Удивительно, но посещать воскресную мессу не требовалось. Полагаю, это потому, что многие из ребят не были католиками. К моей маме никто с этим вопросом не обращался, так что я тоже не ходил. Делать было нечего, так что я надел сапоги и направился к конюшням, надеясь застать Дейла и выяснить, что у меня сегодня планируется. Он достал большой лист расписания и развернул его на своём столе. Меня он помнил и относился неплохо. У меня значились «озёрные развлечения», то есть рыбалка или катание на лодках – не самые любимые мной вещи. Грести по кругу на плоскодонке или сидеть у берега с удочкой не соответствовали моим представлениям о веселье. Мне нравилось кататься на каноэ, но их было всего да, да и те никогда не достанешь. Закончив с расписанием, он указал на лопату и сказал мне работать. Я лишь рассмеялся и, схватив лопату, направился в стойла.

Диана уже была там – показывала другому отдыхающему, как расчёсывать лошадь. Должно быть, новичку, потому что это первое, чему учат. Как расчёсывать гриву, чистить копыта, держаться в седле – вот первые вещи, которые ты должен усвоить. Затем тебе вручают лопату – и часто бедные ребята и представить не могут, для чего. Вначале я не мог сказать, мальчик там стоит или девочка – он был в комбинезоне и шапочке. Подойдя поближе, я увидел, что это Дженнифер. Что она здесь делает?

- Привет, Дженнифер. Я бы попробовал сходить конём на C3.

Она засмеялась.

- Ну да, это конь. Но вряд ли я смогу поднять и переместить его.

- Первый год по этой программе, верно?

- Ага, а как ты узнал?

- Ну, очевидно, то у тебя первое занятие.

Надев комбинезон, я подхватил свою лопату и начал вычищать стойла. Ради дополнительных шести часов езды в неделю с этим можно было смириться (как я всегда и поступал).

Через час я закончил, снял комбинезон и убрал лопату с тачкой. Сходив в подсобку, я взял попону, седло и поводья, и пошёл седлать Пахту. Раньше я ездил в шортах или комбинезоне, но теперь у меня были свои джинсы. Усевшись в седло, я вывел её из загона, а затем направил на дорожку, которая вела на пастбище вдоль озера.

Так как я ехал один, мне надлежало не уходить туда, где меня нельзя было бы разглядеть из конюшен или офиса, но даже просто ехать на лошади после годового перерыва было здорово. Я шёл довольно медленно, просто трусил по деревенским окрестностям. Пара кругов, и вот мне нужно было уже возвращаться. Поскакав обратно, я спешился и завёл Пахту в стойло; затем снял сбрую и передал поводья Дженнифер.

- Побольше старания, и тренировки принесут свои плоды, - засмеялся я и направился в мальчишечью половину лагеря, принять душ и приготовиться к первым активностям в этот день.

Моей любимой активностью, после верховой езды, была стрельба из лука. Вообще-то я предпочитал винтовки 22 калибра, но в Мэридейле не было огнестрельного оружия, как в КалАмигосе, где я последний раз был в 1969 году. Прошла уже уйма времени с тех пор, как я стрелял из огнестрела, и я решил, что нужно отыскать способ снова этим заняться. Мои родители никогда бы не купили мне ружьё, но я знал некоторых ребят, у которых оно имелось. Освежившись, я натянул шорты и лагерную футболку, и подождал звонка на сбор. Ждать долго не пришлось и мы вышли.

Первый день – это всегда проверка навыков. Сначала отделили ребят, которые никогда не стреляли из лука. Поскольку большинство в моей группе приезжали не в первый раз, всего пара человек ушла с той группой, чтобы получить базовые инструкции. Остальным выдали луки и по пять стрел, чтобы провести тест мастерства. Я легко смог пропустить их все через красные кольца, и три из пяти попали в жёлтое. Этого было достаточно для попадания в лучшую группу, но не так хорошо, как в прошлом году. Когда я уезжал, то мог попасть всеми в жёлтое и даже вогнать несколько в центральный круг.

Затем было плавание. Обычно туда группы набирали по возрасту, а значит, был шанс, что группа Дженнифер будет с нами. Поскольку плавание было каждый день, в отличие от других занятий, вожатым приходилось соединять группы. Думаю, они решили, что с детьми одного возраста будет меньше проблем, чем если соединить старших и младших.

Впрочем, в этом году мне в любом случае нравилось купаться. У большинства девочек четырнадцати лет уже были интересные формы, и даже у некоторых тринадцатилетних. К сожалению, правила требовали надевать скромные закрытые купальники, так что бикини я не увижу. Ну что же. На всякий случай я захватил шахматную доску. Бассейн, как правило, настолько заполнен, что единственная доступная забавная вещь – это глубоководное ныряние.

Я был счастлив – Дженнифер оказалась там, одетая в тёмно-синий купальник. И я тут же заметил, что, даже не смотря на остающуюся детскую пухлость, у неё намечалась отличная фигура. Она ещё наверняка привлечёт внимание ребят, но, так как она часто носила свободную одежду, сейчас её можно было увидеть лишь в бассейне.

После полудюжины погружений и выныриваний я вышел и присел на краю бассейна. Дженнифер присоединилась ко мне спустя пару минут. Я сказал, что у меня с собой шахматы, и её глаза загорелись. Мы нашли скамейку для пикника, расставили фигуры и начали играть. Несколько ребят из числа «шахматных фанатов» подошли, чтобы посмотреть. Часов у нас не было, но мы играли быстро, чтобы закончить к концу полуторачасового занятия.

Следующие 10 дней в той или иной степени повторяли этот. Мы с Дженнифер занимались верховой ездой в разное время, но встречались во время плавания и обеда. Как и я говорил, лагерные работники хорошо следили за тем, чтобы девочки с мальчиками не уединялись. Полагаю, лучше так, чем испортить репутацию лагеря, отправляя девочек домой беременными.

Пара ребят в моём домике, которые не были в лагере раньше, заговаривали о попытке прокрасться к девочкам, которых они видели в бассейне. Я сказал им, что это дурацкая идея, которая никогда не срабатывает. Они не послушались. Этих двух идиотов поймали через пару секунд после того, как они вышли из домика. По крайней мере, им хватило ума сказать, что они вышли «в туалет», когда их спросили, зачем они нарушили правила.

В последний день проводилась традиционная лагерная игра «Захват флага», в которую играли все. Лагерь был разделён на две части, и каждая сторона должна была выбрать по три места для флага – основную и две вторичные базы. У каждого была футбольная яркая лента, чтобы его можно было обнаружить. Это всегда довольно весело. Вожатые поощряли большое количество «дразнилок», которые делали игру более острой и безбашенной. Мальчики начали первыми, и другая команда выиграла. Пока мы ходили в душ и ужинали, играли девочки, а затем и они пошли мытья и есть. В восемь вечера начался общий сбор.

Весь лагерь разделили на две группы – от 15-ти и старше, и моложе 15-ти. Старшие ребята собрались главном зале, а младшие в столовой. Сопровождающие были повсюду. Не только вожатые, но и вообще все работники лагеря. Тебя видели повсюду, кроме, разве что, туалета, и выйти было нельзя. Я засмеялся, потому что те же два тупицы думали, что смогут найти способ уединиться с парой девочек. Это должно было случиться.

Танцы были забавными, как всегда. Я станцевал с пятью или шестью девочками, которых знал уже несколько лет. В основном быстрые танцы, конечно. Было несколько и медленных, но сопровождающие были будто католические монахини – они держали нас в ежовых рукавицах. Можно было сойти поближе, но если телесный контакт длился слишком долго, вас хлопали по плечу и вежливо просили не нарушать правила. Большинство понимали подсказку и потому не были усажены.

Я рано потанцевал с Дженнифер, а затем она отлично повеселилась с девочками из своего домика – они танцевали вместе каждую песню, если только их никто не приглашал. Обычно там был небольшой круг из четырёх или пяти девочек, и состав постоянно менялся.

В 9.45 я понял, что танцы близятся к концу, и, отыскав Дженнифер, пригласил её на танец опять. Первая песня была не слишком танцевальной; я всё гадал, что её выбрал. Это же была относительно медленная мелодия. Я положил руки на талию Дженнифер, она – мне на плечи, и мы начали качаться под музыку. Последняя песня унесла мой разум на другой континент...

«Ночь. Пятница. И клубные огни. Реши, куда тебе пойти, чтоб ритм танца подошёл, тебя в движение привёл. Пришла, чтоб короля найти».

Дженнифер увидела это в моих глазах.

- Думаешь о ком-то?

- Ага, конечно. Каждый раз, как слышу АББУ, а думаю о Бриджит.

Затем я быстро добавил:

- Прости.

- Не переживай. У вас, ребята, было что-то действительно, действительно особенное. Но вы никогда не встречались! У тебя есть секрет, о котором ты мне не говоришь?

Снова попался. И опять – из-за глаз. Мне следовало понять, как это прекратить.

Восстановив самообладание, я произнёс:

- Ага, есть. Но это не то, о чём я хочу говорить. Однако мы всё ещё держим связь.

Она поглядела на меня, хотела что-то сказать, а затем, похоже, передумала и просто кивнула.

«Дразни чуть-чуть. Всех вдохнови. Пусть догорят, танцуя. И снова ты свой шанс лови. Танцуй, танцуй, ликуя».

После этих слов она приблизилась и быстро обняла меня. Это произошло так стремительно, что я не успел отреагировать. И даже не был уверен, что произошло. Песня закончилась, и мы попрощались. До встречи на следующей неделе за шахматами.