Жаир’ло никогда не осознавал, что Охотники действительно учились стоять неподвижно на одном месте. Это казалось глупым, пока он не попробовал это сам. После этого он понял, насколько это сложно и как необходимо практиковать это умение.

Он стоял посреди бескрайнего моря травы, самый молодой из охотников лагеря Лирика, стараясь оставаться как можно более неподвижным.

Лирик проходил между двумя рядами молодых людей, они стояли по стойке смирно, их глаза были устремлены на горизонт, и они лишь изредка моргали.

Жаир’ло осознал, что ему не о чем думать, кроме как о каждом моргании, каждом глотке и зуде на каждой части его тела. Солнце нещадно палило, испаряя пот так же быстро, как он мог его производить. Запахи новобранцев наполняли воздух вокруг него.

«Когда вы в лесу, охотитесь на свою добычу», — громко произнёс Лирик, проходя между ними. «Вы можете провести в засаде несколько часов».

Он остановился прямо перед одним из старших мужчин, внимательно изучая его лицо в поисках малейшего подергивания лицевых мышц.

«Веточка, сломанная неосторожным движением ноги, может отпугнуть вашу добычу», – продолжил Лирик, переходя к следующему мужчине. «Наиболее пугливая добыча убежит при малейшем шорохе вашей одежды».

Лирик остановился перед Жаир’ло, глядя на него сверху вниз. У него не было устрашающей массивности Харзена или Куррана, но Жаир’ло видел, как Лирик двигался, когда спешил. Если бы Лирик, худощавый и на голову выше Жаир’ло, захотел сбить его с ног, он не успел бы среагировать.

Наступила пауза: Лирик продолжал смотреть на Жаир’ло, а Жаир’ло делал вид, что смотрит прямо сквозь грудь Мастера Охотника.

Он чувствовал неодобрение? Лицо Лирика по-прежнему казалось лишенным эмоций, но он задерживал взгляд на Жаир’ло намного дольше, чем на ком-либо другом.

«Я снова неуместный ребёнок, как тогда на ферме Харзена?»

Было ли обузой его обучение? Недоросль, неспособный выполнить работу?

Или это была зависть? Он знал, что справился с Испытанием лучше многих других. Ненавидел ли его Лирик за это? Это казалось мелочным для такого важного человека.

Лирик выдохнул, прежде чем резко повернуться на каблуках и встать перед двумя группами. Медленно он снова повернулся к ним лицом.

Тихим голосом, который был более чем эффективен из-за их тишины вокруг, он вдруг заговорил.

«Снарядить стрелы», — сказал он.

Перед ними не было никаких целей, только восемь человек с луками и колчанами, стоящие посреди голого поля. Приказ снаряжать стрелы, как он понял, не подразумевал стрельбу.

Жаир’ло вытащил стрелу из своего колчана и установил её на тетиву лука. Стрела была направлена в землю. Боковым зрением он заметил, что остальные мужчины — все более опытные, чем он — делали то же самое. Это означало, что он правильно истолковал приказ.

Лирик прошёл между двумя линиями и занял место, стоя позади них.

«Встать и натянуть луки,» — так же тихо приказал он.

Многочисленные ноги задвигались, и луки поднялись с натянутыми тетивами. Две ряда охотников стояли в шахматном порядке, так что Жаир’ло и другие мужчины в заднем ряду не направляли свои стрелы в спины передних.

Лирик ходил позади них, исправляя их стойки, корректируя хват и высказывая резкие замечания.

«Ксалиш», — сказал он с лёгким оттенком разочарования. — «Оперение стрелы снова вверх ногами».

Жаир’ло проверил свою стрелу. По крайней мере, это у него получилось правильно.

«Дарен», — сказал Лирик. — «Как ты сможешь точно стрелять, если твоя стрела на неправильной стороне лука?»

Рука Жаир’ло начала болеть. Держать лук и стрелу в натянутом положении не могло быть тяжелее, чем работа, которой он занимался на ферме Харзена. Просто для этого использовалась весьма специфическая группа мышц.

Лирик двигался вдоль двух рядов, попеременно проверяя тех кто был спереди и сзади, при этом никогда не проходя перед натянутой стрелой.

Последним он подошел к Жаир’ло, который стоял в конце второго ряда.

«Неплохая стойка,» - заметил он. «Расставь ноги пошире... хорошо.»

Рука Жаир’ло начинала дрожать.

«Не двигайся», — сказал Лирик, продолжая осмотр. «Стрела установленна правильно».

Он отошёл назад, оказавшись позади обоих рядов.

«Можете расслабиться,» — приказал он, оставаясь таким же спокойным. «Уберите свои луки.»

На их спинах, перпендикулярно к колчанам, были закреплены чехлы. Именно в эти чехлы они и вложили свои луки.

«Шесть кругов вокруг поля,» приказал Лирик. «Последний бежит седьмой круг. Вперед!»

Последнюю фразу он выкрикнул, подгоняя их к действию.

«Мне всё равно, насколько вы сильнее», — подумал Жаир’ло. «Я не буду последним.»

—

Солнечный свет, проходя через запотевшее стекло, косо падал с высоких западных окон гигантских бань. В главном бассейне десятки обнажённых женщин тихо плавали с одной стороны на другую, растягивая уставшие мышцы или просто отдыхая. В небольшой, находящейся в стороне ванне, молодая девушка наблюдала за водной поверхностью перед собой, пока солнечный свет отражался от почти неподвижной воды.

Тина вынырнула из воды лицом к потолку, чтобы её волосы не мешали ей. Она направилась к Талле.

«Думаешь это было правильное решение?» — спросила она с сомнением.

«Доверься смелости», — высокомерно процитировала Талла.

«Это касательно секса», — сказала Тина об аксиоме. «Учителя говорят нам это, когда мы теряем девственность, чтобы мы были смелыми и вели себя уверенно».

«Я думаю», — твёрдо ответила Талла. «Это правило так же можно применить в любой другой сфере нашей жизни».

Тина задумчиво кивнула головой.

«Справедливо. Но можно ли доверять Иллии, чтобы она передала наше сообщение?»

«Она — всё, что у нас есть», — заметила Талла, её голос оставался спокойным. «Ты предпочла бы свитки?»

«Нет», — сказала Тина. «Почему ты доверяешь Иллии?»

«Потому что она тоже их ненавидит», — сказала Талла. «Я видела это в её глазах. Я видела, как она городо выставила грудь напоказ перед ними».

«Ну и что»

«Ну и что?» — повторила Талла, добавив оттенок вопроса к словам Тины. «Ты не почувствовала этого?»

«Нет.»

«А я поувствовала,» — заявила Талла, наклоняясь так, что их носы почти соприкоснулись. «Иллии можно доверять.»

Брови Тины дернулись в знак смирения.

«Ну это твоя задница рискует снова оказаться на том столе,» — сказала она.

Талла кивнула.

«Да, так и есть».

«Но как это может работать в долгосрочной перспективе? Ты не можешь ходить кругами во время седьмого колокола и спрашивать у всех, кто сегодня служит Жаир’ло», - заметила Тина.

«Нам придётся быть хитрее», - сказала Талла. «Нам понадобятся союзники. Нам нужен кто-то в Канцелярии, кто сможет подсмотреть задания Служения. Тогда мы сможем передавать сообщения туда и обратно».

Тина опустила глаза и отвернулась от Таллы.

«Что?»

«Ты забываешь одну вещь,» — прошептала она.

Талла подняла брови, в ожидании.

«Сразу после того, как он выпорол тебя, он...»

«Я знаю,» — резко перебила Талла, удивляясь, какую боль всё ещё приносит ей этот образ.

Она вдохнула, успокаивая эмоциональную часть своего разума, которая злилась на Жаир’ло. Как он мог возбудиться после этого? Разве её боль и жертва ничего не значили для него?

«Это первый вопрос — первое сообщение — которое я отправляю. Если мы не получим хорошего ответа —»

Она сделала паузу, когда их взгляды с Тиной встретились.

«Ну,» — слабо сказала Талла, — «тогда не будет нужды беспокоиться о последующих сообщениях, верно?»

«Не будет,» — согласилась Тина.

—

За прошлые две недели ни одна Дева не пришла к нему. Не делаю улучшения, Жаир’ло принимал девушек со всего Храма, но больше всех было из Формы.

Первая ночная посетительница из Плотности была самой странной. Она постоянно просила, чтобы он шлепал её по ягодицам. Поскольку он уже проник в неё, он пытался удовлетворить её потребность, находясь внутри слияния. Он чувствовал её первобытное, сексуальное удовольствие с каждым шлепком по её хорошо накачанной заднице, даже когда через их связь проскальзывали отголоски умеренной боли. Это было так похоже на то, как его заставили пороть Таллу, что он начал дышать слишком часто, и это, по крайней мере, замедлило девушку.

Слияние никогда не казалось ему таким проклятием, как в ту ночь.

С остальными он мог справиться. Женщины из Сладости? Им нравилось, когда он удовлетворял их языком. У служительниц Стали была чистая, мощная сила и выносливость. Была девушка из Облика, которая сосала как сумасшедшая.

Но три девушки из Плотности... он поёжился. Может быть, когда-нибудь он сможет это забыть. Другие мужчины ведь не жаловались, правда?

И вот он сидел над настолькой игрой в тихой комнате дома Лирика, размышляя над расположением своих фигур. Его Волшебница стояла на своей стене. Не в силах покинуть свой Храм, она ждала, когда одна из фигурок Кендзи попадёт в её зону досягаемости, чтобы она могла её уничтожить. Зная это, Кендзи старался перемещать своих солдат за пределами сектора атаки Волшебницы.

Атмосфера была совершенно иной, чем у Харзена. Во-первых, здесь почти не было эля. Охотники всегда казались готовыми выйти на охоту, как будто среди ночи  мог бы поступить заказ на отстрел оленя или что-то подобное. Из-за отсутствия алкоголя все в комнате были спокойны и сдержаны. Тут был совершенно иной способ расслабления - медленный, тихий, мягкий разговор. 

Тем не менее, даже несмотря на все это, здешние мужчины всегда были готовы действовать. Как им всем удавалось быть полностью расслабленными и одновременно идеально подготовленными к любой чрезвычайной ситуации, было выше понимания Жаир’ло. Однако ему это казалось превосходным образом жизни, и поэтому он намеревался подражать им.

Именно эта аура расслабленной готовности царила в доме, когда прибыла группа посетительниц из Храма. Многие из них, должно быть, уже бывали в доме Охотников хотя бы раз. Жаир’ло видел мягкие выражения на их лицах, когда свет огня, отражаясь от деревянных панелей, согревал их разноцветную кожу. Только женщины, которые уже бывали здесь раньше, могли так быстро впитать атмосферу этого места.

Он не удивился, когда увидел Иллию, стоящую на цыпочках, отчаянно пытающуюся разглядеть его. Эта подвижная энергичность резко контрастировала с терпеливым спокойствием всех остальных в комнате.

Жаир’ло ждал, как он научился это делать за недели практики, удобно сидя  в своем кресле, уверенный в том, как пройдет его вечер. Подобно ферме Харзена, в этом месте просто не было других парней, которые были бы в таком возрасте, чтобы принимать Деву в длинной юбке.

Он сидел, внимательно наблюдая, ждал, не выглядя слишком нетерпеливым. Так вели себя настоящие мужчины. Неприлично было казаться ни настойчивым, ни равнодушным.

Толпа у двери редела, так как Охотники тихо уводили своих женщин в более уединённые места, и в конце концов там остались только Иллия, девушка с достаточно большой грудью в длинной белой юбке и топе, который был в пору, когда её грудь была плоской, но теперь был совершенно не подходящим ей.

«Жаир’ло», — тихо сказала она.

Он уже шел к ней, протянув руку ладонью вверх, чтобы она могла осторожно взять его за руку.

«Сюда», - сказал он так же тихо и терпеливо, как этого говорил другим - сколько девушек у него было? - ведя их прочь.

Она нервно, почти боязливо, обняла его за талию и прижалась к нему, когда они поднимались по лестнице. Иллия сделала глубокий вдох.

«Ты в порядке?» – спросил он.

«Угу», – пробормотала она с блаженной улыбкой. «Я знала, что не ошиблась, выбрав тебя».

На его лице отразилось беспокойство.

«Когда ты решила?»

«Сразу же как увидела тебя, — сказала она. — Когда ты пришёл делать моё улучшение, и я увидела выражение твоих глаз».

«Ах,» — ответил он, довольный этим ответом.

Они шли по длинному коридору к его комнате.

«Когда же ещё я могла бы тебя выбрать?» — задумчиво произнесла Иллия. «В последнюю минуту?»

«Или до того, как ты встретила меня», — объяснил Жаир’ло.

Иллия задумалась об этом.

«Что? Только на основе твоего имени?»

«Типа того», — сказал Жаир'ло, пожав плечами. «Но ты выбрала меня из-за меня самого. Не из-за того, что ты слышала обо мне».

Он остановился у открытой двери спальни и повернулся к ней лицом.

«Не обращай внимания», — сказал он, лицо его покраснело от смущения. «Просто сказал глупость».

Она пристально смотрела на него оценивающим взглядом. Её губы сжались, когда понимание пришло к ней.

«Это не глупость», — медленно сказала Иллия. «Ты бы предпочитаешь быть порядочным человеком, а не знаменитым героем».

«Как-то так,» — ответил Жаир’ло с улыбкой и отведя взгляд. «Я не против быть знаменитым. Просто не хочу быть объектом поклонения».

Иллия вошла в его спальню, практически не заметив, как тяжёлая деревянная дверь захлопнулась за ней. Она подошла к окну, очерчивая свой силуэт на фоне закатного неба, и оглянулась на Жаир’ло.

Жаир’ло, со своей стороны, знал, что делать. Когда девушка выглядела неуверенной или неподготовленной, нужно было ждать. Понимание этого пришло к нему либо инстинктивно, либо благодаря воспитанию — нужно быть терпеливым, и этот принцип никогда не подводил его. Иллия либо была напугана, либо готовилась броситься к нему. Он пока не был уверен.

«Ты был с множеством моих подруг», — заметила Иллия, глядя в пол.

Жаир’ло кивнул. Возможно, её пугала разница в их опыте?

«Да,» — сказал он. «Тебя это беспокоит?»

Она хотела что-то сказать, и пыталась найти подходящие слова. Ему нужно было просто дать ей время, чуть-чуть подталкивая её время от времени. Что бы это ни было, она не будет спокойна, пока не выговорится.

«Ты помнишь их?»

Жаир’ло снова кивнул.

«Надин», — сказал он. «Юа, Анжа».

Иллия, сглотнув, подтвердила что эти имена ей знакомы. Затем она сделала глубокий вдох.

«И Талла», — сказала она, резко выдохнув.

Она смотрела на Жаир’ло, глаза которого как будто покрылись коркой льда.

«Талла?» — прошептал он.

«Прости,» — быстро сказала она. — «Я хотела обсудить это позже. После. Но я должна знать.»

Жаир’ло сглотнул, чувствуя, как пространство между ними расширяется в пропасть, а его живот превращается в камень.

«Знать что?» — спросил он, успокаивая дыхание.

Иллия хотела преодолеть пропасть, которую сама же создала, но не могла себя заставить двинуться. Как она могла сейчас служить ему, когда сделала атмосферу в комнате такой холодной?

«Она хочет знать почему,» - объяснила Иллия. «И я тоже. Почему — как — ты мог делать это с другой девушкой сразу после — после того…»

«После того, как был вынужден принести Талле столько боли?» - закончил вместо нее Жаир’ло. «Нет смысла ходить вокруг да около.»

Казалось, что Жаир’ло смотрел на её пупок, но его глаза были устремлены куда-то очень далеко. Он даже больше не был в комнате с ней. Красный свет заходящего солнца, ослепляющий его лицо, казалось, вовсе не касался его.

«У них очень много зелий», — объяснил он, и тьма придала его голосу хрипоту, не соответствующую его возрасту.

«Зелий?»

Он кивнул, рассеянно втретившись с ней взглядом, подошёл к своей кровати и сел на край, сложив руки на коленях.

«Несколько дней назад они дали мне зелье, из-за которого я не мог кончить», — сказал он, и голос его был совершенно бесстрастен. «После другого зелья я не мог слиться с девушкой, даже когда я был внутри неё».

Иллия села рядом с ним, положив ногу на кровати, чтобы повернуть своё тело к нему, не обращая внимание на то что он смотрел в пустую комнату. Она снова видела того самого человека, каким он был в ночь её улучшения.

«В тот день, незадолго до того, как я увидел Таллу, они дали мне что-то», — продолжил он, его голос дрожал. «Соня дала мне что-то».

Его руки были сжаты в кулаки на коленях, костяшки побелели. Кто бы ни была эта Соня, Иллия была искренне счастлива, что она не на её месте.

«Я боролся с той девушкой», — сказал Жаир’ло. «Я оттолкнул её. Ради себя. Ради Таллы. Я оттолкнул её. Но зелье было слишком сильным. Я был слишком слаб.»

Иллия с беспокойством наблюдала, как грудь Жаир’ло дрожала от частого дыхания.

«Ты знаешь, каково это — чувствовать, как твое тело реагирует, когда ты этого не хочешь?» — прошептал он. «Я потерял сознание. Думаю, это было от того, что я слишком сильно сопротивлялся. Я потерял сознание... но я знал, что происходило... знал, что мне это нравилось.»

Она сделала первое, что пришло ей в голову: положила руки на его сжатые кулаки. Расслабится ли он хоть немного от этого прикосновения? Она надеялась что это поможет. Его дыхание, кажется, немного успокоилось. Возможно, это действительно было правильное решение.

«Когда я пришёл в себя, я оказался в комнате, где они оставляют спать мужчин в чрезвычайных ситуациях», – сказал он. «После они отправили меня домой».

Комната теперь была тёмной, солнце покинуло их, оставив лишь мерцающий свет очень маленького факела на стене.

Иллия провела рукой вверх по его животу, груди, шее и к его щеке. Нежно, она повернула его лицо к себе.

«Они очень могущественные», — сказала она. «Я тоже это знаю. Не так, как ты и Талла, но я всё равно это знаю».

Он посмотрел ей в глаза, выражение на его лице было таким глубоким, что казалось она могла бы годами изучать его многогранность. Может быть, она увидела там надежду. Она не могла быть уверена.

«Тогда у тебя не было выбора», — сказала она ему твёрдо, а потом её голос снова стал мягким. «Но сейчас у тебя выбор есть».

Было ли сейчас подходящее время? Или было слишком рано? Как он чувствовал себя сейчас, после того как она заставила его вспомнить эту ужасную историю? Доверяй мужеству. Разве не так говорят? Применимо ли это здесь? Она подумала, что да, и приняла решение.

Подавшись вперед, она наклонила голову и поцеловала его. Сначала в щеку, затем в уголок его губ, нежный поцелуй превратился в романтическое предложение.

Теплота появилась в его глазах. Она видела это лишь мгновение, прежде чем он закрыл их, и она так же закрыла свои.

Поцелуй с парнем был совсем не таким, как поцелуй с девушкой. Хоть он был и нежен, его губы никогда не могли бы быть такими мягкими. Но он был мужчиной, первым, к которому она прикоснулась после своего Посвящения. Первым, кого она когда-либо поцеловала. Первым, кому будет позволено проникнуть в нее.

Она была испугана до того, как встретила его, но уверенность и забота Жаир’ло во время ритуала Улучшения успокоили её и разожгли желание. Потом она услышала рассказ Таллы, и снова испугалась. Теперь она знала, что на самом деле произошло, кем он на самом деле был, и её энтузиазм вернулся. В конце концов, он оказался хорошим человеком.

Однако это знание имело свою цену. Она заставила его пережить ужасное воспоминание, возможно, самое худшее в его жизни. Что для него значило быть вынужденным заниматься сексом вопреки своему желанию?

Так что она предложила, насколько могла мягко, и он принял — она надеясь, что добровольно. Тьма, которая была в его глазах, отошла. Его текстура, его сущность, изменились — для неё? Из-за неё?

Иллия держала его лицо в своих руках, терпеливо ожидая его ответа. Она почувствовала, как его тело переместилось, почувствовала его руки, скользящие вокруг её талии. На кончиках двух пальцев его правой руки были грубые участки, возможно, мозоли. Она ощущала трение, когда он провёл рукой от её боков до позвоночника. Руки Арды столько раз проходили по этим изгибам, но это никогда не приносило ей такого волнения, как сейчас. Его руки медленно поднимались вверх, следуя вдоль её позвоночника, пока он не наткнулся на завязки, которые держали её топ на месте.

Она вдохнула, прижимая свои губы к его губам ещё сильнее, открывая рот, чтобы их языки могли встретиться, давая ему понять, что он должен продолжать. Как же так получилось, что он взял на себя инициативу?

Он распустил узлы, освобождая её груди.

Её груди.

Как хорошо было иметь такие груди, в этой комнате с её первым мужчиной. Так много недель она блуждала по Храму в длинной юбке, ожидая попытку за попыткой, и была пропитана негативными эмоциями по поводу своего тела. Где-то между стыдом и ненавистью Иллия впитала собственный образ, который она не могла принять глядя в зеркало. Именно по этой причине девочки всегда играли друг с другом в темноте. Никто из них не гордился своими телами.

До этого момента.

Их губы разъединились, и она посмотрела вниз на себя, когда маленький белый топ соскользнул с её тела. Увидев, что он тоже смотрит, она глубоко вдохнула, заставляя грудь выдвинуться вперёд.

«Привет», - прошептал он, возможно, ей, возможно, им.

«Ты хорошо потрудился», – сказала она, подавляя смешок.

«Я старался».

Левая рука, более гладкая, скользнула вдоль её тела, вверх по рёбрам, чтобы охватить ближайший холмик плоти. Трепет прокатился по её телу, накапливаясь в шок, который заставил её голову откинуться назад. Она не позволяла ни одной из девушек касаться её с тех пор, как получила улучшение, жалуясь, что они слишком чувствительные. Это была правда, даже сейчас кожа была немного раздраженной, но настоящей причиной был этот момент. Она берегла себя для этого, чтобы он мог быть первым, кто коснётся её таким образом.

Его рот был на её соске. Когда он успел к нему прильнуть? Она была настолько поглощена, что даже не заметила этого.

Она снимала его рубашку, стягивая её через голову, заставляя его оторваться от её груди. Их губы снова встретились, более настойчиво, более отчаяноо. Она толкнула его на спину, позволив себе вытянуть ноги. Их губы не разъединились ни на мгновение.

Какая то отстранённая часть разума Иллии отмечала, что поцеловать его — это не то же самое, что целовать девушек. Она была уверена, что он был нежным — как для мужчины — но девушки просто были мягче, и значительно меньше. Его рот, его мышцы, всё его тело были намного больше, чем то, к чему она привыкла.

Это было нормально.

Её бедро находилось между его ног, прижимаясь к чему-то, что было больше, чем то, к чему она привыкла. Арда иногда дразнила её, шепча о том, сколько пальцев она погружает в вагину Иллии. Три пальца были её пределом. Этот зверь, выпиравший из бежевых рабочих штанов Жаир'ло, был толще, чем три пальца Арды.

И он войдет в неё. Она решилась на это здесь и сейчас, как будто не приняла решение, когда выбрала его, когда шла к этому дому, когда вошла в эту спальню и когда поцеловала его.

Она потянула за шнурки на его штанах, ослабляя их. Это означало оторваться от его губ, чтобы она могла соскользнуть с кровати и стянуть его штаны.

О девять богинь!

Не считая улучшений, прошло несколько месяцев с тех пор, как она видела пенис, и каким то образом знание того, что именно этот скоро войдёт в неё, делало его более реальным, чем все остальные. Был момент, когда, провалив улучшения так много раз, она просто отказывалась верить в то, что может справиться, может дойти до этого момента. Неудачи закаляли её.

Дыхание Иллии участилось в тот момент, когда она увидела эту эрекцию и поняла, что это действительно происходит с ней.

«Всё в порядке?» — спросил Жаир’ло.

Она подняла взгляд и увидела загадочную улыбку на его губах. Она тяжело выдохнула.

«Да», — сказала она. «Просто...»

Иллия замолчала, когда взяла его эрекцию в руку — она была большой и твёрдой. Что ж, она знала чего ей стоило ожидать, когда выбирала его.

«Нижнее бельё», — сказала она внезапно и встала.

Она развязала юбку, и выскользнула из нижнего болья. Жаир’ло бросил на неё ещё один забавный взгляд, как только увидел отложенное в сторону нижнее бельё. Она знала, на что он смотрел, но ей было всё равно в тот момент.

Собрав всю свою храбрость, она залезла на него и положила руки ему на плечи.

«Пожалуйста, осторожно,» — сказала она, где-то между требованием и мольбой.

Выражение лица Жаир’ло стало спокойным, когда он сделал долгий, глубокий вдох.

«Не спеши,» — сказал он с лукавой улыбкой. «У нас вся ночь впереди.»

Для него это было естественно, даже легко. Пока она ждала, когда он и Зо'кар снова начнут заниматься улучшениями, он, вероятно, занимался сексом так часто, как хотел. К тому же, прошлой ночью он испачкал её грудь своей спермой. Его жажда секса должна быть хорошо утолена, не так ли? Она предположила, что это хорошо. Чем больше секса у него было, тем терпеливее он мог быть. Разве не таковы мужчины?

Они с Ардой практиковались. Арда лежала на спине и держала пальцы возле своей киски, позволяя Иллии опускаться на них, представляя, как это будет, когда под ней окажется мужчина, удостовериваясь, что она сможет добиться правильного угла.

Головка его члена ударялась о её губы, скользя по ним. Она была такая влажная, что смазывала его? Да, так и было. Она покачала бёдрами из стороны в сторону, позволяя набухшей головке понемногу раздвигать её губы, позволяя сокам, текущим из её нутра, покрыть его мужское достоинство.

Когда она двигалась вперёд и назад, самый кончик касался чего-то достаточно глубоко внутри неё.

Тогда она это почувствовала.

Слияние.

Иллия никогда раньше не была в слиянии, и вот это случилось. Её бёдра замерли, мышцы застыли на месте так, что это было почти болезненно. Она знала, что слияния неразрывны, но никогда не осознавала, насколько сильно слияние поддерживает своё существование. Теперь, когда два тела, два разума, были слиты, её тело просто отказывалось делать что-либо, чтобы ослабить это соединение.

На её лбу выступил пот, в то время как она ощущала, как все эмоции Жаир’ло устремляются в её тело.

Единственное направление, в котором её мышцы позволяли ей двигаться?

Вниз.

Она расслабилась, насколько могла, и, с тихим всхлипом, позволила своему телу направиться туда, куда оно могло двигаться.

В тот момент, когда она опустилась на него, она почувствовала, как каждый сантиметр скользит в неё, наполняя такой шириной, какой пальцы никогда не имели; на такую глубину, которой пальцы никогда не достигали. Там были места, которых до этого никто не касался.

Стоит отдать ему должное: Жаир’ло был терпеливым и вдумчивым человеком. Она надеялась, что каждый, к кому она отправится на Служение, будет таким же, как он. Он просто ждал, позволяя ей привыкнуть. Он не толкал, не крутил и даже не дёргался, пока она осваивалась с ощущением полного проникновения. В его движениях, выражении лица или даже эмоциях, просачивающихся через слияние, не было ни малейшего намёка на настойчивость с его стороны.

Иллия почувствовала, как мышцы на спине начали ныть от того, что она так долго находилась в изогнутом положении под этим странным углом. Она слегка расслабила бедра, чтобы снять напряжение, и почувствовала его движение внутри себя. Её глаза прищурились от наслаждения этим ощущением, когда его набухшая головка двигала её внутренности.

Изумительно.

Она выгнула спину и расслабила её, начиная очень медленно покачиваться.

Приглушённый крик вырвался из её губ, когда он увеличился внутри неё. Его пальцы, легко лежащие на её бёдрах, чуть-чуть напряглись.

«Так скоро?» – спросила она, замерев.

«Кто-то из нас,» – пробормотал он, напрягаясь, чтобы удержать их обоих, – «был почти готов кончить».

Избежать этого было невозможно. Иллия позволила себе откинуться назад на его стержне, направляя его к тому идеальному месту внутри неё, и почувствовала, как волна энергии устремляется от основания её позвоночника, вверх по спине и в мозг.

Она болезненно почувствовала, как его эрекция дёргается внутри неё, выпуская одним мощный выстрел за другим. Вспоминая прошлую ночь, Иллия знала, сколько из него вышло. Она могла только представить, что происходило внутри неё, когда давление вгоняло сперму в каждую доступную щель.

Облегчение наступило, когда он начал уменьшаться, освобождая её от чувства наполненности, которое захватило её.

Осторожно, вспоминая по крайней мере это предупреждение много месячной давности, она соскользнула с него. О, какую пустоту она почувствовала внутри себя. Она упала на живот рядом с ним, тяжело дыша. Положив подбородок на его руку, она посмотрела ему в глаза. Он смотрел на неё с любопытной улыбкой.

Она не смогла сдержаться, и просто начала неудержимо хихикать.

«Прости», — попыталась вымолвить она.

«Всё в порядке», — заверил её Жаир’ло с кривоватой ухмылкой. «Смеяться — это нормально».

«Я просто... я просто», — пробормотала она, не в силах закончить мысль.

Её голова покоилась на его плече, пока она пыталась взять себя в руки. Спустя несколько минут хихиканье прошло. Она сглотнула от смущения и снова посмотрела ему в глаза.

«Я просто так боялась,» — сказала она.

Он кивнул подбородком в сторону своей тумбочки, и она проследила за его взглядом к маленьким белым трусикам, лежащим там.

«Я всегда хотела явиться на свою первую Службу, не надев нижнего белья», — сказала она. «Но после того, как я поговорила с Таллой...»

Он резко дернул головой при этих словах.

«С Таллой?»

«Когда она рассказала мне, что ты сделал после того, как выпорол её», — сказал Иллия.

«О, ты об этом», — сказал Жаир’ло с облегчением.

Иллия посмотрела на него.

«Что ты думал, что я имела в виду?»

Жаир’ло покачал головой.

«Неважно. Это не имеет значения.»

Иллия пожала плечами, снова посмотрев на своё нижнее бельё.

«Я прокручивала это в голове, когда одевалась, и просто... просто надела его», — объяснила она. Она поджала губы и добавила: «Как будто это какой-то щит».

«От меня?»

«Да. Странно, да?»

«Но ты все равно выбрала меня?»

«У меня небыло времени обдумать рассказ Таллы,» — сказала Иллия. «Они ввели новое правило, только для тебя и Зо'кара. Там была женщина, которая спрашивает нас на выходе, хотим ли мы тебя для нашего Выбора Девы. Мы должны ответить ей прямо там, сразу после улучшения, иначе упустим наш шанс.»

Жаир’ло прищурился, добавляя новые слова в свой воображаемый словарь.

«Я даже не знала тогда историю Таллы», — продолжил Иллия. — «Но я сказал: "Да. Конечно, я его возьму". И потом всю ночь напролёт я думал, правильное ли это было решение».

Он вдохнул. Ни одна девушка, ни одна женщина никогда не приходила в его постель, признавая, что боится, будто он может намеренно причинить ей боль.

«Но это было правильное решение», — внезапно сказала Иллия. «Я постоянно вспоминала взгляд, который увидела в твоих глазах прошлой ночью. Я повторяла себе, что человек, который с таким взглядом, знал, что такое боль, и что он не станет причинять боль никому, если в этом нет необходимости.»

Как странно, что Иллия и Талла, казалось, не держали обиду на Жаир’ло за саму порку. Единственным спорным моментом для них обоих была та часть, где он сразу после этого занялся сексом с другой женщиной. Логично, конечно, но Жаир’ло не был полностью уверен, что почувствовал бы то же самое, будь он на их месте.

«Талла не расстроена тем, что я втянул её в этот ужас?» — спросил он.

Иллия странно посмотрела на него.

«Конечно, нет», — сказала она. «Это был её выбор прийти к тебе во второй раз».

«Всё равно —»

«Мы,» — перебила она, приподнимая грудь от кровати в гордом жесте, — «берём на себя ответственность за свои поступки.»

«Никто не наказал меня», — заметил Жаир’ло. «Талла считает это справедливым? А ты?»

«Во-первых,» — заметила Иллия. «Да, это справедливо. Ты мужчина. Мужчины не несут ответственности за —»

«Почему это нет, черт побери?» — перебил он.

Иллия была ошеломлена, моргая в недоумении.

«Потому что ты не…», – сказала она, не в силах подобрать слова. «Мужчины просто не такие. Это наша проблема, не ваша.»

Жаир’ло открыл рот, чтобы возразить, но не смог ничего сказать, поэтому Иллия продолжила.

«Во вторых, Талла рассказала мне, что ты действительно чувствовал её боль».

Он снова глубоко вздохнул.

«Да», — сказал он. — «Но с тех пор я от неё ничего не чувствовал».

«Она тоже не чувствовала», — сказала Иллия. — «Поэтому ей пришлось отправить меня сюда».

«Чтобы выяснить почему».

Иллия кивнула.

«И, выяснив почему, узнать, что ты делаешь сейчас».

Рот Жаир’ло скривился, когда он выдохнул воздух.

«Учусь стрелять из лука,» — сказал он, прищурив глаза. «И пытаюсь найти людей, которые чувствуют то же, что и я.»

Глаза Иллии широко раскрылись от тревоги.

«Не волнуйся», — заверил он её. «Я не собираюсь делать ничего глупого. Я и секунды не продержусь, атакуя Храм».

«Тогда что ты планируешь?»

Он задумался об этом. Что он на самом деле планировал?

«Сейчас меня назначили сюда», — сказал он. «Я не могу покинуть эту работу какое-то время, но я хочу присоединиться к Солдатам, как только смогу разобраться как это сделать. Тогда я попытаюсь найти тех, с кем они сражаются. Должен быть кто-то там, кто может нам помочь, хотя бы даже просто сбежать на время».

«На это надеется и Талла», — сказала Иллия. «Она тоже заводит друзей. Девушки, которые были Запечатанными Девами, — хорошее начало. Мы, как никто другой, хорошо понимаем, насколько это место несправедливо».

«Мы с этим согласны», — твёрдо заявил Жаир’ло. «Но как нам это изменить?»

«Храмы могут пасть», — сказала Иллия, глядя ему прямо в глаза. «У меня было время изучить множество исторических текстов. Когда Богиня умирает, новую нужно выбрать быстро. В противном случае, если ни одна женщина не владеет всеми девятью Совершенствами, всё быстро распадается».

Жаир’ло вспомнил свой сон, в котором он преподносил Талле голову Сони. Он снова задумался, как и тогда, изменилась ли Талла настолько, чтобы принять такой дар. Изменятся ли его чувства к ней, если она бы стала таким человеком?

«Мы обдумываем убийство?» — спросил он тревожно.

«Нет,» — твердо сказала Иллия. «Богини живут не очень долго. Хитрость будет заключаться в том, чтобы помешать любой из Королев вознестись.»

«Вознестись?»

«Так они это называют.»

Действительно, это дало много Жаир’ло много пищи для размышлений. Он смутно помнил, что Храм устраивал небольшую вечеринку или что-то в этом роде, когда назначалась новая Богиня, но юного Жаир’ло это никогда особо не волновало, за исключением того, что в эти дни можно было полакомиться вкусным тортом.

Если Иллия была права, укрепленный, хорошо охраняемый Храм все-таки был хрупок и уязвим, но только на короткое время. Вся эта организация, как оказалось, была машиной, вращающейся вокруг одной единственной точки.

«А что мы сделаем потом?» — спросил Жаир’ло.

«Не знаю», — сказала Иллия, и её голос наполнился горечью, когда она продолжила. — «Храмовые историки обещают всякие ужасы и бедствия, но я им не доверяю. Их волнует только власть Храма, поэтому они готовы лгать о том, что случится, если Богиня не будет контролировать всех».

«Так вот какая наша цель?» — спросил Жаир’ло, его голос был полон недоверия к грандиозности задачи. — «Найти способ устроить падение Храма?»

Иллия кивнула.

Глаза Жаир’ло расширились, и он оглядел комнату.

«Непростая задача».

«Да».

Наступила долгая пауза, когда разные мысли проносились у них в головах. Жаир’ло пытался представить, как он мог бы сделать что-либо, вне Храма, чтобы помешать любой из трёх Королев стать Богиней. Иллия думала, правдивы ли рассказы о тяжёлом положении женщин во времена до Храмов, или это всего лишь выдумки, чтобы держать женщин в узде.

Глаза Иллии снова упали на её нижнее бельё.

«Как ты думал, что я собиралась сказать?» — спросила она.

«А?»

«О моем нижнем белье. И Талле.»

«О, это,» — сказал он, прикрываясь смущенным смехом. «Когда Талла пришла ко мне в первую ночь. Её, эм, Выбор Девы, я думаю. Она оставила своё нижнее белье у меня, случайно. Я до сих пор его храню.»

«Тебя ведь тогда работал где-то в другом местое?»

«Да. На ферме Харзена.»

Иллия рассмеялась.

«И ты принес его с собой?»

Жаир’ло пожал плечами.

«Да. Я думал, что, возможно, она послала тебя забрать это обратно.»

«Она послала меня поговорить о падении Храма,» — сухо сказала Иллия. — «О нижнем белье речи не было.»

«Полагаю, она о нем уже забыла,» — Жаир’ло тоже вынужден был рассмеяться.

Иллия склонила голову.

«Можешь забрать и мое тоже», – предложила она игриво. «Раз уж ты собираешь».

«Что?»

«Мне не нужен щит,» — сказала она, устремив на него свои глаза. «Не от тебя.»