На лице Ци Ся отразилось сомнение: он только что пробовал – обратный крюк этого гарпуна слишком хитер, вырвать его из тела почти невозможно.

Глядя на хлещущую кровь, Ци Ся на мгновение впал в транс.

Неужели они и правда мертвы?

Разве мертвые… могут получать раны?

Ци Ся тряхнул головой. Сейчас не время для философии, нужно срочно резать веревку.

Все гарпуны медленно отползают назад, как использовать один из них, чтобы перерезать привязь Хань Имо?

Ясно одно: когда веревки полностью втянутся в стены, гарпуны исчезнут, и Хань Имо погибнет.

«Нужно придумать, как добыть один гарпун… но как…» – Ци Ся нахмурился, быстро оглядываясь по сторонам.

Придется рискнуть еще раз.

Он схватил с пола два медленно отползающих гарпуна и быстро связал их веревки между собой мертвым узлом.

— Эй! Хватит стоять вокруг Хань Имо, — скомандовал Ци Ся. — Делайте как я! Нам нужно оставить хотя бы один гарпун.

Линь Цинь мгновенно уловила его мысль, тоже нашла два гарпуна и ловко завязала узел.

Но форма ее узла была странной, Ци Ся таких никогда не видел.

Впрочем, размышлять было некогда, он следил за своей парой гарпунов.

Веревки натягивались все сильнее, сцепившись друг с другом.

Если так пойдет дальше, одна из них скоро лопнет, и гарпун останется у них.

Ци Ся медленно попятился. Две струны издавали жуткий гул; если он прав, лопнувшая под таким натяжением веревка может кого-нибудь покалечить.

И действительно, секундой позже одна из веревок с грохотом лопнула.

Освободившийся конец бешено станцевал в воздухе и с силой хлестнул по полу, оставив глубокую борозду.

Ци Ся бросился вперед, чтобы развязать узел до того, как гарпун утянет в стену.

Но тут он обнаружил, что две веревки, которые он связал, от чудовищного натяжения деформировались так сильно, что не то что развязать – саму форму узла было уже не узнать.

— Готово! — Крикнула неподалеку Линь Цинь. — У кого силы побольше? Быстро режьте веревку писателя!

— Готово?

Ци Ся обернулся и увидел, что хитроумный узел Линь Цинь сам развязался в момент разрыва одной из веревок.

Офицер Ли, который даже первый узел завязать не успел, услышав это, поспешно бросил свой гарпун:

— Я разрежу, давай сюда!

Схватив гарпун, офицер Ли в три прыжка оказался за спиной Хань Имо, которого уже почти притянуло к стене.

К счастью, гарпун в руке хоть и был колющим оружием, но его грани имели тонкую заточку, вполне пригодную, чтобы сойти за нож.

Цяо Цзяцзинь тоже бросился на помощь. Хотя Ци Ся придумал решение максимально быстро, до стены Хань Имо оставалось меньше полуметра.

Боль от натяжения была невыносимой, ему приходилось ползти за веревкой назад, иначе крюк в груди превратил бы его жизнь в ад.

Офицер Ли схватил веревку за спиной писателя, на миг задумался, прицелился в участок ближе всего к телу и начал пилить острой гранью гарпуна.

Рука у него была твердой, каждое движение точно попадало по цели.

Но веревка оказалась прочнее, чем они думали: несколько проходов оставили лишь крошечную зазубрину.

Он быстро оценил обстановку и понял, что дело плохо.

Веревка, конечно, рано или поздно перетрется, но времени у них не было.

Меньше чем через минуту Хань Имо коснется стены, и тогда подобраться к веревке со спины станет невозможно.

— Во диу, да сколько можно? — В нетерпении спросил Цяо Цзяцзинь. — Ты копаешься, этот фэньчан сейчас сдохнет!

— Не трынди! — Огрызнулся офицер Ли, налегая на импровизированный нож.

Хань Имо был все ближе к стене, а лицо офицера Ли покрылось потом.

Психологическая устойчивость у него была железная: несмотря на гнетущую атмосферу, он орудовал крошечным гарпуном без единой ошибки, попадая точно в надрез.

Но вот до стены осталось меньше тридцати сантиметров, и руке офицера Ли уже не хватало места для замаха.

Цяо Цзяцзинь среагировал молниеносно: он вклинился между Хань Имо и стеной, подставив свое тело. Хань Имо, конечно, ударился раньше времени, но зато расстояние до стены зафиксировалось на короткое время.

— Легавый! Быстрей!

Офицер Ли задержал дыхание и продолжил пилить. Веревка была перерезана уже больше чем наполовину, но все еще держалась.

Хань Имо непрерывно выл от боли. Гарпун, прошив тело насквозь, теперь своим крюком впивался обратно в грудную клетку; кровь залила всю одежду, зрелище было жутким.

— Я умру, да? — сквозь зубы простонал Хань Имо. — Я точно умру… кто же так жаждет нашей смерти…

— Будь мужиком! — Строго сказал офицер Ли. — Столько людей пытаются тебя спасти, прекрати ныть!

Услышав это, Хань Имо тут же замолчал. Он понимал: офицер прав. Все вокруг суетятся ради него, нельзя быть обузой.

Крюк глубоко вошел в плоть, он издал сдавленный стон и стиснул зубы.

Доктор Чжао, заметив это, тут же сунул ему в рот скрученный кусок ткани.

В состоянии запредельной боли человек может раскрошить себе зубы.

Все столпились вокруг Хань Имо.

Короткие двадцать секунд растянулись на часы, пока офицер Ли методично перепиливал трос.

Наконец, с последним движением руки, прочная веревка лопнула.

В тот же миг Хань Имо и Цяо Цзяцзинь, потеряв опору, рухнули на пол.

Окружающие тут же подхватили их.

Похоже, жизнь Хань Имо была спасена.

Доктор Чжао немедленно оттащил раненого в сторону и начал осмотр. Ситуация с раной была ожидаемой: по-прежнему требовалось извлечь гарпун спереди.

Самой большой проблемой сейчас была кровопотеря.

Доктор Чжао долго размышлял, но в итоге просто заткнул рану вокруг древка несколькими тряпками.

— Эй, доктор, ты не вытащишь эту штуку? — Спросил Цяо Цзяцзинь.

— Нельзя, иначе он умрет, — с мрачным лицом ответил доктор Чжао.

— Умрет? — Удивился Цяо Цзяцзинь и шагнул вперед, толкнув доктора. — Ты че творишь? Мы столько сил потратили, а ты его спасать не будешь?

— Я именно это и делаю! — Доктор Чжао раздраженно стряхнул руку Цяо Цзяцзиня. — Грубо говоря, этот гарпун – единственное, что держит его на этом свете.

— Почему? — Не удержалась от вопроса Сяо Жань.

— Если вытащить гарпун, останется лишь зияющая рана, и смерть от кровопотери станет вопросом времени, — хладнокровно пояснил доктор Чжао. — А если оставить его как есть, то, несмотря на дикую боль, от потери крови он не умрет. Мелкие сосуды скоро затромбируются, и кровотечение временно остановится.