Бой прошел в пользу сына императора, пока Яньлинь ловил восторженные возгласы, он понимал, что ему всего лишь поддались и нужно начать реально тренироваться, а не отлынивать как он это делал раньше. Ему всегда была интереснее стрельба из лука, нежели махать мечом, но увидев, как усердно и с какой яростью тренируется Юймин, он подумал что не хочет быть хуже его, и тем более в его глазах выглядеть как избалованное ничтожество.

Спустя 2 года, весна.

Юймину исполнилось 7. Яньлиню на тот момент было уже 9. И несмотря на разницу в возрасте, в боевых навыках явно превосходил первый.

Отец удивлялся внезапному рвению сына к сражению, когда раньше тот лишь развлекался, а теперь бегал с раннего утра на поле для тренировок, он думал что так на него влияют злостные речи о белокурых врагах.

Это утро ничем не отличалось от обычного, после завтрака Яньлинь захватил с собой разных вкусностей в мешочек из красного бархата с золотыми кисточками. Он каждый раз носил еду для Юймина.

В этот раз он увидел его наносящего удары по дереву. По сколько Юймин вырос не на этих землях, да еще и был рабом, ни правил, ни этикета он не знал и не хотел признавать. Поэтому Яньлинь усмехнулся и объяснил ему что природа должна быть не недоступна созерцанием, а не грушей для битья.

— Смотри что я тебе принес

Он достал мешочек с едой, и раскрыв его полетели множество аппетитных ароматов, от булочек до сладостей. Юймин уже не был застенчив наедине с сыном императора и быстро накинулся на еду, кто бы видел, как он себя неуважительно ведет, сразу бы упал в обморок.

Яньлинь лишь рассмеялся, обняв за талию Юймина. Он испытывал теплоту и интерес к нему с самого первого взгляда. Поцеловал его в голову. Вообще он не первый раз проявлял знаки внимания, но Юймин был все-таки младше и не особо понимал отношения к себе, в нем кипела лишь ярость, чтобы стать лучше всех. А милость сына императора он считал чем-то временно не понятным.

— Зачем ты это сделал?

Сказал чавкая будто на скорость уплетая булочки Юймин. Яньлинь начал деловито плести чушь.

— Так принято делать перед едой, когда угощаешь кого-то

— Ты хочешь сказать, что поцеловал бы в голову вон того мерзкого сторожа, если бы дал ему конфету?

— Я бы не дал ему ничего, потому что он тебя дубасит палкой

— А я бы его разрубил

Яньлиня поражали иногда злостные высказывания столь юного ребенка. Но он решил на этом не зацикливаться, зная как обращаются с его другом,

невольно начнешь всех ненавидеть и не признавать никаких правил. Поэтому он всего лишь учил Юйминя манерам, этикету, истории и всему что знал сам.

Заодно и сам повторял материал.

Также они вместе сражались на деревянных мечах. Правда Юймин всегда выигрывал, а Яньлинь дико обижался, в сотый раз упав на землю и увидев острие деревянного меча у себя на глотке, он недовольно взвыл

— Ну хоть раз позволь мне выиграть!

— Неа

Если побеждать сына императора считалось дурным тоном, а если победитель еще и какой— то грязно кровный европеец, отвечающий «неа», это был приговор на казнь и общественное порицание, но Яньлиню наоборот нравилось, что это единственный ребенок, который с ним искренен. Он с надутым лицом сел на бревно под деревом, и начал причитать

— Если бы это была стрельба, я бы давно пустил тебе стрелу прямо в сердце

— Я научусь отражать стрелы мечом

— Не говори ерунды, чем ты будешь их отражать, руками?

— Я придумаю технику фехтования

— Ну ну, а я придумаю новый вид сражений

Внезапно их детский спор прервало появление императора.