Наступило утро нашего третьего дня в Шильтвельте.

Всё прошедшее время на падре из самых неожиданных мест нападали самые разные свиньи. Тоскливо, что они не остановились даже после всех усилий Пироженки.

Падре всегда удавалось уйти от них либо своими силами, либо при помощи Сакуры-тян. Ну и я, разумеется, помогал в меру возможностей. По ночам выходил патрулировать и ни разу не заставал в замке тишину. Вдали постоянно кто-то выл. Шильтвельт никогда не спит… и это доставляло нам ещё больше хлопот. Насколько я понял, некоторые полулюди, относившиеся к вампирам и суккубам, нападали на падре даже во сне, но его выручала Сакура-тян. Вальнар приносил нам искренние извинения и оправдывался тем, что в высших слоях шильтвельтского общества всё спуталось и теперь непонятно, кто перед кем отвечает.

Не думаю, что в этом есть моя вина. Я ведь всего лишь испепелил горстку предателей.

Интересно, как падре справлялся с этой проблемой в изначальном мире? Я попытался представить, и в моей голове родился образ падре, спящего под барьером. Наверное, его охраняла сестра.

— Знаешь, Мотоясу-кун… от этих круглосуточных «случайных» неловких ситуаций у меня, наоборот, пропадает всякое желание.

— Что, правда?

— Да. Женщины меня пугают… — пробормотал падре. — Кажется, я начинаю понимать твои чувства. Все, кто приближаются ко мне с похотью в глазах, начинают казаться свиньями.

— У Наофуми даже взгляд становится как у Мотоясу.

— Этого ещё не хватало… Я продолжаю им говорить, что устал от предложений руки и сердца и хочу отправиться в путешествие, чтобы набрать Уровень, но всё без толку.

— Только подай знак, падре, и я выжгу всех, кто тебе мешает.

— Ага, я не хотел тебе ничего говорить, потому что знал, что ты отреагируешь именно так. Сегодня мы во время обеда встретимся со Звёздным Героем Шильтвельта. Мне обещали, что после этой встречи я получу право свободно перемещаться по всей стране.

Это мы с падре обсуждали дальнейшие планы по пути на завтрак.

Кстати, я за прошедшие дни уже успел везде побегать и изучить особенности местных Филориалов. Как я и предполагал, в Шильтвельте есть породы, которые не встречаются больше нигде. Тот посланник, который помогал нам с сопровождением падре, согласился показать мне несколько ферм, на которых их выращивают.

— И тогда мы же займёмся Повышением Класса Юки-тян, Коу и Сакуры-тян?

— Видимо, да. Обед вряд ли затянется, так что сразу после этого Повысим Класс, и дальше, по-видимому, попрощаемся.

— Мы всё равно можем видеться ежедневно благодаря порталам.

— Точно. Нам надо заранее выбрать место, которое будет служить нашей базой. Там мы сможем встречаться, чтобы строить планы. Я так думаю, поскольку у тебя такой солидный Уровень, волна должна быть довольно простой?

— Именно.

— Всё-таки ты и правда много мне помогаешь, Мотоясу-кун.

— Не стоит благодарностей!

— Не надо скромничать. Я смог попасть сюда только благодаря тебе.

Тем временем мы как раз добрались до балкона, который как раз выделили под трапезы падре.

В голове вдруг всплыл падре изначального мира с очередным объяснением. Большое спасибо ему за достоверную справочную информацию.

Юки-тян, Коу и Сакура-тян ели с нами. Повара вовсю несли угощения к нашему столу. За ним собрались не только мы, но и важные чиновничьи шишки Шильтвельта.

— Что же, приступим к завтраку, — встал и объявил один чинуша, как только падре занял своё место.

Остальные тут же сложили ладони и пробормотали какую-то молитву.

— Да будет Герою Щита-саме угодно, дабы эта пища придала нам сил. Дабы стали мы силой, что защищает мир велением господа нашего…

— Дабы стали мы силой…

Какая странная молитва. Но она быстро подошла к концу, и зазвенела посуда.

— Сакура-тян, скажи «а-а».

— А-а.

Я с улыбкой смотрел на то, как падре кормит Сакуру-тян. Мне вспоминалось, как раньше вели себя падре и Фиро-тан. У них тоже бывали такие моменты… вроде бы.

— Сакура-тян, ты сегодня совсем не ешь из своей тарелки. Что случилось?

— А? Ну, там же яд, ну-у и не только поэтому, — Сакура-тян показала на чашку и тарелку, которые стояли перед ней.

— Яд?

Все резко замерли. Падре зачерпнул ложкой из тарелки Сакуры-тян и внимательно пригляделся. Во время пути он освоил множество разных способностей и теперь, скорее всего, пытается различить яд с помощью навыка оценки.

— Смертельный яд быстрого действия… нервно-паралитический… и ещё какие-то. Расширенного охвата, чтобы действовал против Филориалов…

О-о! Блестящий анализ, падре! По-видимому, мы едим нечто, безвредное для людей и опасное для Филориалов. Теперь понятно, почему Юки-тян и Коу тоже ничего не едят.

Какое возмутительное варварство!

— Юки-тян, Коу, вы тоже это заметили?

— Я просто стараюсь избегать отравленных частей, чтобы не нарушать порядка за обеденным столом.

О-о, Юки-тян тоже как всегда. Ответ, достойный благородной дамы.

— Ага!

Однако у Сакуры-тян еды больше, чем у остальных. Придурки. Неужели они не знают, что Филориалы легко обнаруживают яды?!

— Мотоясу, в твоей тарелке тоже что-то есть.

Кстати, вчера в мою еду уже подмешали слабый яд. Однако в таких количествах его можно было принять за сильную специю. К тому же мы как Герои обладаем мощнейшей стойкостью к ядам, поэтому слабые вещества нас не берут.

— Что это значит?

Падре вернул всё на место и обвёл шишек именно тем взглядом, от которого у меня в своё время кровь стыла в жилах. Чиновники тут же закопошились, словно с них сошло оцепенение.

Мне так понравился холод в голосе падре. Он не похож на тот, что был у прежнего, но в нём тоже чувствуется сила.

— Какой ужас! Немедленно казнить тех, кто готовил завтрак!

— Думаете, справедливо наказать только поваров?! Нет! — возразил падре, и чиновники вновь растерялись.

Странно… я же вроде избавился от тех, кто строил козни, однако покушения по-прежнему продолжаются.

— Правильно, падре. Это чрезвычайная наглость — пытаться убить Филориалов! Виновные должны пожалеть о том, что вообще появились на свет.

— Согласен. В худшем случае Сакура-тян и остальные могли погибнуть…

— Да! Поэтому давай я сниму со всех этих негодяев шкуру, и ты насладишься их страданиями.

— Я не говорил, что надо заходить так далеко! Нет, Мотоясу-кун, всё-таки помолчи. Я сам им отомщу за нас обоих!

Вокруг началась настоящая шумиха. Разозлившийся падре заставил чиновников кланяться ему в ноги и приносить извинения. Он приказал расследовать, кто подсыпал яд в нашу еду.

Далее падре пришёл в тронный зал и развалился на троне с недовольным видом. Ему уже приходилось там сидеть на официальных мероприятиях, но раньше он делал это с растерянностью, а теперь его прямо не узнать.

Поскольку убийцы нацелились на меня и Сакуру-тян, она сидела на коленях падре, словно демонстрируя всем свою милоту.

Падре словно нарочно делал то, что может выкурить его врагов.

— Наофуми-и, я хочу ещё.

— Да-да, сейчас.

Поглаживания так обрадовали Сакуру-тян, что она требовала от падре гладить её побольше.

— Мы сейчас же принесём список подозреваемых, просим немного подождать.

— Не годится. Вдруг ты хочешь использовать эту возможность, чтобы моими руками избавиться от твоих политических врагов!

— Ай!

Пронзительный взгляд падре приковал чиновника к месту.

— Герой Щита-сама, — проблеял тот сюдзакуобразный… Я уже забыл, как его зовут. — Уймите ваш гнев и позвольте нам заняться расследованием этого покушения.

Однако падре не собирался сдаваться.

— Я терпел и старался не злиться, пока нам не пытались навредить напрямую. Хотя мне круглые сутки надоедали девушки со свадебными или развратными предложениями, я старался отказывать им вежливо, не доставляя неудобств. Всё потому что вы так хорошо меня приняли. Но если вы задумали убить Сакуру-тян просто за то, что она ближе ко мне, чем все ваши девушки, чтобы затем прийти ко мне с предложением заменить её, то я отреагирую совсем по-другому.

Падре говорил очень быстро. И правильно — нельзя допустить, чтобы враги его перебили.

— Ты же понимаешь, что я всё это время тщательно следил за словами? Или мне лучше сказать прямо? Каждый, кто посмеет приблизиться ко мне, чтобы причинить вред тем, кто мне дорог, поплатится за это жизнью, кем бы он ни был… Хотя нет. Может, мне лучше попросить уладить это дело жизнями преступников и всех, кто имеет к ним отношение?

— Н-но это… Герой Щита-сама! Пожалуйста, не гневайтесь!

Чиновники испугались, но падре продолжил:

— Кажется, этой стране надо не к войне с Мелромарком готовиться, а выдавливать гной из себя, пока не наступит порядок… Что, если я выйду сейчас на улицу и буду раздавать эти приказы встречным полулюдям?