Его помощник Седрик был очень общительным человеком.

Иногда Калион недолюбливал его за непристойные разговоры, но рыцари ценили паренька именно за это.

К счастью, он говорил так только в присутствии своих коллег и никогда не вёл себя грубо по отношению к другим, поэтому никто в Большом замке не испытывал к нему неприязни.

Получить от Седрика совет не было странным или неловким делом, поэтому все с ним прекрасно ладили.

– Ничего особенного... Но я хочу спросить тебя кое о чём, - произнёс Калион взволнованно.

– О чём же, господин? – спросил тот.

– Какой способ подойдёт для того, чтобы справиться с неприятным соперником?

– Неприятным соперником? Полагаю, перерезать ему горло будет хорошим вариантом, господин.

Естественно, что при словах Калиона "неприятный соперник" в голове Седрика возник образ зверя.

Поскольку его господин уже имел дело с дикими зверями, разве не о них идёт речь?

Звери на свободе были самой большой угрозой для жизни людей во многих частях континента, а Хессенгард был единственным местом, где они появлялись небольшими группами, но так было не всегда.

После смерти предыдущего великого герцога люди задавались вопросом, не было ли это проклятием, потому что частота появления зверей сразу увеличилась в семь раз.

К счастью, когда Калион и Эрна, поженившись, перебрались в великое герцогство, количество диких зверей уменьшилось, но всё равно здесь они появлялись чаще, чем в других королевствах.

Он и его рыцари часто покидали Великий замок, чтобы выследить их, и горожане всегда с восторгом приветствовали их, потому что они, рискуя жизнью, боролись с чудовищами.

Седрик вспомнил, как он впервые встретил своего господина.

Парень, не успевший выйти из отрочества, разрубил пополам зверя, который подкрадывался к Седрику в лесу.

– Я обязан тебе жизнью! Не знаю, как смогу отплатить!..

Седрик говорил негромко, восторгаясь мастерству юноши.

– Я навсегда останусь в долгу перед тобой. К какому подразделению рыцарей ты принадлежишь?

Затем последовала высокомерная манера разговора.

Седрик вздохнул.

По его одежде и лошади, на которой он ехал, было ясно, что Калион — высокопоставленный аристократ, которого редко встретишь в Хессенгарде.

Тем не менее, Седрик говорил взволнованно, а Калион сомневался, одного ли они ранга.

– Такой молодой, а уже грубит старшим. Навыки — это ещё не показатель. Во-первых, ты больше похож на солдата-наёмника, чем на рыцаря.

– Я понял. Меня зовут Калион, я — великий герцог Хессенгарда. А как тебя звать?

– Ваша Светлость! Я Седрик.

Седрик считал его подходящим высокопоставленным аристократом, но не ожидал, что кто-то, находящийся на вершине социальной пищевой цепочки, выйдет на бой.

Выпрямив осанку, он учтиво поклонился.

Калион рассмеялся от быстрой смены его отношения, а после сказал:

– Я рад, что ты считаешь меня наёмником. С завтрашнего дня ты войдёшь в Большой замок, поэтому нет смысла забирать тебя сейчас. Есть возражения?

– Никаких, господин великий герцог!

Так Седрик стал помощником Калиона.

Поначалу он считал себя невезучим из-за того, что его хозяин был родом из-за границы.

Здешние жители не считали его тем, о ком Седрик должен заботиться.

Но после того, как он стал его помощником, каждый раз, когда появлялись звери, он без колебаний бежал туда с Калионом и вкладывал всю свою энергию в битву.

Поначалу он думал, что герцог лишь притворяется для того, чтобы завоевать доверие горожан.

Но однажды Седрик спросил его:

– Пока мы здесь в походе, почему бы вам не расслабиться вдали от чужих глаз?

А Калион же с серьёзным видом ответил:

– Это мой долг как Великого Герцога. Кто относится к своим обязанностям как к отдыху?

С того дня Седрик стал предан парню.

Ни одна из его обязанностей в качестве помощника не была выполнена напрасно, и он запоминал всё, что говорил молодой герцог.

Калион, который был намного моложе его, иногда становился хорошим советчиком для Седрика, если у того тоже возникали небольшие проблемы.

Но сегодняшний вопрос сбил его с толку.

Какой способ он должен был ему подсказать, чтобы справиться с неприятным соперником?

Разве это не было сильной стороной Калиона?

Он посмотрел на меч, привязанный к поясу Калиона, который одним взмахом мог покончить с его проблемой.

– Я не могу убить этого соперника.

– Как не можете, господин? Неужели он настолько силён?

Седрик был в замешательстве, так как предполагал, что соперник Калиона — дикий зверь.

“Если это не зверь, тогда кто же?”

Калион, не подозревая того, о чём думал Седрик, снова заговорил:

– Это... Мне кажется, что он силён, но...

Эрна действительно была сильна, потому что, будучи волшебницей, обладала ещё и силой рыцаря.

– В любом случае, я не могу убить этого человека, – повторил он измученным голосом.

– Вы не можете убить этого соперника, вам приходится часто с ним сталкиваться, и ещё он вам неприятен... Неужто вы хотите приручить виверну? В прошлый раз вы думали о том, чтобы убить их всех, но передумали.

Калион кивнул.

Он никак не мог сказать Седрику, что речь идёт об Эрне, поэтому решил промолчать.

– Если это так, то вам будет лучше проводить с ней как можно больше времени.

– Проводить с ней время?

Если бы только Седрик знал, о ком тот говорит, то подшутил бы наверняка.

– Да. Я видел одного человека, который приручил виверну, и он рассказал мне, что проводил с виверной целые дни. Они вместе играли, ели и спали в одной постели. Сначала она держалась на расстоянии от людей, но после долгого пребывания рядом с хозяином в конце концов ослабила бдительность и даже позволила ему кататься на своей спине. Ваша Светлость, может, вы сделаете то же самое? – предложил Седрик.

Когда Калион задумался над словами помощника, его голова внезапно запульсировала.

Девушка говорила то же самое о пребывании в одном пространстве, и его мысли вернулись к их разговору.

– Так мы привыкнем друг к другу и сможем ослабить бдительность...

Эрна перевела взгляд на парня.

Она собиралась уже отказаться, так как заметила, что парень обиделся.

Однако Калион кивнул.

Калион был согласен с ней, поскольку они ещё не нашли подходящего способа терпеть друг друга, а она же решила сказать то, что вряд ли произойдет, и выиграть ещё немного времени:

– Хорошо, я как раз собиралась сказать то же самое. Тогда нам не нужно больше разговаривать.

Он продолжил с уверенностью:

– С этого момента давай постараемся проводить больше времени вместе.

– Что?

Эрна вздрогнула при этих словах, как бы не понимая, о чём речь.

Он смотрел на неё так, словно не понимал её.

– Почему ты так потрясена? Разве не ты сказала это первой?

– Ну, да, но...

Эрна не ожидала, что он так легко примет предложение.

Он оказался быстрее, чем она думала.

Ей нужно было быть более осторожной, когда предлагала ему что-то.

Всё, что она знала о Калионе до сих пор, было только то, что она слышала от других людей.

Впервые после свадьбы ей довелось познакомиться с ним лично.

“Разве он не из тех, кто всё тщательно обдумывает?” – подумала девушка про себя.

Пока Эрна размышляла над этим, Калион продолжал:

– Я уже говорил это ранее, у меня нет времени. Я должен обучить ещё одного рыцаря. И я не единственный, кому его не хватает.

– О чём ты говоришь? – спросила та.

-Ты создала армию волшебников в прошлом году, поэтому Хабанд и Эфир, должно быть, внимательно следят за тобой. Они по-прежнему считают, что в твоей армии не более двадцати человек. А у тебя их больше двадцати, как я знаю.

Тело Эрны покрылось мурашками от его слов.

“Откуда он узнал?”

Она дала ему знать, что тренирует волшебников, но фактическое число было ложью.

Другие могли подумать, что у неё их не больше двадцати.

Конечно, это было не мало, но по сравнению с другими странами это было не так уж и много.

К тому же, поскольку её ученики не изучали магию систематически, люди могли подумать, что они слабы.

По правде говоря, волшебников было больше пятидесяти.

В том, что волшебники Эрны не принадлежали к Башне Волшебников, были свои плюсы и минусы.

Прежде всего, минусом было то, что девушка, не являясь преподавателем, как в Башне Волшебников, учила всему с самого начала, поэтому не хватало глубокого понимания магии, потому что когда она достигала своего предела во время обучения, её навыки часто застаивались на месте.

С другой стороны, её преимущество заключалось в том, что поскольку Эрна не была зарегистрирована в Башне Волшебников, не было никаких записей, чтобы сказать, сколько у неё участников и кто они.

И вместо того чтобы использовать формальную магическую формулу, Эрна изучала магию, которая максимально повышала эффективность исследований, поэтому она использовала магию, которая была намного мощнее той, что использовалась в Башне волшебников.

– А ты хорошо разбираешься в этом, – сказала она слегка удивлённым тоном.

– В Большом замке не происходит ничего особенного, но количество служанок увеличилось, и я догадался, когда заметил это.

При словах Калиона Эрна мысленно подумала, что ей следует уделить больше внимания следующей формации волшебников.

– В любом случае, этот год — последний, когда мы с тобой можем наращивать нашу силу без вмешательства других стран. Ты и без меня знаешь причину, верно?

Она цыкнула, когда он бросил очередной вопрос, и сказала:

– Да, знаю. Война между Хабандом и Эфиром, вероятно, закончится в этом году, поэтому когда обе страны станут стабильными, они снова попытаются вмешаться в дела Хессенгарда.