В тот момент, когда его шантажировали, человек в черном был просто шокирован: Что вы испытали за эти дни и как научились шантажировать?

Су Сяосяо посмотрела на него, прижав обе ладони к щекам: "Вэй Тин, ты все больше и больше привязываешься ко мне, да?"

Вэй Тин бросил на нее ничего не выражающий взгляд и бесстрастно сказал: "Неужели весь жир, который ты потеряла, перешел на лицо?"

Черт возьми!

Это что такой окольный путь назвать меня толстокожей?!

Чем ты вообще занимался раньше? Почему ты такой чертовски способный? Новый чжуанъюань*? Горячий спорщик, обладающий прекрасным красноречием?

Забудь, ради денег я тебя прощу!

......

Су Сяосяо отправилась в дом старой семьи Су, чтобы вернуть деньги Су Юйнян.

Су Юйнян выглядела заметно удрученной.

Говорят, что, сидя дома в течение месяца после родов, кожа матери становится все более и более румяной, но она, напротив, выглядела такой изможденной.

Но если задуматься, то это было неудивительно. Как говорится, вышедшая замуж дочь – это пролитая вода**, и если она часто будет возвращаться в родной дом, то ее будут осуждать.

Не говоря уже о том, что она родила ребенка в доме своей матери, и также просидела в доме своей матери целый месяц.

Чем дольше она задерживалась там, тем больше о ней сплетничали жители деревни. Особенно когда в прошлый раз приехала семья Чжэн и поссорилась с ней, что услышала соседка госпожа Чжоу.

Госпожа Чжоу была известной любительницей посплетничать, поэтому в тот же вечер разнесла эту новость на всю округу.

Люди в деревне, конечно, уважали старую семью Су, но они не могли противостоять консервативному мышлению и желанию посплетничать.

Кроме того, между Су Юйнян и ее родной семьей все больше разгорались противоречия.

Люди из старой семьи Су надеялись, что она слезет с осла при спуске с горы***, а поскольку Синъэр искренне раскаивался, то они хотели, чтобы она прекратила выпендриваться и вернулась, чтобы жить с Синъэром хорошей жизнью.

Эта женщина была всего лишь наложницей и не могла ничего изменить. Семья Чжэн была большой семьей, больше детей - это просто больше палочек для еды, и ей это ничего не стоило.

Неважно, воспитываешь ты их или нет, главное, просто притворись, что не видишь их.

Су Юйнян не могла с этим смириться и отказалась возвращаться.

Старая госпожа Су и старшая невестка семьи выглядели не слишком хорошо.

Сердце госпожи Фан болело за дочь, хотя она и была не против, чтобы ее дочь задержалась, но она не соглашалась с ее подходом и советовала дочери не портить отношения между мужем и женой. Жизнь долгая, поэтому она не должна отталкивать своего мужа.

Из всей семьи никто не встал на место Су Юйнян, чтобы понять ее.

Что думали о ней жители деревни, Су Юйнян не беспокоило.

Ее заботила только собственная семья.

Однако для своей семьи она уже стала чужой.

"Иногда я действительно завидую тебе". Су Юйнян сидела на кровати, с унынием говоря это.

Су Сяосяо подняла брови и ответила: "Я тоже себе завидую".

Су Юйнян скрипнул зубами и сказал: "Не порть мне настроение!"

Су Сяосяо надула губы и ответила: "...... так грубо".

Су Юйнян глубоко вздохнула, взяла себя в руки и продолжила: "Я завидую тому, что ты смогла привести зятя к себе домой".

Как правило, только те, чьи семьи не могли произвести на свет сына, позволяли своим дочерям приводить зятя в свой дом, чтобы перенять в семье обряд возжигания благовоний****.

Однако в семье Су был Су Эргоу, и в ситуации, когда зять приведен в семью, Су Чэну, как главе семьи, приходилось выдерживать большое давление.

Но Су Чэн предпочел бы, терпеть критику за спиной, чем выдавать свою дочь замуж в чужую семью, где она возможно будет страдать и терпеть лишения. 

"У тебя хороший отец", - сказала Су Юйнян.

"Конечно, у меня хороший отец!" Су Сяосяо тоже считала, что папаша Су - самый лучший отец в мире. Хотя он и делал все немного не так, как надо, но его любовь к ней была неподдельной.

Отец Су Юйнян не сильно отличался от госпожи Фан, у него тоже не было четкого мнения относительно всего этого, поэтому решения в семье принимал старый господин Су.

"Может быть, потому что твой дедушка слишком властен".

Нередко у властного отца вырастают дети, которым не хватало инициативы.

"Может быть". Су Юйнян уже не волновало, что будет дальше: "Как было бы хорошо, если бы я могла привести зятя в свой дом".

Су Сяосяо бросила на нее глубокий взгляд: "Хватит об этом, с твоим характером ты вполне способна на то, чтобы привести в дом зятя".

У Су Юйнян было стремление, ум, твердый характер, смелость, чувство, когда надо было действовать, а когда отступить, а также хорошее видение и коммерческая жилка.

Су Юйнян слышала слишком много мнений разных людей, и, впервые услышав отличное от них мнение, не могла не удивиться.

Су Сяосяо надулась и сказала: "Не смотри на меня так, если это была бы я, то я тоже не смогла бы с этим смириться. Когда двое людей вместе, они должны быть искренне преданы друг другу. Как говорится: Желаешь обрести сердце другого, никогда не бросай его*****?"

"Желаешь обрести сердце другого, никогда не бросай его". Сердце Су Юйнян было тронуто этими словами: "Если однажды молодой господин Вэй тоже предаст тебя, что ты будешь делать?"

Су Сяосяо махнула рукой. "Он не предаст!"

Ведь на самом деле мы не были настоящими мужем и женой!

Разве можно говорить о предательстве?

Настанет день, когда они окажутся в разных уголках мира, и больше никогда не увидятся.

Это станет концом отношений моих и Вэй Тина.

В итоге Су Сяосяо совсем не уговаривала Су Юйнян вернуться в дом мужа, она просто оставила серебро и ушла.

Не успела она уйти, как к двери их дома пришел кто-то из семьи Чжэн.

Среди них была все та же Чжэн Ланьсю, но не было Синъэра, в этот раз она пришла со своим мужем, Фэн Гуайцзы.

Фэн Гуайцзы****** слегка прихрамывал, отсюда было и его прозвище.

Фэн Гуайцзы наблюдал, как Су Сяосяо выходит из дома старой семьи Су, он продолжал смотреть на Су Сяосяо, пока та удалялась, но все еще не хотел отводить взгляд.

"На что ты смотришь!" Чжэн Ланьсю ущипнула своего мужа!

"Ауч …"Фэн Гуайцзы почувствовал боль и в душе проклял эту суку, но все же сказал с улыбкой на лице: "На что я могу смотреть! Разве это не потому, что в доме старой семьи Су гости, будет ли удобно, что мы пришли к ним в дом?"

Чжэн Ланьсю сердито ответила: "Хм! Будет неудобно для нас или неудобно для дочери, которая живет в доме своей матери!"

Эти слова были сказаны для того, чтобы Су Юйнян услышала их.

Мысли Фэн Гуайцзы были полны пышной фигурой, которую он только что видел, его глаза сверкнули, и он спросил: "Странно, кто эта толстая девочка? Я никогда не видел ее раньше ......"

Чжэн Ланьсю нетерпеливо ответила: "Как это ты ее раньше не видел? Это же Толстушка Су из семьи Су!"

"Ах! Это она?" Фэн Гуайцзы был крайне удивлен.

Из-за родства со старой семьей Су он несколько раз сопровождал Чжэн Ланьсю в деревню Синхуа, поэтому, естественно, он встречал Толстушку Су.

Но та Толстушка Су была толстой и уродливой, с грубой кожей и мясистым телом. Эта же девочка явно не была такой толстой, как он помнил, а ее кожа была гладкой и нежной, что даже при слабом нажатии на ней останутся следы.

Чжэн Ланьсю всегда была худой, а с возрастом она стала высохшей и увядшей, его рукам совсем не за что было ухватиться, поэтому он не испытывал к ней никакого сексуального воодушевления.

Но эта маленькая толстая девочка была такой соблазнительной.

Вскоре он увидел Су Цзиньнян.

На Су Цзиньнян был нежно-лиловый хлопковый жакет, а из-за работы ее рукава были закатаны, обнажая тонкие и белоснежные запястья.

Цзиньнян по-прежнему была самой красивой.

"Это ведь Цзиньнян, верно? Я давно тебя не видел, а ты уже выросла!" Фэн Гуайцзы поприветствовала ее с улыбкой.

Су Цзиньнян слегка нахмурила брови.

Ей не нравился муж Чжэн Ланьсю, он всегда смотрел на нее сальным взглядом, и от этого она всегда чувствовала тошноту.

......

Чжэн Ланьсю пришла убедить Су Юйнян вернуться обратно, если Су Юйнян не уйдет, она тоже останется! Она будет оставаться до тех пор, пока Су Юйнян не согласится пойти вместе с ней!

Так как она осталась, Фэн Гуайцзы тоже остался в доме старой семьи Су. 

Вечером Су Юйнян поужинала в своей комнате, взяла на руки дочь, чтобы покормить ее молоком, а затем приготовилась уложить ее спать.

Она укладывала дочь, когда коснулась рукой чего-то прохладного.

Она подняла это и присмотрелась: это оказался красивый нефритовый кулон с блестящей текстурой.

Она видела хорошие вещи в семье Чжэн, поэтому сразу поняла, что это жадеит, а вот что это был за вид, она не знала.

Просто интуиция подсказывала ей, что этот нефритовый кулон очень ценный.

Это был явно не ее нефритовый кулон и не кулон ее семьи. Она четко знала, какие украшения в доме ее семьи.

Иначе как бы Су Сяосяо могла решить, что она очень подходит на роль главы семьи.

Су Юйнян на мгновение задумалась и пробормотала: "Может быть, это Толстушки Су?"

Толстушка Су только что приходила вернуть серебро, может быть, она выронила нефритовый кулон, когда доставала деньги.

"Такой красивый ......"

Он ей понравился, но Су Юйнян не жаждала чужих вещей.

"Младший брат!" – позвала она.

"Иду! Старшая сестра, ты звала меня?"

Десятилетний Су Саньлан откинул занавеску и вошел.

Он был еще молод, и его голос еще не изменился, он был еще совсем ребенком.

Су Далану, который уже обзавелся семьей, и семнадцатилетнему Су Эрлану уже не подобало входить в комнату Су Юйнян.

Су Юйнян передала ему нефритовый кулон и сказала: "Отнеси это в дом семьи Су и спроси у Толстушки Су, ее ли это".

"Хорошо". Су Саньлан взял нефритовый кулон.

В этой семье только младший брат был наиболее расположен к ней, во-первых, Су Саньлан был еще молод и простодушен, во-вторых, потому что госпожа Фан несколько лет после рождения Су Саньлана болела, поэтому Су Саньлана воспитывала Су Юйнян.

Су Саньлан был очень привязан к Су Юйнян.

Су Саньлан с удовольствием ходил в дом семьи Су не только потому, что он выполнял поручение старшей сестры, но и потому, что каждый раз, когда он туда приходил, Толстушка Су давала ему вкусную еду и разрешала посмотреть на жеребенка.

Как только Су Саньлан вышел из дома, его остановила Су Цзиньнян.

"Младший брат, уже так поздно, куда ты идешь?"

Су Саньлан, неловко повернувшись, спрятал руку за спину: "Я хочу навестить нашего соседа ... Чжоу Эрчжуана".

Су Цзиньнян посмотрела на его заведенную за спину руку и спросила: "Что ты там прячешь?"

Су Саньлан поспешно ответил: "Ничего!"

Су Цзиньнян подошла к нему: "Покажи мне это! Иначе я все расскажу дедушке!"

Су Саньлан больше всего боялся старого господина Су, поэтому ему пришлось показать нефритовый кулон: "...... Толстушка Су обронила его у нас дома, я иду вернуть его".

Су Цзиньнян холодно сказала: "Тогда почему ты солгал мне?"

Су Саньлан ничего не ответил.

Су Цзиньнян сказала: "Отдай его мне, я отнесу его вместо тебя".

Су Саньлан прошептал: "Так не пойдет".

Лицо Су Цзиньнян стало недовольным, и она сказала: "Тогда я расскажу дедушке …"

"Что случилось?"

Старый господин Су услышал пререкания брата и сестры из главного зала и с угрюмым лицом подошел к двери.

Су Саньлан в страхе опустил голову.

Су Цзиньнян раскрыла ладонь и честно ответила: "Только что Толстушка Су приходила осмотреть старшую сестру и оставила нефритовый кулон в ее комнате! Дедушка, я хотела вернуть его ей!"

Взгляд старого господина Су упал на нефритовый кулон с блестящей текстурой, и его лицо мгновенно изменилось!

_______________________________________

Примечание:

* - чжуанъюань - обладатель лучшего результата среди получивших ученую степень цзиньши на дворцовом экзамене;

** - вышедшая замуж дочь все равно, что пролитая вода - это метафора о женщине, которая, выйдя замуж, больше не имеет никаких отношений с семьей матери, и принадлежит теперь семье мужа;

*** - слезать с осла при спуске с горы – обр.выражение - использовать момент для выхода из положения;

**** - обряд возжигания благовоний – возжигание благовоний применялось для поклонения предкам, позже стало символом, обозначающим преемственность поколений в семье;

***** желаешь обрести сердце другого, никогда не бросай его – это строчка из стихотворения "Оплакиваю седину " Чжо Вэньцзюнь (II в. до н.э., династия Хань) – смысл: каждая хочет обрести в своем мужчине доброту и преданность, даже в трудностях не бросать друг друга и жить в согласье до старости;

****** - гуайцзы - хромой, колченогий.

Перевод: Флоренс