– Я последовал за тобой через Степь, не имеющую дорог.

Босые ноги прошлепали по мокрому песку. Найюр остановился перед Келлхусом; его рослая фигура блестела, залитая лунным светом.

– Я любил тебя.

Келлхус отступил, достал меч и выставил его перед собой.

– На колени, – приказал он.

Скюльвенд рухнул на колени, вытянул руки и провел пальцами по песку. Он запрокинул лицо к звездам, подставляя горло под удар. Позади бушевал Менеанор.

Келлхус недвижно стоял над ним.

«Что это, отец? Жалость?»

Он посмотрел на скюльвендского воина, жалкого и униженного. Из какой тьмы пришло это чувство?

– Ну, бей! – выкрикнул скюльвенд.

Огромное тело, покрытое шрамами, дрожало от ужаса и ликования.

Но Келлхус не шелохнулся.

– Убей меня! – крикнул Найюр в купол ночи.

Со сверхъестественной быстротой он схватил клинок Келлхуса и приставил острие к своему горлу.

– Убей! Убей!

– Нет, – сказал Келлхус.

Волна разбилась о берег, и ветер осыпал их холодными брызгами.

Подавшись вперед, он осторожно высвободил клинок из руки скюльвенда.

Найюр схватил его за шею и повалил на песок.

Келлхус не стал вырываться. Благодаря инстинкту или везению варвар ухватил его за точки смерти. Келлхус знал, что Найюру достаточно незначительного рывка, чтобы свернуть ему шею.

Скюльвенд подтащил его к себе, так близко, что Келлхус почувствовал тепло, исходящее от мокрого тела.

– Я любил тебя! – шепотом прокричал он.

А потом оттолкнул Келлхуса. Но теперь дунианин был настороже; он прижал подбородок к груди, чтобы не растянуть мышцы шеи. Найюр смотрел на него с надеждой и ужасом…

Келлхус спрятал меч в ножны.

Скюльвенд качнулся назад и вскинул кулаки к голове. Он запустил пальцы в волосы и вцепился в них изо всех сил.

– Но ты же сказал! – исступленно выкрикнул он, потрясая окровавленными прядями. – Ты же сказал!

Келлхус молча смотрел на него. Можно найти и другую пользу.

Всегда можно найти другую пользу.

(Для тех кто не понял, Найюр говорил о Моэнгхусе)