Эпизод 54. Перед важным событием

В итоге, очка я не заработал.

Всё потому, что удар пришелся не ударной частью синая, которой засчитывается «валидный удар», а лезвием чуть ниже.

Проще говоря, я ошибся с дистанцией.

После этого я не смог провести ни одной толковой атаки и проиграл, отдав два очка подряд.

Я даже толком не понял, что произошло: два удара по корпусу — и конец. Похоже, она атаковала меня всерьез.

«Жаль».

Но на душе было легко.

Почему? Да, очков я не набрал, зато нанес мощный удар по психике Ренки.

А значит, цель — стать главным героем этого ивента — была достигнута.

Теперь в голове Ренки я займу куда больше места, чем Тетсуя, который провел серьезный, но скучный спарринг.

Этого вполне достаточно.

И всё же, удивительно.

Я никогда не занимался кендо или похожими боевыми искусствами, но, двигаясь на инстинктах, выдал потрясающую сцену.

Это и есть «талант протагониста»? Слишком уж сладко.

— Младший Мацуда.

Услышав голос Чинами, я поднял голову. Мы вместе протирали доспехи в комнате для хранения снаряжения.

— Да?

— Было очень близко. Вы могли взять иппон у Ренки...

Голос Чинами звучал несколько подавленно.

Не думаю, что она ревнует из-за того, что я почти сделал то, чего не смогла она.

Чинами не настолько мелочна.

Судя по реакции, она, скорее всего... вспоминала, как я лупил Ренку по корпусу, и теперь размышляет, стоит ли всерьез обучать меня верхней стойке.

Я придвинулся почти вплотную к Чинами, сидевшей по-турецки.

И широко улыбнулся ей.

— Это благодаря вам, наставница.

— А...? Благодаря мне?

— Я видел, как вы атаковали корпус Ино-сэмпай во втором поединке. И попытался, пусть и неуклюже, повторить это.

— П-правда...? Как вы смогли это разглядеть...? Вы гений, что ли...

— В качестве благодарности я сделаю вам массаж.

— Что...? Нет... я же ничего не сделала... Нг-х...!

Милый стон сорвался с губ Чинами, когда я мягко обхватил ее за шею сзади.

Пальцы ощутили нежный пушок на ее затылке.

Я начал слегка надавливать кончиками пальцев, превращая массаж в завуалированную ласку.

— Ха-а-а...

Чинами издала свой характерный тягучий звук.

Она обмякла, и ее голова послушно двигалась туда, куда я направлял усилие.

Затылок действительно её эрогенная зона. Реакция просто забавная.

— Ы-ыть...!

Сжав зубы, Чинами качнулась в сторону, выскальзывая из моих рук.

С раскрасневшимся лицом она запыхтела и принялась меня отчитывать:

— Младший...! Я же говорила...! Хватать чужую шею без разрешения — это...

— Разве мы чужие люди?

— К-конечно, мы учитель и ученик, но... это неправильно...!

Неправильно? Звучит как-то даже пошло.

— Я лишь хотел размять наставницу, как прилежный ученик.

— Достаточно одного намерения...! Впредь сначала спрашивайте...!

— Понял.

Увидев, что я послушно отступил, Чинами сделала глубокий вдох и поерзала на месте.

Снова усевшись рядом, она покрутила шеей и продолжила чистить доспехи.

То ли вспоминая массаж, то ли думая о еде, Чинами сосредоточенно причмокивала губами.

Я протянул ей свой телефон.

— Наставница, дайте мне ваш номер.

— Номер? А, верно... Если у вас возникнут вопросы по кендо, нужно будет спросить.

Пока ты сама не заговоришь о кендо, я ни о чем таком спрашивать не буду.

Мы будем просто болтать и развлекаться.

Нажав кнопки своими миниатюрными пальчиками, Чинами вернула мне телефон.

— У вас огромный потенциал, младший. С завтрашнего дня можно увеличить долю тренировок в верхней стойке. Но взамен вы должны четко освоить базу. Из-за отсутствия опыта и незнания средней стойки, начиная со второго раунда, вы даже пошевелиться не могли.

— Хорошо. Значит, вы меня признали?

— Это была атака, которую невозможно не признать. Но ни в коем случае не зазнавайтесь. Понятно?

— Да. Я рад, что получил признание наставницы. Может, купить вам мороженое?

— Какое? Я бы хотела... Ах! Нет же... Это я должна угостить вас в честь успеха, так что завтра я куплю персиковое мороженое. Вам останется только вкусно его съесть.

— А другого вкуса нет?

— Я люблю персиковое.

— А о моем вкусе вы не спросите?

— Нет людей, которые не любят персики. Вам тоже точно понравится.

Кажется, из Чинами вышел бы отличный торговец.

С таким невинным лицом она могла бы навязать любой товар, и никто не ушел бы без покупки.

Хотелось снова потрогать ее за шею и возбудить, но «захват» Чинами еще на ранней стадии.

Постоянная стимуляция может вызвать лишь отторжение, так что нужно потерпеть.

---

Выйдя из зала кендо, я увидел Ренку и Тетсую, которые о чем-то тихо беседовали.

Говорила в основном Ренка, похоже, давала советы.

Когда я подошел к ним, Ренка скрестила руки на груди и спросила:

— А где Чинами?

Голос звучал довольно монотонно, словно она изо всех сил старалась казаться спокойной.

— Вышла в туалет ненадолго. Вы идете вместе?

— Сегодня пойдем вместе. И еще... я извиняюсь перед тобой.

— За что?

— Это был учебный поединок, а я победила тебя слишком легко.

Это была не попытка восстановить уязвленное самолюбие, а искренность.

Извинение перед самой собой за то, что потеряла контроль и загнала меня в угол, смешанное с самобичеванием.

Я пожал плечами и легко отмахнулся от извинений Ренки.

— Неважно.

— ...Тогда ладно. И еще ты... не пытайся учить Чинами всяким странностям.

— Странностям?

— Ну, тому самому. Какие-то там дыхания... В мире не существует таких техник дыхания.

Это техника твоего любимого персонажа, а ты называешь её «какие-то там дыхания».

Знаешь же, так зачем притворяешься?

А сама на Комикете, небось, дышишь как паровоз, выпрашивая автограф у любимого автора...

— Вы слышали? Как?

— С-случайно услышала... В общем, не делай этого.

— Я просто пошутил.

— Чинами — наивный человек, она верит всему, если прямо не сказать, что это шутка.

— Тогда позже скажу ей, что это была шутка. Идет?

— ...Хорошо. Сегодня ты хорошо потрудился... В следующем поединке я тебя как следует «поучу».

В следующем поединке? Вместо учения ты будешь только кипеть от злости.

Картина, где ты впадаешь в отчаяние от того, что не можешь победить меня, свирепого самца, и признаешь во мне хищника...

Однажды я создам этот шедевр.

— Понял. Я пошел.

— Угу. Пока. Ты тоже, Миура.

Тетсуя вместо ответа вежливо поклонился Ренке.

Расставшись с ней, мы пошли на парковку. Я искоса поглядывал на Тетсую, у которого плечи понуро опустились.

Мы бросили вызов вместе, но он показал жалкое зрелище, а я — полную противоположность, так что его самооценка, похоже, стремительно падает.

У тебя тоже есть талант к кендо, так что старайся.

А если в процессе у тебя будет прорываться комплекс неполноценности — тем лучше.

Я с силой хлопнул Тетсую по спине. Бам!

— Да что с тобой сегодня такое, понять не могу. Выпрями спину, придурок.

Видимо, удар был чувствительным: Тетсуя поморщился, напряг мышцы спины и кивнул.

— Да. Спасибо, Мацуда. Но не слишком ли сильно ты ударил?

— Разве это больно? Ты, небось, кости ломаешь, если на улице споткнешься?

— Ну не до такой же степени... О? Миюки.

Лицо Тетсуи, смотревшего вперед, просияло.

Проследив за его взглядом, я увидел Миюки, которая ждала нас на парковке и теперь шла навстречу.

— Мацуда-кун! Зачем ты бьешь Тетсую-куна?

Она подошла, вытянув шею, но в голосе не было ни капли упрека.

Я махнул рукой, показывая, как мне это надоело, и угрожающе спросил у Тетсуи:

— Я тебя бил?

— А, ну, ударил, но...

— Бил, я спрашиваю?

— Н-не всерьез же... Это было дружеское похлопывание для бодрости...

Услышав ответ, я обернулся к Миюки.

— Довольна?

— Мацуда-кун. Если ты делаешь такое страшное лицо, кто же скажет правду?

— Опять эта мамочкина воркотня. Придется заткнуть тебе рот или что-то в этом роде...

— Зачем затыкать мне рот? Если уж хочешь что-то заткнуть, то лучше уши Мацуды-куна... Кья-а-а!

Миюки взвизгнула и отпрянула назад.

Всё потому, что я протянул руку, чтобы резко схватить её.

С улыбкой на лице она отбежала подальше, к моей машине, и как только я открыл двери с брелока, проворно юркнула на пассажирское сиденье.

Я цокнул языком и пожаловался Тетсуе:

— Она с каждым днем становится всё более озорной. С тобой она тоже так себя ведет?

— ...Со мной она шутит еще хлеще.

Знаю. Поэтому я планирую постепенно запрещать эти шутки с тобой, одну за другой.

— Утомительно, наверное.

— Да не особо... Разве это не весело?

— Думаешь? Ладно, поехали.

— Ага. Спасибо, что подвозишь и сегодня.

---

Пока мы ехали домой, Тетсуя так и не заговорил о моем успехе, даже под страхом смерти.

Он просто не хотел возвышать меня перед Миюки.

Мысленно усмехнувшись над его мелким и жалким бунтом, я высадил парня.

Как только мы с Миюки остались наедине, я тут же взял ее за руку и переплел наши пальцы.

Миюки застенчиво улыбнулась моему действию, но сказала то, что на самом деле не имела в виду:

— Говорила же, не води одной рукой...

— Тогда убрать руку?

— Не-е-ет... Я не это имела в виду... И вообще, Мацуда-кун, почему ты бьешь людей? Ты же обещал мне не применять насилие.

Миюки вспомнила, как я ударил Тетсую по спине.

Она не предъявляла претензий всерьез, просто не хотела, чтобы наш разговор прерывался.

— Парень совсем раскис, я просто подбодрил его, чтобы собрался. Ты не видела сегодня Миуру? Мы разговариваем, а он витает где-то в облаках.

— Ну да... вид у него был неважный... Сегодня я спрошу, что случилось, и расскажу тебе, Мацуда-кун.

— Мне не особо интересно, так что оставь это при себе. Как подготовка к культурному фестивалю?

— Угу, почти всё готово. Ребята, отвечающие за грим, тоже много трудились... Мацуда-кун, ты всё время бездельничал, так что на фестивале будешь смирно проверять билеты. Если вздумаешь сбежать — получишь у меня.

— Миура тоже всё время бездельничал.

— Тетсуя-кун помогал нам в обеденные перерывы. И к тому же он будет в роли призрака.

— Да? И кого он изображает?

— Изначально хотели Сютэн-додзи... но решили, что ему не пойдет, поэтому утвердили Намахагэ.

— Намахагэ? Тот краснолицый демон с кухонным ножом?

— Ага.

А ведь я планировал сделать его каппой... Каким же я был невнимательным.

Прости, Тетсуя.

Когда мы почти подъехали к дому Миюки, я свернул в безлюдный переулок и остановил машину.

Затем приблизил свое лицо вплотную к её лицу.

Она моргнула, встретившись со мной взглядом, и с каждой секундой румянец на её щеках становился всё ярче.

— ...Почему ты так смотришь...?

— Нельзя смотреть?

— Н-нет, не то чтобы...

— Ты обязана быть на афтерпати? Как староста?

— Угу...

— Повеселись в меру и позвони мне, пока не стало слишком поздно.

— Позвонить? А ты не пойдешь на афтерпати, Мацуда-кун...?

— Не пойду.

— Почему...? Было бы здорово пойти вместе... У тебя ведь мало друзей... Разве это не отличный повод завести побольше...?

Я мягко улыбнулся переживающей Миюки и, поймав момент, когда её горло дрогнуло при глотке, заговорил.

Моим фирменным низким голосом, который ей так нравится, очень тепло:

— Позвони. Поняла?

Она, уже окончательно залившись краской, низко опустила голову и ответила:

— Х-хорошо... Я позвоню... А что мы будем делать...?

Я выдержал небольшую паузу, легонько, словно щекоча, поглаживая тыльную сторону её ладони.

— Н-не делай этого...

Игнорируя её слабую попытку остановить меня сжатием руки, я невозмутимо произнес:

— В тот день давай побудем вдвоем.

— Вдвоем...?

— Да. Вдвоем.

После таких слов даже Миюки должна смутно догадаться.

Даже если не сейчас, то, вернувшись домой и хорошенько подумав, она поймет скрытый смысл моих слов.

Конечно, полной уверенности у неё не будет.

Я ведь не сказал прямо: «Переспим у меня дома».

Но в глубине души, с замиранием сердца, она будет готовиться и ждать этого.

— Угу... Давай так и сделаем...

Услышав ответ Миюки, теребившей наши переплетенные пальцы, я накрыл её ладонь своей и широко улыбнулся.

Миюки резко втянула воздух и сказала:

— ...Т-ты просто уедешь...?

— А чего бы ты хотела?

— Сюда...

Она приложила указательный палец к своим губам и слегка нажала.

Усмехнувшись этому откровенному жесту, я посмотрел на её миндалевидные ногти с легким блеском и приблизил свое лицо.