Ито Юки тщательно заботилась о надгробии своего покойного брата, Аоя. Она зажгла благовония и оставила несколько палочек якитори, которые Аой любил есть, у основания надгробия. Присаживаясь рядом, она опустила голову, начиная говорить.

— Аой, я доиграла игру, о которой тебе рассказывала. Знаешь, «Дворянская школа». Там даже выпустили бонусный диск с новым персонажем, Гаем де Монфортом. Сказали, что это предварительная версия сиквела игры под названием «Дворянская школа: восстание первого принца». Пока я играла, этот персонаж напомнил мне о тебе, я могла видеть, как ты, будучи им, живёшь в этом мире. — Она подняла глаза в небо. — Папа не очень хорошо принял твою смерть. Продал додзё, устроился работать в лавочке с якитори. Говорит, твоя душа будет счастливее, если он поделится твоей любимой едой с другими. Думаю, он винит себя в твоей смерти. Он этого никогда не говорил, но думаю, он сам считает, что если бы не потребовал от нас практиковать кендо, ты бы остался с нами. Не думаю, что ты бы хотел, чтобы он так думал, но это делает его счастливым, поэтому я не против.

Она помолчала пару минут.

— Я не оставила кендо, даже встретила там новую подругу. Она забавная, иногда говорит, словно старушка, но очень хороша в обращении с мечом. Её, как и тебя, сбил грузовик, она получила травму головы, но выжила. Она думает, что это повлияло на её память, поэтому говорит всякие забавные вещи. Думаю, она тоже играла в «Дворянскую школу», потому что, когда я говорю о ней, то эта девушка плачет, будто знает всех персонажей. Даже просила меня об одном из персонажей, которые появляются только на бонусном диске, Дорин Леон.

Юки улыбнулась, а затем начала рыдать.

— Я очень по тебе скучаю, Аой. Я даже не понимала, насколько ты важен для меня, пока тебя не стало. Иногда я захожу в твою комнату и говорю о «Дворянской школе», будто ты со мной. Я знаю, что ты никогда меня не слушал, но я была рада думать, что ты всё же слушал. Ты даже веселил меня, задавая вопросы, — она улыбнулась. — Наверное, я просто буду продолжать воображать, что с этого момента ты живёшь там, как Гай де Монфорт, и так ты сможешь жить вечно.

Она улыбнулась, начиная протирать его могилу в последний раз, прежде чем уйти.

*****

Третий экзамен обрушился на них раньше, чем они поняли. Башня магии медленно росла всё выше и выше. Над академией возвышался белый маяк надежды, все студенты начали говорить о магии и о том, каково это — стать магом. Когда опубликовали результаты третьего экзамена, все были взволнованы, потому что лучший ученик вновь сменился: на этот раз Мэдлин Селеста д'Омонт заняла первое место, Гай де Монфорт — второе, а Алисия де Фуа вернулась на третье. Единственное серьёзное изменение произошло в рейтинге фехтовальщиков: сэр Эвро поднялся до десятого места. Когда объявили о проведении королевского весеннего бала, все в женском общежитии побросали свои дела и начали искать платья.

Для парней обстановка была не менее напряжённой: нужно было найти леди в пару, что некоторых из сыновей меньшего дворянство вгоняло в душевную боль и горе, поскольку дамы с меньшей вероятностью принимали приглашения от сынов мелких дворян, а сыны высшего дворянства ещё не определились, с кем пойдут. Гай сразу же пригласил Мэдлин потанцевать. Клод не отставал и просил Алисию. А когда его спросили, кого собирается привести он, Оливер улыбнулся, ответив, что его долг — сопровождать сестру.

Когда они все сели за стол обедать, Гай спросил сэра Эвро:

— Чарльз, кого будешь приглашать на танцы?

Он покраснел.

— Не думаю, что приду: я не умею танцевать. И мне нечего надеть.

Оливер задумался на минуту, затем сказал:

— Сэр Эвро, люди ожидают, что ты, как рыцарь, придёшь в парадной форме и при регалиях.

Оливер взглянул на Гая и Мэдлин.

— Это напомнило мне, я хотел показать вам официальную форму магов сегодня, как будет время. Мне кажется, нам пора тоже заиметь подобные вещи.

Гай отвечал, не поднимая взгляда:

— Согласен, только если это не мантии и дурацкие остроконечные шляпы.

Оливер побледнел.

— Откуда ты узнал, чёрт возьми? Я никому не показывал дизайн.

Гай поднял голову.

— Серьёзно? — он вздохнул. — Я думаю, она должна выглядеть, как рыцарский мундир, но чёрного цвета, а не белого. — Он задумался на мгновение. — Вместо меча и щита, у нас будет щит с молнией, проходящей через него, — он пальцем нарисовал рисунок на столе.

Оливер улыбнулся.

— Прекрасное предложение, если других нет. Мэдлин, думаю, мы сделаем так.

Мэдлин улыбнулась.

— Думаю, так будет лучше. В длинной мантии было бы неудобно двигаться.

Алисия спросила:

— А можно мне стать магом? Я могу сдать экзамен, если он есть?

Гай долго думал, прежде чем ответить.

— Алисия, думаю, ты подходишь для этого, но, если станешь магом, то это значит, что тебе придётся хранить секреты от друзей и близких. Сможешь жить, храня секреты даже от самых любимых людей?

— А к чему секреты?

Гай взглянул ей в зглаза.

— Если секреты магии разойдутся по рукам, то всё человечество может исчезнуть. Сможешь пообещать?

Мэдлин нахмурилась.

— Гай, думаю, нам сначала нужно обсудить это с первым магом Диггори...

Оливер улыбнулся.

— Боюсь, что Алисия расскажет своей сестре, а от неё это дойдёт до моего брата. Мой голос — против.

Гай продолжен смотреть Алисии в глаза. Она ответила пристальным взглядом.

— Я понимаю, что положено на карту. Клянусь никогда не предавать магический совет.

Гай кивнул.

— Тогда встретимся с первым магом, он позволит тебе опробовать одно заклинание. Если не сможешь его активировать, тогда судьба твоя не в совете.

Мэдлин нахмурилась.

— Не нравится мне, что ты проигнорировал Оливера.

Гай улыбнулся Мэдлин, а затем взглянул на Оливера.

— Знаю, ты не понимаешь моих суждений, Оливер, но я твёрдо уверен, что Алисия не та, за кого ты её принимаешь... — он повернулся к Мэдлин. — Первый маг Диггори проведёт ей экзамен, если она его не сдаст, то не сдаст. Конец истории.

Мэдлин улыбнулась и кивнула.