— О ч-чем это ты? - запинаясь, спросила девушка.

— Фрейя, я еще не закончил.

— Не закончил с чем?

Она отклонилась назад к стене, избегая Лукаса, который никак не мог оторвать взгляд от ее губ. Сидя на кровати, подогнув одно колено под себя, Лукас стал медленно расстегивать рубашку. Как только он снял ее, обнажилась крепкая широкая грудь, демонстрируя идеальные пропорции хорошо тренированных мышц.

Фрейя с пересохшим горлом, едва смогла вымолвить:

— Зачем ты раздеваешься?

— Ну, мне кажется здесь слишком жарко, - шутливо сказал он, и брови Фрейи взлетели вверх от такого нелепого ответа.

Уловив ее настроение, Лукас прикоснулся пальцами к своему лбу.

— Что это со мной сегодня? Не понимаю, что происходит.

Он быстро опустил глаза, и его великолепные ресницы дрогнули.

— Мне тоже это очень интересно, - ответила Фрейя, глядя на него, пока он почесывал шею своей большой рукой и медленно потирал грудь.

Место на шее, к которому он только что прикасался, стало красноватым, а густой пот, пробившийся от его настойчивого желания, начал медленно стекать по ключице.

Это безумие. Я не могу оторвать от него глаз!

Хотя было очевидно, что в конце концов, она поддастся его соблазну, Фрейя чувствовала себя бабочкой, попавшей в паутину, потому, как его великолепные глаза и столь привлекательное тело так и притягивало к себе ее взгляд.

— Фрейя, что за это за выражение у тебя в глазах? - тихо спросил он.

— Ты о чем?

Фрейя на мгновение заколебалась, взвешивая, что ей еще предстояло сделать сегодня. Если они собирались вернуться завтра, ей нужно было собрать вещи и пораньше лечь спать, чтобы хорошо отдохнуть перед поездкой.

Поразмыслив над этим, она больше не хотела скрывать от него свои чувства, и после того, как ее губы задрожали, сквозь них просочился задыхающийся голос:

— О, Лукас, ты такой красивый! Я скучаю по тебе, несмотря на то, что мы вместе.

Молодой человек не сказал ни слова на ее откровенное признание. Похоже он смутился, так как его шея и лицо залились краской.

— Ты и правда... - не в силах больше говорить, Лукас наклонился к ней, приближаясь, и его мышцы под широкими плечами напряглись при движении.

— Фрейя, я еле сдерживаюсь, - его голос понизился, и он замер прямо у губ девушки, как можно глубже заглядывая ей в глаза.

— Сдерживаешься от чего? - еле слышно пробурчала Фрейя.

Лукас Морчани никогда не был их тех, кто воздерживался от проявления своих чувств. Он немного повернул голову, и его горячее дыхание коснулось ее уха:

— Хочешь знать, сколько я уже терплю? С сегодняшнего утра, когда я увидел, как ты открыла глаза, а потом, когда ты пила свой чай. Потом снова, когда мы вместе мыли посуду, а затем еще раз, когда выдергивали сорняки из твоих грядок. И наконец, когда я прикоснулся к тебе мгновение назад. Я все это время сдерживал себя.

— Остановись! Прекрати сейчас же!

— Другими словами, я терпел весь день, подавляя свое желание. Понимаешь, что ты мне за это должна?

Лукас, говорящий эти странные вещи с такими коварными глазами, выглядел непривычно.

— И что же я тебе должна?

— Кое-какую награду за мои титанические усилия в течение всего дня.

— Я никогда раньше не видела тебя таким. Ты ведешь себя как животное!

Лукас никак не отреагировал на ее слова, только лишь неторопливо моргнул и продолжил:

— Хм, тогда я хочу заняться тем же, что и животные.

Прислонившись спиной к ледяной стене, Фрейя дрожала, как олень, попавший в ловушку.

— Сегодня еще так много нужно сделать, так как завтра мы должны уехать.

Слова Фрейи прозвучали для него как околесица, поскольку она закрывала глаза на очевидное желание, горящее в его глазах. Уже не раз и не два она заглядывалась на его прекрасное лицо и не могла сосредоточиться на том, что нужно сделать.

Лукас, однако, не проявлял ни малейшего интереса к тому «что нужно было еще сделать».

Его большие руки задрали платье, и, несмотря на то, что обнажились только ноги, Фрейя больше не могла скрыть своего возбуждения.

Лукас двигался довольно быстро, и после одного ловкого движения она осталась в одном нижнем белье, с полностью обнаженной грудью. Она даже не была полностью оголенной, но почему-то, испытывая стыд, прикрыла грудь руками.

— Не прикрывайся. Ты такая красивая, - сбивающимся голосом пробормотал Лукас, спешно снимая штаны.

Восхищаясь его сексуальными рельефными изгибами, Фрейя издала низкий стон. В этот момент она взволновалась. Видеть его на кровати в таком положении наводило ее на непристойные мысли.

Прозрачная жидкость сверкнула на головке его мужского достоинства, которое было уже твердым от переполнявшего его возбуждения и выглядело так, словно могло взорваться в любой момент. В груди Фрейи будто разлился жар, она почувствовала изнеможение от желания, глядя на его манящее мужское естество.

— Иди ко мне.

Его интонация была такой притягательной, обольстительной, подобно черной магии. Девушка, очарованная его голубыми глазами, сияющими даже в темноте, прильнула к нему.

— Ты такая податливая, Фрейя.

Его рука нежно скользнула по ее волосам и продолжила свое движение все ниже и ниже...Он медленно снял с нее трусики. Через несколько мгновений после этого, Лукас обнял ее за талию и усадил себе на колени.

— О!

Что-то скользкое вырвалось из ее тела и издало хлюпающий звук, как только она опустилась на его колени. Прикусив нижнюю губу, она начала двигаться на нем взад и вперед, желая, чтобы возбуждение распространилось по ее телу еще немного.

— Лукас, - прошептала она с вожделением.

— М-м?

Его глаза покраснели от нервного вожделения, но вид того, как он сохранял спокойствие, выглядел еще более возбуждающим. Он покрывал ее тело страстными и неудержимыми поцелуями.

Неужели он думал, что я не понимаю, как он пытается заставить меня сказать, что я его хочу? Но любовь, безусловно, включает в себя обман хотя бы раз, и поэтому она решила сказать слова, которые он хотел услышать:

— Лукас, займись со мной любовью прямо здесь и сейчас.

— О, Фрейя! Ты можешь пожалеть об этом.

Его дразнящий голос заполнил уши Фрейи.

Лежа на кровати, все еще обнимая его, она касалась его упругих мышц и бормотала:

— Думаю, я пожалею, если ты не возьмешь меня сейчас же.

— Оу, правда?

Лукас, который теперь крепко держал ее руки над головой, нежно целовал ее шею, спускаясь к плечам своими мягкими влажными губами.

Фрейя больше не могла расслабиться, когда его губы спустились к ее лону, и она громко застонала:

— О, боже, как приятно!