Выбраться из грота обратно в таверну оказалось проще простого – нужно было лишь выйти наружу. Ченосли продумал всё до мелочей: даже схему выхода повесил на стене, словно боялся, что их сделка, оплаченная его жизнью, сорвется из-за пустяка.

Вот только у этой сделки не было гарантий. Чэн Ши ничего не сковывало. Он мог прямо сейчас забрать «Когда Приходит Страх» и «Алхимические заметки», наплевав на обещание, и эти «зарождающиеся верующие» Беспорядка ничего бы не смогли ему сделать.

Но Чэн Ши не собирался нарушать слово. Не потому, что был честным, а потому, что не мог – смерть Моцюса, скорее всего, и была ключом к завершению Испытания. Его гибель станет великой жертвой Смерти, финальным аккордом миссии.

— Неужели эти психи просчитали, что я именно так и поступлю? — Он постарался отогнать эту мысль.

Если кто-то за два дня смог раскусить его суть и цели, то такие люди – опаснейшие противники. Даже начав с нуля, они неизбежно стали бы лидерами. И всё же…

— Стоило ли оно того? — Прошептал он. А впрочем, какая разница. Главное – его собственный профит.

С горькой усмешкой Чэн Ши спрятал заметки в инвентарь и покинул грот. Когда он открыл глаза, то обнаружил, что снова стоит под барной стойкой. Глубокая ночь, в холле ни души.

Проверив, надежно ли спрятан кинжал, он тенью скользнул на второй этаж. Прошло всего полчаса – возможно, он еще застанет Фан Цзюэ и Ду Сигуана за делом.

Но когда он прокрался к бывшей комнате Адоса, там оказалось пусто.

— Уже закончили? — Чэн Ши в замешательстве огляделся. Никаких следов недавнего визита. — Неужели я ошибся?

Может, они отправились не в комнату барда? Куда тогда? Ду Сигуан как странник воспоминаний должен был искать места, связанные с убийцей. Но раз никто не знал о владельце таверны, их целью мог быть только Адос. Не пошли же они штурмовать Бюро правопорядка ради Моцюса? Они не настолько глупы.

Промучившись в догадках, Чэн Ши решил вернуться к себе и дождаться утра. После всех потрясений дня лучшей стратегией было затаиться и не привлекать внимания. К тому же теперь он знал правду и владел артефактом – преимущество было на его стороне.

Ночь прошла без снов. И без сна.

Когда утренний щебет птиц ворвался в окно, Чэн Ши вышел из комнаты. За ночь он придумал вполне легальный предлог, чтобы подобраться к Моцюсу.

Компенсация! Его не в чем было обвинить, но он пострадал от Громовой кары судьи. Лицо обожжено, психологическая травма, бессонница. За такое нужно требовать сатисфакции!

— Пусть попробуют отделаться деньгами, мне нужно личное извинение! — Чэн Ши сам едва не рассмеялся от наглости этой идеи. Требовать извинений от судьи первого ранга – это фактически обвинить его в ошибке правосудия. Любопытно, хватит ли у Моцюса выдержки.

Он бодро спустился вниз, намереваясь сразу идти в Бюро, но в холле замер. Повсюду кучковались постояльцы, оживленно и тревожно перешептываясь. Чэн Ши тут же включил режим сбора информации.

Если удастся выудить из этой болтовни, куда делись его «коллеги», это сэкономит кучу времени. Но то, что он услышал, заставило его усомниться в реальности происходящего.

— Кто бы мог подумать, что убийца – последователь Порядка! У бедняг из городского союза теперь голова кругом: позвали Великий Суд на помощь, а те нашли паршивую овцу в собственном стаде. Эх… — вещал один обыватель.

— Так уже подтвердили? Небось еще следствие идет? — Усомнился другой.

— Да какое следствие! Подловили с поличным: марионеткой отвлекал внимание, а сам с кровавым кинжалом к выходу рванул. Тут и спорить не о чем.

— А тот в нелепом плаще и очках, которого прихлопнули, тоже из их братии?

— Кто знает. Но думаю, да, иначе с чего бы Великому Суду закрывать процесс от публики?

У Чэн Ши внутри всё похолодело. Какой убийца? Кто погиб? Что, черт возьми, случилось?

— Я ведь не спал всего полчаса, — пронеслось в голове, — не мог же я провалиться в спячку на двое суток? — Он подавил дрожь, нацепил свою дежурную улыбку и вклинился в толпу.

— Простите, господа, а кто именно погиб?

— О, приятель, ты, видать, вчера со страху забился в щель? Зря! Если бы поднялся на второй этаж, увидел бы сенсацию. Господин Моцюс лично взял преступников. Двое иноземцев-последователей… кхм… в общем, верующих из чужих краев. Одного уложили на месте, второго скрутили и увезли. Теперь можно выдохнуть, Великий Суд изгнал тьму из нашего города! Ха-ха!

Чэн Ши выдавил смешок:

— Да уж, я перепугался до смерти. А тот, что погиб… он был в очках?

— Угу, в очках и в каком-то странном длинном пальто. Сразу видно – не наш. С виду приличный, а на деле… А второй – златовласый, походил на местного.

— Да какой там местный! — Встрял другой. — Зверь во плоти. Наверняка подменыш из Подземелья.

— Тише ты! Он же из Поря…

— Тсс! Раз судьи молчат, и нам не след болтать.

— Да, точно. В общем, парень, не бери в голову. В городе Вечного Цветения теперь безопасно.

Чэн Ши кивал и улыбался, но под одеждой его спина покрылась ледяным потом. Ду Сигуан мертв. Фан Цзюэ в тюрьме. Детали сходились до тошноты. Но когда!? Ночью в коридоре было пусто! Где все эти люди видели «задержание»? Время не билось. Реальность не билась.

И самое страшное: по словам свидетелей, убит был Ду Сигуан. Но Чэн Ши-то знал, что от руки Моцюса пал Аскет!

Он бросился опрашивать других людей, пытаясь найти хоть одно упоминание о монахе с голым торсом. Но вскоре он остановился, задыхаясь от ужаса. Аскет исчез. Никто не помнил такого человека. Словно его никогда и не было в этом Испытании.

Солнечный свет, заливающий холл, казался теперь Чэн Ши мертвенно-холодным. Что это? Галлюцинации, насланные Ченосли, чтобы свести его с ума? Или случилось нечто за пределами его понимания?

— Неужели это Память? — Подумал он. — Кто-то нашел ответ и переписал сценарий?

Но Испытание не закончилось, значит, цель не достигнута. Тогда что это – SS-талант Памяти в действии? История искажена или его собственное сознание подверглось правке?

Семь дней срока, идет лишь третий, а из шестерых игроков остались только двое: он сам и запертый в застенках Фан Цзюэ. Четверо выбыли. Это было за гранью нормального прохождения.

Чтобы разобраться, нужны были те, кто знает правду. Моцюс, Фан Цзюэ или… последний из последователей Хаоса, Котаро. Первые двое недосягаемы, но третий должен быть где-то здесь.

Чэн Ши весь остаток утра рыскал по таверне, заглядывая в каждый угол. Но Котаро испарился. Даже вход в потайной грот под барной стойкой исчез бесследно. Все нити были обрезаны.

Опустошенный, Чэн Ши опустился на ступеньки у входа в таверну и обхватил голову руками.

…