“Ванесса сказала, что, если я буду смотреть документы при плохом освещении, моё зрение ухудшится…” – подумала про себя Эрна.

Ванесса, которая периодически приходила к ней в комнату поздно вечером, ворчала на девушку, будто мать, за то, что та лежит и читает документы в позднее время.

Поэтому, когда Эрне случалось просматривать бумаги, она всегда помнила, что нужен для этого яркий свет.

Эрна удобно устроилась на изумрудно-зелёном диване, согреваясь от тепла камина, когда дверь распахнулась.

Она намеренно сделала вид, что сосредоточена на своей работе, и не потрудилась поднять взгляд на звук тяжёлых шагов, которые быстро затихли.

После минутного молчания Калион спросил её почти шёпотом:

– Что ты здесь делаешь?

– Прошу прощения?

– Что ты делаешь на моём месте?

– Что ты имеешь в виду, говоря о “твоём месте”? Оно не подписано тобой, поэтому тебе не принадлежит, – выдвинула свою точку зрения Эрна, и была права.

Это место они должны были вообще делить вдвоем.

“Да кто он такой, чтобы говорить, что это его место?”

Эрна дерзко указала на чайный столик, за которым сидела вчера, и сказала:

– Вон там есть место для тебя.

Калион на мгновение уставился на девушку, но её лицо исказило раздражение от его заявления.

После он подошел к столику и бесцеремонно разложил на нем свои бумаги.

Эрне этот столик и диванчик казались маленькими.

Она не знала, какими людьми были предыдущие владельцы, но, наверняка, их фигуры были меньше по размеру, чем у этих двоих, что, вероятно, и послужило причиной того, что они использовали такой милый маленький столик и диванчик.

“Если он сядет на этот диванчик, не сломается ли он?” – подумала вдруг Эрна.

У девушки не было никаких проблем с этим, но Калион - это совершенно другая история.

С любопытством ожидая чего-то необычного, она смотрела на Калиона, но ничего такого не произошло, потому что он неожиданно развернулся и вышел из комнаты.

“Неужели он расстроен?”

Эрна встала, недоумевая, почему парень ушёл, но вскоре он пришёл обратно с другим столом в руках, что застало девушку врасплох.

Он был довольно массивным и большим, и для того, чтобы сдвинуть его с места, потребовалось бы не менее четырех человек, но Калион смог принести его на плече в одиночку!

Он поставил его на одной стороне спальни, снова ушел и вернулся со стулом, затем сел, как ни в чем не бывало, и начал работать с невозмутимым лицом.

Эрна в изумлении смотрела на то на своё, то на его место.

Сначала изумрудно-зелёный диван и большой деревянный стол, за которым она сидела, казались центром комнаты, но после центральным местом стал стол Калиона.

Парень выглядел как хозяин комнаты, а она чувствовала себя гостьей.

Эрна почувствовала поражение.

---

Эрна с неохотой шла к месту, где остановились волшебники.

Прошло уже четыре дня с тех пор, как она начала проводить время с Калионом.

По их соглашению, пять из семи дней недели они должны были проводить в одном помещении по два часа, а на пятый день прилагать усилия, чтобы завести ребенка.

На седьмой день они не должны были видеться друг с другом ради их психической стабильности!

“День, когда мы обещали приложить усилия по зачатию ребёнка, уже завтра…”

Эрна впала в депрессию, особенно когда вспомнила, как неделю назад напилась и вела себя слишком глупо.

Она знала, что не может повторить ту же ошибку, и это означало, что она должна справиться с ситуацией, будучи трезвой.

“Честно говоря, я все еще не уверена в себе…” – подумала она с беспокойством.

Эрна предчувствовала, что между прошлым и нынешним разом не будет большой разницы, и боялась, как бы не стало хуже.

Когда она сжимала руками пульсирующую голову, чей-то голос позвал её:

– Ваше Высочество!

Это была Орпе, которая махала ей рукой.

– Что случилось, Орпе?

– Колдуны, которых мы посылали, вернулись! Они сказали, что им не терпится увидеть вас.

От этих слов лицо Эрны засветились от счастья.

Люди, о которых говорила Орпе, были теми, кого она отправила из столицы неделю назад с четким приказом.

Девушка поспешила к тому зданию, где обучала колдунов.

Когда она вошла в зал заседаний, знакомые лица поднялись и поприветствовали её.

– Ваше Высочество! – сказали они в один голос, – Мы вернулись!

Эрну все называли "Ваше Высочество", но именно они воспринимали её скорее как близкого учителя.

Они подбежали и радушно обняли девушку.

Как и Орпе, они были волшебниками, которых она нашла, обучила и воспитала, и она искренне заулыбалась, обнимая их в ответ.

– Всё в порядке? Никто не пострадал? – спросила их она.

– Конечно нет! Мы - одна из самых крепких групп, – ответил один из волшебников.

– Мне сказали, что вы хотели меня увидеть. Что произошло? – спросила Эрна, в голосе которой слышалось беспокойство.

– Мы просто не могли дождаться встречи с вами!

Эрна обняла их, с любовью глядя на прижавшихся к ней учеников.

Это были люди, которым она доверяла, о которых заботилась и должна была защитить их любой ценой.

– Но это ещё не всё. У нас есть кое-что, что мы должны вам передать.

От этих слов лицо Эрны стало еще ярче.

По её приказу они должны были исследовать остатки древних руин в Хессенгарде.

Когда это герцогство было основано, говорили, что в башне сохранилась разнообразная мощная магия.

Поэтому многие записи свидетельствовали о том, что первый герцог был волшебником, но это было в далёком прошлом.

С годами магия постепенно начала исчезать, и к моменту прихода предыдущего Великого Герцога её не осталось даже для того, чтобы нормально передвигаться по Хессенгарду.

“Записи показали, что если бы осталось хоть немного магии, герцогство не подверглось бы вторжению других королевств,” – вспомнила Эрна.

Это было почти тысячу лет назад, и в наши дни люди, глядя на такие записи, не могли поверить, что магия существовала, и говорили, что это преувеличение.

Но она подумала, что в этом есть доля правды, поэтому приказала волшебникам разобраться в этом, и не могла поверить, что они нашли хоть маленький след!

Эрна сияла от предвкушения, когда они открыли рты и одновременно задали вопрос:

– Вы слышали о лесе Иргис?

---

Близилось десять часов, Калион собрал документы, которые просматривал и аккуратно сложил их вместе. Собираясь направиться с ними в спальню супругов, он вспомнил, что завтра настанет тот день, когда они оба обещали приложить усилия по зачатию ребёнка.

“Не думаю, что многое изменится после этого.”

Калион полагал, что если они будут проводить больше времени вместе, то постепенно им станет комфортнее друг с другом.

В первый день все действительно изменилось, и его уже не раздражало каждое движение Эрны.

Точнее говоря, он был слишком занят, чтобы беспокоиться о ней.

Документов, переданных ему Ванессой, было в два раза больше, чем обычно, и всё в них было важным.

Чтобы присутствовать на следующем политическом собрании и все обсудить, он глубоко погрузился в их изучение, сократив время для занятий с рыцарями.

“Но всё это кажется немного странным” – подумал парень.

Обычно Седрик заявлял, что умрет от переутомления, когда Калион поручал рыцарю работу.

Поэтому он подумал, что тот будет жаловаться, и был приятно удивлен, когда Седрик сказал:

– Не волнуйся, я позабочусь о рыцарях, а ты можешь просто расслабиться.

Как ни странно, Седрик выглядел очень решительным и предложил сам все сделать.

Затем без спроса начал приносить еду, которая, как известно, полезна для здоровья.

Отношение помощника было подозрительным, но это было лучше, чем жалобы, поэтому Калион больше не обращал внимания на его поведение.

“Неужели она снова окажется на диване?”

Прежде чем открыть дверь, Калион вспомнил вид Эрны, которую видел уже несколько дней подряд.

Она всегда лежала на диване, просматривая бумаги.

Если подумать, есть одна вещь, к которой он уже привык.

Вспоминая привычку Эрны разговаривать с собой, он иногда замечал, как она что-то бормочет себе под нос, пока читает.

Конечно, он ничего не отвечал на её слова после того, как девушка сказала ему, что это одна из её привычек.

Он также знал, что Эрна не оценит его замечаний и просто набросится на него за вмешательство.

Калион открыл дверь, ожидая увидеть её лежащей на диване, но с удивлением заметил, что диван пуст.

Полагая, что она еще не пришла, он повернул голову и испугался, увидев ту стоящей у стены, перед большой картой.

Калион подумал, не ищет ли она снова незнакомое место, но заметил, что она, похоже, смотрит на лес Иргис.

“Почему Эрну волнует этот лес?” – задался он вдруг вопросом.

Получив тот же документ, Калион увидел в его содержании лес Иргис.

Просьба о пересмотре была связана с тем, что они хотели того, чтобы рыцари приезжали регулярно, поскольку монстры там появлялись чаще, чем где-либо ещё.

После минутного вопроса Калион покачал головой.

В любом случае, это был не его вопрос.

Когда он уже собирался сесть, она спросила:

– Ты когда-нибудь бывал здесь?

Калион поднял голову, потрясённый тем, что в её голосе звучало чистое любопытство без негатива.