Топ-топ.

Я сейчас тихо иду по выставке, где людям вырывают глаза.

Да ещё и с персонажем крипипасты типажа «человеческое отребье» под боком.

«Хорошо бы Пэк Сахон продолжал молчать и просто служил человекоподобным оберегом.»

По пути я несколько раз издалека видел ужасающего вида тени, ползающие по полу. Каждый раз я был несказанно благодарен, что рядом кто-то есть....

«Главное – не терять бдительности. Только не терять бдительности.»

Браун заговорил со мной несколько заинтересованным тоном:

– [Господин Косуля, вы с этим крохобором общаетесь очень забавным образом. Словно вы другой человек.]

«Не нравится?»

– [Что вы! Очень интригующе. Словно вы создали более преувеличенную... персону для шоу.]

Хм. Похоже.

– [Итак, ваша цель – как можно быстрее покинуть эту величественную выставку?]

Верно.

И....

«План побега уже готов.»

Я убедился, что это занесено в <Архив Исследований Тьмы> как семнадцатая исследовательская запись, так что составил способ побега в соответствии с тем случаем.

Я даже решил, какие из имеющихся предметов использовать.

– [О!]

– [Но стоит ли называть это «побегом»? С моей точки зрения, можно просто схватить любого сотрудника и попросить проводить до выхода, и он любезно всё покажет!]

Вот тут-то и начинаются проблемы.

«На этой выставке в качестве смотрителей используют машины.»

Того монстра, что размахивает чем-то вроде паучьих лап.

– [Хм. И что?]

«И каждая машина знает информацию только о той зоне, за которую отвечает.»

==================

На настоящей выставке в каждой зоне для посетителей размещены смотрители.

В показаниях прошлых посетителей часто встречается упоминание этих смотрителей как «монстров», однако это автоматические паровые куклы типа «Метрилкиоск».

Это винтажная модель 62627 года по Имперскому Календарю, её запоминающее устройство довольно примитивно, поэтому она хранит информацию только об отведённой ей зоне, но это исторически значимый и ценный художественный коллекционный предмет.

Убедительно просим воздерживаться от уничижительных выражений ради совместимого с жизнью просмотра.

==================

Что это значит? Это значит, что чтобы спросить о входе/выходе, нужно дойти до зоны, где тот находится, и заговорить с сотрудником там.

И если к тому времени пройдёт слишком много времени... тебя ждёт ужасная участь «взимания платы» и перерождения в человеческого червя.

Да и вообще, понять, в какой зоне находится вход/выход, – само по себе очень сложная задача.

«Но есть подсказка.»

Я остановился.

Потому что нашёл то, что искал.

– ...Лифт?

Перед нами с Пэк Сахоном стоял очень старомодный лифт в стиле раннего модерна [1].

Перед лифтом цвета латуни была опущена железная решётка, и мерцал свет маленькой лампочки.

И, как у любого лифта, на боковой стене висела табличка с указанием этажей и инструкцией по использованию.

За исключением того, что мы совершенно не могли прочитать эти буквы.

«Один из нюансов, повышающих сложность исследования.»

Разница в письменности.

Пэк Сахон нахмурился.

– ......Ты собираешься на нём ехать?

– Посмотрим.

– Мы даже не можем проверить, какой это этаж? Ты в своём уме?

Я молча посмотрел на Пэк Сахона. Тот поспешно отвёл взгляд.

«Да с чего бы.»

Но у меня есть ведущий крипипасты ток-шоу, утверждающий, что владеет всеми языками!

«Браун. Не мог бы ты прочитать описание этого лифта?»

– [Это несложно, друг!]

– [Кхм-кхм,]

Браун прокашлялся и любезным голосом объяснил....

– [В данном лифте постоянно находится смотритель. Насладитесь безупречным сервисом, назвав нужный этаж, и наблюдайте, как он нажмёт кнопку за вас. Хо-о, довольно старомодный способ....]

Это значит, что чтобы воспользоваться лифтом, придётся неизбежно встретиться со смотрителем, и тебе вырвут глаза.

Я это знаю, но всё равно невольно сглатываю.

«А есть ли описание входа/выхода?»

– [К сожалению, нет! В основном описание этажей и экспонатов на них.]

– [И сейчас господин Косуля находится на 2-м этаже. ...О, минутку. Здесь также есть описание истории этого особняка.]

– ...!

Этой информации не было даже в <Архив Исследований Тьмы>.

«Пожалуйста, продолжай объяснять.»

– [Конечно, друг!]

– [Это вилла очень знатной особы... благородного коллекционера, и благодаря его благотворительности, желанию поделиться своим искусством и философией, здесь проводится нескончаемая выставка!]

– [Также этот исторический особняк состоит из 7 надземных и 7221 подземного этажа.]

– ...

Минутку.

Что?

«Подземный... 7221 этаж?»

– [Именно так. Хм, похоже, он довольно долго собирал свою коллекцию!]

Я застыл.

«...Я знал, что есть подземные этажи.»

Сначала они не описывались.

Ранние исследовательские записи этой крипипасты под названием <Особняк Слепых> – записи людей, которым повезло сбежать с надземных этажей или которые умерли, не сумев оттуда выбраться.

Читателем эти истории очень понравилась, и крипипаста обрела популярность.

По мере этого записи спешно обновлялись и удлинялись, а мир расширялся.

Кто-то из исследователей осознал.

==================

23-я запись – свидетельство посетителя, спустившегося на подземный этаж на лифте.

==================

Существование подземных этажей.

Так появились записи людей, не нашедших спасения наверху и спустившихся под землю.

Безысходность и жуткий страх при виде того, как они продолжают спускаться всё ниже и ниже в поисках выхода.

С тех пор эту крипипасту стали классифицировать как космический хоррор.

Исследовательские записи, цель которых – вызвать у читателей чувство удушья, безысходности и потери. Страх неизвестности, ужас сводящей с ума бесконечности.

В какой-то из записей даже был человек, который отказался от побега и, полубезумный, продолжал спускаться под землю.

==================

Свидетельство посетителя, осмотревшего выставочную зону на 105-м подземном этаже.

Сотрудник 753: Моими ушами невидимое, бедственное и ужасное – поистине прекрасно. ■■ составляет каркас, и человеческое ■■ ■делает. Умри ради этого.

Дальнейших записей нет.

Благодарим за содержательный отзыв. Мы будем стремиться улучшить управление выставкой для более впечатляющих переживаний.

==================

Чем глубже под землю, тем более гротескные и непосильные для человеческого восприятия незнакомые экспонаты.

В какой-то момент слова, которые невозможно передать человеческим языком, подвергаются бесчисленной цензуре, и остаётся лишь гнетущая пустота в этом страхе....

Там, внизу, тысячи неведомых... сущ....

Шлёп.

Я отвесил себе пощёчину.

– ...?!

Соберись.

«Входов/выходов несколько.»

Даже если их расположение меняется каждый раз при начале выставки, это остаётся неизменным.

Я же видел записи людей, сбежавших в одном и том же раунде через разные выходы на разных этажах.

«Я смогу.»

Неважно, насколько астрономически велико это место или что оно простилается в пространства, непостижимыми для человека.

Выход может быть открыт и поблизости.

У меня есть информация о более чем ста раундах исследований, и даже запись текущего раунда, так что паниковать – глупо.

«Я же понял все подсказки, даже если этаж не был указан конкретно.»

Нельзя поддаваться масштабу крипипасты и медлить.

Не делай глупостей... Соберись!

«...Вдох-выдох.»

Я глубоко вздохнул и двинулся дальше.

К лестнице рядом с лифтом.

– Подожди, значит, на лифте не поедем... Откуда ты знаешь, где мы, чтобы так уверенно вышагивать!

– 2-й этаж.

– ...?

– Сейчас я иду на минус 1-й этаж.

– Минус? Тут есть подземные... Нет, сперва ты сказал, что мы на 2-м этаже? Откуда такая уверенность?

– Мне Браун сказал.

– ...

– Благодарен?

– ...

– [Не за что! Всегда рад помочь!]

Удивительно, но и на этот раз Пэк Сахон не сбежал.

Хм. Впредь буду придерживаться такого тона в общении с ним.

***

Пока мы спускались по лестнице, убранство величественного особняка ничуть не менялось. То же приглушённое освещение, та же цветовая гамма жидкой латуни. Словно постоянно видишь один и тот же этаж.

Однако лестница исчезла этажом ниже.

«...Эта лестница не ведёт на подземные этажи.»

Я решил сначала поискать новую лестницу или средство передвижения на 1-м этаже.

Разумеется, разговоры с Пэк Сахоном тоже прервались.

Потому что вокруг всё чаще стали слышны механические звуки.

«Значит, приближается главный выставочный зал, где смотрители дежурят почти постоянно, сменяя друг друга.»

Передвигаясь молча и почти ползком, я поднял голову и увидел огромную вывеску, появившуюся прямо под потолком.

«Пришли.»

Указатель главного выставочного зала.

На нём, украшенном старомодной резьбой, было написано очень изящным... непонятным шрифтом.

– [«Сила Эмоций». Какое уникальное название выставки!]

– ...!

Это же выставка, о которой я читал в <Архив Исследований Тьмы>. Меня тогда от одного лишь текста пробрало до костей...

«Вот чёрт.»

Я с силой подавил желание немедленно развернуться.

«В поисках выхода всё равно придётся раз увидеть.»

Избегать «безопасных» выставок, когда нужно проложить маршрут, было бы глупо.

Поэтому я стиснул зубы и медленно подошёл...

И, когда заглянул в открытую дверь, испещрённую резьбой и натёртой до блеска...

Передо мной развернулось выставочное пространство.

Вместе со звуком, накатывающим как приливная волна.

ААААААААААААААААААААААААА

Бесчисленное множество кричащих человеческих ртов.

Точнее, зубы и языки.

Прекрасные рамки в стиле барокко с человеческими ротовыми полостями плотно заполняли одну огромную стену.

Словно к ним приделали искусственные голосовые связки, каждый своим голосом, на своём языке, читал свои стихи.

Эти сотни, тысячи рамок сливаются в гармонии, создавая удивительно странные созвучия и гаммы.

И...

Внизу, на полу, корчатся черви.

Ыыыыыыы... Ыыыыы...

Люди, неспособные произносить человеческую речь, с чёрными пуговицами вместо глаз, извивались в муках.

Люди, столько раз подвергавшиеся «взиманию платы», что почти утратили человеческий облик.

Контраст с аккуратно и красиво выставленными рамками, содержащими лишь ротовые полости, делал это ещё... ещё.......

«А.»

Меня сейчас стошнит.

Голова кружилась от ужаса, я уставился в пол.

Спокойно, нужно успокоиться.

«Это даже не сотрудники компании.»

Должно быть, это люди, которые попали сюда ещё несколько дней назад.

Эти несчастные... нет, сейчас нельзя об этом думать. Максимально, максимально пропустить мимо сознания.......

Скриииииип.

Вдалеке показалась тень смотрителя-машины.

Мы с Пэк Сахоном, затаив дыхание, забрались в ближайшее вентиляционное отверстие и легли ничком.

Тень смотрителя-машины движется среди червей.

Кажется, он находит неподвижные трупы, хватает их и уносит...

Воедино смешиваются звук волочащихся тел и механический скрежет.

– ...

– ...

После нескольких удушающих минут.

– Эй.

– ...

– Трупы же забрали. Трупы тоже имеют ценность? Как плата?

Что не так с этим ублюдком?

– Их просто оставляют в покое, пока они не помирают, потому что с них больше нечего «взимать».

– А, ясно.

Неужели мне и в такой ситуации приходится выслушивать его безумства? Усталость накатывает.

Да ещё и самому врать приходится.

«Если честно... то ценность, разумеется, есть!»

Раз нас считают «посетителями», то, пока мы живы, в качестве платы явно взимают только то, что не угрожает жизни, вроде глаз, носа, рта!

Думаю, мозг или спинной мозг тоже сочли бы ценными. Вроде как был этаж, где выставлялось что-то подобное.

Но этому типу я так сказать не могу. Он из тех, кто в случае чего предложит таскать с собой трупы тех людей и расплачиваться ими.

Поэтому я держал рот закрытым.

– ...!

Когда смотрители-машины исчезли, и главный выставочный зал 1-го этажа опустел. Отовсюду, из темноты под угловыми столами, быстро показались люди, пошептались и разбежались.

В масках.

«Сотрудники!..»

Форма масок и деловые костюмы – точно они. Сотрудники нашего Отделения Полевых Исследований, отправленные вместе со мной. Похоже, они смекнули спрятаться в зонах вне маршрута и кое-как избегают машин.

– Эй.

Чего.

– Если увидишь среди них новичка, давай с ни объединимся. Лучше разжиться ещё одним-двумя людьми.

– Зачем?

Пэк Сахон смотрит на меня так, будто я спрашиваю очевидное.

– Нам нужна приманка на случай встречи с монстром.

Ах, этот тип, серьёзно. Я нарочно удивлённо склонил голову набок.

– Приманка уже есть.

– Э?

– Ты.

Лицо Пэк Сахона застыло, потом снова расслабилось.

– Ладно. Я тоже приведу одного человека, чтобы использовать как приманку.

– Отлично. Скажи ему, что используешь его как приманку.

– ...

– Я же сказал? Прояви хотя бы такую же вежливость, как я.

Пэк Сахон снова с пресыщенным видом замолчал.

Это мне уже надоело, а не тебе.

Этот утомительный тип...

«Скучаю я по вам, командир отряда Ящер.»

Скучаю по немногословному социопату.

Но в тот момент, когда я увидел последнюю фигуру, выбежавшую из-за дивана за пределами выставочного зала, я вздрогнул.

– ...!

Знакомый сотрудник.

– ...

– ...! Куда теперь...

Поколебавшись, я вылез из вентиляции.

И, когда я помахал рукой, собеседница вздрогнула, увидев меня, а затем торопливо понизила голос.

– ...! Сол... нет, господин Косуля? Так вас называть?

– Да, госпожа Горал.

Ко Ёнын. Новая сотрудница, которая всецело поддержала меня в метро, стояла там. Вроде бы она говорила, что бросила медицинский?

– Господин Косуля, вас тоже отправили? Нет, во-первых, я рада, что вы целы.

– ...Спасибо.

В любом случае, Ко Ёнын, носившая выданную ей маску горала, выглядела гораздо спокойнее, чем при нашей прошлой встрече.

Хотя глаза у неё были немного налиты кровью.

«Адаптировалась к работе?..»

Я был почти тронут тем, что даже в этой безумной ситуации возможен рациональный диалог.

Ко Ёнын чутко огляделась и, сильно понизив голос, почти шёпотом произнесла:

– Слушайте, тут рядом заколоченное окно, я пыталась его открыть. Вы случайно не видели по пути что-нибудь вроде лома? Экспонаты, как мне кажется, использовать нельзя....

– Нельзя.

– Что?

– Вы ведь хотели выйти через окно?

– ...А так нельзя?

Нельзя. В исследовательских записях этой крипипасты окно упоминается лишь раз, и знаете, как именно?

====================

19-я запись – свидетельство посетителя, который пытался пройти наружу через окно, однако из-за проблем с достоверностью свидетельство произвольно опущено.

Потому что на данной выставке окон нет.

====================

Окно – ловушка.

Я придумал подходящую отговорку.

– Почему-то кажется, что если выйти через окно, то физически окажешься снаружи особняка. ...Но не вернёшься в прежний мир.

– ......Ха.

Лицо Ко Ёнын побледнело.

– Точно. Это ведь не реальность... Правильно будет искать дверь, признанную выходом.

– Я тоже так думаю.

– Но я даже не знаю, какой это этаж....

– Я проверил, это 1-й этаж.

– ...! Как... нет, подождите. 1-й этаж?

В глазах Ко Ёнын вспыхнул огонёк надежды.

– Тогда высока вероятность, что дверь где-то рядом! Обычно входы/выходы выставок на 1-м этаже, так что, если как следует поискать....

Я с трудом заставил себя открыть рот.

– ...Обычно входы/выходы на 1-м этаже потому, что мы живём, ступая по земле.

– Тогда...

– А уверены ли вы, что у изначальных посетителей этой крипипасты так же?

– ...

Ко Ёнын плотно сжала губы. Кажется, она сразу поняла, что я имею в виду.

«Откуда уверенность, что монстр разместит дверь на 1-м этаже?»

И тут же на её лице густо проступила безысходность. Как у меня несколько минут назад.

– Тогда... ч-что делать? Неужели правильным ответом было спросить у того смотрителя-машины? Н-но, мне больше нельзя встречаться с машинами. У больше нет шансов...

– Под «нет шансов» вы подразумеваете?..

– ...

Ко Ёнын помедлила, затем сама слегка откинула волосы назад.

Там, где должна была быть ушная раковина, за которую цепляются волосы...

Был только шов от ниток.

– Ухо, ухо оторвали.

– ...

– «Ухо вместо глаза, ухо вместо глаза!» – когда я так жестами показала... они послушались? Даже не больно. Правда странно...

Ко Ёнын мелко дрожала.

– И, кажется, что-то странное вставили... з-звук, я слышу? Э-э, я не знаю, какой у этого принцип... искусственная улитка или барабанная перепонка?

А, чёрт.

– Всё будет хорошо, да? То есть, э-э, в корпоративном магазине продают зелья регенерации органов? Что-то такое....

– Всё будет хорошо.

Я немедленно заверил её.

– Всё будет в порядке. Сосредоточимся только на том, чтобы выбраться отсюда.

– ...Хорошо.

Дыхание Ко Ёнын снова выровнялось. Для человека, внезапно лишившегося уха, у неё была сверхчеловеческая психика.

Честно говоря, я немного восхищён.

Но кто-то, видимо, нет.

– Не пора ли нам выдвигаться? Не тратьте шибко много времени.

– ...! Пэк Сахон.

Пэк Сахон в маске козла вылез из вентиляции, и в глазах Ко Ёнын вспыхнула тревога.

– Подождите, вы с этим человеком ходите?

– Так получилось, да.

– ...Ясно.

Ко Ёнын посмотрела на Пэк Сахона в маске козла с подозрением, но не бросила меня и пошла вместе с нами.

«Спасибо...»

Я уж не помню, когда у меня в последний раз был нормальный спутник.

Особенно после памятного опыта с психопатом и одержимым призраком. Вот сейчас возьму и расплачусь.

Правда, Ко Ёнын тихо пробормотала:

– Этот человек, даже маску выбрал под стать себе... Вы знаете, что козёл на Западе – символ дьявола?

– Вау, а вы знаете, что овца – символ жертвенного агнца?

– Полезнее для человечества, чем дьявол.

Пэк Сахон с насмешкой посмотрел на Ко Ёнын, как бы говоря, что совершенно не согласен, а Ко Ёнын проигнорировала его.

– [Это антракт? Напоминает мне скетч-комедию.]

Ага.

Только проблема в том, что это не скетч, а реальная ситуация...

«Совместимость членов группы явно паршивая.»

Но мы уверенно приближались к цели.

– ...!

Нашёл.

В конце коридора показалась лестница, ведущая на подземные этажи.

𓆩♡𓆪

[1] Гынхёндэ – ранний модерн, конец XIX – начало XX вв. Слово состоит из гындэ и хёндэ, новая история и новейшая история. Гындэ, новая история, охватывает временной период приблизительно от подписания Канхваского договора в 1876 году (открытие Кореи для внешнего мира) по 1945 год (освобождение от японской колонизации). Хёндэ, новейшая история, берёт начало в 1945 году и продолжается до настоящего времени.