— Так вы лёгкий режим прошли? Поздравляю.

— А вы на нормальном проходили? Там ведь наверняка жесть была.

— Знаете, мир игры сам по себе неплох... но нормального общения всё равно не заменяет.

— Это точно. Рад наконец увидеть живых людей.

Даже обращались друг к другу на «вы».

Спорили о политике на Земле, обсуждали акции, ругали разработчиков.

— Кстати, у этой помойки, оказывается, есть контент после финала.

— На заброшенном острове к северу шахта. Сходим вместе?

— Почему нет. Вдруг там награда.

С этого всё и началось.

Вскоре выяснилось, что [звёздные руны] можно добывать только в Энд-Оушене. Потом игроки обнаружили [Трансцендентный рынок✯] и поняли, что за руны можно усиливать персонажа, покупать снаряжение и наращивать влияние.

Мир изменился почти мгновенно.

Сильные начали отбирать у слабых острова и валюту.

Слабые попробовали объединяться, чтобы защищаться.

Но и большие объединения в конце концов оказывались под властью сильных. Стоило кому-то по-настоящему могучему создать свою фракцию, как мелкие союзы один за другим втягивались туда.

В итоге слабым оставалось плавать по бескрайнему морю, искать новые острова, добывать руны и отдавать положенную долю наверх.

То есть работать на хозяина.

Игроки сложного режима быстро освоились.

Они быстро поняли, как держать слабых в зависимости.

Обычный режим ставили выше лёгкого. За верность давали поблажки. Слово «дань» почти не употребляли — говорили о «защите». Заодно распускали слухи, что у другого хозяина будет хуже.

Логика была до смешного знакомая.

«Ты куда собрался? Думаешь, тебя где-то ещё ждут?»

«На рынке труда сейчас жопа, радуйся, что вообще место есть».

«Тяжело ему, видите ли. Тут ещё легко. В игры переиграл — жизни не знает. Если здесь не справляешься, в другом месте тебя вообще размажут».

Смерть в Энд-Оушене не была окончательной. Но потерянное имущество почти никогда не возвращалось.

Разработчики исчезли, игра развалилась, патчи закончились. Исправлять систему было некому.

Многие в конце концов просто уходили из Энд-Оушена.

«Да пошло оно всё! Это вообще ещё игра?!»

Но не все.

Игроков лёгкого режима, которые ненавидели установившийся порядок, становилось всё больше. Они прятались на дальних островах, сбивались в маленькие группы, устраивали налёты, срывали сбор дани. И в какой-то момент у них появился символ, вокруг которого можно было объединиться.

Не человек. Пока ещё только надежда на человека.

Игрок, прошедший адский режим.

— Мы просим только одного.

На краю большого острова стоял рыцарь в тяжёлых доспехах. Он ткнул пальцем в центр маленького островка.

Там над деревьями развевалось огромное знамя в форме буквы H.

За несколько лет этот знак стал общим знаменем для разрозненных беглецов с лёгкого режима. Они верили: однажды кто-нибудь всё-таки пройдёт адский режим, доберётся до Энд-Оушена и разнесёт эту систему к чёртовой матери.

— Просто уберите этот плакат. Мы ведь и так делаем вид, что вас не замечаем. Сверху требуют вас прижать, а мы врём, что не нашли. Думаете, нам приятно постоянно прикрывать ваши задницы? Так сложно сделать одну вещь в ответ?

Рыцарь был игроком обычного режима — обычным средним звеном: сверху на него давили, снизу его ненавидели.

Ответ оказался коротким.

— А нам-то что с того-о-о?!

Пушки снова загрохотали.

Маленькие острова сорвались с места.

Уйти из этого мира всё равно было некуда. После долгих лет одиночества Энд-Оушен оставался единственным местом, где можно было встретить людей, заняться новым контентом, добыть редкие вещи и просто почувствовать себя частью чего-то общего.

Он мог стать раем.

Должен был стать раем.

Это, в конце концов, игра. Мир, который делали ради удовольствия.

А получилось вот это.

Здесь построили систему подавления и назвали её обществом.

Игроки лёгкого режима не собирались с этим мириться.

Если «общество» означает, что одни давят и грабят других, значит, к хуям такое общество.

А если самим сломать его не хватает сил, остаётся дождаться того, кто сможет.

Те, кто стоял выше, любили над ними смеяться.

— Вы совсем ебанулись? Он наверняка давно сдох.

— Сколько лет прошло? Адский режим вообще никто не прошёл. Последнего ещё и из-за бага выбросило в Оффлайн. И вы после этого всё ещё ждёте?

«Да идите вы нахуй».

Надежда вспыхнула когда-то на секунду. Но для тех, кто годами жил под чужим сапогом, этой секунды оказалось достаточно.

Сильное желание умеет переживать время.

«Ты же не умер?.. Ты прошёл адский режим, да?»

Игрок с ником Кролик когда-то особенно отчаянно надеялся на Данте. Теперь он снова молился о том же.

— Стоять, придурок!

— Хуй вам!

Если Данте всё-таки придёт, под знаменем с H соберутся сотни островов.

Под его знаменем окажутся все, кого годами давили и обирали.

«Только приди. Приди и убей этих ублюдков. Пожалуйста».

И тут Кролик вспомнил о знамени.

— Флаг!

Он рванул к мачте, быстро спустил полотнище, свернул и засунул под одежду. Знамёна в Энд-Оушене стоили бешеных денег. Если его порвут, на новое у него не будет ни одной лишней руны.

* * *

На следующий день после открытия перехода я попросил Ран выбрать выход в Оффлайн.

Всё происходило так же, как раньше. 『Игровая система』 отключилась. Сознание словно всплыло из глубины. А когда я снова увидел мир, вокруг была знакомая белая пустота.

— Брат!

— Давно не виделись. Живой?

По крайней мере, система и правда пришла в норму. Дино снова был здесь — целый и невредимый.

В этот раз ехать куда-то на динозавре не потребовалось. Море начиналось почти у самых ног.

По словам Ран, тяжёлые баги чаще встречались на высоких уровнях сложности. Значит, больше всего о них должны были знать игроки сложного режима.

Я вошёл в воду и нырнул.

Плеск!

<⧉ Подключение к [Энд-Оушену].>

Когда я открыл глаза, под ногами был крошечный остров посреди моря.

Метров тридцать квадратных от силы. Позади росла одна-единственная пальма.

«Вот, значит, какой он, Энд-Оушен».

Ран описывала всё довольно точно: море до самого горизонта и личные острова игроков, разбросанные по нему. В населённых районах они соединялись друг с другом и превращались почти в материки.

В руке обнаружился смартфон. На нём было установлено приложение [Сообщество Энд-Оушена].

Но вход в сеть автоматически публиковал факт подключения.

«Если засвечусь сейчас, шум поднимется моментально».

Я ещё помнил, как люди реагировали на само упоминание адского режима.

Когда ты единственный, тебя либо обожают, либо ненавидят. Иногда — одновременно.

К тому же здесь игроки могли нападать друг на друга, а по прошлой встрече я уже понял, что миром и дружбой в Энд-Оушене не пахнет.

«Сначала разберусь, что тут происходит. Потом уже покажусь».

Кстати, где Ран?

Раньше она объясняла, что формально относится к Онлайн-миру, но каким-то способом способна передавать сознание в Оффлайн.

«Как?»

«Предполагаю, через оставленный разработчиком чёрный ход».

Тот самый лаз, который создавали для вселения в Мэри Сью. Видимо, Ран научилась пользоваться им в обратную сторону.

Она говорила, что появится рядом с моим островом.

— Я здесь.

Голос раздался сверху.

На пальме сидел синий голубь.

— Ран?

— Да.

— Почему голубь?

— У игроков здесь нет врождённой способности ориентироваться. Я выбрала птицу, которая умеет находить дорогу сама.

Оказалось, даже нормальный компас в этом мире нужно сначала заработать и купить.

— И как тогда новички вообще начинают?

— Дрейфуют, пока случайно не встретят другой остров. Дальше либо сотрудничают, либо дерутся.

— То есть всё здесь крутится вокруг звёздных рун.

— Именно.

Я решил проверить магазин.

— Трансцендентный рынок.

—— Трансцендентный рынок✯ ——

- Звёздные руны: 0

- Доступные товары: ранги D ~ S

————

Список оказался огромным.

Самая дешёвая покупка — буханка хлеба за одну руну. В верхней части ассортимента начиналось уже откровенное безумие: случайный ящик с оружием [мифического] ранга за 90 000 000 рун, ящик со случайным чертежом <Тотема дракона>, способного поднять остров в воздух, — за 15 000 000.

«Одна руна в старых деньгах стоила примерно сто вон?..»

После того как игра стала реальностью, задонатить уже было невозможно. Но суть от этого не менялась: разработчики когда-то выставили оружие примерно за девять миллиардов вон.

А для тотема требовались пять разных чертежей.

В каждом ящике выпадал один из пяти с равной вероятностью.

«То есть можно влить десять миллиардов, двадцать — и всё равно не собрать комплект».

Потрясающе.

Нет, эта игра заслуженно сдохла.

— Видите остров наверху?

Я проследил за клювом Ран.

Высоко в облаках действительно мелькала огромная тень.

— В Энд-Оушене сейчас два главных лагеря — Монарха и Антикороля. Этот остров принадлежит Монарху Бальтазару.

— Он прошёл сложный режим?

— Да. Первые игроки появились здесь около десяти лет назад.

Значит, всё-таки собрал пять долбаных чертежей и поднял остров в небо.

Я продолжил листать товары.

<Книга пробуждения Власти (только для адского режима): 25 000 000 звёздных рун>

— Вот это уже интересно.

Эта книга открывала предельную способность адского режима. Формально условие я уже выполнил, став созвездием из первой десятки рейтинга. Но одного условия было мало: в обычной игре требовалось ещё самостоятельно прийти к пониманию силы.

«По нормальным правилам это месяцы фарма и один из последних этапов контента».

А за руны всё можно было получить сразу.

У нормального и сложного режимов были свои дорогие награды — оружие со стигмами и другие полезные вещи.

Теперь я окончательно понял, почему здесь годами шла война.

Один только этот магазин открывал ещё целый пласт развития персонажа.

И почти всё в нём было специально сделано так, чтобы игрок смотрел на цену и думал: «Хочу».

После финала № 1

То, что продолжается

КОНЕЦ