- Тебя выдали глаза, - сказала она. - Я заметила глубоко внутри какую-то печаль. Думала, это из-за моего отъезда, но не была уверена. Прошлым вечером я поняла, как сильно ты будешь скучать по мне, но убедилась, что причина не в этом. Поэтому попросила Ларри не приходить и дать мне возможность прийти самой. Я хотела понять, что происходит. Почему ты чем-то не делился со мной.

- Я не мог. Что тут можно было сказать? Всё, что я мог, сильно навредило бы той, которая доставила мне столько удовольствия. Я не должен был этого делать. И даже сейчас не должен. Но верю, что ты никому ничего не скажешь.

- Спасибо, - сказала она со светлой улыбкой. – Я ценю это. То, что ты мне доверяешь, многое значит для меня.

Я правда не знал, что сказать, так что просто кивнул, а она не сводила с меня глаз.

- Так что, это и правда так волшебно?

- Ага, ещё как, - сказал я с лёгкой ухмылкой. – К счастью, она точно знала, что делать, и это не дало мне попасть впросак или опозориться. Это было потрясающе. Я всегда думал, что буду прятаться за машинами, искать место, где укрыться, и там, в спешке... О таком всегда говорят. Но это было неспешно, на мягкой кровати, с опытным партнёром. Я бы ни на что это не променял.

Она лишь сидела и глядела на меня. Я не мог так хорошо читать её эмоции, как она – мои, но что-то происходило. Мне оставалось надеяться, что однажды я смогу хорошо понимать девушек, но не рассчитывать на это. Мой отец в свои 60 часто повторял, что женщин никто не может понять. Я знал, что девушки сбивают с толку, но думал, что, может, пойму их, когда стану старше. Но теперь я не был уверен в этом. Возможно, отец был прав.

Допив, она отставила стакан. Буря улеглась, и опять показалось солнце.

Она встала и сказала:

- Выйдем на пару минут, пока опять не зарядил дождь.

Я поднялся, и мы вышли через заднюю дверь, на крыльцо. Запах леса за нашим домом был оглушительным – из-за дождя. Но всё было спокойно. Мы просто стояли там, глядя на деревья, пока она не сказала:

- Это прекрасно. Мне, чтобы поглядеть на такие леса, нужно выезжать из Стокгольма. Я не могу делать это каждый день, как ты.

- Ага, это мило, - ответил я.

Мы стояли около пяти минут.

- Стив, я могу спросить кое-что ещё?

- Да, конечно.

- Ты правда думаешь, что мы ещё встретимся?

- Ну, вчера я не думал, что увижу тебя ещё раз, но затем ты появилась сегодня, - после тех слов, что я удивлюсь. Да, так и есть. Ты уже тогда планировала это?

- Нет, но когда я вернулась в машину после тех слов, решила посмотреть, получится ли. И это получилось. Ларри очень хотел помочь. Я немного беспокоилась насчёт его мамы, но она очень классная.

- Ты смогла сделать это. Так что мой ответ – «да», мы ещё увидимся. Я не знаю, где, и не знаю, когда, но увидимся. Возможно, я как-нибудь приеду в Швецию.

- Правда? – она опять улыбнулась – своей обезоруживающей улыбкой, а в её глазах сверкнули искорки. – Может, мне стоит поучить тебя шведскому?

- А? Ты научила меня, как будет «Большое спасибо», «Будьте так любезны», «Здравствуйте» и «Привет». Что ещё мне может понадобиться?

- Всего одна фраза, - сказала она, разворачиваясь и заходя в дом. Она сена на диван и похлопала по подушке рядом с собой. Я присел рядом, осторожно, чтобы не слишком приблизиться. Она сказала:

- Я хочу, чтобы ты сказал мне: «Skulle du vilja älska med mig?».

- Эээ, я попытаюсь. Что это значит?

- Сначала выучи и скажи.

- Отлично. По слову за раз, чтобы я мог запомнить.

Она повторила слова несколько раз, и в конце концов я решил, что готов.

Она сжала мои руки:

- Ладно, посмотри в мои глаза и скажи это.

Я всё гадал, что это за фраза. Я заучивал так и другие фразы – не зная значения, просто по звучанию, так что у меня не было подсказок.

Заглянув ей в глаза, я осторожно повторил:

- Skulle du vilja älska med mig?

Поглядев в ответ, она почти шёпотом ответила:

- Ja, det vill jag.

Я отпустил её руки.

- Что я сказал и что сказала ты?

Она нервно рассмеялась:

- Ну, ты спросил меня, очень вежливо, не хочу ли я заняться с тобой любовью, и я ответила «Да».

У меня отвисла челюсть, я опять лишился дара речи. Казалось, всё по шаблону – девочки (не женщины!) производили на меня такой эффект. Восстановив хладнокровие, я прошептал:

- Ты опять дразнишь меня?

- Нет, Стив, я сказала всерьёз. Это сложно, но я уверена, что это то, чего я хочу. Я так волновалась, что, произойди что-то, это уничтожит нашу дружбу. Или что это было бы ужасно, и мы пожалеем. Но за последние недели многое изменилось. Уверена, ты справишься с этим. И я думаю, что смогу.

- Погоди, ты не хотела заняться со мной сексом раньше, эээ, ну, когда мы оба были девственниками, но теперь хочешь? Я не понимаю. И что насчёт Ларри? Что насчёт отказа?

Она выглядела так, будто вот-вот заплачен. Кажется, она решила, что я отказываю ей, но я просто второй раз за день пребывал в шоке и туго соображал.

- Нет! Ты мне очень нравился, но я боялась. Ларри казался безопаснее в этом плане – было забавно с ним заигрывать, но я знала, что это никогда не приведёт к чему-то серьёзному. Я боялась, что у нас с тобой что-то начнётся, а затем мне придётся уехать, и всё будет кончено. Я боялась, что мы по неопытности сделаем всё не так и разрушим нашу дружбу. Боялась, что не буду знать, что делать. Ты, должно быть, представлял, что сексуально свободные шведы знают всё с колыбели?

Она коротко улыбнулась своим словам, а затем её лицо снова стало обеспокоенным.

- Разве ты не хочешь?

Хотел ли я? Серьёзно? Я хотел так, как только мог. Но это опять начнётся и стремительно закончится. Как с Дженни. Но иначе. У нас было столько возможностей, но она уезжает в понедельник за 4000 миль. Только письма. А поездка в Швецию будет несбыточной мечтой, по крайней мере, сейчас. Я размышлял, что делать, и не станет ли это тенденцией моей жизни, когда маленькая головка диктует свою волю большой голове. Но на этот раз сердце было на стороне маленькой головки. Я посмотрел на неё и просто сказал:

- Да.

Магия момента была разрушена настойчивым звонком телефона.

Я поспешил ответить. Это был отец – они с Джеффом собирались встретить маму после выставки поездов. Они должны были поужинать у бабушки, и он хотел убедиться, что я не буду ждать их, а поем сам. Они должны были вернуться около девяти. Если они ещё задержатся – он перезвонит. Я сказал «Без проблем» и повесил трубку.

- Мой папа – дом будет пуст минимум до восьми.

Она широко улыбнулась, схватила телефон и, позвонив Мелани, сказала ей, чтобы та приезжала не в 4, а в 8, и, после ответа, повесила трубку. Повернувшись ко мне, она сказала:

- Покажи мне свою комнату.

Я встал и, взяв её за руку, повёл наверх. Она была здесь впервые – девочки в моей комнате были полностью исключены мамой. К счастью, я держал комнату в чистом и аккуратном виде. Никаких вещей на полу или тому подобного. Но я забыл об одной вещи – Пёсик Мусси прямо в центре моей кровати.

Пёсик Мусси был плюшевой игрушкой, которая была со мной с шести месяцев. Это было что-то вроде подарка от банка, который использовали родители. Бриджит оглядела комнату, увидела мои рисунки «Аполлона 11», Нила Армстронга и Базза Олдрина, модели машины Ричарда Петти и линкора «Миссури», а также плакат с Питом Роузом. Призовая бита с автографом Джо Моргана стояла в углу.

Конечно же, она посмотрела на кровать и начала хихикать.

- Плюшевая собачка? Серьёзно?

Ох.

- Ага! Он всегда тут. Я не сплю с ним, но днём он тут стоит.

А ведь это могло бы сбить весь настрой, подумал я.

- Это так мило!

Хоть дома и никого не было, я запер дверь. Затем закрыл жалюзи. Было темновато, ведь по-прежнему шёл дождь, хотя случайная вспышка молнии повергала комнату в жутковатое сияние. У напольной лампы был регулятор яркости, и я настроил его примерно на половину. Хоть идея была и её, я всё тянул. Уверенный и неуверенный. Это было моей мечтой, но я боялся всё испортить. Ну, кончу слишком рано. Или ей не понравится.

Предохраниться. У меня не было презервативов, и я не знал, как их достать, ведь ближайшая аптека была в двух милях отсюда. Да я и не был уверен, что их мне продадут. Я думал, дети могут купить их, но не знал точно, потому что не имел в этом опыта. Через мою голову проносились миллионы мыслей.

Должно быть, у меня было хмурое лицо. Бриджит встала передо мной, взяла за руки и без лишних слов поцеловала меня в губы. Просто короткий, но волнующий поцелуй, а затем она присела на краешек кровати. Я хотел что-то сказать, но она приложила палец к моим губам и тихонько заговорила.

- Я никогда не заходила дальше поцелуев. Как-то раз позволила мальчишке потрогать мою грудь – под одеждой. Конечно, я видела голых ребят – в сауне, но я никогда не видела эрекции. Я трогала себя, но в моей «fitta» ничего не было. Я принимаю п-пилюли, в смысле, противозачаточные таблетки, с 13 лет. Моя мама не хотела бы, чтобы я забеременела, когда начала экспериментировать, и она сказала не полагаться на парней. Я нервничаю, но я уверена, что хочу этого. Пожалуйста, ты займёшься со мной любовью?

Как я мог сопротивляться? Я был уже так возбуждён, что, думал, порву джинсы. Я очень боялся, что не сделаю ей хорошо; весь мой опыт состоял из двух суббот с Дженни. И она вела меня – шаг за шагом. А теперь вести должен я. Невинную девушку, которая рассчитывает на меня. Что, если я её разочарую? Если всё закончится катастрофой? В голове стояли тысячи картин.

Большинство – ужасные, но несколько – очень, очень соблазнительных. И что сказать? Она выжидающе глядела на меня, я не мог больше тянуть.

- Бриджит... – вот и всё, что я произнёс.