- Что такое? Ты шокирован тем, что тебя поймали

Это всего несколько слов, но они были словно пропитаны яростью.

Реакция Эрны была закономерной. Любой, если он, конечно, не полный идиот, мог сейчас ощутить едкость слов, брошенных эрцгерцогиней мужу. У неё на глазах её супруг обнимал другую женщину, и если бы эти слова прозвучали спокойно, то возникли бы вопросы.

От  ледяного тона Эрны Калион ощутил, как его сердце сжалось глубоко в груди. 

- Н… Нет, это недоразуме…

- Простите, я пришла слишком рано и испортила вам веселье. Я такая дурочка.

Каждое слово, каждый слог словно оставлял ледяной ожёг.

Седрик, стоявший за Орпе, и Калион, стоявший за Эрной, в шоке продолжали говорили, с полураскрытыми в форме буквы "о" ртами.

- О, что происходит? Это недоразумение, настоящее недоразумение, госпожа. 

Эрна перевела взгляд на Фрею.

Аксессуары, которые она надела, были слишком яркими и уже вышли из моды. Кроме того, по меркам Эрны, молодая женщина слишком много открывала. Честно говоря, наряд Фрейи не понравился Эрне. 

“Но... Она симпатичная.”

Неповторимое лицо юной леди, только недавно ставшей взрослой, было милым и весьма симпатичным. Она, вероятно, растревожила сердца всех соседских мальчишек. И, возможно, даже... Калиона.

Она подумала о том, как вёл себя муж несколько минут назад в зарослях. Увидев приближающуюся к нему девушку, Эрна подумала, что он строго отругает её, следуя правилам рыцарей, и тут же отправит обратно. Однако, вопреки предположениям Эрны, эрцгерцог подозвал девушку поближе и оглядел её с ног до головы.

Увидев эту сцену эрцгерцогиня почувствовала жжение в груди. Она даже не осознавала, как крепко сжимает кулаки.  Сначала Эрна почти сразу же закричала:

- Что, чёрт возьми, ты себе позволяешь?

Однако вскоре она поняла, что у такой реакции есть причина.

“И почему я так реагирую?”

Конечно, раз они были супружеской парой, Эрна имела право сердиться и спорить о намерениях мужа. Но их пара отличалась от других. Партнёры, которые сотрудничали, чтобы зачать наследника, наличие которого должно помешать главам их государств насильно вернуть Эрну и Калиона на родину – вот к чему привёл неизбежный политический брак. Неужели это всё, чем они были?

Ещё недавно Эрну не интересовало, встречается Калион с другими женщинами или нет. То же самое касалось и Калиона. И теперь, на самом деле, она не желала осознавать, что он встречался с другой женщиной.

Закон Гессенгарда гласит, что мужчина или женщина не подлежат наказанию, даже если один из них находит себе другого партнёра. В тоже время, если один из супругов хотел развестись, виновным считался тот, кто вступил в отношения с кем-то ещё, лишив своего первоначального супруга совместного имущества.

Если ситуации не подходили под те, что описаны в законах, их можно критиковать морально, но, честно говоря, кто посмеет сказать эрцгерцогу, что он живёт неправильно. И более того, Эрна не была с Калионом в такого рода отношениях, где разрыв смерти подобен.

Эрцгерцогиня тяжело вздохнула. Она думала, что жжение в груди утихнет, но оно не только не утихло, а только ещё больше усилилось.

Эрна не могла даже схватить его за грудки и встряхнуть на глазах у всех. Авторитет эрцгерцога был выше, и если бы Калион поинтересовался, по какому праву она вмешивается, Эрне захотелось бы его убить.

Эрцгерцогиня отчаянно собрала волю в кулак и сказала вождю и женщине:

- Здесь очень опасно. Так что возвращайтесь в свою деревню. Я отправлю с вами нескольких волшебников и рыцарей, чтобы вы не столкнулись с неприятностями на обратном пути.

К счастью, за долгие годы, проведённые на посту эрцгерцогини, ей удалось удержать лицо, ни один мускул не дрогнул, а голос не дрожит. Однако это не означало, что её взгляд был мягким.

- Да, ваше высочество!

Под пристальным взглядом Эрны вождь поспешно схватил дочь за запястье и склонил голову. Но Фрея смотрела на Калиона печальными глазами, не в силах подняться на ноги. Затем её глаза встретились с глазами Эрны. Они и словом не обмолвились друг с другом, но эрцгерцогиня уже поняла, что Фрея хочет ей что-то вроде: 

“Мы бы хорошо провели время, только если бы ты не пришла сюда.”

Всё ещё крепко сжатые, кулаки Эрны задрожали. 

Выезжая из Великого замка, она схватила Орпе, которая, казалось, кричала, что им действительно пора ехать, села на лошадь и помчалась вдаль. Дорога была не очень ухабистой, но не настолько удобной, чтобы мчаться галопом по ней на лошади. К тому же, из-за того, что они провели такую бурную ночь с Калионом, её тело всё ещё болезненно реагировало на физические нагрузки . Эрне приходилось стискивать зубы всякий раз, когда лошадь перепрыгивала через небольшую лужу. Ведь при каждом таком прыжке её бедро пульсировало от боли. 

И всё же она поторапливала лошадь, потому что немного волновалась.

Демоны могли появиться внезапно и нападать волнами, как раньше.

Эрцгерцогиня чувствовала себя неспокойно с того момента, как вспомнила о демонах, появившихся из озера. Как бы ни был подготовлен Калион, если бы демоны летающего типа хлынули в таком количестве как тогда – это было бы опасно даже для него.

Так себя ощущает человек, что мобилизует все силы уже истощенного физически тела. Эрна отвернулась от вождя и Фреи, которых провожали рыцари и волшебники. И от Калиона тоже. Сейчас она даже его не хотела видеть.