Огненно-рыжая Финн (3)

Осталась всего пара дней до церемонии, на которой Финниер Роузвуд объявят императорским консортом.

Сотис Маригольд Мендес всё ещё была душой, витающей подле собственного тела, погружённого в сон. Она выглядела угрюмой. Причиной тому стал рассказ Лемана о том, что среди всех людей, о состоянии её души узнала именно Финн, да ещё и об общении с Леманом.

Маг хотел утешить, но любая фраза казалась жалким оправданием, поэтому он просто сидел, не поднимая головы, подобно грешнику.

— Простите, ваше величество, я должен был проявить большую осмотрительность.

— В мире нет вечных секретов, Леман. С этим ничего не поделаешь.

Сотис села у окна и стала наблюдать за, порхавшими вокруг неё, бабочками.

— Раз леди Финн уже знает, то решение императора – лишь вопрос времени. Не знаю, что он скажет, но мне интересна реакция его величества, какой бы она ни была. Любопытно, как долго он ещё будет насмехаться? Возможно теперь Финн готовится к церемонии объявления, но не консортом, а императрицей. Наверняка она очень рада, что получила такую прекрасную возможность. — Пробормотала девушка, затем замолчав. Теперь она стала казаться ещё более нереальной, чем летающие возле неё создания.

Леман угрожающе поднялся с места. Он хотел подойти ближе к Сотис, но побоялся, что может её обидеть. Поэтому, не решившись сократить расстояние между ними, маг просто смерял императрицу серьёзным взглядом,

— Я не позволю этому случиться. Даже в императорской семье должен быть установлен определённый порядок. С утра я прошёлся по дворцу, обстановка спокойнее, чем я предполагал. По крайней мере, слухи пока, кажется, не успели набрать оборот. Время ещё есть.

— Время? — Сотис вымучено покачала головой. — Разве в конечном итоге меня не лишат титула императрицы? Всё кончено, Леман. Проявленная вами доброта безусловно позволила мне почувствовать себя счастливой и тронула меня, но я даже не могу вернуться в собственное тело. Я ничего не смогу предпринять, даже если вернусь.

— Ваше величество Сотис...

Леман по привычке хотел попросить её величество повременить ещё немного, но смолк.

Сотис могла быть оказаться той, кому следовало исчезнуть ещё давно. Что если её душа уже мертва, но каким-то чудом способна сохранять человеческую форму? Если душа императрицы покинула тело по её воле... а он попросит ещё немного времени только чтобы отплатить за проявленную однажды доброту, маг только ранит её.

Внезапно осознав это, Леман понял, что не смеет просить Сотис о чём-либо. Её реальность была коварной, бессердечной и только разбивала императрице сердце, а у мага было недостаточно сил, чтобы помочь ей.

Как такая как Сотис понимала утверждение о ценности жизни и обязанности её прожить? Неужели жизнь, которая дарует только боль – благословение? Будет ли что-то по-настоящему хорошее в будущем?

Глядя на, опустившего голову, Лемана, Сотис чуть свела брови к переносице и слабо улыбнулась.

— Господин маг.

— Да, ваше величество...

— Зачем вы так рискуете ради меня?

Мужчина поднял голову, чтобы посмотреть на собеседницу да так, будто она спросила о чём-то крайне странном. Его янтарные радужки дрожали, точно он был готов вот-вот расплакаться.

Сотис вновь заговорила.

— Хм. Я знаю, что в ваших глазах я добродетельница, но не стоит подвергать себя опасности ради меня. Вы член делегации из королевства Битум, прибывший сюда по моей просьбе. Один только этот факт может вызвать у его величества неприязнь к вам. Боюсь, он может причинить вам вред. — Девушка слегка втянула шею и чуть наклонила голову, заставляя сиреневые волосы плавно рассыпаться по плечам. — Я не стану обвинять вас, если решите притвориться, что не знаете меня.

— Если бы люди ни на что не обращали внимание и ото всех отворачивались, то мир бы замёрз, попав в ловушку нескончаемой зимы, как и вы. Ваше величество, именно вы показали мне, что мир на самом деле не такой. — Тут же возразил Леман.

Он подвинул стул поближе к душе Сотис, а затем быстро сменил тему разговора.

— Ваше величество, разве вам не интересно, что со мной случилось после того, как вы мне помогли?

Императрице рефлекторно прислушалась к словам мага.

— Вы говорили, что прибыли в Мендес для того, чтобы отыскать своего наставника. Наверняка у вас было несколько хороших деньков после продажи броши, но... наверное, вы нашли того, кого искали и благополучно возвратились на родину?

— Позвольте мне рассказать. Продав брошь странствующему ювелиру на следующий день и купив осла для дальнейшей перевозки вещей, я обнаружил своего наставника выходящим из аллеи в пьяном виде. Оказалось, странствуя по округе, он обнаружил поблизости ослепительную душу, а так же, посетил несколько празднований...

— Ослепительную душу?

— Да. Мой учитель был рождён со способностью видеть состояние душ, понимать насколько добры и драгоценны сердца людей, или же сколько грехов их омрачило.

Сотис бессознательно очаровалась этой историей.

— И такая душа оказалась в Мендесе?

— Судя по тому, что на следующий день она покинула поселение, та душа не принадлежала кому-то из местных. В то время активно ходили слухи, что новоявленные кронпринц и кронпринцесса путешествовали по стране, эта новость завлекала народ. Наставник хотел последовать за обладателем ослепительной души, у него была такая возможность, но... в Битуме случилась непредвиденная ситуация, поэтому ему пришлось срочно вернуться. В результате, к несчастью, мы так и не выяснили, кому она всё-таки принадлежала.

— Какое облегчение, что вам не пришлось долго странствовать. Вам должно быть было очень тяжело, раз вас не пригласили как почётного гостя.

Леман широко улыбнулся.

— После встречи с наставником у меня не осталось никаких проблем с деньгами, поэтому я попытался выкупить ту брошь, данную вашим величеством, но странствующий ювелир ушёл без моего ведома. Естественно, я попросил учителя понять меня и стал искать дар своей спасительницы.

— ...Вы хотели её вернуть? Почему?

— Мне было совестно думать о том, что я продал чужое добро, что спасло мне жизнь, по такой малой цене. Вот поэтому я использовал брошь как предлог, чтобы разыскать её владелицу. Разве в таком случае у меня не появилась возможность не только разыскать свою спасительницу, но и отплатить ей за проявленную щедрость?

Эти слова стали для Сотис неожиданностью. Она широко распахнула глаза, изумляясь.

Императрица не удивилась бы, продай Леман брошь за буханку хлеба, если та могла избавить его от голода, даже не расстроилась бы. Но, подумать только, у него были такие невероятные мысли.

Были ли хоть кому-то важны решения Сотис? Сердце затрепетало, а на губах возникла лёгкая улыбка.

Голос Лемана же был и нежен и низок, звуча как-то по-особенному. А его милая улыбка, не спадавшая с губ во время разговора о прошлом, наталкивала Сотис задать вопрос о том, что он видел и чувствовал.

Девушка слегка наклонилась вперёд, и заинтересованно продолжила:

— Так вы нашли украшение?

— Позвольте мне опустить детали путешествия, в конце концов, я нашёл её. Она стала одной из моих самых драгоценных вещей. Поэтому я оставил брошь в Магической башне, надеясь, что... однажды я смогу вернуть её вам. Было очень трудно поймать очень скоро перемещающегося странствующего ювелира. Вы очень удивитесь, услышав, как мне всё же удалось его отыскать!

— Звучит так, словно вы охотились за ним.

Сложно представить Лемана Перивинкла, опасающегося издать лишний звук, бегущим вслед за кем-то.

Заметив любопытство в небесно-голубых глазах собеседницы, мужчина, нарочито преувеличивая, добавил:

— И не говорите. Спустя десять дней упорных поисков я торопился на юг, так как услышал, что этот ювелир побывал в местном поселении. Осёл, не получавший еду в срок, был истощён, поэтому я оставил его с наставником и срезал путь через кукурузное поле, однако... — Он посерьёзнел. — Земля дрожала. Кто-то гнался за мной.

— ... Гнался? Кто же это был?

Леман не ответил сразу, отчего интерес Сотис только возрос. Он намерено тянул время, и, будь рядом ещё один слушатель, тот бы точно счёл мага жестоким.

Что или кто в этом мире мог преследовать его? Может солдаты местного гарнизона сочли его подозрительным? А может жители, возмущённые внезапным появлением чужака на их полях?

Когда Сотис занервничала, Леман хитро улыбнулся, наконец развеяв интригу:

— То был кабан

— Боже мой.

— После долгих лет засухи в горах не осталось еды, поэтому дикие кабаны стали спускаться в людские поселения в поисках пропитания. Несмотря на погоню, я не мог сдаться и упустить ювелира, иначе он мог уехать в совершенно другое место...

— И... что же вы предприняли? — Серьёзно спросила императрица, несмотря на то, что речь шла о прошлом.

— О, беда-то какая. Я кричал ювелиру, а он так испугался, что стал бежать от меня, крича, что увидел призрака. Вы только подумайте... два незнакомца несутся по полю друг за другом, а за ними зверь. Местные жители так и заливались смехом. Это было так сногсшибательно и в то же время абсурдно.

Леман рассмеялся.

— Зрители поделились с нами кукурузой. И после нескольких неудач мне наконец удалось поговорить с ювелиром и выкупить у него брошь, заплатив сверх цены. Несмотря на мои приключения и падения в поле, а также выговор от наставника, я ни о чём не жалею. — Добавил он с яркой улыбкой. Его лицо буквально светилось от радости и почтения.

Маг рассказал Сотис о своих путешествиях в деталях. Он будто хотел передать абсолютно всё, что видел, слышал и чувствовал в те времена.

Поднявшись с места, Леман вновь вспомнил о ситуации с погоней, и изобразил её максимально комично, заставив императрицу смеяться. Этот мужчина обладал прекрасной способностью одаривать чужие сердца теплом, хохоча вместе с ними.

— Так вот, мне дали три ведра кукурузы или около того. Я поедал початки один за другим, так что вскоре в вёдрах остались лишь ошмётки, которые я затем выбросил.

Иногда он специально что-то преувеличивал, надеясь, что Сотис будет в восторге. Разве после большой засухи и голода, когда даже животные приходят в людские поселения, кто-то поделится с чужаком тремя вёдрами кукурузы?

Сотис в это, конечно, не верила, но в то же время знала, что Леман врёт намеренно, чтобы её впечатлить и позабавить. Поэтому она, изображая искреннюю наивность, засмеялась.

— Спасибо, Леман. Благодаря вам, мне веселее.

Озорное выражение лица мага медленно исчезло, уступая место горькой улыбке. Он словно был готов вот-вот расплакаться.

— Хуже уже не будет, Ваше величество Сотис. Вы не сделали ничего плохого, поэтому всё обязательно наладится.

— ...

— Я иностранец, поэтому мало что могу делать в этой стране. Но прежде всего, вам нужно выбрать того, кому вы можете довериться, и объяснить этому человеку ситуацию. — Сказал мужчина. — Я слышал, что вы, ещё будучи кронпринцессой, занимались разработкой мер, стабилизирующих жизнь народа. Не забывали о бедах, охвативших Империю Мендес в последние несколько лет – голоде и эпидемии, что погубили множество людей. Некоторые даже не могли как следует устроить похороны, и неупокоенные души возвращались иллюзиями, мучая живых и вызывая кошмары.

— Да. Хорошенько всё обдумав, я поняла, что обстановка может ухудшиться. К счастью, в Битуме есть маг, направляющий души, именно поэтому я и попросила его о помощи.

Леман с улыбкой положил ладонь на грудь.

— Я приехал потому, что оказался самым подходящим кандидатом. Ваше величество, прошу, давайте помогать друг другу, чтобы я мог обеспечить покой и живым, и мёртвым. Но для этого вам нужно изменить своё мышление и очнуться

— ...Я смогу? — Озадаченно спросила Сотис.

— Только вы и сможете, Ваше величество. — Решительно ответил маг.