Пока это проносилось у меня в голове, мы снова целовались. Мои ладони вернулись на её поясницу, а её руки обняли мою шею. У меня помутилось в голове. Физический акт не слишком отличался по форме, но был совершенно иным по характеру. Это было то, о чём я никогда не мечтал и даже не задумывался ещё год назад, когда пределом моих мечтаний был секс со Сью. Сейчас я, кстати, был рад, что этого не случилось.

У меня было чувство, что сейчас решается моя судьба. Бриджит говорила, что это только способ не быть монахом до тех пор, пока я не смогу снова заниматься сексом с ней. Моё сердце так не считало, но большая голова и маленькая головка, похоже, соглашались. Смогу ли я сохранить место Бриджит в сердце? Вдруг появится кто-то, кто займёт её место, кого я полюблю как Бриджит или как Дженни? Может быть. Вот тогда коса и найдёт на камень, и кто знает, сколько я потрачу на длинный звонок в Стокгольм.

Решение было принято. Теперь дело была за Мелани. Она, должно быть, почувствовала что-то, поскольку разорвала поцелуй и поглядела на меня.

- Я всё ещё не уверена, - сказала она, - но это забавно. Поцелуи с тобой возбуждают меня больше, чем поцелуи со Стэном. Не пойми неправильно, он тоже возбуждает, но иначе. И он никогда не делал тех вещей, о которых говорила мне Бриджит – не лизал до оргазма.

Я покраснел, но решение было принято, и я сказал:

- Ну, всё, что тебе нужно – это попросить. Конечно, ты должна решить, что между тобой и Стэном, любишь ты его или нет. И чего ты ждёшь от него и от меня.

- Я не люблю Стэна. В этом я уверена. С ним бывает весело, но мне нужен кто-то, кто действительно любит меня. Что бы не произошло сегодня, мои отношения со Стэном изменятся и, скорее всего, закончатся. Бриджит так долго убеждала меня просто сделать это. Развлечься. Но я не уверена, что хочу.

Я позволил этим словам повиснуть на мгновение, а затем произнёс:

- Смотри. Я буду с тобой полностью честен. Я не люблю тебя. Если это - твой критерий, то мы должны остановиться прямо сейчас, пока чего-нибудь не случилось. Несколько поцелуев –

Это ерунда, мы часто целуем людей прежде, чем решим, любим ли их. Но ты должна решить, можешь ли ты отделить физический акт от любви – или нет.

Она лишь уставилась на меня.

- Тебе всего четырнадцать! Какого чёрта? Та леди постарше, кажется, реально проняла тебя. Или Бриджит. Или они обе. Ты только что сказал, что хочешь сделать это со мной, но хочешь, чтобы я решила, хочу ли я?

Кажется, она всерьёз растерялась.

- Парни так не делают! – продолжила она. – Парни, с которыми я встречалась до Стэна, говорили всё, чтобы только затащить меня в постель. Они говорили всякое. Но только ты сказал мне правду.

Я усмехнулся и заявил:

- Я считаю, это очень эффективно.

- Да уж вижу! – ответила она.

Затем взяла меня за руки, заглянула глубоко в глаза и сказала:

- Я не могу попросить тебя о том, о чём говорила Бриджит, я ещё не уверенна насчёт «присунуть». Но ты отлижешь мне? Мне нужен оргазм, который вызову не я сама.

Кто я такой, чтобы сказать «нет»? Я же принял решение. Я встал, поднял её и обнял. Она растворилась в моих объятиях.

- Ты уверена? – спросил я.

Ответ словно переместил меня в прошлое:

- Покажи мне свою комнату.

Это были те же самые слова, которые тогда произнесла Бриджит. В точности. И почти в той же ситуации, хотя тогда поцелуи были после этой просьбы.

Она заметила мою реакцию, и я быстро сказал:

- Это в точности то, что сказала мне Бриджит. В точности.

Мелани засмеялась:

- Ну, думаю, это ускорит моё решение.

«Чего?» - пронеслось у меня в голове, но, к счастью, не вырвалось наружу. Сказать это было бы неправильно; правильно было бы взять её за руку и повести наверх. Так я и поступил.

Когда мы поднимались по лестнице, меня осенило: предохраниться! Я понимал, что без этого никак. Нужно было достать резинку. Это могло стать реальной катастрофой, могло всё испортить; я обязан был сказать ей, и потому остановился перед дверью в свою комнату.

- Мелани, у меня нет презервативов. Я не готовился к чему-то такому.

- Тсс! Я вставила диафрагму, когда была у тебя в ванной. Всё учтено!

Спасён. Но мне точно нужно завести запас резинок, чтобы не попасть в плохую ситуацию. Я уверен, что не хочу случайных детей. Не в мои годы. Должно быть, и не захочу, если задуматься – уж случайных точно. О запланированных я собирался задуматься, когда буду старше, намного старше.

Она шагнула в мою комнату; я последовал за ней и закрыл дверь. Повернувшись ко мне лицом, она шагнула в мои объятия. Мы начали целоваться, и наши руки тоже пошли в пляс. Её спина очень гладкой. Открытый топ дал мне слегка ощупать кожу, и я проверил каждый дюйм. Мои руки так и не обнаружили застёжки лифчика. Я разорвал поцелуй.

- Ты точно уверена?

- Да, я хочу, чтобы ты сделал то, о чём я попросила. Пожалуйста.

Её тон почти умолял. Поцеловав её, я схватил края её топика и начал его поднимать. Она подняла руки и дала мне снять топик, обнажая крепкие груди.

Я бросил рубашку на пол и переместил руки к пуговице на её шортах. Расстегнув её, я просунул пальцы и под шорты, и под нижнее бельё. Опустившись на колени, я стянул с неё и то, и то. Она переступила через них, и я положил их поверх рубашки.

Встав, я осторожно снял резинку, собирающую её волосы в хвостик. Отступив на шаг, я оглядел всю картину. Тонкое телосложение, крепкие груди с выпуклыми сосками. Плоский живот, крутые бёдра, аккуратный треугольник чёрных вьющихся волос и длинные, мускулистые ноги. Богиня. Я прогнал из головы мысли о Бриджит и попытался сфокусироваться на красотке, стоящей передо мной.

- Моя очередь, - сказала она и потянулась к краю моей футболки.

Я поднял руки, и она сняла мою футболку через голову. Она положила руки мне на грудь и уверенно помассировала её, затем двинулась ниже, по животу, не останавливаясь, пока одна её рука не скользнула мне под шорты, на ягодицу, а другая не ухватилась за набухающий член. Пара нежных движений – и она стащила вниз мои шорты. Она опустилась на колени, и я вышел из них. Отбросив их в сторону, она встала.

И поцеловала меня.

- Стив, на случай, если я захочу остановиться – сначала я хочу сделать кое-что для тебя.

Она поцеловала мне плечо, затем грудь и оба соска, затем спустилось на живот. Я взял её лицо в ладони и сказал:

- Ты не обязана это делать.

- Я хочу.

- Уверена?

- Да. Я знаю, Стэн всегда пытался заставить меня сделать это. Ты пытаешься удержать меня от этого.

- Ну, я не пытаюсь остановить тебя, просто хочу убедиться, что ты действительно этого хочешь.

Вместо ответа она спустилась ниже и поцеловала головку моего члена, а затем открыла ротик и взяла его целиком. Это было божественно. Видеть эти пухлые, милые губки вокруг моего ствола – это опьяняло. Я страстно жаждал не спускать в первые же секунды, но это было сложно.

Мелани начала двигать головой и переместила руки на мою задницу. Она притягивала меня всё ближе, погружала член в свой рот всё глубже. Это вызвало спазм горла, и она чуть подалась назад. Найдя нужную глубину, она начала двигаться ритмично и изящно. Я положил руки ей на затылок, но не давил. Она качала головой и крутила языком, делая это. Я знал, что дольше не продержусь.

- Мелани, я сейчас кончу.

Она сжала мои ягодицы и ускорила ритм, ещё сильнее закрутив языком.

- Мелани!

Она почуяла, что мои мышцы напряглись, и стала засасывать так глубоко, как могла. Огромные струи спермы выстрелили в её рот, и она проглотила каждую из них. Когда последняя струя иссякла, она несколько раз крутанула головой и повела языком, слизывая всю сперму с моего члена. Последнее нежное облизывание головки – и она, выпустив меня, встала, с блаженной улыбкой кота, съевшего канарейку, на лице.

Ситуация сразу напомнила мне о словах Дженни МакГрат. Я прижал Мелани к себе и страстно поцеловал её, погружая язык в её рот. Я целовал её французским поцелуем со всей страстью и энергией. Спустя пару минут, я разорвал поцелуй и глотнул воздуха.

- Я не могу поверить, что ты поцеловал меня после того, что я сделала! – ахнула она. – И притом французским поцелуем! Однажды я сделала это для Стэна, и он не целовал меня всю ночь!

Улыбнувшись, я уложил её на кровать, спустил её ноги вниз и развёл в сторону для удобства. Наклонившись, я поцеловал её снова. Затем поглядел на её прекрасные груди и переместил губы на левую, обвёл сосок языком и осторожно погрузил его в рот. Мелани мягко застонала. Я перешёл ко второй грузи, и стон усилился. Поцеловав её между грудей, а затем прошёлся языком вниз до пупка. Засунув язык и туда, я покрутил его, потом спустил ниже – к чёрному лоскутку лобковых волос.

- Дааааа! – прошипела она. – Пожалуйста, не останавливайся.

Меня не нужно было просить дважды. Опустив нос к её лобковым волосам, я лизнул её щель снизу вверх. Стон стал громче, и я повторил движение. После нескольких таких лизаний и пары поцелуев, я начал осторожно пробиваться между её нижними губами, ощущая полноту вкуса её смазки. Сравнивать не хотелось, но у неё этот вкус отличался от вкуса Дженни или Бриджит, и мне нравилось это разнообразие. Я начал развивать чувствительность ко вкусу кисок.

Исследуя её пещеру языком, я поднял руки к её груди, сжимая и теребя соски. Она тяжело дышала; было видно, что она близка. Я облизал всю её щель, а затем, найдя кончиком языка клитор, начал его сосать.

Она была совсем близка, её бёдра двигались вверх и вниз, она схватила меня за голову, с силой прижимая к своей киске и закричала, затряслась, ошеломлённая оргазмом. Я не отпускал, продолжая массировать соски и чередуя сосание клитора с глотанием её сока. Оргазм закончился, и её тело полностью расслабилось.

- Ого! Ого! О Боже!

Я помог ей подняться на кровать и лёг рядом с ней.

Затем я притянул её к себе. Её голова лежала у меня на груди, а рука схватила мой каменный член.

- Бриджит была права. Ты должен присунуть мне в киску, - прошептала она.

- Именно это и ничего другого.

- Так давай, присунь мне.

Я перекатился на неё сверху, она раздвинула ноги и вытянулась. Я немного толкнулся, чтобы убедиться, что я в нужном месте, а потом просто вошёл. Она ахнула. Я наклонился, чтобы поцеловать её, и она, положив руку мне на затылок, прижимала меня, пробиваясь языком в мой рот. Я положил руки ей на задницу, и она сделала то же самое.

- Готова?

- Да! – выдохнула она.

Я вошёл почти целиком – и вышел обратно. Затем поднял темп, и наши бёдра ударялись при каждом ударе.

- О Боже, трахни меня, трахни меня!

Я продолжал входить. Наши тела шлёпали друг о друга.

- Я хочу быть наверху, - выдохнула она.

Я остановился, целиком войдя в неё, и перевернул нас; она села, надавив на мой член. Взяв мои руки, она положила их себе на грудь. Затем опустилась и нежно поцеловала меня.

- Я хочу контролировать эту часть.

- Хорошо, - ахнул я, едва способный говорить.

Она начала медленно двигаться вверх и вниз, ублажая себя. Она прижала мои ладони крепче к груди, и я начал разминать её. Немного притянув её, я прикусил и обсосал сначала один сосок, потом другой. Она подалась назад, снова схватила мои руки, снова положила их себе на грудь, а затем шевельнула рукой, чтобы опустить клитор, не прекращая двигаться. Она была уже близка, она двигалась отчаянно. Я знал, что тоже могу кончить в любой момент, и сдерживался, надеясь сделать это одновременно с ней.

- Всё в порядке – ты можешь сделать это. Я готова.

Что я и сделал. Мы оба вскрикнули от оргазма, и я ощутил, как стенки её вагины сжимают мой член, пульсирующий волнами. Должно быть, я был счастливейшим подростком на планете. Два месяца, три прекрасные женщины, и всех трёх я довёл до оргазма. Должно быть, я был хорош в этом. Я лишь следовал советам Дженни МакГрат – сначала убедиться, что женщине хорошо.

Мелани скатилась с меня и легла рядом. Мы слегка прижались друг к другу, и она сказала:

- Лучше мне идти. Твои родители могут уже скоро появиться.

О, чёрт. Поцеловав её, я вскочил, чтобы открыть окно. Времени убираться не было, так что я просто побрызгал освежителем воздуха. Мы оба оделись и я проводил её вниз. У двери я поцеловал её и сказал, что она чудесна и мне понравился её вкус.

Она улыбнулась и сказала:

- Это было довольно весело. Поверить не могу, насколько это лучше моих прошлых попыток.

- Пока, Мелани, - сказал я с поцелуем.

- Позже мы ещё поговорим, Стив, - и она вышла за дверь.

Я вернулся наверх, сменил простыни на кровати, запихнул грязные в сумку в моём шкафу и быстро принял душ. Затем тщательно изучил, нет ли где улик. Ничего не обнаружилось, и когда мама, Стефани и Джефф припарковались на подъездной дорожке, я мирно сидел на диване и потягивал колу. Папа пришёл следом за ними. Ничего необычного сказано не было, и после семейного ужина я отправился к себе, написать письмо Бриджит.

Я уже почти начал выполнять просьбу Бриджит – рассказать её всё – когда в дверь постучали. Это была Стефани.

- Освежитель воздуха, опять? – сказала она, принюхиваясь.

Ой-ой.

- Нужно было, - просто сказал я.

- Ты использовал его в тот день, когда здесь была Бриджит. Но она уехала.

Она высунула язык. На это мне нечего было ответить – очевидно, я был не таким умным, как хотел думать.

- Чего ты хочешь? Я пишу письмо.

Она подняла руку и показала мне конверт. О, нет! Я оставил его внизу. Так долго убирать улики – и забыть главную, вот балда.

- Я нашла это и увидела, что это тебе от Бриджит, так что я хотела отдать его тебе.

- Мама его видела?

- Нет. А я посмотрела.

- Что ты собираешься с этим делать? – нервно спросил я.

- Ты мой должник очень надолго, Стив, - сказала она, вручая мне конверт. – С Мелани было весело?

Она фыркнула и выбежала из комнаты.

Чёрт. Она видела фото. Ага, я её должник очень надолго. Слава Богу, что мама не нашла их, или ещё хуже – Джефф. Я открыл шкаф, выдвинул ящик, где хранил старые школьные записи, письма, газетные вырезки и всё тому подобное, и засунул конверт в самый низ. Это нужно было сделать прямо сейчас.

Я закончил письмо – оно должно было отправиться в ящик на следующее утро – и пошёл спать. Заснул я легко; сны были потрясающими. Моя жизнь приобретала интересный оборот.