Полночь.

Я сидел перед телевизором, ожидая ответа от Чинами. Стоило телефону звякнуть, как я тут же впился глазами в экран.

[Я благодарна за предложение ученика, но, боюсь, мне придется отказаться.]

Печальный ответ. Впрочем, ожидаемый.

[Я буду вести себя смирно и ограничусь только массажем.]

[Ах, тогда я еще раз подумаю и отвечу завтра.]

Как быстро она сменила гнев на милость. Такой ответ означал лишь одно: когда я предложил сеанс, Чинами сама подсознательно уже настроилась на секс. Наша Наставница — скрытая извращенка, это факт. А её первоначальный отказ был продиктован лишь муками совести перед Миюки.

Ухмыльнувшись этой смеси святости и порочности, я набрал ответ:

[Договорились.]

[Хорошо. Доброй ночи.]

Можно было бы развить тему, но в такой час это ни к чему. Завтра у нас с Чинами «большое дело», так что пусть отдыхает.

Закончив переписку, я глянул на её профиль. Всё тот же персик с глазами-сердечками... Видела ли это Ренка? Судя по её поведению, она пока не догадывается о масштабе «трагедии».

Теперь пришла очередь Ренки.

[Спите?]

Телефон долго молчал. Я уже начал гадать — игнорирует она меня или правда уснула, как вдруг экран ожил.

[Не сплю.]

Типичный ответ в духе цундере.

[Почему?]

[Просто так.]

[Чем занимаетесь?]

[Лежу. Что тебе нужно?]

[Если дела нет, то и писать нельзя?]

[Уже поздно.]

[Значит, не писать?]

[Я такого не говорила.]

Почему переписка с ней доставляет мне такое удовольствие? Наверное, она мне и правда нравится. Я мог бы строчить ей сообщения весь день напролет и не заскучать. Жаль, что в ближайшее время взаимности ждать не приходится.

[Так что делаете?]

[Я же сказала — лежу.]

[И что, просто лежите и в потолок смотрите?]

[С тобой переписываюсь.]

[А до этого что делали?]

[В телефоне сидела.]

[Раз сидели в телефоне, значит видели моё сообщение сразу. Почему так долго не отвечали?]

Снова тишина. Ренка явно замялась. Спустя пару минут пришло оправдание:

[Видео смотрела.]

[Ясно. На этот раз прощаю.]

[Я вообще не понимаю, почему должна перед тобой отчитываться. Если я вижу твой текст, я обязана отвечать сию же секунду?]

Выдала всё-таки свою порцию гордости после того, как оправдалась. Какая же она забавная.

[Было бы неплохо.]

[Размечтался.]

[Спасибо.]

[Я же отказала, за что ты благодаришь?!]

[Кстати, Капитан, что вы мне подарите, если я выиграю турнир?]

[Не переводи тему.]

[Значит, выполните желание? По рукам.]

[С тобой решительно невозможно вести нормальный диалог.]

[Доброй ночи.]

На этом Ренка затихла. Подавив желание подразнить её еще немного, я зашел на AniShare. В личке — только спам. Ренка так и не сняла блок. Ну и ладно. С этой мыслью я закрыл глаза, предвкушая завтрашний день.

---

— Мацуда-кун, ты ведь помнишь, что первым уроком у нас тест?

Следующее утро, класс. Я как раз доставал учебник из-под парты, когда слова Миюки заставили меня поморщиться.

— Тест? Какой еще тест?

— По математике. Я же говорила. Неужели забыл?

Припоминаю... Кажется, учитель упоминал проверочную работу для подготовки к экзаменам. Но в тот момент я был слишком занят тем, что дразнил Миюки под партой, так что пропустил всё мимо ушей.

— Это пойдет в аттестат?

— Нет, просто проверка знаний. Можешь не переживать.

«Тогда зачем он вообще нужен?» Наш математик либо слишком фанатичен, либо ему просто лень вести урок, и он решил заткнуть нас тестом.

— Он сказал, задачи будут несложные... Думаю, из двадцати ты должен решить хотя бы пятнадцать.

О моей «любви» к математике знали все: и Миюки, и Булочница со старостой, и даже этот отброс Тетсуя. Пятнадцать из двадцати? Она слишком высокого мнения о моих способностях.

— Это же 75 баллов... Не слишком ли высокая планка для меня?

— Я верю, что нынешний Мацуда-кун на это способен.

Раз она так на меня смотрит — придется постараться. Придется напрячь извилины, чтобы выторговать себе право на... «награду».

— Ладно. Попробую.

— Тетсуя-кун, для тебя проходной балл тоже 75. Понял?

Миюки обернулась к Тетсуе, который что-то малевал в тетради. Тот вздрогнул и неловко заулыбался:

— П-постараюсь...

— А что так неуверенно?

— Ну... у меня с математикой не лучше, чем у Мацуды...

— Удачи тебе.

Раньше Миюки бы тут же бросилась ему помогать, диктовать формулы и разбирать задачи до самого звонка. Но сейчас всё иначе. Она лишь кивнула ему и тут же вернулась ко мне, тыкая пальцем в бок и требуя, чтобы я открыл конспекты.

Заметил ли Тетсуя эту разницу? Надеюсь, что да. Пусть его желчь вскипает от ревности, пока он сам своими руками рушит узы детской дружбы. А я ему в этом с радостью помогу.

Поддавшись настойчивости Миюки, я принялся за зубрежку, а когда зашел учитель, выложился на все сто.

Звонок. Мы сверили ответы, и я не смог сдержать крепкого ругательства про себя.

«Какого черта...»

Я был уверен в каждом решении, но результат оказался плачевным. Мозг человека — загадочная штука.

— Мацуда-кун, сколько у тебя? — спросила Миюки, сияя улыбкой.

Я выдал кривую усмешку:

— Сорок.

— .... Сорок баллов?

— Угу.

Её улыбка мгновенно погасла. Увидев в моем листе сплошные кресты, она нахмурилась.

— Почему..? Ты совсем не повторял материал?

— Совсем.

— И ты говоришь об этом с таким спокойным лицом..?

— Ну, а что теперь поделаешь.

Видимо, я всё-таки безнадежен в точных науках. Память у меня как у золотой рыбки. Миюки, пребывая в глубоком шоке от моего фиаско, перевела взгляд на Тетсую.

— А у тебя, Тетсуя-кун?

— Я..? Ну... у меня тоже... не очень...

Судя по его кислой мине, он провалился не меньше моего.

— С вами обоими каши не сваришь... Это катастрофа, — пробормотала Миюки.

Я чувствую: этот провал станет отличным поводом для «дополнительных занятий» у меня дома. Интересно, позовет ли она Тетсую? Если да — придется терпеть его присутствие, зато под столом котацу мы с Миюки сможем заняться более интересными вещами. Главное — купить мощный очиститель воздуха, чтобы не дышать с этим придурком одним кислородом.

---

Чинами старательно расправляла складки на штанах от доспехов и на цыпочках вешала их на просушку. Я бесшумно зашел в сушилку, закрыл дверь и подошел к ней со спины. Она что-то весело напевала себе под нос, словно молодая жена, хлопочущая по дому.

— Наставница.

— Кен-кун! Вы пришли!

Она обернулась и ослепительно улыбнулась. Её улыбка была настолько теплой, что в холодном влажном помещении сразу стало уютно.

— Зачем вы работаете одна? Могли бы подождать меня.

— Нужно всё закончить до начала спецтренировки. Турнир ведь не за горами!

— Ясно. Вы подумали над вчерашним предложением?

Лицо Чинами мгновенно сменило выражение с беззаботного на пунцово-стыдливое.

— Ах... вы про массаж..?

— Именно.

— Кхм... — она замялась, но её глаза уже выдавали ответ.

Я мягко улыбнулся и перехватил её ладошку, поднеся к своей груди. Начал медленно разминать каждый пальчик.

— М-м-м...

Чинами заерзала, явно наслаждаясь контактом. Я посмотрел ей в глаза:

— Так вы придете?

— .... Да... На самом деле, у меня сегодня всё тело ломит...

— Правда? Где именно?

— В плечах... и в с-спине...

— Нужно срочно это исправить. Согласны?

— Угу...

Атмосфера в сушилке накалялась. Продолжая массировать её руку, я плавно переложил ладонь ей на бедро, чуть выше колена.

— Здесь тоже напряжено.

— Э?.. Разве..? Вроде бы там всё нормально...

— Нет. Мышцы зажаты.

— Б-боже... какая беда...

— Я помогу.

Я притянул её к себе за талию. Теперь между нами не осталось даже миллиметра свободного пространства. Обхватив её, я начал плавно разминать её ягодицы и заднюю поверхность бедер прямо через ткань формы.

— Ох... Кен-кун... мы не слишком близко стоим..?

Она уткнулась лбом мне в грудь. Чувствуя, как она мелко дрожит в моих руках, я продолжал «лечение», шепча ей слова утешения.

До отеля и во время него я должен максимально расслабить её низ. Тогда, когда мы перейдем к «обратному экибэну», ей будет гораздо проще... Стоит попробовать, верно, Чинами?