброшено из вселенной. А твоя способность? Она довольно сильная. Гораздо сильнее, чем у этих придурков с Первой палубы

— Но… я даже не могу сейчас использовать свою сверхскорость…

— Ты всё ещё можешь использовать один процент своей силы, даже с ингибитором. А когда научишься искусно использовать этот один процент? Ты сможешь подавить ту стаю овечек, будто у них в руках зубочистки.

Затем Ведьма хмыкнула и почесала подбородок.

— Хотя, конечно, многовато просить от ребёнка, который ещё даже не понял, в чём суть его способности…

— Т-тогда, бабуль! – после короткой паузы Хан Джэхи вдруг отчаянно воскликнул: — Прошу вас… возьмите меня в ученики!

— Чё?..

Когда Призрак уставилась на него, ошеломлённая, Хан Джэхи быстро опустился на колени.

Затем, вкладывая в голос всю возможную искренность, он снова закричал, уже отчаянным голосом:

— Прошу вас, возьмите меня в ученики, Бабка-Призрак!