Он снова уставился на Эрну, что лежала на заправленной кровати.

Калион не мог смотреть на неё так, как прежде.

Когда Эрна прогуливалась по двору, члены рыцарского подразделения краснели и самозабвенно выпрямлялись, а когда Калион отсутствовал, то свободно говорили между собой о том, что она – самая красивая женщина в Хессенгарде.

Калион, конечно, не мог не согласиться с ними на этот счёт.

Если не считать его личных чувств, то можно сказать, что Эрна была невероятно красива, но этот факт никак не задевал парня.

Не испытывая ни малейшего чувства вожделения, он думал о том, как бы поскорее закончить этот акт, при этом не прикасаясь к ней слишком уж часто.

Всхлипывая под ним, она холодно прошептала:

– Я ненавижу тебя.

Застигнутый врасплох, он удивлённо посмотрел на неё и увидел, как по её щекам каскадом текут слёзы, а лицо закрыто маленькими бледными руками.

Она даже не хотела смотреть на него, из-за чего тот почувствовал себя отвергнутым в тот короткий момент, когда его эго получило сильный удар, будто его ударили под дых.

Калион замер…

Он почему-то почувствовал себя оскорблённым.

Если бы кто-то другой увидел её в таком виде, то что подумал бы о Калионе?

Полуголый мужчина, что лежал на маленькой женщине, которая в слезах раскинулась на кровати.

Калион был бы покойником, если бы кто-нибудь увидел его в таком виде,

Его охватило чувство тревоги.

Хотя именно парень был инициатором всего этого сегодня вечером, по правде говоря, у него не было намерения делать это прямо здесь и сейчас.

Он подумал, что неплохо было бы начать поскорее, но не учёл того факта, что она так легко согласится, ведь Эрна обычно спорила с ним по любому поводу.

Поэтому, когда Калион предложил сделать это сегодня во время разговора, то решил, что они начнут не раньше, чем через месяц или около того.

Было бы естественно подождать какое-то время, чтобы подготовиться к этой процедуре.

Однако она не только согласилась, но и выбрала точное время и место!

По мере того, как приближался тот самый момент, его всё больше охватывало волнение.

Такого с ним еще никогда не случалось, и ему нужно было подготовиться.

Но как теперь парню это сделать?

Он ведь не ожидал, что всё обернётся именно так!

Когда наступило десять часов, Калион взял с деревянной витрины стеклянную бутылку и, простояв с ней довольно долго, налил немного темно-желтой жидкости в тонкий хрустальный бокал для виски.

Хоть он и не любил алкоголь, сегодня ему это было необходимо.

Он прошёл через просторную комнату и встал перед дверью с левой стороны, крепко сжав бокал; дверью, которая ни разу не была открыта с той совместной унизительной первой ночи.

Сделав глубокий вдох, он медленно повернул большую бронзовую ручку двери и осторожно открыл её.

К его удивлению, комната выглядела точно так же, как и тогда, и от этого по его позвоночнику пробежали мурашки.

Все в замке знали, что Калион и Эрна не ступали в эту комнату вместе с той ужасной ночи.

“Вот до чего всё дошло…” – подумал он.

Чистота комнаты, которой пренебрегали в течение десяти лет, потрясла его.

В камине горели поленья, издавая приятное потрескивание.

Это смахивало на приглашение, будто кто-то знал, что сегодня вечером парень будет пользоваться этой комнатой.

Конечно, это было невозможно, но всё выглядело именно так, что кто-то с большим трудом подготавливал эту комнату, предвкушая событие.

Поставив полупустой бокал на изготовленный из темного дерева стол, Калион сел на изумрудно-зеленый диван с толстой золотой отделкой.

Он думал о жителях Хессенгарда, которые ожидали рождения наследника от него и Эрны, что прибыли из двух разных королевств.

Однако девушка не испытывала особой привязанности к своему королевству, как и Калион.

Он, одержимый желанием стать великим герцогом Хессенгарда, переехал в именно туда.

Богатство этой страны привело бы его к огромному успеху.

Кроме того, Совет герцогства, который с детства оказывал ему большую поддержку, гарантировал его деятельность.

При таких обстоятельствах для народа Хессенгарда не было ничего хорошего в появлении нового правителя.

Калион снова сделал глоток спиртного, которое принёс с собой.

Крепкий виски хлынул в его горло, заставив вздохнуть.

Парень окинул взглядом комнату.

Увидев девушку такой, какой она была раньше, в его памяти всплыли воспоминания о том дне.

Сейчас у него не было проблем с питанием, хотя всё же было довольно непривычно.

Его тело было больше и крепче, чем у других рыцарей, и его обязанности выполнялись хорошо и без проблем.

Но, войдя в эту комнату, он не мог перестать думать о себе прошлом, а также о том, что через некоторое время ему предстоит совокупиться с Эрной.

Он задавался вопросом, сможет ли он это сделать.

Несмотря на такого рода мысли, Калион не чувствовал даже лёгкого возбуждения.

Возможно, из-за воспоминаний о своей юности он никогда не испытывал сексуального влечения даже при виде привлекательной женщины.

Иногда, когда он ездил в соседние города, молодые дворянки из местных графских поместий пытались соблазнить его.

– Поскольку только ребёнок, рожденный Эрной, будет признан наследником

герцогства, давайте просто проведём ночь вместе, ведь вам ничего за это не будет, – говорили дворянки.

Все они были красивыми женщинами.

Их привлекательные лица и сочные тела, несомненно, соблазнили бы любого мужчину.

Когда они подходили к нему, все такие обворожительные, не осталось бы ничего другого, кроме как поддаться.

Однако на Калиона столь вопиющее соблазнение не подействовало ни разу.

Именно поэтому он подозревал, что с его телом что-то не так.

Но после того, как он проснулся и обнаружил, что его дружок вот-вот прорвётся сквозь пижамные штаны, его сомнения рассеялись.

Поскольку его тело никогда не реагировало на красивую женщину, он забеспокоился, сможет ли он вообще вступить в интимную близость с Эрной.

Разница между нежеланием и невозможностью сделать это была огромной.

Он раздраженно потер ладонями лицо, при этом поглядывая вниз.

– Что, чёрт возьми, происходит? – сказал он вслух.

Обычно он смотрел на все представленные ему документы без этих постыдных мыслей в голове.

Сейчас же он чувствовал себя как мальчишка в шапке-дурке, пристыженный и несчастный.

Ему захотелось посоветоваться с Сэдриком.

Калион подумал о своём заместителе, болтливом простолюдине, возможно, одном из рыцарей, который никому не уступит в пошлых шутках, хотя о нём говорили, что он легкомысленен.

Несмотря на это, Сэдрик был талантлив и хорошо выполнял свою работу.

Если бы Калион получил от него совет по поводу этого вечера, что бы он сказал?

Наверняка что-то вроде “Сэр, вы беспокоитесь, что не сможете продолжать работу в том же духе?", а потом весь год хихикал бы над ним или, что ещё хуже, смотрел бы на него с явной жалостью?

Калион покачал головой и сделал ещё один глоток виски.

Несмотря на то, что он редко пил, ему не удалось напиться даже после нескольких бокалов, и он понял, насколько его организм устойчив к алкоголю.

Его мысли были прерваны, когда он услышал звук открывающейся двери.

Как только он поднял голову, то потерял дар речи.

В дверях стояла Эрна, одетая в тонкий пеньюар из белого шёлка, который обтягивал её фигуру во всех нужных местах.

Её мокрые волосы выглядели более тёмными, а бледное лицо сияло без всякого макияжа.

Калион вынужден был признать, что Эрна выглядела прекрасно, и он дважды поймал себя на том, что пялится на неё.

Девушка была прекрасна до такой степени, что если бы она подошла к кому-нибудь с таким видом, как сейчас, и поманила хотя бы одним движением руки, многие мужчины упали бы на колени от одного этого жеста.

Но для Калиона это была "обычная" Эрна.

Какой бы красивой она ни была, всё, о чём он думал, была молодая девушка, которая десять лет назад смотрела на него так, словно готова была выстрелить в него кинжалами из своих больших широко распахнутых глаз.

– Ты уже здесь, – сказала она с ноткой отвращения.

Калион поднялся с дивана, восстановив свои чувства, которые на мгновение пошатнулись.

Он хотел побыстрее закончить с этим.

Согласно книге о репродукции, беременность может наступить сразу, но может и занять несколько месяцев.

Как он сможет продолжать заниматься сексом в течение нескольких месяцев?

Он ещё даже не начал, а его шея уже напряглась.

Стоя перед Эрной, он смотрел на её маленькую фигуру и думал: “неужели она всегда была такой маленькой?”

Обычно в замке великого герцога они держались на расстоянии друг от друга.

Сталкивались они только в зале заседаний.

Но и тогда они сидели на противоположных концах стола.

Поэтому Калиону казалось, что она выглядит крупнее, когда видел девушку стоящей среди других.

Но сейчас, стоя вот так перед ней, на удивление, макушка её головы едва касалась его плеча.

Конечно, другим людям она была по грудь, так что не могла похвастаться высоким ростом, но ему было как-то странно видеть Эрну маленькой по сравнению с ним, учитывая, что она была выше его в их первую встречу.

На свадебной церемонии, когда она была одета в ослепительно белое свадебное платье, которое, казалось, вот-вот лопнет, девушка была выше Калиона.

Он прекрасно помнил, как ему пришлось встать на цыпочки, чтобы поцеловать её после обмена клятвами.

Пока он смотрел на неё, погрузившись в раздумья, Эрна вдруг повернулась на каблуках и бодро направилась к выходу.

Он был поражен и озадачен её внезапным поведением.

Что это было?

Неужели она думает, что он не сможет высказаться, потому что до сих пор не смог произнести ни слова?

Он опустился на диван и подумал, не пойти ли ему за ней и спросить, почему она ушла, но девушка быстро вернулась.

В её руке был фруктовый ликёр, который Калион видел раньше.

Она налила немного в бокал и выпила его залпом.

Парень скривил лицо, взглянув на неё.

Это был чертовски крепкий напиток.

У него запершило бы в горле, если бы он выпил всё залпом.

Но Эрна выпила его, словно воду.

Конечно, вскоре веки глаз Эрны опустились.

Калион продолжал надблюдать за ней.

Вдруг девушка прыгнула на кровать и сказала:

– Поторопись и сделай это. Ты ведь знаешь, как это делается?

Настал страшный момент.

Собираясь снять одежду, он замер на месте, затем повернулся, чтобы встать с кровати, но сзади его схватила рука Эрны.

– Куда ты собрался? Сделай это уже быстрее!

Повернув голову, он увидел, что она чуть ли не плачет.

Калион вспомнил, что видел девушку такой.

Ровно десять лет назад, в этой комнате, в ту ночь.

У разгорячённой Эрны, которая сидела, укутавшись в одеяло, было такое же печальное и отрешенное выражение лица, как и сейчас.