Прошло два дня после пересечения границы. Мы до сих пор едем по дороге, которая соединяет Мелромарк и Шильтвельт. Пироженка назвала её кровавым шоссе, потому что оно постоянно фигурировало в войнах между двумя этими странами.

Вдоль дороги стоят мелкие государства и свободные города, но всё-таки убийцы стали нападать на нас гораздо реже. Очевидно, им труднее работать за пределами Мелромарка. Да и в принципе те, кто желает вреда падре, могли действовать нагло и открыто только там.

Падре высунулся из окна и обратился к нам:

— Сколько до Шильтвельта на повозке?

— На нашей конной — не меньше трёх недель.

— Как же долго ехать…

— А с Филориалами мы бы успели за две недели.

— Разве Филориалы настолько быстрее лошадей? Если торопишься, то лучше лететь на драконе, — сделала возмутительное заявление Пироженка.

Драконы — враги Филориалов, а значит, и мои тоже. Я не потерплю поездок верхом на врагах. От одной только мысли становится противно. Я лучше буду ползти, чем соглашусь на такое.

Кстати, что-то я давно не встречал Филориалов. Не в смысле “видел”, потому что нам иногда попадаются повозки с ними, а в смысле “трогал”, “нюхал” и так далее. Эх, как же хочется поскорее вдохнуть этот чудесный запах!

Я достал из кармана заранее собранные перья Филориалов и поднёс к носу. На них ещё осталось немного запаха…

— Я так скучаю по Филориалам.

— М-Мотоясу-кун… похоже, ты и правда их сильно любишь.

Мы разговаривали, разговаривали, и вдруг впереди показалась ферма. Ага! Я уже вижу, там разводят Филориалов! Я подбежал и перегнулся через забор, чтобы рассмотреть получше.

— Гва-гва!

Вдалеке беззаботные Филориалы сидят и отдыхают.

— Ах…

— Китамура-доно… похоже, ты и правда влюблён в Филориалов.

— Интересно, их тут нигде не продают? — обронил я, больше не в силах терпеть.

Филориалы! Меня аж трясёт, настолько я хочу вкусить их божественный запах!

— Гм. Если тебе так сильно их хочется, можем купить по пути.

— Правда?!

— Ну, да…

Пироженка предложила правильную вещь! Даже посланники Шильтвельта кивнули ей, хотя они выглядят сильно озадаченными.

— Это всё хорошо, но… путешествие в этой повозке меня утомляет. Я только и могу, что сидеть и бездельничать.

— Я думаю, мы уже достаточно отъехали, чтобы не беспокоиться о преследователях. Почему бы нам не остановиться в ближайшем городе, чтобы пополнить запасы и дать Герою Щита-саме отдохнуть?

— Уверен? — на всякий случай переспросил я, и посланник из Шильтвельта кивнул.

Конечно, терять бдительность опасно, но о здоровье падре тоже нужно позаботиться. В конце концов, он всего лишь первого уровня. Наверное, ему лучше поскорее прокачаться, чтобы получить дополнительные способности и более крепкое здоровье.

— Мы знаем заведение, которое принадлежит друзьям нашей страны. Там он будет в безопасности…

— Понял. Только я сначала схожу на ферму и попробую выторговать там яйца Филориалов.

— Не лучше будет купить уже взрослых?

— Вся суть именно в том, чтобы начинать с яйца.

— Ты так думаешь? Ну, времени у нас впереди много. Ты справишься с разведением Филориалов, Мотоясу-кун?

— Разумеется! Я выращу достойных особей! Ладно, пойду покупать.

Попросив повозку подождать, я в одиночестве направился ко входу на ферму и постучал в дверь кабинета. Ответа не было. Никого нет?

— Китамура-доно.

Услышав голос Пироженки, я обернулся. Она указала пальцем на загон для Филориалов. Да, что-то я не подумал: раз фермер не в кабинете, то логично предположить, что он там.

— Гва-гва.

Сладкая песнь Филориалов привела меня к загону, и я заглянул внутрь. Там обнаружился крепкий мужик фермерского вида, кормящий Филориалов сеном. Видимо, это и есть хозяин.

— Кто такой?

— Гость?

— И? Чего пришёл?

— Хочу, чтобы вы поделились со мной яйцами Филориалов.

Филориалы смотрели на меня полными любопытства глазами. Я знаю разные способы ладить с людьми, но сначала нужно произвести хорошее первое впечатление.

— Зачем тебе Филориалы?

Интересный вопрос. У меня нет внятных причин. Я выращиваю Филориалов просто потому что они существуют. В этой железной логике нет места для объяснений. Можно сказать, я просто следую законам мироздания.

— Они мне дороги и незаменимы. Вы же не спрашиваете, зачем дышите.

— Что ты какой-то бред несёшь? Отвечай, что собрался делать с яйцами Филориалов.

— Каждый Филориал в равной степени достоин в любви. Да, это так, они мне дороги как дети: быстрые и медленные, сильные и слабые, умные и глупые…

— Я же сказал… Ох, как с тобой трудно. Я не об этом, — фермер взвалил вилы на плечо.

Почему у него такой удручённый вид? Я его чем-то расстроил?

— Я что-то не то сказал?

— Ты точно любишь Филориалов? Яйца не для еды берёшь?

— Конечно! Что вообще значит “для еды”?!

Что, по его мнению, я собирался делать с яйцами? Я же не извращенец покупать почти проклюнувшиеся яйца, чтобы делать балют[1]!

— Ладно, тогда смотри… вот у этого Филориала порода…

— Филотельтская, да? А, нет, смешанная с филобредской. А вот этот, впереди, фисавзанской породы… но у его отца явно была примесь фидамейской.

Насколько я вижу, на этой ферме все Филориалы быстроногих пород… весь спектр того, что обычно встречается на гонках в Зельтбуле. Очевидно, этот фермер занимается разведением именно породистых Филориалов.

— Они быстрые, но у них куча проблем с ногами. Приходится следить за весом, но по моему мнению ещё важнее правильно их кормить и приучать не терпеть боль.

Стоят такие Филориалы как правило немало.

— В-всё правильно. А ты в этом разбираешься, раз с первого взгляда определил даже родословную.

— Тот, кто любит Филориалов, должен знать такие вещи.

Заодно я вижу по глазам Филориалов, что они полностью доверяют этому фермеру. Я погладил одного из них по шее, где им это очень нравится.

— Гва-а...

— О-о... Я, конечно, тебя не знаю, но вроде бы ты хороший парень, — фермер ухмыльнулся.

Среди тех, кто с таким трепетом относится к Филориалам, не бывает плохих людей, поэтому и я ответил ему улыбкой.

Эх, Филориалы...

— Я ценю их всех, и самых дешёвых, и самых дорогих... Вот такой я человек, не больше и не меньше.

— Не совсем понимаю, что у тебя на уме, но твоя страсть налицо. Так уж и быть, уступлю тебе одно хорошее яйцо.

— Мне не нужно одно. Скажи, где купить ещё яиц, пускай даже самых дешёвых.

— Сколько же тебе нужно?!

— Я хочу воспитывать столько Филориалов, сколько яиц уместится в моих руках!

Фермер озадаченно почесал голову.

— Ты говоришь, тебя устраивают даже дешёвые?

— Я не собираюсь спорить с ценами, которые устанавливают другие люди.

— Интересный ты тип. Сколько у тебя денег?

Я показал фермеру свои финансы. На сей раз я не получил материальной помощи от Подонка, поэтому денег у меня немного. Все мои монеты добыты с тел солдат и убийц Мелромарка, которые попадались по пути. Но я уверен, что на несколько яиц их хватит.

— Я хочу приобрести яиц вот на эту сумму.

— Так, посмотрим... — пересчитав монеты, фермер закивал. — Могу продать тебе одно хорошее и ещё два дешёвых, которых собирался сдать в магазин монстров. Как тебе такой вариант?

— Я только за!

Фермер повёл меня на расположенный неподалёку склад яиц Филориалов. Сначала он достал одно из глубин с таким видом, словно сходил в сокровищницу, а затем двое других.

— Тебе повезло, что ты пришёл именно ко мне, потому что остальные окрестные фермы продают все яйца мне. Инкубаторы включены в стоимость. Береги их.

— Благодарю вас!

— Будет время, приезжай, покажешь, что получилось.

— Конечно! Приведу легендарных Филориалов, которые вылупились из этих яиц!

Итак, благодаря фермеру я разжился тремя яйцами. Это место мне определённо по душе. Нужно будет запомнить его, чтобы потом ходить сюда порталом.

Позднее я узнал, что этот фермер по сути был главой этой местности, где выращивают Филориалов. Образцовый заводчик Филориалов, который поставляет их по всему свету!

— О, ты вернулся.

После покупки я сразу же направился обратно к падре.

— Ну как? Хорошие яйца купил?

— Филориалы не бывают хорошими или плохими.

Я показал падре яйца. Не собираюсь считать одно из них лучше остальных, буду лишь с нетерпением ждать, когда птенцы вылупятся. Жду не дождусь!

— Ага… вот отсюда появляются эти похожие на птиц монстры?

— Именно.

— Ты купил сразу три? Ну, я не против, если они помогут нам быстрее перемещаться, но… это же сколько времени уйдёт, пока они вырастут…

— Если начинать с яиц, то да…

— Я их быстро выращу!

Кажется, даже Пироженка ничего не понимает в Филориалах! Да, если у них нет прибавок к Уровню, то это занимает кучу времени, но я смогу за считаные дни превратить их в ценных и сильных союзников. Уже через три дня они освоят человеческий язык.

— Сколько примерно нам ждать?

— Прежде чем на них можно будет ездить? Насколько я знаю, опытный воин может вырастить Филориала за две недели, — ответила Пироженка.

— Нет, как вылупятся, так мне и двух дней хватит!

— Как-то это… слишком уж быстро… Или Герои способны даже на такое?

Я ответил Пироженке кивком. Так и есть, мы можем резко ускорять прокачку Уровня, а вместе с ней и взросление Филориалов… и других монстров этого мира. В этом падре убедился в своей деревне. У него там жило много хорошо натренированных существ.

— Зачем гадать, мы это и так узнаем. Яйца ведь уже у Мотоясу-куна.

— Да, вы сами всё увидите!

— Ну ладно. Тогда едем в город.

Итак, мы с падре и всеми остальными доехали до ближайшего города. Здесь жили в основном торговцы, которые зарабатывали на международной торговле. Мы уже в одной из соседних в Мелромарком стран… я здесь, кажется, ещё не бывал, но по-моему, это та самая к северу от Мелромарка, где нехватка продовольствия.

Посланники из Шильтвельта повели нас переулками к какому-то трактиру с вывеской на языке полулюдей.

— Таверна полулюдей… И правда, это лучшее место, чтобы укрыть Героя Щита Иватани-доно.

— Да. У них есть комната в дальней части заведения, там мы будем в безопасности.

— Так мне что, выходить? — падре спустился из повозки и потянулся. — Ух… Меня, конечно, не укачивает, но я в этой тесноте всё отсидел.

И правда, падре находился там безвылазно. Ничего удивительного, что он устал.

— Следуйте за мной, — посланник из Шильтвельта вошёл в трактир и поговорил с хозяином. — Я всё объяснил, можете располагаться.

Хозяин открыл дальнюю дверь и пригласил нас войти.

Мы находились в трёхэтажном каменном здании. Трактир занимал первый этаж, а мы поднялись наверх и оказались в комнате на третьем. Причём тут ещё есть рычаг, открывающий потайную комнату. Как мне пояснили, похожие механизмы тут есть во многих домах. Видимо, сказывается близость с воинственным Мелромарком.

Тем не менее, я попросил падре на всякий случай не подходить к окнам. Он присел на кровать со скучающим видом.

— Я, конечно, больше не сижу в тесной повозке, но всё равно чувствую себя пленником.

— Понимаю… Если тебе что-то нужно, я сейчас же сбегаю и куплю!

— Гмм… Кормить меня обещали, а вот помыться бы не помешало.

— Тут как, в домах есть ванные? — я повернулся к посланнику из Шильтвельта.

— В целом нет, но мы можем попросить, чтобы вам налили полную бочку горячей воды.

— Это как мытьё по-деревенски в бочке из-под горючего? Я согласен.

— Герой-сама. Ваши преданные фанаты с радостью купят воду, в которой вы сидели. Не хотите заработать этим денег на путевые расходы?

— Не продавай никому ни в коем случае!

О-о. Воду после мытья падре можно продавать? Кстати, я помню, что на Кальмире, где горячие источники иногда дают прибавку к опыту, любимый бассейн падре позднее превратился в достопримечательность.

— Пойдёшь мыться, падре? Как нам обеспечить твою охрану?

— Хм? Я думала, этим займусь лично я.

— Что? Эклер-сан, ты собираешься смотреть, как я моюсь?!

Падре густо покраснел. Пироженка тоже поняла, в чём дело, и занервничала.

— Т-ты не так понял, Иватани-доно! Я буду наблюдать только ради безопасности, я вовсе не извращенка!

— Ха-ха-ха, лучше уж я возьму безопасность падре на себя. Пироженка, ты тоже могла бы сходить в городскую баню, пока падре моется здесь.

— Хм… Пожалуй, твоей силе можно доверять, Китамура-доно. Хорошо, будь по-твоему. Но если со мной что-то случится, и я не вернусь, не вздумайте меня искать.

— Не беспокойтесь, леди Сеавет. Вас будут охранять мои спутницы.

— Хрю!

Свиньи, которые сопровождали посланника из Шильтвельта, вышли вперёд и что-то сказали Пироженке.

— Ага, понятно. Хорошо, тогда мы помоемся, пока Иватани-доно принимает ванну.

— Л-ладно, — падре почему-то отвёл от Пироженки глаза, словно не зная, куда смотреть.

— Иватани-доно… Должно быть, вы неправильно поняли, я вовсе не…

О чём вообще речь?

— Понимаю, но всё равно прости. Мне не стоило даже думать такое о тебе.

— Ничего. Можешь считать меня просто подругой.

— Да, ты моя ценная союзница. А о таких вещах… можно поговорить, когда окажемся в безопасности.

О? Чего это Пироженка и свиньи так смущаются?

Наконец, эта троица ушла, и в комнате стало поспокойнее. Посланник из Шильтвельта тоже ушёл, чтобы попросить сделать ванну.

— А, извини за эту неловкость, Мотоясу-кун. У нас с ней вовсе не такие отношения, я отказал просто на всякий случай. Понимаешь, какое дело…

Падре зачем-то пустился в разъяснения. Да что произошло-то?

— И Эклер-сан, и все остальные… они так на меня смотрят просто потому что я Герой Щита, верно? Поэтому я пока не хочу ни искать любовь, ни заводить гарем. Мне нужен кто-то, кто поймёт, кто я на самом деле, и уже после этого захочет со мной отношений…

Гмм? Что-то он говорит совсем не как тот падре, которого я знаю. Мне ведь помнится, что падре ненавидит свиней так же как я. Вплоть до того, что он ввёл в деревне запрет на романтику и отношения. И правильно сделал: обычному человеку трудно отличить свинью от нормальной женщины.

— Мне уже сказали, что в Шильтвельте меня ждёт множество воздыхательниц. Я смогу брать себе даже замужних красавиц, если они мне понравятся, — продолжил падре, не дождавшись моего ответа.

Кажется, посланник из Шильтвельта уже успел наобещать ему всякое.

— Не нравится мне это.

— Угу. В Мелромарке тоже была красивая принцесса, но я думаю, она заигрывала не просто так.

— Вот теперь я тебя узнаю, падре. Красную свинью нужно особенно остерегаться. И вообще всех свиней из любых стран, которые будут строить тебе глазки.

Насколько мне известно, в изначальном мире падре в Шильтвельте попал в передрягу, когда его пытались насильно женить. Его спутники проявили себя с лучшей стороны и смогли спасти его, за что я их глубоко уважаю.

— Просто у меня никогда не было девушки, поэтому я слегка увлёкся. Но да, мне надо быть осторожнее.

Падре молодец. Мне остаётся только восхищаться тем, как быстро он учится.

— Мотоясу-кун, по твоим словам это жестокий и опасный мир… Наверное, это касается даже Шильтвельта…

— Верно.

Если я правильно помню, как только там узнали, что падре берёт в спутницы только рабынь, ему тут же кинулись советовать поработить дочерей знатных родов. Так ведь было? По крайней мере, в моей памяти так.

Женщин во все времена оценивали по их привлекательности. Все хотят красоток. Они легко находят себе мужа, и у них появляются красивые дети. Вот и в этом мире такое мышление прочно засело в головах.

Я ничего не имею против женской красоты. Но женщина, которая пытается продать себя только за счёт красоты, — это свинья. Есть ещё свиньи, которые втираются в доверие положением.

Вскоре после победы над Лингуем я вовсю наслаждался вниманием свиней, которые тогда ещё обожали Героя Копья. Но затем мир охладел ко мне, и я получил нож в спину от свиней, которых считал своими союзницами. Никогда не забуду, что тогда почувствовал.

Кто делал мне замечания, когда я был беззаботным наглецом? Фиро-тан.

Кто утешил меня, когда я прочувствовал на своей шкуре жестокость мира? Фиро-тан.

Когда я осознал, что все её пинки были для моего же блага, в моём сердце воспылала истинная любовь. О да… именно тогда я понял, что любви к Фиро-тан достаточно, чтобы жить дальше. Что в мире есть не только горечь и лишения.

— Падре, не вздумай раздвигать ноги, пока не полюбишь человека настолько, что не сможешь жить без этого чувства.

— “Раздвигать ноги”? Я вообще-то мужчина… но да, я тебя понял. Нельзя терять голову, мной попытаются воспользоваться просто потому что я Герой… и мне нельзя этого допустить.

Падре снова радует. Он правильно понял и осмыслил мои слова.

Спустя какое-то время посланник из Шильтвелта вернулся и сказал, что вода готова. В моечно-стиральной комнате огородили уголок, в котором поставили бочку с горячей водой. Падре забрался внутрь.

— Как водичка? Я могу подогреть её магией, падре.

— Не, и так хорошо. Ты сам-то мыться будешь?

— После тебя, падре. Давай я тебе спинку потру.

— Л-ладно.

Падре вылез, я помог ему помыться, и он снова погрузился в воду.

— Эх… — обронил он с усталостью в голосе.

— Я планирую сделать тебя сильнее, чтобы ты мог побеждать убийц, даже если они вновь придут за тобой.

— Ага. Надеюсь, я смогу стать таким же сильным как ты, Мотоясу-кун.

— Станешь. Тебе больше не придётся бегать и скрываться, ты сможешь нападать на убийц прямо в лоб и побеждать их!

— Хорошо, но… как именно ты собрался меня прокачать?

— План я уже рассказывал. Начинаем с завтрашнего дня.

— ?

Падре отреагировал полным замешательством. Лишь позже я вспомнил, что рассказывал план прокачки на прошлом витке петли.

— Помылись-то мы здорово, вот только…

После возвращения Пироженка тут же пошла к посланнику из Шильтвельта с разговором. Дело шло к закату. Как выяснилось, на обратном пути Пироженка заметила, что рядом со входом в трактир ошиваются убийцы из Мелромарка.

Вход охраняют авантюристы-полулюди. К счастью, их здесь остановилось довольно много, поэтому я не думаю, что убийцы попытаются взять здание штурмом, но осторожность всё равно не повредит.

Тем временем падре приготовил всем ужин на кухне со словами, что хочет хоть как-то отплатить за доброту. Угощения понравились и нам, и всем посетителям трактира.

— Мне жаль, что я больше ничего не могу для вас сделать… — скромно добавил падре, ещё больше разогрев энтузиазм полулюдей.

— Наш долг — защитить Героя Щита-саму! Будем стоять за него насмерть, ребята!

— Да-а!

Падре немного смутился от громкой поддержки и сбежал хлопотать на кухню. Как же он ловко работает руками. Впрочем, чего я удивляюсь, если в изначальном мире кто-то назвал его Героем Еды? Он и правда может не стесняясь так представляться.

— Пригождается опыт работы в идзакае.

— Да уж, падре, насыщенная у тебя была жизнь.

Однажды я из третьих рук узнал, что он работал на фуд-корте. И что одно время имел сразу две подработки.

— Да так… Кстати, Мотоясу-кун, пить будешь?

— Не буду. Падре, а ты разве любишь алкоголь?

— Гмм… Скорее нет, чем да, потому что не пьянею. А если есть собутыльник, то его развозит, и он начинает пороть ахинею. Постоянно поддакивать так утомляет.

Ах да, падре ведь и правда чудесным образом не пьянеет. Вспомнилось, как я однажды не поверил, что падре съел коголевую ягоду, и ему ничего не было. Тоже проглотил, и тут же упал в обморок. До сих пор передёргивает, как вспоминаю своё состояние, и что самое худшее — я помню, как меня приводили в чувство свиньи. От одной мысли о них начинает тошнить.

— Ладно, я приготовлю всем закусок. Можешь пока развлекаться.

Но я, разумеется, стоял на страже, пока падре не вышел из кухни. Затем я вместе с ним подошёл к Пироженке, которая что-то обсуждала с полулюдьми.

— Ну как, к чему пришли? — спросил я.

— Хм… Всё-таки будет лучше уйти с помощью телепортации Китамуры-доно.

— Разумно. Завтра я начну тренировать Филориалов, могу заодно найти новую точку для портала.

— Мы рассчитываем на тебя, Китамура-доно.

— Я вас понял.

— Кстати, я переговорила с посланниками из Шильтвельта, и мы завтра поменяем укрытие. Пройдём туда через канализацию.

— Под землёй что, есть проход? — удивился падре.

— Да, как раз для таких случаев. Мы должны полностью избавиться от преследователей, — Пироженка встревоженно посмотрела в окно, откуда раздавался звон мечей. — Церковь Трёх Героев… Я догадывалась, что они не хотят отпустить Иватани-доно в Шильтвельт, но не думала, что настолько.

— Они притворяются буйными авантюристами, но меня не обмануть.

За прошедший день в трактире стали гораздо чаще появляться авантюристы, которые напивались и начинали буянить. Успокаивать их приходилось посетителям-полулюдям и городской охране. Я лично уже трижды слышал слова в духе “фу, ну и трактир, тут воняет зверьём!”. После такого количества повторений кто угодно бы догадался, в чём дело.

Нет бы придумать другие способы проникнуть в трактир. Правда, пару раз городская охрана пыталась вломиться в дальнюю дверь — кажется, среди них есть подкупленные Мелромарком люди. Думаю, такая же ситуация во всех соседних с ним странах.

— Я по-прежнему надеюсь усилить падре настолько, чтобы он мог отбиться от убийц даже в случае нападения.

— А это возможно?

— Пока готовлюсь, послезавтра начну.

— Хорошо, Китамура-доно. Тогда завтра мы поменяем укрытие, как только ты отправишься в путь. Да, это опасно, но деваться некуда.

То есть мне придётся на время отлучиться, чтобы падре смог стать сильнее. Какая раздражающая ситуация.

Зато если разобраться с возникшими сегодня трудностями, то никакие убийцы уже не смогут угрожать падре. Уж я-то знаю, потому что много раз сражался как против него, так и плечом к плечу с ним.

Вечером того дня я уснул счастливый, глубоко вдыхая аромат яиц Филориалов.

— А, Мотоясу-кун. Одно из яиц треснуло. Кажется, птенец готов вылупиться.

За ночь нас атаковали четыре раза, в последний из них трактир даже пытались сжечь. Когда мы прогнали негодяев, за окном уже было ослепительно яркое утро.

Как же хочется просто вернуться порталом и разорвать в клочья и архиепископа, и Подонка. Но приходится терпеть, потому что падре и Пироженка не одобряют этот вариант.

Я посмотрел на яйцо, и в следующий момент первый из птенцов как раз вылупился. Тот, которого заводчик Филориалов назвал особенно качественным.

— Пи! — раздался бодрый голос вылупившегося птенца.

Цвет перьев… белый.

— Ого… прямо как снежок.

Я посадил Филориала на ладонь и начал осматривать. Это… самка. Кстати, самок у Филориалов несколько больше чем самцов.

— Как бы тебя назвать…

В голову сразу пришло имя “Сиро-тян”, однако я уже использовал это имя до попадания во временную петлю, и давать его повторно не хотелось. Тем более, что раньше имя Сиро-тян принадлежало самцу, то есть совсем другому Филориалу. Поэтому я решил, что это плохой вариант.

— Раз это Филориал, можно было бы назвать… Фиро. Но это имя твоей возлюбленной, да?

Верно. Поэтому придётся выбрать другое.

— Белый Филориал… — пробормотала Пироженка.

— Эклер-сан, ты когда-нибудь мечтала о принце на белом коне? Есть вообще в этом мире такое выражение?

— Герой на белой птице… или Герой на белом грифоне. Может быть ещё Герой на белом драконе.

— Но обязательно Герой?

— Да, но… эти мечты уже в прошлом…

Такое чувство, будто я должен обидеться на слова Пироженки. Из них можно подумать, будто она разочаровалась в силе падре.

— Как бы не так! Падре будет достойно и мужественно смотреться верхом на Филориале!

— Нет же, Китамура-доно, я смотрела на тебя, а не на него!

— Ха-ха… — обронил падре. — Прости, но я даже комментировать это не хочу.

Треснуло второе яйцо.

— Пи!

Это у нас… жёлтый Филориал. Миленький, хотя они все такие.

— Пи!

Пироженка подняла его и передала мне. На сей раз это… самец.

— Хмм, а этого как назвать?

— Пи-пи!

— Киро? Или это слишком уж банально?

— Ты сказал, это самец? Жаль, я бы предложил Лимон, но это слишком уж милое имя для мальчика.

Пока мы думали, вылупился последний из птенцов.

— Пи! — раздался писк, и третий Филориал пинком пробил себе путь за свободу. — Пи!

Этого подобрал падре и тоже передал мне. Итак, это… самка.

— Ты, кажется, говорил, что скорлупу от яиц надо впитывать Щитом?

— Так и есть.

— Спасибо. А, пишет, что недостаточный Уровень.

Всё-таки первый Уровень сильно портит падре жизнь. Это нужно как можно скорее исправить.

Дождавшись, пока падре уберёт всю скорлупу от яиц, я снова посмотрел на Филориалов.

— Уже надоело повторяться, но как ты их назовёшь? — нетерпеливо спросила Пироженка.

— Даже не знаю…

— Проще всего по цветам, или у тебя есть какие-то дополнительные условия, Мотоясу-кун?

— Сиро-тян и Лимон нельзя, такие уже есть.

— В будущем, что ли? — переспросила Пироженка. — Тогда беленькую придётся назвать Вайт или Хаку?

Прекрасно! Потом выберу одно из этих имён.

Значит, остаётся ещё два. Я поднял розового Филориала и сказал:

— Пинк.

— Это уж слишком примитивно! Не годится. Да и жалко её, в японском слово “пинк” прочно ассоциируется с порнографией.

— Гм… И правда, Китамура-доно, давайте придумаем другое имя.

— Тогда пусть это сделает падре. Уверен, Пинк тоже будет только рада.

— Чего? Хмм… Сейчас подумаю.

Падре погрузился в раздумья, разглядывая Филориалов. Не сомневаюсь, он даст им милейшие, божественные имена, совсем как у Фиро-тан!

— Первая прямо белоснежная, поэтому пусть будет Юки, жёлтого можно назвать как цыплёнка — Хиёко, а…

— Никаких “хиё”.

Если я правильно помню, так падре в изначальном мире назвал своего второго Филориала. Пускай это и не мой ангелочек, я буду твёрдо стоять на этом принципе.

— Э-э, какие ещё есть чтения у иероглифа “жёлтый”? Ко ведь? Тогда пусть будет Ко. А насчёт розовой… например, Момо или Сакура.

О-о-о-о! Падре молодец! Какие прекрасные имена! А то я уже боялся, что он может предложить “Фиро-номер-два”. Я помню, сестра часто жаловалась, что когда падре лень думать над именами, он начинает добавлять к существующим “номер-два” и “номер-три”.

— Мне кажется, Сакура звучит благозвучнее.

— Тогда пусть будет по-твоему! Это Юки-тян, Ко и Сакура-тян!

— Пи! — дружно откликнулась троица птенцов.

Итак, что дальше?

Я посадил Филориалов себе на плечи.

— Ну что, пойду их выращивать.

— Счастливого пути, Мотоясу-кун, — ответил падре, и я вышел из трактира.

Примечания переводчика:

1. Если не знаете, что это, то не гуглите.