Около года назад, листая YouTube, я наткнулся на ролик с названием:

«Может ли любой зарабатывать миллиард вон в год? Простые способы писать веб-новеллы — специальный выпуск».

В студии сидели ведущий и автор в повседневной одежде.

Почему я его открыл? Причин было несколько.

Во-первых, редактор журнала, куда я отослал свой рассказ, позже ответил: «Писатель, боюсь... издать этот сборник будет трудновато».

…Забыл упомянуть: я чисто литературный автор. Если пафоснее, то писатель серьёзной, высокой литературы. Но это неважно.

Во-вторых, мой свежий рассказ разнесли критики: «Такая убогая структура предложений годится только для веб-новелл».

В общем… да.

Я включил ролик из чистого упрямства по отношению к «высокой литературе». Типа: «Ах вы так? Ну и хрен с вами, напишу-ка я веб-новеллу».

Но это не всё.

Третья причина отражена в подзаголовке, который видели и вы, и я год назад: «Писатель веб-новелл с годовым доходом в 1 миллиард вон — Ю Чанён».

Серьёзно? Писатель каких-то веб-новелл и зарабатывает миллиард вон?

Миллиард — это сумма, которую в Корее не зарабатывают даже те немногие, кто продаёт по 500 тысяч экземпляров.

Это же не Великобритания с миссис Роулинг, так как такое возможно в Адском Чосоне?

«Ад Чосон» — словосочетание, возникшее в корейском обществе в 2010-х годах, сравнивающее современную жизнь в стране с адом из-за суровых условий.

Молодое поколение таким образом показывает свою фрустрацию относительно жёстокой конкуренции в вузах и в поисках работы, высоких цен на жильё и так далее.

Пока я об этом думал, ведущий начал:

— К вам много вопросов, господин Ю. Начнём с провокационного от пользователя BelieveAndSee: «Правда ли, что вы зарабатываете миллиард вон в год?»

— Нет.

Мгновенный ответ.

Как и ожидалось.

Конечно, писатель столько не зарабатывает!

Я уже потянулся закрывать вкладку, испытывая наполовину разочарование, наполовину облегчение, когда вдруг услышал:

— Точнее, 2,4 миллиарда. Я не называл цифру, потому что подумал, вы не поверите.

Я ошалел, перемотал назад. Автор повторил: «Точнее, 2,4 миллиарда…»

2,4 миллиарда?!

Глаза прилипли к экрану, пальцы сами полезли в Google: «Зарплата писателя веб-новелл…»

...Чёрт, это правда?

Поняв, что это правда, я уже иначе смотрел на человека в мониторе.

Одновременно вспыхнули мелочные чувства: зависть к тому, чего у меня нет, и желание приуменьшить то, что у него есть, чтобы утешить себя: «Я не потому так живу, что не умею так писать».

— И это ты называешь литературой?

— Это вообще можно считать нормальным?

— За вот ЭТО — 1, нет, 2,4 миллиарда?!

Я цеплялся к каждому его слову, комментируя интервью вслух.

Сейчас мне стыдно, но… у всех есть тёмное прошлое.

Интервью тем временем подходило к концу.

— Последний вопрос, от WebNovelAspirant: «Есть ли особый способ писать новеллы?»

Мне тоже любопытно.

— Способ? Ну, есть кое-что похожее.

— Расскажете?

— Профессиональная тайна, неудобно раскрывать.

— Ха-ха, тайна на 2,4 миллиарда? Поделитесь хотя бы со мной?

Редактор хитро улыбнулся, всё явно подстроено, но атмосфера заинтриговала.

Что же он скажет?

Ю Чанён вдруг странно улыбнулся и выдал:

— Станьте протагонистом.

…Это что ещё за бред?

Ведущий, похоже, подумал то же:

— То есть… писатель должен вжиться в роль героя, да?

— Нет. Буквально стать протагонистом.

Я уже хотел сказать «полный бред», как по телу пробежали мурашки, и мышка выпала из руки.

Ю Чанён смотрел прямо на меня.

Я знал: он смотрит в камеру, это не прямой эфир, но в тот миг я почувствовал, как трудно мне стало дышать.

«Стань протагонистом. Это единственный способ выжить».

Я очнулся, только когда ведущий запоздало рассмеялся:

— Стать протагонистом! Ха-ха, типичная писательская метафора!

— Фух, вышло правдоподобно?

— Ха-ха-ха!

…Что?

Дальше была пустая болтовня.

Я спешно выключил видео.

Стыдно, что дал себя запугать человеку по ту сторону экрана. Да ещё и писателю веб-новелл.

«Понты. Обычная трепотня», — подумал я тогда.

Трепотня…

Если бы я мог вернуться на год назад, то дал бы себе по затылку.

Пожалуйста, приди в себя и готовься.

Ведь тогда я ещё не знал.

Он говорил правду.

Это была не метафора.