Перевод: Astarmina

Вайолет сошла с поезда в столице и вздохнула.

Ей было жаль, что она отчитала Уинтера за то, что он не мог усидеть спокойно в поезде. Сидеть на местах второго класса с его длинными ногами в стесненных условиях было действительно тяжело. Ей самой приходилось вставать несколько раз за поездку.

Шэрон сошла с поезда вместе с ней.

— Куда направляетесь, лорд Блуминг?

— Я собираюсь навестить дом Филиче.

Элла Филиче, мать Вайолет и Эша, жила на землях Филиче после смерти мужа и роспуска Королевского дома. Она любила сына гораздо больше, чем дочь, но была достаточно добра, чтобы создать для нее небольшое убежище. Разумеется, при условии, что это не будет беспокоить Эша.

Вайолет внезапно что-то вспомнила и повернулась к Шэрон.

— Я слышала, что в герцогстве Досс... выдают новые личности.

— Ах, да. У нас такое маленькое население, что новоприбывшим сразу предоставляют гражданство и новую личность. Если, конечно, они не преступники.

— Понятно, — кивнула Вайолет.

Теперь, когда она твердо решила развестись, ей нужен был план. Если она не сможет добиться официального развода, ей придется сбежать посреди ночи.

Смерть продолжала обходить её стороной, поэтому вместо этого она решилась на побег.

Она оставит все позади и отправится в путь, лёгкая, словно ветер.

Её муж вряд ли бы сильно обеспокоился, даже если бы она пропала. Вайолет с горечью подумала, что её муж был из тех людей, которые заметят её отсутствие только через три месяца.

Она прибыла в столицу около четырёх утра.

Большинство прибывших сидели на вокзале, наслаждаясь кофе и лёгкими закусками, пока ждали восхода солнца. Вайолет подумала, что было бы невежливо наведываться так рано утром, и решила тоже подождать на вокзале.

Шэрон, наоборот, вышла к главному входу вокзала, чтобы дождаться кареты отеля, которая должна была приехать за ней. Вайолет пошла с ней, чтобы проводить её.

Шэрон казалась спокойной.

— В любом случае, сэр, вы, похоже, очень хорошо осведомлены о Вайолет.

Вайолет лишь улыбнулась. Шэрон, казалось, раздумывала, стоит ли продолжать.

— На самом деле, она с ранних лет питала огромные мечты о браке. Я слышала слухи, что вы двое не особо ладили... и беспокоилась.

— Правда?..

Разве у неё действительно были такие мечты?

Пока Вайолет пыталась разобраться, так ли это, Шэрон кивнула.

— Вы знаете, как всё было. Король Лоуренс был очень занят неудачными реформами до своей смерти, а Её Величество королева заботилась только о своём сыне... Конечно, мы все в детстве о чём-то мечтаем, но у Вайолет было столько надежд на создание собственной семьи. Ни один ребёнок не любил играть в «дом» больше, чем она.

Вайолет смутно помнила, как ей нравилось играть в «дочки-матери».

Шэрон пошутила:

— Мне не нравилось постоянно быть малышом. Я хотела быть папой, знаешь? Или доктором!

Вайолет вспомнила, как Перен Досс, брат Шэрон, который был старше её на два года, играл вместе с ними. А поскольку у Шэрон упоследней был день рождения, она всегда была малышом.

Она скучала по тем временам. Она улыбнулась. Шэрон улыбнулась в ответ.

— Я так рада, что Вайолет встретила такого замечательного человека, как вы.

Карета остановилась перед ними. Вайолет торопливо сказала ей, пока она садилась в карету:

— Я скажу своей жене, чтобы она с вами связалась.

— Пожалуйста, конечно! Мой брат тоже спрашивал, как у неё дела!

Шэрон заставила её пообещать несколько раз, прежде чем уехать.

Вайолет подумала, что хорошо, что она ещё не умерла. Она забыла, что некоторые люди время от времени вспоминали о ней.

Это придало ей немного энергии. Она вошла на станцию.

К ней подошёл полицейский и нерешительно снял шляпу.

— Извините, сэр. Могу я увидеть ваши документы?

— Да, конечно. А в чём дело?

— Мы проводим случайные проверки в это время.

— Ах, понятно, — кивнула Вайолет и достала удостоверение личности из кошелька. Глаза констебля расширились.

— Боги! Вы лорд Уинтер Блуминг. Простите, что не узнал вас. Тысяча извинений!

— Нет необходимости...

Констебль побледнел. Он бросился прочь, не дав Вайолет договорить. Она смотрела ему вслед в замешательстве, пока мимо не прошел молодой человек, который обратился к ней.

— Похоже, вам не повезло этим утром.

Вайолет уставилась на него.

Мужчина пожал плечами:

— Мой отец тоже чужеземец. К счастью для меня, я прошёл отбор. У меня чёрные глаза и волосы. А вот моего отца до сих пор время от времени проверяют документы.

Виолет застыла, осознав, что значит «пройти отбор».

Чужеземцы, живущие в Лакраунде, те, у кого текла кровь Коник, имели характерные серые волосы и глаза. У Уинтера были чёрные волосы от отца и серые глаза от матери.

Муж Вайолет теперь был достаточно влиятельным, чтобы отпугнуть любого полицейского, но его внешность не прошла отбор.

***

Мать Уинтера оставила его в таверне, когда ему было пять лет, и больше никогда не возвращалась.

После этого он работал в там слугой у его владельца.

Не проходило ни дня, чтобы он не получал побоев. Избиения продолжались до тех пор, пока ему не исполнилось двенадцать лет. В это время он сбежал из таверны и направился к горам Вейделлин, о которых он слышал из разговоров.

На те небольшие деньги, которые ему удалось накопить, он купил телегу, полную кофейных зерен. Совершив опасное путешествие обратно через горы, он направился в Дом Блумингов, потому что его мать сказала, что там живет его отец.

Блуминги были ошеломлены, когда Уинтер появился на их пороге, но, увидев телегу, доверху наполненную кофейными зернами, они улыбнулись.

После его путешествия через горы, стоимость зерен увеличилась в десять раз. У Уинтера с юных лет был талант зарабатывать деньги.

В те времена Лакраунд переживал экономические потрясения, и дворянский статус уже не был волшебным решением всех проблем, каким он был некогда. Чтобы герцог Блуминг и его супруга смогли сохранить место во главе Вохоссенов (так называли себя южные аристократы), им нужны были деньги.

Однако все, что они умели, — это тратить их. Им был нужен кто-то в семье, кто разбирался в том, как работает экономика.

Пара решила принять Уинтера в семью с распростертыми объятиями, и то чувство стабильности, которое они ему предложили, было для него чем-то новым и опьяняющим.

Он продолжал покупать их любовь за деньги, ведь его новые родители продавали ему свою любовь именно таким образом.

Уинтеру исполнилось двадцать семь в этом году. Ни разу за всё это время в этом соглашении не возникало сбоев.

Однако сегодня семейство Блумингов были очень обеспокоены.

Они всегда боялись, что произойдет, когда Уинтер заведёт собственную семью. Хотя Эш был против, для них было бы лучше, если бы он развёлся с Вайолет.

Худший сценарий заключался в том, что их отношения улучшатся до такой степени, что они уедут с земли Блумингов, чтобы начать самостоятельную жизнь. А если Вайолет вдруг спросит Уинтера, почему он оплачивает все расходы родителей на развлечения...

Кэтрин попыталась стряхнуть тревогу и обратилась к мужу:

— Вайолет опаздывает.

— Ты права, — неодобрительно цокнул Джеймс. — Я знал, что она всегда притворяется больной, но не думал, что она опоздает на мой день рождения.

— Она скоро придёт. И, знаешь, она действительно немного слабовата, разве нет?

— Доктор говорит, что это чушь.

— Но ведь уже три года она... — Кэтрин не договорила, её голос стал неуверенным к концу фразы.

Рядом стоящая знатная дама шепнула ей:

— У них, кажется, никак не получается завести ребёнка, не так ли?

— Я тоже об этом беспокоюсь, — вздохнула Кэтрин.

Люди вокруг начали присоединяться к разговору, утверждая, что они уверены, что с Вайолет что-то не так.

Внезапно вокруг входа в банкетный зал повисла странная тишина.

В зал вошла Вайолет. Она была одета в платье, настолько белое, что казалось, оно освещает всё вокруг, и на ней было огромное бриллиантовое колье.

Она подошла и поприветствовала пару:

— Извините за опоздание. Я хотела убедиться, что выгляжу должным образом для такого особенного случая.

После короткой паузы Кэтрин заговорила с недоумением:

— Вайолет, сегодняшний вечер посвящён моему мужу. Не кажется ли тебе, что это... немного чрезмерно?

— Вот именно так я и думаю, — ответила она. — Мой муж купил мне всё это, чтобы я могла быть в этом сегодня.

Вайолет подняла левую руку, чтобы они могли её увидеть. Звякнули три браслета.

— Мой муж расстраивается, если я забываю хотя бы один из них, поэтому у меня не было особого выбора, — продолжила она.

Эш рассказал Блумингам, что У ниер, вероятно, слышал о небольшом инциденте в шкафу. Кэтрин почувствовала угрозу из-за бесстрашного поведения Вайолет и её уверенного взгляда. Это было совершенно не похоже на неё.

Она решила отступить на этот раз и улыбнулась.

— Ну что ж. Если Уинтер попросил тебя так сделать, думаю, все в порядке.

— С днём рождения, о... герцог Блуминг.

Вайолет коротко улыбнулась и тут же отвернулась.

Правила этикета требовали, чтобы после приветствия было правильно дождаться ответа. Должна быть причина, по которой она отвернулась вот так, не услышав ответ герцога. Она также выглядела как совершенно другой человек.

Чета Блуминг почувствовала, что что-то изменилось. Что-то придало ей уверенности. Их охватило глубокое беспокойство.