Ее возбужденный и соблазнительный голос сводил Лукаса с ума.

Он скользнул рукой по ее плоскому животу, затем опустился еще ниже, проведя рукой между ее шелковистыми гладкими бедрами, и наконец, его пальцы достигли ее жемчужины.

Внезапно он издал громкий стон:

— Я больше этого не вынесу, Фрейя!

В одно мгновение его каменная эрекция, уже давно бушевавшая, проникла в ее плоть.

— Аах! - с трудом дыша, она издала протяжный стон.

Его стержень заполнял собой ее мягкие, влажные внутренности, когда он медленно входил и выходил из нее.

Фрейя даже не раскрывала глаза из-за невероятного наслаждения, она изнемогала от его раскаленной до предела любви, пронзившее ее тело.

Он уже даже не целовал ее, но она все равно не могла контролировать свое горячее дыхание и начала умолять его, когда он начал двигать ее тело, держась обеими руками за ее талию:

— Лукас! Медленнее!

Он схватил ее за подбородок и поднял ее лицо.

— Открой глаза и посмотри на меня, - голос Лукаса все больше походил на рычание.

Повинуясь ему, она приоткрыла глаза и сквозь затуманенное зрение увидела голубые глаза Лукаса, устремленные на нее.

«Как же мне нравится, чувствовать его внутри себя.»

Капли пота, стекавшие с его лба, упали ей на щеки. Он начал двигаться все интенсивнее и по мере того, как он набирал темп, Фрейю охватывало неконтролируемое наслаждение.

Ничто на свете не могло возбудить ее сильнее, чем это.

— Я люблю тебя, Фрейя.

Их стоны становились все чаще и чаще, они наслаждались друг другом без остатка.

В конце концов, ее голос слегка охрип, но она сумела выдавить из себя:

— Я тебя тоже.

Они одновременно достигли пика и, лежа в блаженном экстазе, переплели свои пальцы рук так крепко, что их костяшки побелели.

Лукас и Фрейя не могли унять дрожь в своих телах, насквозь пронизанных неописуемыми ощущениями.

---

На севере, в отдаленной деревне на небольшом поле, согнувшись, стояла женщина, ее длинные каштановые волосы развевались на ветру, когда она пыталась пробить гравий и твердую землю под ним. Такая земля была непригодна для возделывания, и даже кирка не могла ее пробить. Со всей силы она с размаху опустила кирку на затверделую почву, но от нее поднялось лишь облако пыли.

— Как здесь вообще можно что-то выращивать? - раздраженно буркнула она.

Она купила эту землю на последние деньги, которые нельзя было потратить впустую, и Фрейе захотелось беспомощно закричать от жалости к себе, вспомнив слова проныры-брокера, который уверенно рекомендовал это место:

— Это - идеальный дом для вас и прекраснейшее поле для выращивания любых сельскохозяйственных культур!

Я должна вернуться и устроить ему хорошенькую взбучку! Ее глаза заблестели от гнева, но все же, она знала, что будет лучше не поднимать шумихи. Это было бы бессмысленным занятием, которое доставило бы ей хлопот и отняло кучу времени.

— Не время ныть, - сказала она, пытаясь себя подбодрить.

Девушка была полна решимости сделать все правильно и постепенно возделать землю.

Она выпрямилась и стала разминать мышцы после долгого рабочего дня. Фрейя вытерла капли пота со лба.

Солнце выглянуло из-за облаков и осветило ее изумрудно-зеленые глаза. Взглянув вдаль, она увидела горный хребет и подумала, что как хорошо все-таки, что ее новый дом находится так далеко от Имперского дворца. Фрейя стояла под прохладным полуденным ветерком, любуясь своими новыми окрестностями. Вдруг в ее памяти всплыло чье-то лицо. Но образ быстро исчез, когда она услышала тревожный звон колокольчиков, установленных на заборе.

— Что это? Ветер что ли?

Эту часть местности чаще посещали животные, чем люди, поэтому она в основном ожидала увидеть огромного черного медведя, ну или какую-либо другую живность.

Фрейя прокралась за дом с киркой наготове и храбро крикнула:

— Кто там?

Завернув за угол дома, она увидела человека, и похоже, он только что сломал ее забор. Некто стоял, прислонившись к разбитому ограждению, растянувшись на нем, как развешанное белье. Когда она приблизилась к незнакомцу, слюна во рту у нее пересохла. Какой же он огромный! Сколько бы Фрейя ни тренировалась, держа себя в форме, у нее было мало шансов, в случае чего, победить мужчину таких размеров.

Мужчина был весь в грязи, но его густые светлые волосы блестели под солнечным светом, и при виде этого у Фрейи сердце забилось чаще.

— Эй, ты там! С тобой все в порядке? - она окликнула его, осторожно приблизившись, но он не ответил.

Присмотревшись, она заметила на его теле раны.

«Я не думаю, что он может причинить мне вред, учитывая его состояние.»

Посмотрев по сторонам, она никого не увидела поблизости.

«Нужно разобраться с этим, как можно скорее.»

Положив кирку на землю, Фрейя с трудом сняла незнакомца с забора. В тот момент, когда она посмотрела ему в лицо, она вскрикнула и рефлекторно прикрыла рот руками:

— Лукас!

Как, черт возьми, он оказался здесь в таком состоянии? У нее было два варианта: либо махнуть на него рукой, либо - помочь ему.

Тяжело вздохнув, Фрейя еще раз огляделась по сторонам, и затем решила перенести его в дом. Она побежала в сарай и вскоре вернулась с толстой кожаной упряжью, и натянула ее так, чтобы было удобнее тащить его к дому. Пот стекал по ее спине, когда она изо всех сил пыталась двигаться вперед вместе с ним.

«Он слишком тяжелый!»

Наконец, после мучительного часа усилий, в течение которого она тащила его по твердой земле, Фрейя переступила порог входной двери и уложила Лукаса на мягкое одеяло возле старой дровяной печи. Забор нуждался в починке, и она быстро вернулась на улицу, чтобы заняться им. После этого она зачистила следы Лукаса, пройдя по пути, которым он шел сюда. Даже когда она разбиралась с внезапно возникшими делами, ее мысли были поглощены мужчиной, которого оставила одного в своем доме, и она задумчиво покачала головой.

Уже опустились сумерки, когда она вернулась в дом, чувствуя дикую усталость. Прижавшись спиной к двери, Фрейя испустила еще один долгий вздох. Неужели, желание начать новую тихую жизнь было чем-то запредельным, чтобы просить об этом?

— Почему именно я? - спросила она, глядя в высокий потолок.

В ее больших глазах отразился ярко-красный цвет, когда она посмотрела на лужу крови вокруг обмякшего тела Лукаса. Она прямо подпрыгнула при виде того, что он лежит в таком плачевном состоянии. Прикрыв глаза руками, чтобы оградиться от этого ужасного зрелища, она нахмурилась, почувствовав боль от колючек в кончиках пальцев. Видимо они застряли там, когда она заметала его следы.

«Неужели это и правда происходит со мной?»

Одеяло, которое она положила под Лукаса, было практически полностью пропитано его кровью, и она быстро принесла ему другое. Прикрывая его, она тихо прошептала:

— Дай мне взглянуть на твои раны.

Но для этого ей нужно было снять с него одежду. Она привыкла видеть обнаженные тела мужчин на поле боя, но по какой-то причине кончики ее пальцев слегка дрожали. Возможно, это было потому, что в этом доме были лишь они вдвоем.

Она покачала головой, ее лицо было полно решимости:

— Лукас сейчас, всего лишь пациент.

Она открыла аптечку первой помощи, которую взяла с полки на кухне и попыталась осмотреть его раны, но с закрытыми глазами он застонал, напугав ее.