Заведи себе девушку. Это был второй приказ, спущенный мне от начальника.

— Ну как фильм? Понравился?

— Да. Я не привык к русским фильмам, но было интересно. Наверное, потому что раньше смотрел только англоязычные, но довольно свежо.

— Хи-хи, если честно, я тоже больше люблю американские фильмы. Как жаль… если бы не война…

И целью этого второго задания стала моя преподавательница русского языка – Антонина Романова. Русская девушка, которая уже три года живёт в Корее.

Она на год старше меня. Точнее, старше Квон До Юна на год. Если же брать мой настоящий возраст, то мы ровесники.

— Ну что, проведём викторину? Назови три слова, которые ты запомнил из сегодняшнего фильма.

— Разве мы не на свидании, Антонина?

— Помимо того, что я сейчас твоя девушка на свидании, я, прежде всего, твой учитель. Так что давай, быстрее~

Наверное, поэтому, когда мы начали встречаться вне занятий, мы довольно быстро сблизились.

Конечно, то что мы ровесники, сыграло свою роль, но помимо этого мне помогало и то, что я сам когда-то жил за границей как иммигрант. Я хорошо понимал Антонину и в какой-то мере улавливал, чего она хочет.

— Вау! Это же блюда с моей родины! Как ты это сделал?

— По рецепту. Ну как?

— Ммм… очень вкусно. Очень хорошо[1]!

— Ого, похвала на родном языке? Значит, не зря старался!

— Спасибо… я сегодня правда тронута. Кажется, сейчас расплачусь.

И… помимо того, что я понимал её чувства, мы с ней просто подходили друг другу. И по характеру, и по темпераменту. Можно сказать, мы были родственными душами.

Иногда, проводя время с Антониной, я ловил себя на том, что незаметно начинаю к ней привязываться. Порой даже возникала мысль… что у меня появились к ней настоящие чувства.

— И жили они долго и счастливо. Та-даам, счастливый конец. Ну как, понравилось, До Юн?

— История, трогающая до глубины души, учитель.

— Правда? А мне показалось, ты просто уснул, уткнувшись лицом мне в колени.

— Это потому что от тебя так вкусно пахнет, Нина.

*Нюх*

— Ахаха! Перестань!

Иногда я задумывался об этом.

Почему меня тянет к Нине? Почему нам так легко вместе?

И каждый раз, размышляя об этом, я приходил к одному и тому же ответу.

«Та-дам! Новая книжка сказок!»

«Опять сказки?»

«Кей, у тебя разговорный уровень как у ребёнка. Давай, иди сюда и ложись.»

«Я то не против лечь, но можно что-нибудь поинтереснее?…»

«Эй-эй, давай, ложись! Я взяла что-то интересное!»

Антонина – мой учитель русского.

А Элизия когда-то была моим учителем английского.

Из-за этого сходства… рядом с Ниной со мной часто происходили вещи, очень похожие на те, что были с Элизией. Особенно теперь, когда Элизия сама стала учителем, иногда я ловил себя на том, что, глядя на Антонину, вижу её.

— Ты меня любишь?

— …Да.

— Насколько сильно?

— …Зачем ты спрашиваешь такие вещи?…

— Скажи уже. Насколько сильно любишь?

— …Настолько, что готов умереть за тебя.

— Правда? Я тоже… очень тебя люблю.

— …

Благодаря этому лгать стало куда проще… Достаточно было просто говорить ей то, что я на самом деле хотел сказать Элизии. Я накладывал образ Элизии на Антонину. И чувства, которые испытывал к Элизии, выражал через неё. И тогда мои слова звучали как настоящая, неподдельная любовь, в которой невозможно усомниться.

Только вот…

Каждый раз, когда я это говорил, что-то внутри меня медленно ломалось.

[Как у тебя дела в последнее время?]

— Я завёл девушку.

[Ха-ха, вот это уже хорошо. Отличная новость. Ну что, стало легче, когда появился кто-то, к кому можно привязаться?]

— …Не шутите так. Я серьёзно.

[Какая скучная нынче молодёжь.]

С Антониной мы начали встречаться после месяца общения.

И стало естественно встречаться вне занятий.

Стало естественно приходить к ней домой.

Стало естественно оставаться у неё на ночь.

И в конце концов, стало естественно жить у неё.

— Знаешь, я ведь с самой первой встречи к тебе что-то чувствовала.

— Правда? Серьёзно?

— Хе-хе, ты что, не заметил? Ты же поэтому меня на свидание и позвал?

— Я позвал тебя, потому что ты красивая.

— Пф, умеешь же ты льстить девушкам.

Мы естественно гуляли вместе по ночным улицам.

Естественно возвращались к ней домой.

Естественно целовались.

Но дальше этой черты я не заходил. Это был последний клочок совести перед Элизией.

— Ты меня любишь?…

— …

Я сказал Антонине, что до свадьбы хочу сохранить наши отношения чистыми. Она приняла это.

Но, возможно, именно поэтому… иногда она задавала мне один и тот же вопрос, чтобы подтвердить мою любовь.

— Ну же~, я же спрашиваю – ты меня любишь?

— …

Я.

Я её…

— Ну правда, мне неловко.

— Да ладно тебе~, пора бы уже привыкнуть. Любишь меня? Ну?

— …

Я её…

…Не люблю.

— Люблю.

— Ещё. Скажи ещё.

— Люблю. Больше всех на свете.

— И?

— Люблю так, что готов умереть. Искренне и со всей душой.

Поэтому я лгал. Это была моя работа. И это был единственный путь снова встретить свою настоящую любовь.

Ради Элизии я был готов на всё, поэтому каждый день я надевал эту фальшивую маску и целовал другую девушку, надеясь, что «ложь», скрывающая мою «истину», будет звучать как «правда».

— …Ты меня любишь?

Иногда мне казалось, что Антонина всё понимала. Когда я вспоминал её вопросы, в голову приходила эта мысль.

Как бы я ни старался, возможно, она всё равно видела, что мои «искренние» слова, которые я шепчу ей, на самом деле – ложь.

И всё же…

— Люблю.

Я повторял это ей каждый день.

Так прошло ещё два года. Вроде небольшой промежуток времени, но чувствовался он как вечность.

Квон До Юну – двадцать шесть. Мне – двадцать семь.

А с тех пор, как я расстался с Элизией… уже почти прошло пять лет.

— Теперь можешь смело ехать в Россию – ты отлично справился.

— Правда?

— Ага. Можешь хоть переводчиком работать. Наш До Юн – настоящий гений.

Теперь… я уже не могу вспомнить голос Элизии. Её лицо тоже постепенно размывается. Счастливые воспоминания о ней перекрываются жизнью с Антониной.

Я не хочу её забывать. Но её улыбка в памяти всё сильнее тускнеет.

— Моя невеста… всё ещё ждёт меня?

И к этому моменту даже та твёрдая вера, что была у меня внутри,
начала понемногу рушиться.

[Ты же сам просил не следить за ней.]

— Это потому что вы даже один звонок не даёте сделать!!

[Понимаю, тебе тяжело. Но не забывай – я твой начальник.]

— …Прошу прощения. Простите меня.

[И к чему нам извинения? Просто постарайся, чтобы я не пришёл к выводу, что ты сломался.]

— …Есть.

Одних писем уже было недостаточно. Элизия по-прежнему писала мне каждый месяц, как и тогда, в детстве. Но эта бесконечная фальшивая жизнь всё сильнее изматывала меня.

Помнит ли она меня по-настоящему? Ждёт ли всё ещё, не забыв? Не поддаётся ли на ухаживания других мужчин? Эти письма настоящие?

[Выдающаяся девушка. Серьёзно. Она по-прежнему ждёт только тебя. Несмотря на уговоры окружающих, даже не смотрит на мужчин.]

— …

И единственное, что могло хоть как-то успокоить мои сомнения – слова этого человека по ту сторону связи.

Но правда ли это? Или он просто придумывает, обманывая меня?

Верно же? Прошло целых пять лет! Пять лет разлуки – и она всё ещё ждёт меня? Разве это вообще возможно? А вдруг она уже встретила кого-то другого, а этот человек всё знает и просто лжёт мне?

— Спасибо…

[Ещё немного потерпи. Мы тоже знаем, как тебе тяжело.]

— Да…

Но у меня не было выбора, кроме как верить. Потому что только встреча с Элизией оставалась единственной надеждой в этой фальшивой жизни.

[Кстати. Думаю, пора дать тебе следующее задание.]

— …Что?

И именно тогда, в тот момент, когда я нуждался в этом больше всего. Когда был готов работать как пёс, сильнее, чем кто-либо…

Родина наконец поручила мне настоящую миссию.

[Пора тебе отправляться в Россию. Считай, подготовка завершена.]

— …

[Кстати, как насчёт помолвки? Корейский парень, решивший жить на родине своей невесты ради неё… Корейцы ведь славятся своей заботливостью.]

— …

Покинуть Корею, где я провёл два с половиной года, и отправиться в Россию. Это было третье задание, которое мне дали.

[Я всё подготовлю. Ты тоже приготовься.]

— …Есть.

Я сразу понял. Теперь родина начнёт использовать меня по-настоящему.

А это означало…

…Что момент, когда я смогу вернуться к Элизии, уже близко.

— …До Юн.

— Я серьёзно. Давай… поженимся.

Время, которое словно остановилось с тех пор, как меня отправили на войну, наконец-то начало двигаться.

— Да!…

— …

Ради этого я готов на всё. Действительно на всё.

Я уже убивал людей, что ещё может меня остановить?

Фальшивая любовь? Сколько угодно.

Брак? Если потребуется, я даже ребёнка заведу.

Потому что для меня есть только Элизия.

Правда. Я сделаю всё. Что угодно. Лишь бы вернуться.

— Вааа~, спустя сто тысяч лет я снова дома~!

— Нравится?

— Да! Очень! Интересно, мой любимый ресторан ещё работает? Давай пообедаем там!

— Сначала надо к родителям зайти.

— Да ладно, оставим это на потом! Пойдём скорее!

Вернувшись в Россию, Антонина была безмерно счастлива, ведь вернулась сюда со мной, своим женихом.

Всё оказалось до смешного просто, поскольку Антонина уже безнадёжно влюблена в меня. Так мы заключили помолвку.

Из-за войны въезд иностранцам был ограничен, но для граждан союзной Кореи действовали послабления. Оставалось лишь подать документы на брак – и с видом на жительство проблем не будет.

— Я немного прогуляюсь, можно?

— М? Тогда давай сначала вещи разберём и пойдём вместе.

— Мы ещё каждый день будем гулять. Хочу просто почувствовать, что я в другой стране.

— Эх… ладно. Только не задерживайся.

— Хорошо.

Когда я оказался в России, меня вдруг осенило.

…Они всё это спланировали заранее.

Отправляя меня в языковую школу, они уже планировали использовать меня в России. И даже моя встреча с Антониной… Возможно ли, что они заранее знали о ней и тайно подтолкнули её сделать «верное» решение?

Какое будет следующее задание?…

Так, медленно шагая по чужой, новой стране, я задумался.

Устранение цели? Теракт? Скорее всего – сбор информации.

Честно говоря, умирать мне не хочется, так что хотелось бы получить более-менее безопасную миссию.

— Кьяхахаха!

И внезапно…

Где-то раздался звонкий детский смех. Я обернулся на звук и…

— Лана!

Прямо передо мной девочка споткнулась и начала падать.

— Кья!

— Осторожно.

Я рефлекторно протянул руку и подхватил её, так что в итоге она не упала.

Начальная школа?…Нет, даже младше. На вид ей лет пять-шесть.

Сразу бросился в глаза её аккуратный хвостик, который, похоже, заботливо завязала мама.

— С-спасибо…

Получив помощь, девочка не заплакала, а сразу поблагодарила. Щёки её покраснели, и она смущённо отвела взгляд.

И тут к нам подбежала женщина – видимо, её мать.

— Лана! Я же говорила не бегать!… Спасибо вам большое. Благодаря вам она не поранилась.

— Мне просто повезло оказаться рядом.

— Ой, как вы хорошо говорите. Вы, наверное, иностранец?

— Я кореец. Только вчера сюда переехал.

— Так мы соседи. Приятно познакомиться. Лана, поздоровайся.

По словам матери девочка начала неловко теребить руки. Но затем, улыбнувшись, она всё же обратилась ко мне:

— Поя полное имя – Светлана… А как тебя зовут, старший братик?

Для ребёнка она была довольно общительной, так что в моей жизни появилась милая маленькая соседка.

---

Примечание:

1. Нина произносит это на русском языке.