Перевод: Illianna

Редактура: Astarmina

Уинтер привел ее прямо в отель «Коник». У Вайолет не было сил сопротивляться. Он уложил ее в постель, словно она была какой-то сбежавшей пациенткой.

— Я не настолько больна.

— Я знаю лучше.

Вайолет вздохнула. Уинтер положил руку ей на голову и посмотрел на нее с серьезным выражением лица.

— Значит, так сильно болит, даже несмотря на то, что еще не началось?

— Да.

— А насколько сильно болит, когда начинается?

— Примерно в два раза сильнее.

Лицо Уинтера помрачнело. Он пробормотал с замешательством:

— Вдвое больше, да.

— У меня они более серьезные, чем обычно.

— Ну, ладно. Это устроит на данный момент. У тебя совсем нет друзей?

— Почему ты спрашиваешь?..

— Я был на вечеринке вчера вечером, и ни один человек не захотел со мной поговорить.

— Ах...

Вайолет поняла, что Уинтер испытал то, через что она проходит на каждой вечеринке, и слабо улыбнулась. Он, похоже, с трудом это осознавал.

— Моя мать устроила столько вечеринок. Почему у тебя до сих пор нет ни одного друга?

Вайолет подняла голову и мгновение смотрела на него.

Это правда, что дворяне Вохоссена избегали Вайолет из-за ненависти семейства Блумингов, но была и более весомая причина.

Она не знала, какое состояние на самом деле имел Уинтер, но ей было известно, что именно он удерживал дом на плаву благодаря своим деньгам.

Тот факт, что он ни разу не появился с женой за последние три года, мог интерпретироваться только как сильная неприязнь к ней. А у дворян слишком много того, что можно было потерять, поддерживая хорошие отношения с кем-то, кто оказался на плохом счету Уинтера.

Вайолет вовсе не собиралась упрекать мужа за это. Ей понадобилось три года, чтобы окончательно принять тот факт, что он ее презирает. И этим всё сказано.

Объяснения сейчас ничего бы не изменили, они не заставили бы его передумать или пойти с ней на эти приемы. Вайолет решила, что отныне не будет ничего ожидать от него. Внутри она была слишком измучена, чтобы снова столкнуться с очередным отказом.

Она сменила тему.

— Всё равно, я встретила по дороге сюда одного знакомого.

— Кого?

— Герц...

Вайолет осеклась, прежде чем упомянуть герцогство Досс.

Если ей всё-таки не удастся получить развод, возможно, ей придётся искать убежище там. Вероятно, лучше было об этом не упоминать.

Она покачала головой.

— Ничего.

— Что ты хотела сказать?

— Ты сказал, что у тебя даже нет времени поговорить, помнишь? Я знаю, что ты занят, поэтому больше не буду жаловаться. Извини за все неудобства, которые причинила.

Вайолет больше ничего не сказала.

Теперь, когда разговор практически подошёл к концу, было бы привычным для занятого Уинтера просто оставить всё как есть. Но сегодня он сел на край кровати. Его лицо исказилось гримасой, возможно, при воспоминании о том, что произошло ранее.

— И если ты встретишь ещё констеблей, пока ты в моём теле, просто пни под зад. С последствиями я разберусь сам.

У Вайолет были сомнения насчёт того, как именно он собирается «разобраться» с этим. Вероятно, это не совсем законно. Она прищурилась, и Уинтер слегка подтолкнул её подбородок пальцем вверх.

— Никогда раньше не видел у тебя такого выражения лица.

— Какого?..

— Ну, ты выглядишь довольно злой, если честно.

Глаза Вайолет широко распахнулись, а губы слегка приоткрылись. Уинтер убрал руку и отвернулся.

— Похоже, я уже привык находиться в твоем теле. Ах да, и я заметил, что тебе нужно сменить нижнее белье, чтобы надеть платье. Я прав?

— Почему ты упоминаешь это сейчас?..

— Ты не имеешь права жаловаться. Это ты сбежала с моим телом.

Его лукавый тон заставил ее уши покраснеть. Вайолет посмотрела в сторону двери.

— Ты занят, не так ли?

— О, я уже ухожу. Не нужно выталкивать меня за дверь, — съязвил Уинтер.

Он небрежно махнул рукой, словно ребенок, и вышел из спальни.

Вайолет неосознанно подтянула простыни к подбородку. Она тяжело вздохнула.

Как тяжело ему было проводить время в её теле, если такой занятой человек находил время, чтобы уложить её в постель?

— Интересно, может, мне стоит начать заниматься спортом... — вздохнула она.

Вернувшись к себе в комнату, Уинтер начал разглядывать своё тело, которое Вайолет так непростительно запустила.

Он был аккуратным мужчиной. И не слишком следил за последними трендами, но всегда брился. Носил одежду, идеально сидящую на нём, и уделял время укладке волос.

Он знал, что привлекателен. Его внешность была для него важным активом, особенно в тех обстоятельствах, когда ему приходилось делать всё возможное, чтобы свести концы с концами.

Готовый к работе, Уинтер вышел из своей комнаты. Обычно он сразу же отправился бы на работу, но сегодня Вайолет его сильно беспокоила.

Менструальные боли, новое для него ощущение, оказались ужасными. Это чуть было не свело его с ума; его охватило непреодолимое желание что-то швырнуть и закричать.

Он не мог понять, как его жена умудряется жить с такой болью. И собирался уже уйти, но раздражённо развернулся.

— Как будто у меня и так дел недостаточно.

Он попросил Лулу открыть дверь спальни. Вайолет спала, лекарства начали действовать.

Уинтер опустился на колени у кровати и посмотрел на её лицо.

— Виолет.

Она, казалось, погрузилась в глубокий сон. Уинтер продолжил:

— Не болей, — он убрал прядь волос ей за ухо. — И не думай покидать мой дом. Просто живи здесь со мной.

Он ещё какое-то время смотрел на её лицо. Затем встал. Чувствуя себя немного глупо, он почесал шею и раздражённо произнёс:

— Странно. Мне тяжело идти на работу после того, как посмотрю на твоё лицо.

Когда он вышел на улицу, Гейл уже ждал его рядом с каретой.

— Что вас так задержало, сэр?

— Отстань.

Уинтер плюхнулся на сиденье кареты, и Гейл протянул ему приглашение.

— Они снова проводят благотворительный вечер в этом году в Канте.

Канте — монастырь, расположенный в южно-центральном регионе Лакраунда.

Монахи Канте ежегодно устраивали небольшой благотворительный вечер, где в знак благодарности дарили своим благотворителям вино собственного производства. С тех пор как он впервые попробовал это вино, Уинтер проявлял к нему особый интерес. Его конечной целью было эксклюзивно продавать это вино в новом роскошном отеле, который строился в столице.

Однако достать его для Уинтера было чрезвычайно трудно.

Проблема заключалась в том, что Уинтер долго жил, не придерживаясь ни декора, ни правил этикета. Большинство монахов в Канте имели королевское происхождение; они были разборчивы в выборе гостей и требовали высокого уровня знания условностей и формальностей.

Гейл тихо произнес:

— Знаете, сэр, если младшая госпожа... Если она умеет выполнять смену тел...

— Ты имеешь в виду, что я мог бы попросить её пойти вместо меня?

— Вы тоже об этом подумали, не так ли?

— Да, подумал, — Уинтер на мгновение задумался. — Я ещё ни разу не был с ней на вечеринке. Как думаешь, она могла бы сделать для меня что-то подобное? Она даже говорила о разводе.

— Вы правы, сэр...

— Поехали уже.

Уинтер кивнул подбородком. Вскоре он погрузился в глубокие размышления, обдумывая то, что сказал Гейл.

Это была его кровь Коник, которая делала эти обмены телами возможными. Однако, только Вайолет, казалось, знала, как их активировать.

«Как она это делает?»

Он начал перебирать прошедшие события, начиная с того момента, когда они впервые обнаружили, что поменялись телами.

***

— Уф, я не хочу домой, — сказала Вайолет, потягиваясь после пробуждения.

Она посмотрела в сторону окна, через которое весёлый луч солнца проникал в комнату. Она вспомнила, как Эш и леди Кэтрин заталкивали её в шкаф.

Судя по тому, что она слышала, Уинтер покинул вечеринку, чтобы пойти искать её, даже не попрощавшись. А это значило, что будут последствия.

Вайолет покачала головой, решив не позволять страху овладеть ею заранее.

Она приподнялась и заметила настоящую башню из шоколадных конфет на столе. Вайолет склонила голову в замешательстве. Она подтянула халат и подошла ближе. Взяв круглую шоколадную конфету из сложной и высокой конструкции, она задумалась.

«Что за...»

Вайолет начала было испытывать беспокойство, когда в комнату вошла Лулу.

— Вы проснулись, госпожа? Вы проспали весь вчерашний день. Видимо, лекарство было слишком сильным.

Вайолет обернулась и увидела торт в руках Лулу.

— Что это всё значит?

— Гейл оставил немного денег повару, чтобы тот приготовил десерт. Не знаю, сколько именно, но этот чокнутый умудрился сделать гору сладостей. Кто всё это съест? Тут ещё куча осталась.

— Значит, это ещё не всё?

— Конечно, нет! Повар был категорически настроен выбрасывать всё, что хоть немного оказалось помятым или с надломами, поэтому персонал отеля ел их на завтрак, — проворчала Лулу.

Вайолет подумала, что вряд ли сможет хоть немного сократить эту шоколадную гору и торт. Ей нужен был кто-то, с кем можно поделиться. Она села за стол.

— Я хочу отправить телеграмму. Тайно.

— Тайно? Кому, госпожа?

— Ну... она сбежала из дома, и нельзя, чтобы кто-то об этом узнал.

— Ваша подруга сбежала из дома? Ох, ну и проказница, — сказала Лулу, смеясь.