]

— Постойте… — Ци Ся нахмурился, словно его осенило. — Одновременно сопротивляться врагу и защищать своих?

Звучит как очень знакомая ситуация.

Есть… на этот раз действительно есть выход.

Ци Ся подбежал к плите, поднял тяжелый диск на ребро и медленно покатил его по полу, словно проверяя осуществимость своего плана.

— Эй! Цяо Цзяцзинь! — Крикнул Ци Ся. — Я нашел «ответ»! Давай ко мне!

— Я долго ждал этих слов, — медленно проговорил Цяо Цзяцзинь. — Жди, сейчас буду.

Медведь смутно почувствовал, что «добыча» хочет сбежать, и снова встал на задние лапы, увеличивая радиус атаки.

Но Цяо Цзяцзинь вовсе не собирался убегать. Он вдруг сделал скачок вперед, широко расставил ноги и, вложив инерцию корпуса в плечо, наотмашь ударил правым кулаком с разворота прямо в медвежью морду.

Бах!

Громкий звук удара – кулак смачно впечатался в морду зверя, отбросив его на полтора шага назад.

Медведь на мгновение замер, шумно выдыхая носом горячий воздух, затем тряхнул головой, словно от этого внезапного удара у него помутилось в глазах.

Он никак не ожидал, что у этой вечно убегающей «добычи» окажется такая взрывная сила.

Цяо Цзяцзинь встряхнул отбитую руку и выругался:

— А ты крепкий, тупица…

Придя в себя, медведь разинул пасть, издал несколько громких рыков и в ярости снова обрушил лапы вниз.

Цяо Цзяцзинь внимательно следил за движениями противника; короткий отскок правой ногой, затем смена центра тяжести переступанием – он не только уклонился от удара, но и заставил медведя потерять равновесие и чуть не рухнуть.

Воспользовавшись моментом, он слегка пригнулся и выбросил апперкот снизу, жестко попав зверю в челюсть.

Раздался странный вой – медведь пропустил еще один удар.

Хотя для его толстой шкуры такой урон не представлял особой угрозы, он начал опасаться человека перед собой.

— Во диу, рука скоро отвалится, а ты все не падаешь? — Цяо Цзяцзинь сплюнул на пол, затем кувырком вперед проскользнул мимо медведя.

Увидев это, Ци Ся тоже немного опешил. Он считал Цяо Цзяцзиня обычным бандитом, но, похоже, его боевые навыки были весьма серьезными.

Эти движения напоминали не уличную драку, а скорее смешанные единоборства.

Цяо Цзяцзинь подбежал к Ци Ся, потряхивая правой рукой, и спросил:

— Что делаем?

— Давай! — Очнулся Ци Ся и помахал ему. — Держи эту плиту, будешь блокировать атаки медведя.

— И все? — Недоуменно спросил Цяо Цзяцзинь. — Лжец, ты спятил? Я думал, у тебя идея получше!

— Нет, это лучшая идея! — Ци Ся подтянул Цяо Цзяцзиня к себе, заставляя взяться за плиту.

Но железяка была круглой, на полу стояла неустойчиво и запросто могла укатиться.

Цяо Цзяцзиню пришлось присесть и упереться в диск плечом, чтобы хоть как-то его зафиксировать.

— Эта штука очень тяжелая… — сквозь зубы процедил он. — Я ее не подниму…

— Тебе и не надо ее поднимать, — объяснил Ци Ся. — Просто кати ее по земле!

— Диу, это я понял, но так я не вижу эту скотину, — возразил Цяо Цзяцзинь. — Эта здоровая плита перекрывает обзор, я не знаю, где он. Как отбиваться?

В это время медведь, разъяренный еще сильнее, осторожно приближался к ним.

— Я буду твоими глазами, — сказал Ци Ся, встав за спиной Цяо Цзяцзиня.

— Ты?

— Да. Я буду держать тебя за одежду сзади, — ответил Ци Ся. — Потяну вправо – кати плиту вправо, потяну влево – кати влево.

— Ладно… — Цяо Цзяцзинь кивнул и начал разворачивать плиту, стараясь направить ее на медведя. — Если так подумать, мы двое вроде не должны помереть… Только не знаю, не прибежит ли та кучка фэньчанов отбирать плиту.

— Не прибежит, — отрезал Ци Ся. — Потому что я собираюсь спасти всех здесь присутствующих.

— Ты о чем, ме-е? — Опешил Цяо Цзяцзинь. — Ты хочешь этой плитой прикрыть всех?!

— Эй! — Ци Ся повернул голову и крикнул дерущейся толпе:

— Если продолжите, точно сдохнете. Хотите жить – вставайте мне за спину.

Услышав слова Ци Ся, люди опомнились, посмотрели на него, а затем на плиту в руках Цяо Цзяцзиня.

Мужчина средних лет первым поднялся на ноги, вытирая лицо, расцарапанное в потасовке неизвестно кем:

— Вы, два гуапи, а ну бросьте железную плиту!

Он, спотыкаясь, побежал к Цяо Цзяцзиню, явно намереваясь отобрать спасительный щит, но тот не мог разжать рук и лишь сверлил мужчину взглядом.

Но тут Ци Ся сделал шаг вперед, преграждая путь.

— Эй! Отойди! — Заорал старина Лю. — Очкарик! Помогай!

В голове Ци Ся мелькнула мысль: «Принцип Парето. Право решать зачастую принадлежит лишь двадцати процентам людей. Чтобы контролировать группу, достаточно взять под контроль немногих…»

Не успел мужчина позвать подмогу, как Ци Ся внезапно выбросил руку и мертвой хваткой вцепился ему в горло.

Тот и подумать не мог, что этот с виду интеллигентный парень окажется таким жестоким, и на мгновение растерялся.

— Кончай балаган, — произнес Ци Ся. — Хочешь жить – слушайся меня.

— Слушаться тебя?! — В глазах мужчины вспыхнул гнев. — Ты кто такой? С чего мне тебя слушать?

Пальцы правой руки Ци Ся сжимались все сильнее, впиваясь в глотку противника:

— Я с тобой не договариваюсь.

Увидев это, Цяо Цзяцзинь невольно нахмурился.

Раньше он считал Ци Ся просто умным и думал, что с ним есть шанс выжить, но никак не ожидал от него такой беспощадности.

— Кха-кха… ты… отпусти… — старина Лю, чувствуя, что задыхается, начал бить Ци Ся по руке. — Ты псих, что ли…

— Либо я задушу тебя прямо здесь, либо ты смирно встанешь назад, — взгляд Ци Ся был ледяным, словно лишенным всяких чувств. — Выбирай один из двух вариантов.

Очкарик, видя это, поспешил подбежать и взмолился:

— Брат… не надо, не надо так… отпусти старину Лю…

Говоря это, он все же менял позицию, заходя к Ци Ся сбоку и шаг за шагом приближаясь к нему.

Ци Ся быстро смерил его взглядом: очки парня были разбиты с одной стороны в драке, и выглядел он жалко.

«Законы охоты…», – Ци Ся впился глазами в обоих, мысленно проговаривая: «Охотник обязан быть свирепее добычи. Какой бы хитрой ни была жертва, у нее есть уязвимые места…»

— Брат, ты отпусти сначала… а то ведь…

Очкарик подступал все ближе, явно что-то задумав.

Лицо Ци Ся стало еще холоднее. Он резко выбросил другую руку, но на этот раз не схватил за горло, а вцепился в щеки парня, вдавив большой палец прямо в разбитую линзу очков.

— Твою мать! — Вскрикнул Очкарик и тут же крепко зажмурился.

— Если тоже хочешь проблем, я вотру осколки тебе в глаз.

— Не-не-не…! — Очкарик в панике замахал руками; скрючившись и задрав голову, он боялся даже шелохнуться. — Я понял, понял, брат! Мы все сделаем, как скажете.