С тех пор как я помог Ватануки-сэмпай расслабиться, пролетели выходные, и вот уже наступил вторник.

Сегодня у клуба кюдо снова выходной, а значит, это отличный шанс обстоятельно поговорить с сэмпаем.

Последние несколько дней я обдумывал решение её проблемы, основываясь на информации, полученной в ходе нашего тесного общения. План действий в целом намечен. Осталось только изложить его ей.

Классный час закончился, и я начал собирать вещи. Сегодня Ватануки-сэмпай снова придет ко мне. В обед я написал ей: «Устроим стратегическое совещание у меня в комнате». Надо поспешить домой...

— Йоу, Амэмото, может, выберешься хоть раз с нами? Мы как раз народ собираем!

— Идем в бэттинг-центр, кто первый выбьет хоум-ран — тот и победил. Проигравшие проставляются стейками!

Стоило выйти в коридор, как меня перехватили парни, у которых сегодня тоже не было клубных занятий. Эй, да это даже соревнованием не назовешь. Я буду просто выбивать граунд-болы, а с меня в итоге стрясут деньги на стейки.

— Извиняйте, у меня уже есть планы. Как-нибудь в другой раз, обязательно.

— Опять? Амэмото, тебя фиг куда вытащишь, если дело не касается игр.

Просто в играх (особенно в шутерах) особо напрягать мозги не нужно, так что я могу играть даже в расслабленном состоянии. Я из тех, кто четко разделяет режимы работы и отдыха.

— Ну так с кем у тебя там планы? Зови его тоже в бэттинг-центр, погнали вместе!

— А ты голова! Точно, чем больше народу, тем веселее.

— Э-э-э... ну, так-то оно так...

Дело дрянь. Я слишком часто отказывался от всего, что не связано с играми, так что теперь сформировался тренд на принудительное вовлечение меня в коллектив под девизом «да хватит уже ломаться».

И что мне делать? Стоять рядом с машущими битами парнями и обсуждать с ней: «Знаете, проблема вашего образа жизни, Ватануки-сэмпай, заключается в том, что...»? Ничего себе «стратегическое совещание» получится.

— Ну, не знаю, что об этом подумает человек, с которым я встречаюсь...

Я попытался ответить уклончиво, хотя, честно говоря, мне казалось, что она вполне могла бы согласиться. Более того, она бы первой выбила хоум-ран и с аристократическим видом съела бы выигранный стейк. А я ведь как раз хочу, чтобы Ватануки-сэмпай хорошо питалась.

— Не темни, Амэмото. С кем встречаешься-то в итоге?

— Ну...

Я уже собирался ответить, как вдруг чья-то рука легла мне на плечо.

— Я зашла за тобой, Амэмото-кун. Добрый день.

Это была Ватануки-сэмпай.

Она улыбалась столь ослепительно, излучая невероятную ауру, что трудно было поверить: всего неделю назад она издавала странные звуки во время массажа, плакала, поедая печенье, а потом, успокоившись, тут же сбежала домой.

— Э-э... сэмпай, мы же договаривались встретиться не здесь?

— Сюрприз. Подумала, так будет веселее. Простите, мальчики, но я договорилась с ним раньше. Я забираю Амэмото-куна, вы не против?

— А, да, конечно. Если это старшая сестрица Ватануки, то без проблем.

Одноклассник, на которого она бросила взгляд искоса, сжался и застыл.

Похоже, она достаточно известна, раз её называют «старшей сестрицей Ватануки» даже без представления. И хотя парни только что были настроены затащить меня силой, теперь никто и не думал меня удерживать. Её присутствие полностью подчинило себе обстановку.

— Что ж, идем?

Ватануки-сэмпай грациозно зашагала прочь. Я бросил парням короткое «в другой раз» и поспешил следом.

— Ну Амэмото дает!

Позади послышался возбужденный гул голосов. Эй, у нас с ней не такие отношения, поняли? Кажется, потом мне придется долго оправдываться. Может, просто сказать кому-нибудь позже, что у нас было деловое поручение?

А вообще, интересно, что сейчас думает идущая впереди сэмпай...

Мне стало любопытно взглянуть на её лицо, и я попытался обогнать её на полшага.

Взгляд у неё был, как обычно, строгий, но вот губы... как бы это сказать... они словно застыли в промежуточном состоянии: то ли она сдерживала ухмылку, то ли пыталась сохранить серьезность. Что это вообще за выражение?

Заметив, что я поравнялся с ней, сэмпай с этим загадочным выражением лица произнесла:

— Мы ведь учимся в одной школе, скучно каждый раз встречаться уже на месте. Вот я и решила зайти. Я помешала?

— Нет, совсем не помешали...

Конечно, если поползут слухи, что мы с Ватануки-сэмпай встречаемся, внимание ко мне резко возрастет.

И тогда моя мечта о «школьной жизни без стресса», к которой я так стремился после того, как подорвал физическое и ментальное здоровье в средней школе, может оказаться под угрозой...

Но слухи — это всего лишь слухи. Недопонимание скоро разрешится.

Мы ведь не встречаемся, так что проблем быть не должно. Наоборот...

— Мне было очень приятно, что вы зашли за мной. Спасибо.

— Хи-хи, рада это слышать. Значит, я не зря бежала к тебе сразу после уроков, так хотелось поскорее увидеться... Только давай сохраним это в тайне от учителей, хорошо?

сэмпай приложила указательный палец к губам.

Все-таки в школе её аура ослепительной красавицы никуда не девается. Возможно, она играет эту роль неосознанно.

— Понял. Раз вы так спешили, значит, вам не терпится узнать решение проблемы, которое я придумал за выходные. Я прав?

— Нет. Не угадал.

Никогда не любил викторины. Тогда зачем она так спешила?

— Хи-хи, какой же ты иногда непонятливый.

Когда она так легко и непринужденно смеется, в ней очень сильно чувствуется старшая сестра.

Здесь, в школьном коридоре, непоколебимое спокойствие Ватануки-сэмпай казалось непробиваемым.

Желание пробить эту крепкую защиту — наверное, это натура геймера во мне говорит...

Пока я размышлял об этом, сэмпай снова усмехнулась.

— Впрочем, я не переживаю насчет того, как ты собираешься решать мою проблему. Я ведь готова поставить на кон всё, что угодно.

Она вышла вперед красивой походкой, словно по подиуму, и обернулась.

Приняв эффектную позу и положив руку на бедро, она тихо произнесла:

— Я рассчитываю на тебя и доверяю тебе, мой Контрактор.

«Ага, вот оно, слабое место. Можно контратаковать».

— Ватануки-сэмпай, давайте вы не будете называть меня «Контрактором» на людях. Это смущает.

— ?!..

Сохраняя модельную позу, Ватануки-сэмпай начала стремительно краснеть. На этот раз это явно не из-за плохого самочувствия. Меня наполнило чувство триумфа: защита пробита.

— ...Ну вот. Ты же сейчас специально, да? У тебя было такое злорадное лицо. Насмехаться над вкусами сэмпая — нехорошо... Ну-ка иди сюда...

— П-простите, кровь геймера взыграла... Ха-ха, подождите, щекотно же!

сэмпай с укоризненным взглядом подошла ко мне и начала тыкать пальцами мне в бока. Ух, чувство вины теперь перевешивает радость победы!..

В то же время вокруг поднялся шум. На нас устремились взгляды, как на какую-то диковинку. Ну еще бы, она ведь знаменитость. Высокая красавица с раскрасневшимся лицом привлекает внимание.

Ватануки-сэмпай, видимо, тоже это заметила. Чтобы никто не подслушал, она приблизила лицо к моему уху и прошептала:

— Давай уйдем отсюда. Продолжим у тебя дома... Я пойду вперед. Жду тебя.

— Х-хорошо.

От этого внезапного шепота мне стало еще более щекотно, чем от тычков в бока.

Ватануки-сэмпай снова грациозно зашагала прочь, словно этих нескольких секунд общения между нами и не было. Она шла так быстро, что мне было не угнаться.

Оставшись в одиночестве, я подумал:

«И чего я вдруг начал поддразнивать Ватануки-сэмпай? Обычно я бы не сказал такого, даже если бы подумал...»

Это нехорошо. Нужно запечатать свою геймерскую страсть к пакостям где-то в глубине души. Я ведь должен поддерживать Ватануки-сэмпай. Серьезнее, серьезнее.

Я похлопал себя по щекам, переключаясь на предстоящее стратегическое совещание.

Скрипя маркером, я вывел заголовок на белой доске.

Сейчас начнется «Первое совещание по снижению жизненной нагрузки Ватануки Рино-сан».

Закончив писать, я обернулся: единственная участница, сидя на полу и обхватив колени руками, тянула руку.

— Да, вопрос?

— Прошу, Ватануки-сэмпай.

— На прошлой неделе этой доски здесь не было, верно? Откуда ты её притащил? — опустив руку, спросила сэмпай, склонив голову набок, но не меняя позы.

Похоже, она привыкла к третьему визиту в дом Амэмото и вела себя вполне непринужденно.

Что ж, то, что она расслабилась — неплохо. Но вот защита юбки слабовата. Будет неловко, если я увижу её трусики (доверие ко мне как к кохаю упадет), так что хотелось бы оборону покрепче. Я больше не буду её пробивать.

Я повернулся обратно к доске и сказал:

— Эта доска из комнаты Мэй. У неё привычка собирать вещи, которыми она обычно не пользуется. Под предлогом «когда-нибудь пригодится». Я периодически навожу у неё порядок.

— Хе-е. Маски, наручники... Впечатляющая комната у Мэй-сан. Может, попросить её пустить меня туда в следующий раз?

— ...Давайте пока оставим интерес к комнате Мэй. Сначала сосредоточьтесь на моей комнате.

— Ой. Прости, что заговорила о чужой комнате. Хи-хи, ты что, приревновал?

— Я-я не ревную. С чего бы мне? В моей комнате всё равно уютнее...

— Аха-ха, всё-таки ревнуешь. Хотя, наверное, у тебя и правда уютнее. На прошлой неделе я на собственном опыте в этом убедилась.

Ватануки-сэмпай погладила рукой зеленый ковер на полу.

Затем она сменила позу, сев по-русалочьи. Теперь её ноги были сомкнуты, и риск увидеть белье исчез. Я облегченно кашлянул и произнес:

— ...То, что вы расслабились — это замечательно, но у нас тут стратегическое совещание. Пожалуйста, соберитесь, хотя бы как на тренировке в клубе.

— Хм, ты прав. Что ж, давай послушаем, какое решение предлагает Амэмото-кун.

Ого, как она резко стала серьезной. Я эмоционально не успеваю за такой скоростью переключения...

Н-нет, ладно, перейдем к делу. Я ведь и так отнимаю у неё драгоценный выходной.

— Итак... Наблюдая за вашей жизнью, Ватануки-сэмпай, я нашел моменты, где можно снизить нагрузку прямо сейчас. С этого и начнем улучшение.

— С этого? А я думала, ты расскажешь какие-нибудь хитрости, как сократить время на учебу.

Верно, проблема сэмпая заключалась в следующем: «Из-за того, что приходится тратить слишком много времени на трудную учебу, я поздно ложусь спать, и усталость сказывается на всех сферах жизни».

Однако, тесно общаясь с ней, я первым делом понял, что не только учеба подтачивает её физическое и душевное здоровье. Этот человек взваливает на себя кучу ненужных нагрузок в повседневной жизни. Именно поэтому.

— Тише едешь — дальше будешь. Накопление мелких улучшений должно привести к большому результату.

Я снова заскрипел маркером по доске.

Для начала вот это.

[1. Перестать носить лук в школу и обратно!]

— Я спросил Урусибару, и он сказал, что все в клубе оставляют луки на стрельбище. Давайте прекращать это.

— Что..?! Подожди, Амэмото-кун. Ношение собственного лука оттачивает моё самосознание как члена клуба кюдо!

— Вам уже нечего оттачивать, вы и так сияете, что глаза слепит.

— ...Это служит рекламой клуба кюдо, понимаешь?

— Вряд ли кто-то вступит в клуб осенью.

— ...Он тяжелый, так что дорога в школу заменяет утреннюю тренировку! Я это скрывала, но это главная причина. Ну как тебе такой аргумент?!

И не надо делать такое победное лицо, будто выложили скрытого джокера. Это абсолютно битая карта.

— Это хуже всего. Таскать тяжести из школы нужно только перед длинными каникулами, и этого вполне достаточно.

Я проверил: луки, используемые в кюдо, весят около килограмма. Нет нужды таскать такую тяжесть в дни тренировок, когда усталость и так гарантирована.

— Я беспокоюсь, что однажды вы просто свалитесь по дороге. Пожалуйста, согласитесь ради снижения рисков.

— У... Ладно, буду оставлять лук... Я послушно сделаю, как ты говоришь...

Ватануки-сэмпай, смирившись, слегка кивнула. Значит, ненужная нагрузка по пути в школу и домой устранена. Отлично, идем дальше.

— Следующий пункт.

[2. Плотно обедать!]

— Двух соленых булочек недостаточно для восполнения энергии, даже если вы малоежка. Вы напрягаете голову в школе, так что нужно нормально питаться.

— М-м... Но если переедать, то знаешь... можно и потолстеть?

Замечательное замечание, свидетельствующее о высоком уровне самоконтроля, но мне придется стать демоном и отвергнуть его.

— Да что такое небольшая прибавка в весе? У вас такая прекрасная модельная фигура, что немного лишнего вам не повредит. Даже если вы переедите, ваше очарование, сэмпай, ни капли не пострадает, так что, пожалуйста, ешьте больше!

— ...У-угу, поняла, буду много есть в обед... Не надо так горячиться...

Ватануки-сэмпай часто закивала. То ли испугавшись моего напора, она прижала к себе диванную подушку и спрятала в ней нижнюю половину лица. Простите, я почему-то завелся не на шутку.

— И последнее.

[3. Разберемся с утренними пробежками!]

— А-Амэмото-кун?! Как же так, бег ведь полезен для здоровья?!

— Ранний подъём в состоянии недосыпа ради пробежки в десять километров никак не может быть полезен для здоровья, верно?

— ..Беда, тут не поспоришь!

Да, высокая базовая выносливость Ватануки-сэмпай наверняка является заслугой утренних кардиотренировок.

Однако при её нынешнем ритме жизни вреда от них, скорее всего, больше, чем пользы.

— Но погоди, это мой распорядок уже много лет. Я чувствую себя не в своей тарелке, если не побегаю с утра... Да и организм сам просыпается...

— Я же не говорю бросать совсем. Просто если засиделись за учебой допоздна, стоит воздержаться от бега или сократить дистанцию. Нужно подходить к этому гибче.

«Честно говоря, меня больше удивляет, что до сих пор она бегала каждое утро... Хотя, когда я стремился стать профи в FPS, я тоже тренировался на стрельбище по часу каждое утро, как бы ни уставал. Может, это то же самое. В то время мне было страшно отдыхать».

— Ну как? Начнем с этих трёх пунктов. Справитесь?

— ...Да, пожалуй, попробую. Раз уж ты придумал эти идеи, я воплощу их в жизнь. Предоставь остальное мне, доложу о результатах позже.

На лице Ватануки-сэмпай читалась решимость, а в её голосе и поведении сквозила уверенность.

Будь мы перед финалом командных соревнований, я бы, наверное, прослезился от того, какая она надежная.

Но мы не на турнире, а в моей комнате, и это не финал, а «Совещание по снижению жизненной нагрузки Ватануки Рино-сан».

«Что же делать, вообще не внушает доверия...»

— Так... на этом совещание закончено, полагаю. Что будем делать дальше, Амэмото-кун? Могу я рассчитывать на такой же теплый прием, как в прошлую пятницу?

— Э-э, специальный курс релаксации только раз в неделю... Так что можете идти домой или просто отдохнуть здесь.

— Тогда, раз уж у нас контракт... пожалуй, отдохну в твоей комнате.

С этими словами Ватануки-сэмпай достала из школьной сумки справочник по английскому. Хоть она и напевала что-то под нос, но читать принялась, сидя в строгой позе сэйдза. Она точно правильно понимает слово «отдохнуть»?

«...Тревожно мне. И правда ли Ватануки-сэмпай выполнит то, что я ей сегодня сказал?..»

◆

Одолеваемый беспокойством, через два дня после совещания, в обеденный перерыв, я пришел проведать Ватануки-сэмпай.

Проверить утреннюю пробежку и ситуацию с луком по дороге в школу не удалось: мы просто разминулись по времени.

Зато я мог посмотреть, как она обедает. Решил заглянуть к ней по пути в столовую.

Мэй говорила, что учится в соседнем классе, так что аудитория сэмпая должна найтись быстро...

А, вот она. Украдкой заглянув в кабинет второкурсников через заднюю дверь, я увидел Ватануки-сэмпай, сидящую недалеко от входа.

За столом сидели трое, включая Аямори-сэмпай из клуба кюдо, но мой взгляд, игнорируя всё остальное, оказался прикован к одной детали.

К столу Ватануки-сэмпай.

— М-может, хватит уже, Рино-тян? Тебе же вчера плохо было после еды!

— Пф, не останавливай меня, Аямори. У меня есть обещание, данное кохаю, и я должна его сдержать.

Перед Ватануки-сэмпай, произнесшей это с решительным видом, возвышалась гора упаковок из-под хлеба. Реальная такая гора.

— В обед нужно есть как можно больше.

Эй, нет, это явно перебор... Знайте меру, сэмпай... Ох, кажется, с ней будет непросто. Что это за хлебная башня?

От визуального шока я, всё ещё прижимая к себе бенто, присел на корточки в тени двери. И невольно перешел в режим подслушивания. Уж слишком сильным было потрясение.

Сидя на корточках в коридоре, я огляделся. Людей было мало. Даже если меня заметит кто-то из незнакомых второкурсников, такого неприметного ученика, как я, тут же забудут.

Пока я молился, чтобы не попасться на глаза знакомым, разговор сэмпаев продолжался.

— Рино-тян, ты какая-то странная с позавчерашнего дня, не находишь? Вроде бы даже лук в школе оставила...

О, насчет лука она слово сдержала.

Нет, насчет увеличения обеда тоже сдержала. Просто в каком-то совершенно безумном ключе.

— Да. Тот кохай переживал за меня. Он дал мне совет.

— Переживал?

— Беспокоился, что, если что-то случится, я сломаюсь под тяжестью лука за спиной.

Верно, это снизит риск получить травму при падении или очередном приступе анемии из-за тяжести.

Слава богу. Теперь по дороге в школу и обратно на неё не будет давить лишний груз, и усталости у Ватануки-сэмпай хоть немного, да поубавится...

— Поэтому с сегодняшнего дня я решила по пути в школу носить на лодыжках утяжелители по полкило.

Чего?.. (У меня аж челюсть отвисла).

— Так я не надорвусь, но смогу поддерживать умеренную физическую нагрузку.

Впервые вижу человека, который в реальной жизни носит утяжелители в быту. Вы из какой боевой манги сбежали? С кем вы там сражаться собрались, так тренируясь?..

— Ах да, утреннюю пробежку я тоже немного изменила по совету того кохая.

Но, судя по тенденции, она и тут наверняка выкинула что-то эдакое, да?

— Раз десять километров каждое утро — это многовато, со вчерашнего дня я бегаю только пять.

...О, ну ведь неплохо же. Ватануки-сэмпай, это ведь хорошее изменение, правда?

— А освободившееся время я отвела на спортивную ходьбу. Сегодня прошла около семи километров. Было приятно неспешно любоваться пейзажами.

Она говорит об этом с таким свежим и отдохнувшим видом, но... разве общая дистанция не увеличилась?!

...Меня обвели вокруг пальца, как ребенка!..

— Вот как. Ну, Рино-тян и правда сегодня выглядит довольной, да и настроение получше обычного.

— Ага, дельный совет ей дали. Рино у нас вечно такая скованная, а тут вроде немного оттаяла, не?

Аямори-сэмпай понимающе кивнула, и незнакомая старшеклассница улыбнулась.

Нет, конечно, мои советы похвалили, но лично я результатом не удовлетворен, или, точнее...

— Я тоже благодарна этому кохаю... Правда.

Но услышав её тихий, но такой живой голос, я... ладно. Пожалуй, смирюсь. Почти смирился.

На этот раз пусть будет так.

Эта попытка была чем-то вроде джеба.

Реакция противника понятна.

В следующий раз я пробью прямым и добьюсь более явных перемен в жизни Ватануки-сэмпай... Приняв это решение, я—

— Т-Тоя? Ты чего сидишь на корточках в коридоре второго этажа?

— Э?

Создатель моего бенто, Мэй, смотрела на меня с искренним беспокойством.

Похоже, она только что вернулась из туалета — в руке был зажат носовой платок.

Черт, меня спалил тот, кому попадаться хотелось меньше всего! Другие старшеклассники просто подумали бы: «неприметный первогодка ведет себя странно» и прошли бы мимо, но тут!..

— ...Если тебе не с кем поесть, хочешь к нам в компанию?

А-а, ну вот, она смотрит на меня как на «бедного несчастного родственника»!

— Ну же, идем? Обещаю-обещаю, мы будем рады Тое куда больше, чем первогодки!

— Нет, подожди, первый класс — это не банда злодеев, которые третируют твоего брата. Вообще-то, я там вполне неплохо устроился.

— После того, как я увидела этот одинокий перерыв в коридоре, я тебе не верю! Тоя, ты ведь пришел увидеться со мной, да? Ну же, не стесняйся, пошли!

— Э, погоди!..

В итоге Мэй буквально затащила меня в класс второкурсников.

К слову, после этого меня завалили вопросами (читай: превратили в игрушку) местные гяру.

Подслушивать нехорошо — в этом я твердо убедился, пока меня тискали сияющие старшеклассницы.

◆

Стоило Ватануки-сэмпай войти в мою комнату, как её глаза засияли.

Она сидела в позе сэйдза и то и дело поглядывала на меня, словно ребенок, получивший хорошую оценку за контрольную.

— Амэмото-кун, Амэмото-кун, последние несколько дней я очень старалась.

— Похоже, вы и правда воплотили в жизнь предложенный мной план.

— Угу. Утреннюю пробежку сократила, лук оставляю в школе, в обед ем много. Хе-хе, благодаря этому я чувствую себя немного лучше.

Ну да, если судить только по этому докладу, я бы уже поставил ей сто баллов. Но зная реальное положение дел, безоговорочно хвалить её я не мог...

— Т-так что, Амэмото-кун? Прошла неделя, могу ли я сегодня снова рассчитывать на так называемый специальный курс релаксации?

Она ждала этого всем сердцем. Видя этот сияющий взгляд, я и сам был бы рад доставить Ватануки-сэмпай максимальное удовольствие, но...

— Нет. К сожалению, сегодня мы займемся вот этим.

Я развернул белую доску и хлопнул по ней ладонью. Объявляю начало «Второго совещания по снижению жизненной нагрузки Ватануки Рино-сан».

— С-снова? Лично я была вполне удовлетворена результатами первого...

— Этого недостаточно. Я не удовлетворен... Мы не можем завершить контракт и прекратить помощь на таких результатах. Сказать «ну всё, до свидания» не получится.

— !..

Услышав это, сэмпай тоже сделала серьезное лицо и понимающе кивнула.

— И то верно. Я поставила на кон свою душу, а твоя работа всё еще, всё еще далека от завершения. Я и сама чувствую, что есть простор для улучшений.

— Вот именно.

Слава богу, Ватануки-сэмпай передумала. Теперь можно спокойно все обсудить.

— В этот раз я хочу провести опрос.

— Хм, у тебя есть ко мне вопросы?

— Да. Я хочу снова спросить: как Ватануки-сэмпай оценивает текущую ситуацию?

Ядром её проблемы было: «Из-за того, что приходится учиться до глубокой ночи, страдают и повседневная жизнь, и обязанности капитана клуба».

Но, тесно пообщавшись с ней, я подумал: а разве она не справляется вполне нормально?

Утренние пробежки не пропускает. Даже на двух булках в обед держалась. В клубе младшие смотрели на неё с восхищением, когда она их наставляла. Урусибара тоже, кажется, её уважает.

Тогда возникает вопрос: что именно в прежней жизни Ватануки-сэмпай казалось ей таким тяжелым?

— Скажите, как вы оцениваете свою жизнь в последнее время?

— Как... Я чувствую, что этого всё еще недостаточно. Я незрелая. Я должна стать лучшей подругой для всех младших в клубе кюдо, но мне трудно заговорить с ними первой...

— М? Э-э, для всех?

Я ослышался?

— И тесты... Я должна входить в несколько лучших процентов по всем предметам, а получается только по двум...

— Наша школа — настоящий гигант, попасть в эти проценты невероятно сложно, вы же знаете?

Разговор шел на таком высоком уровне, что я не верил своим ушам.

Если подытожить: она не справляется как капитан, потому что не подружилась со всеми кохаями, и ей тяжело, потому что приходится загонять себя, чтобы попасть в топ по всем предметам...

Этот человек постоянно сам загоняет себя в угол.

— Так... поэтому вы засиживаетесь допоздна?

— Угу. Я ведь не очень расторопная. Я придумываю кучу планов, как подружиться с младшими... но пока ничего не выходит. Ты — мой первый друг-парнишка младше меня. С-спасибо, что общаешься с такой неумехой, как я.

Она застенчиво улыбнулась и сказала мне приятные слова. Наверное, мне стоило бы обрадоваться от души.

Но вместо этого я запаниковал.

— П-позвольте задать еще один вопрос. Почему у вас такие высокие цели, сэмпай?

— А? Если я капитан, я должна быть примером для младших. Разве не естественно стремиться к идеалу, даже если приходится переступать через себя?

Её глаза сияли так же ярко, как когда она просила о курсе релаксации. Ни тени сомнения.

Уговорами тут не поможешь... Да у меня и желания уговаривать не возникает.

Кажется, эта проблема мне не по зубам?

Я попытался выдавить вежливую улыбку, но почувствовал лишь, как свело щеку.

Специальный курс релаксации после опроса.

Ватануки-сэмпай, как и в прошлый раз, ела печенье в моей комнате и тихо плакала. Слезы катились по её щекам.

— Можно ли мне... есть сладкое в такой спокойной обстановке?.. Действительно ли это нормально?..

— Эти терзания я слышал и на прошлой неделе. Вот, держите чай.

Ватануки-сэмпай, которая и на этой неделе «поплыла» от простого массажа плеч, приняла чашку, подрагивая плечами. Подув на чай, она осторожно пригубила его.

— Хо-о-о...

Глядя на спроецированное на стену зацикленное видео с костром, Ватануки-сэмпай, казалось, пришла в себя.

— Душа очищается, так тепло... Спасибо, что подготовил всё и на этой неделе...

— Не за что... Это всё, что я могу сделать.

Да, моя идея решить проблемы Ватануки-сэмпай была самонадеянностью.

Я не могу сказать ей: «Измени идеалы, понизь планку».

Если бы мог, это приблизило бы решение.

Но я почувствовал, что мне, бросившему стараться, невозможно указывать сэмпаю, которая продолжает прилагать усилия на таком высоком уровне.

Всё, что может такой, как я — это выслушать или предоставить место для отдыха.

Честно говоря, я остро ощущаю свою беспомощность. Руки опускаются.

Тем временем Ватануки-сэмпай снова удовлетворенно выдохнула: «Хо-о-о...»

— Прогревает до самых костей... Слушай, Амэмото-кун, а если я попрошу добавки, это будет... слишком нагло с моей стороны?..

— Конечно, нет. Сейчас заварю.

— Ухе-хе, ура...

Она сделала победный жест, вяло вскинув обе руки.

Я не мог позволить себе выглядеть подавленным перед сэмпаем, которая так расслабилась.

— Ты меня спасаешь... Так спасаешь, что я сейчас снова заплачу... Если тебе нужно что-то, кроме моей души, только скажи...

— Хорошо, я подумаю. Это может занять время, так что подождите немного.

— Я подожду, конечно подожду... Возвращайся скорее...

Она вяло помахала мне расслабленной кистью, словно возила компьютерной мышкой из стороны в сторону. Лицо расплылось в блаженной улыбке. Ну что за дитя малое?

Впрочем, так даже лучше. Специальный курс релаксации — это время для исцеления. Ватануки-сэмпай только что напомнила мне об этом.

Ладно, хватит хандрить, нужно переключиться.

Я вышел из комнаты, чтобы заварить чай.

Спустя десять минут я вернулся и замер от удивления.

— ...М-г-у...

За это короткое время Ватануки-сэмпай умудрилась уснуть. Она уткнулась лицом в диванную подушку и тихо сопела.

Более того, юбка задралась, и... ну, в общем, всё видно. Краешек трусиков. Белых.

К чему были все мои старания не смотреть в прошлый раз? И почему сегодня на ней не полупрозрачные черные колготки, а гольфы?!

Е-если она проснется прямо сейчас, меня могут несправедливо обвинить в подглядывании за бельем.

Чтобы скрыть эту «абсолютную область» из белой ткани и кожи, я накрыл нижнюю часть тела сэмпая тонким пледом.

— ...У-у-у...

— П-простите, простите!

Звук был довольно недовольным, и я рефлекторно извинился. Э? Неужели проснулась?..

Но вглядевшись в её лицо, я понял, что выражение у Ватануки-сэмпай страдальческое. Брови нахмурены. Словно ей снится кошмар.

«...А ведь только что она выглядела такой расслабленной?»

— А...

Вот оно что. Я снова ошибался.

Ватануки-сэмпай все-таки близка к пределу.

Ведь она ела печенье в этой комнате и уже дважды плакала. Этот факт нельзя просто так игнорировать.

Даже я, когда ломался во время игрового кризиса, не плакал над любимой едой.

Должно быть, ей катастрофически не хватает отдыха от нагрузок, которые она взваливает на себя одну за другой.

Не хватает исцеления. Мало релаксации.

И похоже, сейчас только я могу предоставить это ей — сильной девушке, которая и не думает полагаться на окружающих.

— ...М-м? Ой? Я уснула... Надо заниматься...

— Не надо. Вы не у себя в комнате.

Сказал я, заглядывая ей в лицо, пока она терла веки. Ватануки-сэмпай пискнула «Хья!» и подскочила.

— Ч-что случилось, ты чего так близко?!.. Тайм-аут, отвернись! Не смотри на мое заспанное лицо!..

Она выставила ладони вперед, как щит, пытаясь спрятаться, но сейчас было не до этого. Я не мог пропустить мимо ушей её слова.

— Сразу после пробуждения в такой комфортной обстановке говорить «надо заниматься» — это ранит, знаете ли. Ватануки-сэмпай, может, вам всё еще не хватает исцеления?

— Х-хватит уже. Достаточно. Я не могу требовать от тебя большего!..

— Тогда позвольте мне потребовать.

— О-от тебя, Амэмото-кун?..

— Да. Я хочу, чтобы Ватануки-сэмпай исцелилась еще больше. Хочу, чтобы вы оставались собой и расслабились. Я буду только рад вашему заспанному лицу.

Я действительно так думал.

— Пожалуйста, покажите мне сейчас ваше лицо.

— ...Н-нет.

— Я настаиваю. Прошу вас.

— ...Почему ты так уперся?

— Хочу, чтобы вы посмотрели мне в глаза. Я серьезен.

Я хотел, чтобы эта серьезность передалась ей хоть немного.

Словно смахивая свежевыпавший снег со скамейки, я легким движением пальцев отвел её ладони, которыми она прикрывала свое заспанное лицо.

Руки плавно скользнули вниз, и моему взору предстала девушка с влажными глазами.

Она смотрела на меня снизу вверх с пронзительной прямотой. Казалось, она ждет лишь моих слов и ничего больше.

Поэтому я решился и произнес:

— Прошу вас, Ватануки-сэмпай. Приходите ко мне в комнату не только в свободные от клуба дни... но и после тренировок по кюдо.

— ...Угу, я поняла. Значит, я буду приходить каждый день после школы... да?

Так мы и договорились.

◆

Прошло чуть больше недели с тех пор, как Ватануки-сэмпай начала заходить ко мне домой после клуба.

Срок небольшой, но в моей повседневности уже произошли перемены.

— О, Рино-тян, добро пожаловать! С возвращением из клуба, потрудилась на славу!

— Добрый вечер, Мэй-сан. Вот, гостинец — мама велела передать гарнир.

— Ух ты, снова балуешь! Наш стол опять будет ломиться от угощений.

Из прихожей доносился их непринужденный обмен любезностями. Похоже, за эту неделю они неплохо сблизились.

После клуба Ватануки-сэмпай сначала заскакивает к себе, принимает душ, переодевается в домашнее и только потом идет к нам. Это стало её новой привычкой.

— Сегодня снова будешь подтягивать Тою по учебе? Везет ему, я бы тоже не отказалась от уроков Рино-тян.

— Фу-фу, я не настолько сильна в учебе, чтобы учить ровесницу. А вот Амэмото-куну, раз уж он мне помогает, я решила помочь в ответ.

«Отличная отмазка, сэмпай».

Да, именно такую версию мы представили в доме Амэмото: «Я плох в учебе, поэтому слезно упросил Ватануки-сэмпай помочь».

Это объясняет её частые визиты. Даже моя вечно занятая мать, когда бывает дома, только приветствует это: «Спасибо, мол, что возишься с моим оболтусом».

— Вот как. Значит, мне там места нет. Ладно, отдыхайте вдвоем, не спеша.

— ...У-угу. Пойду отдохну душой.

— Только чур без всяких там шуры-муры! Если услышу из комнаты брата воркование, разрыдаюсь и буду выть и гавкать на дверь, поняли? Гр-р-р!

«Что за дикие условия? Не будет никаких шуры-муры».

Я едва не крикнул это из своей комнаты в ответ на доносившийся из прихожей разговор.

Согласно контракту, я лишь оказываю Ватануки-сэмпай поддержку и помощь.

Через пару минут послышались шаги на лестнице: топ-топ. Этот легкий и ритмичный звук принадлежал Ватануки-сэмпай.

Дверь в мою комнату тихо отворилась... и гостья стремительно рухнула лицом прямо в кресло-мешок на полу.

— Уста-ала... Еле дошла. Каждая моя клеточка кричит, что надо поспать прямо здесь и сейчас... Можно я баиньки?

— Но короткий сон после семи вечера может негативно повлиять на качество ночного сна. Давайте все-таки займемся учебой, сэмпай.

— Ты всё-таки дьявол, да?..

«Не хочу слышать это от человека, который сам по натуре тот еще чертенок».

Игнорируя её укоризненный взгляд, я указал на низкий столик, где уже всё было готово.

Тетради, карандаши, справочники за второй год обучения — всё лежало на своих местах. Горячий зеленый чай тоже дымился в чашке.

Да, объяснение про «учебную группу» для Мэй и родителей — это не просто предлог, чтобы затащить сэмпая в комнату...

— Выключать «рабочий режим» будем только после выполнения дневной нормы. Прошу любить и жаловать, учитель Ватануки.

На самом деле она действительно подтягивает меня по учебе.

Поскольку я четко разделяю работу и отдых, а дома после школы мне делать особо нечего, я от скуки уже самостоятельно прошел всю программу первого года.

Так что способностей, чтобы усваивать материал второго года с её помощью, у меня хватает.

Ватануки-сэмпай, объясняя мне темы, тоже эффективнее повторяет пройденное за день. А под моим присмотром она не переусердствует без перерывов.

Сама она еще пару дней назад радостно говорила: «Благодаря этому время на учебу сократилось, и стало свободнее», но сейчас...

— Ох, стоит мне увидеть твое лицо, как мой переключатель сам щелкает в положение «выкл»... Двигаться не хочу. Слушай, а ты не можешь поучиться за меня, пока я сплю?..

— Даже сказочные гномы на такое не подпишутся. Ну же, соберитесь. Вставайте.

— Э-э... Подними меня.

Обнимая кресло-мешок, сэмпай вяло протянула мне обе руки. И что мне делать? Тянуть? С тех пор как она начала приходить ко мне, она становится всё более... расхлябанной? Или зависимой?

Делать нечего, я схватил её за запястья и попытался поднять, но, увы, моих сил не хватило. Я тянул изо всех сил, но она лишь скользила по полу. Ватануки-сэмпай, уткнувшись лицом в подушку, издала веселый писк: «Хья-а!».

— Это вам не аттракцион «рикша». Ну же, вставайте уже!

— Э-э, Амэмото-кун, ты должен меня поднять... Давай сильнее, ставь меня на ноги.

— Тело полностью расслабленного человека весит чертовски много, моих скромных сил не хватает, чтобы противостоять гравитации и вашему весу.

— А-а! Звучит так, будто я толстая! Совсем страх потерял... А ну-ка проверь сам. Я вообще-то стройная!

Руки Ватануки-сэмпай, за которые я тянул, вдруг резко дернулись, и она перехватила мои запястья. Что, контратака?!

Используя силу, она заставила меня присесть на корточки рядом с собой. Дистанция сократилась.

Мои руки, повинуясь её движению, легли на талию лежащей девушки.

В момент прикосновения я замер от удивления.

— ...Ого.

И правда, стройная. Живот сэмпая под домашней одеждой был удивительно подтянутым.

Серьезно, там внутри вообще есть внутренние органы? У меня сейчас мозг взорвется.

Пальцы рефлекторно шевельнулись, проверяя реальность ощущений. Ткань прогнулась, пальцы утонули в мягкости, скрывающей упругость.

— М-м... Ты... это... Мять-то зачем?.. Этого я не ожидала...

— А... П-простите...

Видимо, это действие не входило в список разрешенных. Она посмотрела на меня снизу вверх с легким смущением. Черт, хоть это и было почти бессознательно, я явно перегнул палку.

— !..

— ...

В комнате повисла невыразимая тишина. Н-неловко вышло.

О чем сейчас думает Ватануки-сэмпай? По её опущенному лицу ничего не прочесть. Хлоп! сэмпай негромко хлопнула в ладоши и резко выпрямилась во весь рост.

— Прости, я слишком расслабилась. Хоть в твоей комнате и уютно, мне нужно быть собраннее. Угу. Скоро ведь промежуточные экзамены.

— Д... да-да, именно так, сэмпай. Пожалуйста, научите меня тому, что проходили сегодня.

— Предоставь это мне. Не будет преувеличением сказать, что я сегодня конспектировала всё именно ради того, чтобы объяснить тебе.

— Хотелось бы, чтобы это было преувеличением, ха-ха-ха...

Как и ожидалось от капитана клуба кюдо. Переключается мгновенно. А вот я всё еще буксую.

Конечно, я впервые трогал живот девушки-ровесницы. Я даже с Мэй такого не делаю. Эта неизведанная мягкость выбила меня из колеи.

Даже сейчас, когда она села напротив со словами «Ну что, начнем занятие?», сладкий аромат шампуня после душа застал меня врасплох. Сердце предательски екнуло.

Я ведь должен был уже привыкнуть к Ватануки-сэмпай... но всё равно не могу успокоиться. И это в моей собственной комнате.

Что же делать. Мне, как человеку поддержки, нельзя так волноваться. Это, наверное, неправильно. Скорее всего, это даже порочно.

Спокойствие... Обычное дыхательное упражнение для успокоения. Раз. Два. Три. В порядке. Загадочное возбуждение улеглось.

После того провала на турнире я постоянно тренировался контролировать свои эмоции.

— Фу-х... Ну что ж, прошу вас, учитель.

— Угу. Быстренько закончим с учебой и перейдем к отдыху. У нас там еще манга недочитанная лежит.

Ватануки-сэмпай мягко улыбнулась, сохраняя серьезный настрой. Стараясь не поддаваться эмоциям слишком сильно, я с пустым разумом открыл тетрадь.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

---

В телеграмме информация по выходу глав. Также если есть ошибки, пиши ( желательно под одной веткой комментов).

Телеграмм канал : t.me/NBF_TEAM

Поддержать монетой переводчика за перевод : pay.cloudtips.ru/p/79fc85b6