От самого берега и до горизонта

пролегла глубокая трещина, рассекшая море.

Стены воды отвесно обрывались по обе стороны, образуя исполинский каньон, но бушующие потоки не затапливали обнажившееся дно.

Морское дно, доселе скрытое под толщей воды, предстало перед ними во всей первозданной красе.

Иуда на мгновение лишился дара речи, потрясенный зрелищем, которое было истинным чудом, а не простой магией.

Сама же Элия, сотворившая это грандиозное чудо, сияла улыбкой ребенка перед долгожданной прогулкой.

— Пойдём скорее.

— …Ладно, пойдём.

В конце концов Иуда с улыбкой позволил ей увлечь себя за собой.

— Тебе вдруг захотелось заглянуть на морское дно?

— Угу. Мне и в голову не приходило, что можно рассмотреть морское дно, но в твоих воспоминаниях я видела нечто подобное, и мне стало любопытно.

И ради этого простого любопытства она взяла и раздвинула море.

Масштаб этого деяния был поистине головокружительным.

От берега к морю тянулся пологий песчаный склон, похожий на холм.

Элия, уже готовая ступить на него, замешкалась, коснувшись влажного песка.

Так ведь можно намочить обувь и ноги.

Иуда тихо спросил:

— Хочешь, я тебя понесу?

Для него не составило бы труда донести Элию на руках.

— Это было бы неплохо, но… я хочу пройтись сама.

Ей было интересно ощутить влажный песок под ногами.

— Будь осторожна, не упади.

— Угу.

Элия крепко сжала руку Иуды и ступила на влажный песок.

Плотный песок поддался, и нога слегка погрузилась в него.

Холодное и влажное прикосновение.

Пусть она и не была босиком, но все равно чувствовала это.

— Как удивительно…

Все, что происходит впервые, всегда кажется удивительным.

Глядя на нее, похожую на ребенка, Иуда довольно улыбнулся.

— Иуда, ты когда-нибудь бывал на море?

Чтобы заглянуть в его воспоминания, ей нужно было сосредоточиться.

Она намеренно не стала этого делать, желая услышать ответ из его собственных уст.

— Хм, нет. Я видел его только косвенно, на фотографиях, а так — впервые здесь.

— Какое счастье.

Первый раз всегда оставляет глубокий след в памяти, потому что это нечто новое и впечатляющее.

Элия была искренне рада, что может вписать свое имя и образ во многие его «первые разы.»

Иуда чувствовал то же самое.

Вскоре они спустились на морское дно.

Точнее, в то место, где раньше было море.

Они осторожно ступали по пологому песчаному склону.

С обеих сторон возвышались стены воды, похожие на крутые утесы.

— Но все-таки… раздвинуть море…

Вид на морскую толщу изнутри был редким и захватывающим зрелищем.

Иуда восхищался, но в то же время испытывал легкий страх.

Он вовсе не сомневался в способностях Элии.

Однако море, разверзшееся по бокам, словно скалы, вызывало инстинктивную настороженность.

Он осторожно коснулся воды рукой.

Ему казалось, что это лишь иллюзия.

Но холодная вода была самой настоящей морской водой.

Элия небрежно заметила:

— Просто захотела, и получилось.

— Хм…

Он уже устал восхищаться ее талантом, но она продолжала его поражать.

В народе Элию почитали чуть ли не как живое божество.

Глядя на то, как она раздвинула море, он начал думать, что это недалеко от истины.

— Значит, морское дно выглядит вот так.

Песок, ставший коричневым от влаги.

Удивительно было то, что на песке виднелись волнообразные узоры.

Словно застывшие волны.

— Это из-за течения воды?.. Поразительно.

Элия, словно любопытный ребенок, медленно шла, рассматривая все вокруг.

Узоры на песке тоже казались Иуде любопытными, но наблюдать за восторженной Элией было куда приятнее.

Долго гулять по влажному песку не удалось.

В какой-то момент песчаный склон резко оборвался, и перед ними возник крутой обрыв.

— О-о-о…

Стоя на краю обрыва, Элия не сдержала возгласа восхищения.

Рельеф обрыва, уходящего вниз, был причудливым и хаотичным.

Отовсюду торчали скалы.

А на них, образуя пестрый лес, росли кораллы самых разных видов.

Между стенами воды, в пене, плавали маленькие рыбки.

Иуда тоже на мгновение замер, глядя на этот пейзаж.

Тайна великой природы.

И тайна Элии, позволившая ему прикоснуться к этому чуду.

Опыт наблюдения за внутренним миром океана посреди величественных вод был тем, о чем он даже не смел мечтать.

Элия смотрела на коралловый лес, уходящий вглубь.

Неровный, наклонный коралловый сад.

А за ним — еще более глубокое морское дно.

Судя по ощущениям Элии, глубина там достигала примерно 1 км от поверхности.

«Интересно, есть ли в открытом океане места еще глубже?»

Но туда ей было неинтересно.

Ведь на дне бездны, куда не проникает свет, вряд ли есть такая красота.

— Пешком вниз мы здесь не спустимся.

Нельзя же топтать кораллы.

Она решила воспользоваться левитацией, чтобы осмотреться получше.

— Цвета просто невероятные… Неужели в море столько ярких красок?

Даже Иуда, который никогда не интересовался цветами или грибами, сегодня не мог не восхищаться.

Ведь он видел морские глубины собственными глазами.

— Они похожи на наземные цветы или грибы, но в то же время есть что-то неуловимо иное.

Элия, довольная его реакцией, улыбнулась и сказала:

— Знаешь, кораллы — это не растения, а животные.

— Э? Правда? Это? Но они же выглядят как растения… Откуда ты это знаешь?

— Об этом говорилось в твоих воспоминаниях.

— …Почему ты знаешь то, чего не помню я, Эли?

— Потому что я могу раскрыть и прочитать даже те части твоей памяти, о которых ты сам не догадываешься.

— …

Иуда на мгновение погрузился в раздумья.

Он ощутил некий темный страх, глубже, чем само это море.

Элия знает о нем все, даже самые незначительные детали.

Например, скажем…

Тот случай во сне, когда это случилось впервые…

Когда простыни стали липкими…

«Только не это.»

Элия лишь ласково улыбалась ему.

Так, словно знала, что он думает о чем-то верном.

Затем она пробормотала с легким недовольством:

— Тот первый раз должен был быть моим…

— …

Иуда решил прекратить размышления.

— Но рыб здесь меньше, чем я ожидал.

В океанариуме из его воспоминаний в синеве воды плавало бесчисленное множество самых разных рыб.

От косяков сардин до огромных скатов и акул.

Здесь же рыб было совсем немного.

Лишь несколько маленьких рыбешек, снующих у кораллов.

И изредка попадающиеся стайки.

Все остальное пространство было наполнено тишиной.

Только вода продолжала течь.

— И правда. Хотя море ведь такое огромное.

— Это точно. Немного жаль, но и так по-своему хорошо. Я даже не думала, что увижу такое пестрое зрелище.

Иуда был того же мнения.

Кто бы мог подумать, что он увидит коралловый лес так близко, своими глазами.

Это чудо стало возможным благодаря Элии, и этот первый опыт дорог ему вдвойне оттого, что они разделили его вместе.

Они медленно спускались ниже, рассматривая кораллы.

Иногда они наблюдали за маленькими рыбками, снующими вокруг кораллов внутри водного барьера.

Долго осматриваясь, они дошли до края кораллового леса.

Дальше начиналось довольно ровное дно.

Удобное для ходьбы.

Они, как и раньше, взялись за руки и пошли рядом.

Впереди — бесконечное неизведанное море.

По бокам — стены текущей воды.

Элия спросила первой:

— Так что ты хотел сказать?

— А, это. Да ничего особенного…

Почему-то из-за того, что он так долго тянул, казалось, что нужно сказать что-то важное и серьезное.

Но то, что его интересовало, на самом деле не было чем-то грандиозным.

— Неважно что. Говори свободно. Я могу сказать и показать тебе все что угодно.

Успокоенный этими словами, Иуда довольно улыбнулся.

— На самом деле, ничего особенного. Просто…

Вопрос о том, о чем она думает, усердно работая императором, казался немного странным.

Он решил спросить о другом.

— Почему ты оставила фамилию Бебель?

— А. Ну да. Наверное, это выглядит странно.

— Не то чтобы странно, но любопытно.

Ведь она вряд ли любит фамилию Бебель.

Остальное он решил не озвучивать.

Элия немного подумала и заговорила:

— Раньше я была человеком, запертым в прошлом. На самом деле, не то чтобы запертым, я сама держалась за него.

Трагедия, начавшаяся после того, как Нарцисса забрала ее в главный дом.

Гибель Марии.

Жестокое обучение, которое ей пришлось пройти.

И начало мести.

— Раз они измывались над мной, я считала своим долгом ответить им тем же. Даже не подозревая, что мама была рядом. О, разумеется, я не считаю себя глупой и ни капли не жалею о мести. Вернись я в прошлое, поступила бы точно так же.

Настолько Элия ненавидела тех, кто носил фамилию Бебель.

И все же она не отказалась от этой фамилии.

— Я сохранила фамилию Бебель и основала империю с этим именем как доказательство и своего рода орден того, что я победила прошлое.

Она решила шагнуть в будущее рука об руку с Иудой.

Она не хотела быть запертой в прошлом.

Она перестала глупо цепляться за него.

Она решила отпустить его.

Это не значит, что она собирается игнорировать или избегать прошлого.

Она с достоинством победила то, что ее угнетало.

Она победила ненавистный Бебель.

Пусть это был и тяжелый путь.

— Я не хочу ни преувеличивать своё прошлое, ни преуменьшать его. Я просто приняла его, взглянула ему в лицо и решила двигаться дальше вместе с тобой, поэтому и сохранила фамилию Бебель.

Элия ласково улыбнулась, сжав руку Иуды.

— Примерно так же обстоит дело и с той фамилией, что я дала тебе. Не будь тебя рядом, я бы не справилась. Это символ нашей общей победы.

Это не значит, что она не победила бы Бебель сама.

Но без Иуды она бы не одолела собственное прошлое.

Элия была в этом уверена.

— …

Иуда не знал, что у нее на душе.

Впрочем, это было естественно.

О таких вещах обычно не говорят просто так.

Он всё ещё так мало знал об Элии.

Но сегодня он узнал еще кое-что.

Разве этого недостаточно?

Они ведь пара, которая шаг за шагом узнает и принимает друг друга.

Она была готова выговориться ему о чем угодно, и Иуда был готов выслушать.

— Не знал, что в этом есть такой глубокий смысл.

— Ну, не то чтобы глубокий смысл…

Элия смущенно улыбнулась и подняла голову, словно вспоминая прошлое.

Дорога, проложенная в морской расщелине.

Небо, открывшееся между темно-синими стенами воды, было светлым.

Она на миг мысленно оглянулась на всё время, что прошло с их первой встречи.

Шагавшая впереди девушка крутанулась на каблуках и с разбега прыгнула в объятия Иуды.

Она легко прильнула к нему.

— Спасибо, что пришел ко мне.

За то, что вытащил ее, чтобы она не погрязла в прошлом.

За то, что был рядом даже в страшных ситуациях.

Она была уверена: без него ей ни за что не перешагнуть через призраки прошлого.

— Спасибо за то, что подарил этот алый шарф и защищал меня, за то, что тяжело пострадал, спасая мою жизнь, и даже последовал за мной в сам Загробный мир… Благодарю за то, что убедил меня: в той давней трагедии нет моей вины. Каждая секунда рядом с тобой стала для меня спасением.

Элия, прежде тонувшая в бесконечных упрёках к самой себе, обрела способность видеть мир во всём его многообразии лишь тогда, когда взяла Иуду за руку.

Иуда мягко улыбнулся и погладил ее по голове.

Когда это было?

Он не помнил точно, но когда Элия в прошлый раз благодарила его за подобное, он ответил:

Что просто сделал то, что должен был.

Ответ, что это был лишь долг и ничего особенного.

Кажется, это было тогда, когда он едва не погиб от клинка наемника вместо Элии.

Сейчас его чувства были иными.

Прежде чем это стало долгом.

— Я тоже хотел спасти тебя.

Он хотел этого.

Спасти ее было его желанием, его надеждой, его стремлением.

Хотя смысл немного другой, но еще до вселения он загадал такое желание.

И прежде всего, спасение ее означало спасение самого себя.

Элия улыбнулась, и в уголках ее глаз блеснули слезы.

Они естественно обменялись коротким поцелуем.

Прильнув к его груди, она сказала:

— Раньше я толком не осознавала себя как личность. Я ощущала себя лишь инструментом для достижения высшей цели — например, мести роду Бебель. Не то чтобы я размышляла об этом именно так, но, оглядываясь назад, я понимаю, что это было именно так. Однако встретив тебя, благодаря тебе я увидела себя настоящую и наконец узнала, кто я есть. Ты полюбил меня, и лишь после этого я смогла полюбить саму себя.

— …

— Полюбив себя и полюбив тебя, я полюбила этот мир. Поскольку это мир, в котором живёшь ты, этот мир — и есть ты, а ты — весь мой мир.

До этого она была равнодушна к миру и наполовину цинична.

Презрение. Раздражение. Негативные чувства в духе «мне все равно, что будет.»

Это было результатом того, что она проецировала себя на мир.

Жизнь, в которой не осталось ничего, кроме мести.

Поскольку это была жизнь, которую не жалко было отдать после мести, она так же смотрела и на мир.

Спасение мира и все такое.

Эксплуатация правящим классом, опустошение из-за войн, мир и спокойствие, к которым должно стремиться человечество.

Ей было плевать.

Но после встречи с Иудой всё перевернулось с ног на голову.

Все стало очень важным.

Она хотела, чтобы в этом мире, где он должен жить, не было ни капли зла.

Она желала только мира.

Именно поэтому Элия всегда искренне заботилась об империи и мировых делах.

Иуда неожиданно узнал ответ на вопрос, который его интересовал.

Почему Элия была до механичности верна своим обязанностям императора.

В конечном счете, это было ради него самого.

В груди поднялось какое-то чувство.

Существует бесчисленное множество слов, чтобы определить его.

Восторг. Волнение. Благодарность. Радость. Счастье.

Их много, но ни одно из них не может выразить это в полной мере.

И всё же существовало слово, способное вобрать в себя все эти чувства и описать то состояние, в котором он пребывал сейчас.

Иуда бережно обхватил Элию за плечи и склонился к ней.

Это было медленное, но импульсивное действие.

Он страстно поцеловал ее, когда она встала на цыпочки.

Очень долго, словно смакуя это прикосновение и тепло.

Он отстранился, когда дыхание стало прерывистым.

Иуда произнес слова, которые связывали все чувства, что он только что испытал, воедино.

— Я люблю тебя.

Тогда Элия ярко улыбнулась.

Она могла полностью прочувствовать его чувства, сжатые в одной фразе.

— Я тоже люблю тебя, Иуда.

Ведь для нее, как и для него, в этом коротком ответе было заключено множество чувств.

В тот момент, когда они снова собирались поцеловаться.

Что-то белое закружилось в воздухе.

Пошел снег.

Не с неба посреди лета, а внутри расступившегося моря шел снег.

Белоснежные хлопья медленно, покачиваясь, словно рябь, опускались вниз.

Так, словно они должны были лечь сугробами, коснувшись дна.

— …

Иуда и Элия ошеломленно смотрели на море.

В темно-синем мире шел густой снег.

Морской снег.

Снег, идущий под водой.

Обнявшись, они просто стояли и зачарованно смотрели на это невероятное, сродни чуду природное явление, не зная никаких законов его происхождения.