Ларри и Дженнифер оба показались ровно в 6. Я схватил шахматы, пару книг, и мы обосновались в гостиной. Я почти полностью задёрнул раздвижную дверь. Это отгораживало нас ото всех, но и не полностью закрывало, так как родители бы наверняка были против – вдруг что не так? Они не знали Дженнифер, но, кажется, не приходили проверять нас из-за Ларри.

Мы разработали систему на вечер. Дженнифер и я играем, а Ларри комментирует ходы. Он мог делать это, не направляя игру. Просто описывал итоговые ситуации, их сильные и слабые стороны. Мы втроём зажгли. Это было совсем недолго, но мне показалось, что мы образовали новое трио.

Дженнифер Бриджит не заменила, но создала новое трио, основанное на шахматах. Другим отличие, о котором я знал и мог сказать, было то, что всё между нами – чисто платоническое. Конечно, там были поддразнивание и лёгкий флирт, но они становились для меня привычными. Я ничего к ней не испытывал всерьёз, и она, судя по всему, тоже.

Их мамы прибыли ещё до десяти, чтобы забрать их. Дженнифер предложила встретиться вновь, и я сказал:

- Просто позвони. Я буду здесь до конца недели, но затем уезжаю на две недели в лагерь, как каждое лето.

- Я это! А в какой?

- Мэридейл, в Кентукки.

- Ты шутишь. И я туда же!

Я бывал в Мэридейле уже четыре года кряду и не припомнил, чтобы видел её на лагерных сборах. Но в лагере было 200 девочек и 200 мальчиков, так что всё было возможно. Затем меня осенило.

- Ты обычно едешь в это время?

- Нет, обычно я езжу в конце лета. Но в этом году мы собираемся во Флориду.

- Ну, удачно вам вдвоём повеселиться, - рассмеялся Ларри.

На этой неделе у нас больше не было возможности встретиться. Мне удалось немного поиграть в бейсбол, пару раз позвонить Ларри и один раз кратко – Дженни. В пятницу было её первое свидание, и я пожелал ей удачи. У меня в пятницу была своя радость – почтальон принёс письмо от Бриджит.

Я даже не вынул всю остальную почту из ящика. Поспешно вскрыл письмо. Дважды перечёл каждое слово. Она была счастлива вернуться домой, но скучала по мне, своей гостевой семье и Ларри. В основном она проводила время со своими друзьями ходя в парк, в кофейню и плавая на острова. Подпись гласила – «С любовью, Бриджит». Схватив остатки почты, я помчался к себе в комнату, чтобы написать ответ до того, как уеду в лагерь. Сроки были верны – ответ придёт сразу после того, как я вернусь оттуда.

В пятницу также было пора наведаться в магазинчик. Я решил добраться до него на велике, это было не слишком далеко Внутри были пара человек за столиками и пара человек за прилавками. Я высматривал Андреаса, управляющего Гастрономом Гроссис. Он стоял за прилавком. Закончив оформлять заказ, он спросил меня, я ли – Стив. Я ответил утвердительно, и он отвёл меня в маленький кабинет.

- Дон Джозеф сказал, что ты славный малый. Твоя мама говорит, ты начнёшь через две недели. К этому времени она достанет тебе разрешение из школы. Во время учебного года ты будешь работать всю субботу, в воскресенье после обеда и ещё иногда на неделе. Кроме тех дней, когда у нас будут какая-то акция, но я буду предупреждать за неделю. Тебе придётся много расставлять товар по витринам и полкам, натирать полы, делать доставки и всё такое. У тебя неплохой байк, не так ли?

- Да, сэр.

- Отлично. Когда ты начнёшь, я выдам тебе фартук с твоим именем. Увидимся через две недели.

Вряд ли я знал, во что на самом деле ввязываюсь.

Приехав домой к ужину, я узнал новости. Папа объявил, что он купил недвижимость, и мы переедем, как только дом будет достроен. Он уже договорился со строителями, и архитектор составил план – на постройку уйдёт около двух месяцев. Мы поедем прямо посреди учебного года.

Это не было настоящим сюрпризом, я ведь никогда не жил на одном месте больше двух лет с тех пор, как родился в Милфорд-Хиллс Драйв. По крайней мере, сейчас я останусь в том же школьном округе. Самое приятное – недалеко от Ларри. Я мог бы приехать к нему на велике в любой день. Неприятное – я окажусь далеко от Ким и моей группы по «Драконам и Подземельям».

После ужина я сложил рюкзак, затем написал Бриджит письмо на двух листах. Я поведал ей обо всём, что случилось, даже немного о флирте с кузинами Ларри. Упомянул, что еду в один лагерь с Дженнифер. В последнем абзаце я излил ей своё сердце. Я любил её и скучал по ней, я всё бы отдал, чтобы увидеть её или коснуться. И надеялся, что она испытывает то же самое. Письмо я положил в ящик на следующее утро, по пути в лагерь.

Июнь\Июль 1977-го.

Лагерь Мэридейл находился в пригороде Эрлангера, Кентукки, неподалёку от Большого Цинцинаттского Аэропорта. Тот был примерно в часе езды, потому что, садясь на рейс с 11.00 до 14.00, мы выехали из дома в 10.15. Письмо Бриджит благополучно опустилось в почтовый ящик, и настроение поднялось. В поездке я почти не говорил – в машине были все, но в лагерь ехал только я. Джеффу не понравилось, и после первого года он больше не ездил туда.

Я научился ездить на лошади, стрелять из лука, даже научился стрелять из винтовок и пистолетов в лагере КалАмигос на Малибу, Калифорния, в тот год, когда мне стукнуло шесть. С тех пор я ездил почти каждое лето. Я был хорош с лошадьми и даже принимал участие в программах верховой езды. Это означало уход за лошадьми и, конечно, уборку конюшен. Но также я получал дополнительных шесть часов верховой езды в неделю, что придавало этому смысл.

Мы вошли, и Кен, вожатый, знакомый мне с прошлого года, плюс Дейл, заведующий конюшнями, поприветствовали меня по имени. Я увидел пару знакомых ребят и директора лагеря, выглядевшего так, будто он был здесь ещё до образования штата Кентукки. Бросив рюкзак на землю перед своим домиком (Ирокез Два), я попрощался с родителями. Они ушли, и я ощутил дуновение двухнедельной свободы. Я любил приезжать в лагерь пораньше, чтобы самому выбрать кровать – верхнюю, в задней части домика, у окна. Положив рюкзак на кровать, я вытащил пару вещей, запихнул их в стоящую рядом тумбочку и направился наружу.

Я получил у Кена и Дейла разрешение проведать лошадей. Пройдя по тропинке к конюшням, я поприветствовал Диану, одну из инструкторш по верховой езде, а затем посетил несколько лошадей, включая Пахту, мою любимицу в прошлые два года. У меня был припрятан для неё сахар, и она с жадностью взяла его из моих рук. Погладив её нос, я сказал ей, что жду не дождусь наших поездок по лесу.

Назад я решил вернуться с той стороны, где располагались домики девочек. Сегодня это ещё было возможно. Пара ребят в прошлом году были исключены за попытку прокрасться ночью мимо озера к девчонкам. Они были на пару лет постарше меня и должны были лучше в этом разбираться. Лагерь был католическим и следил за невинностью девиц весьма серьёзно. Кроме периодов плавания, обеда и общих сборов, разделение между мальчиками и девочками чётко соблюдалось. А на всех этих совместных мероприятиях было полно вожатых, следивших за всеми, будто ястребы за добычей.

У меня было одно преимущество, которого не было у большинства отдыхающих. Программа верховой езды была совместной, а внимание после первого года было куда слабее. Была куча мест, которые не проверялись, и, если вы не пропадали слишком надолго, времени вполне хватало для поцелуйчиков. Я этого не делал, но в том году паре старших ребят, по 16 лет, порой удавалось ускользнуть.

Я знал, что это случалось, так как брал инструменты для чистки стойла в сарае с инвентарём, который они и использовали для своих рандеву. Если кто-то направлялся к сараю, я три раза стучал лопатой по цементному столбу в конюшне. Однажды они чуть не попались, но им удалось выйти из положения до того, как Дейл открыл дверь. Мне казалось, он всё понял, но по какой-то причине решил отпустить их. Всю оставшуюся неделю до отъезда они больше не рисковали. А у меня и возможности никогда не было.

Целью похода мимо домиков девочек была попытка разглядеть Дженнифер. Я собирался искать её во время плавания, но не было гарантии, что наши отряды будут плавать (равно как и обедать) в одно время. Но я надеялся увидеть её ещё до общего сбора. Я прихватил с собой шахматы, и мы всегда могли сыграть на пляже или за обедом. Проходя, я её не обнаружил, но увидел несколько весьма милых девочек своего возраста. Они помахали мне, когда я проходил мимо, и я помахал в ответ. Вернувшись к себе в домик, я обнаружил, что больше половины ребят уже там. Остальные добавились в ближайший час или около того.

Ужин начался в шесть, и прошёл в два этапа – отдельно для мальчиков и для девочек. Я никогда не понимал, зачем так делать, но это было фактом. Еда для лагеря была весьма хороша – у меня за ушами трещало. После ужина был первый в году костёр, и мы отлично провели время, даже при том, что выслушивали правила в пятый раз. Мы спели несколько обычных лагерных песен, выслушали пару страшилок и разошлись до домикам. Примерно полчаса до отбоя я читал, а затем заснул, думая о Бриджит.