Октябрь перевалил за вторую половину, и Хэллоуин был уже не за горами.

В классе то и дело всплывали разговоры: «А ты в кого нарядишься?» или «Жду не дождусь фестиваля в следующем месяце».

Мне было всё равно. Я был настолько поглощён одной проблемой, что мне было не до всеобщих увлечений.

«Уже пятница, а я так и не смог заговорить о контракте…»

Я был в таком отчаянии, что пробормотал это вслух прямо в классе. Прошло уже две недели с тех пор, как я принял решение.

Хоть я и виделся с Ватануки-семпай всю эту неделю, я так и не смог выдавить из себя ни слова о контракте.

Может, стоило сказать ещё в прошлую субботу, когда она приходила ко мне, пусть даже это и испортило бы уютную атмосферу?.. Не покидало ощущение, что момент упущен.

Когда же я смогу сказать?..

Нет, с таким настроем ничего не выйдет. Решено, скажу после этого. Как только увижу семпай — сразу скажу.

В очередной раз пообещав себе это, я вышел из шумного класса, где только что закончились уроки.

Настроение было ниже плинтуса. Каждый раз, когда я пытаюсь заговорить о контракте, происходит одно и то же.

А ведь потом мне ещё нужно обеспечить ей «особый релакс», так что надо как-то взбодриться…

— О! Последним Амэмото можно взять? Го с нами сегодня фулл-пати в ранкед катать!

Парни, которые часто звали меня поиграть, заметили меня и пригласили в свою компанию. Неудобно, но сегодня я снова пас.

— А, сорян. Мне нужно поговорить с одним человеком, это очень важно. Так что всё расписано.

— Опять ты, Амэмото… Реально занятой стал в последнее время.

В первой четверти меня знали как парня, который всегда придёт, если позвать играть. Особенно в шутеры, к которым я привык и в которые легко было втянуться.

Но в последнее время у меня не было даже такого необременительного общения. Ватануки-семпай была у меня в приоритете.

Впрочем, такой жизни сегодня придёт конец.

— Ладно, тогда в другой раз позовём.

Геймеры быстро удалились, и я остался один в переполненном коридоре.

«………»

Пойду домой и подожду Ватануки-семпай. Я уже собирался направиться к выходу и сменной обуви, но обернулся.

Шион-сан смотрела на меня в упор с очень близкого расстояния. Опять вы.

— …Амэмото Тоя, я слышала, ты сказал: «Нужно поговорить, это очень важно». С кем?

— М-м? С семьёй, просто с семьёй.

Надеюсь, это последний раз, когда Шион-сан обращается со мной как с преступником. Я сделал невозмутимое лицо и ответил первое, что пришло в голову.

— Чувствую, что врёшь… Но ладно. Я и не рассчитывала, что правда вскроется так легко. Я пришла просто для острастки. Именно эта наглость и делает тебя достойным соперником для меня.

О чём это она? Хотя, я понимаю её чувства.

Эта депрессивно-красивая девушка, с которой мы уже несколько раз загоняли друг друга в угол психологически, почему-то признала меня.

— Рано или поздно наступит день, когда даже ты не сможешь выкрутиться. И я, как тигр в засаде, буду ждать этого драматичного момента…

— Привет, Амэмото-кун. Давненько я тебя не встречала.

— А?

Шион-сан округлила глаза от внезапного появления сестры.

— ……Ха?

На её лице снова возник немой вопрос, и она перевела на меня взгляд, требующий объяснений. Я ничего не подстраивал, для меня это тоже сюрприз…

— Ч-что случилось, Ватануки-семпай? Эм, зачем приходить в класс первогодок, это же, ну, необязательно…

Мы ведь увидимся позже, почему именно сегодня?

— После того как ты недавно рассказал мне о своём прошлом, моя любовь к кохаю просто не знает границ. Фу-фу-х, вот и пришла. Давай хоть в этот особый день пойдём домой вместе. …Шион, может, и ты с нами пройдёшься?

— …Ещё чего. Я буду только мешать сестре. Больше не зови меня.

Чёткий отказ. Даже семпай, обычно такая уверенная в окружении младшеклассников, немного грустно нахмурила брови.

Не обращая внимания на перемену в её лице, Шион-сан, продолжая сверлить меня взглядом, сказала:

— Жаль, Амэмото Тоя. Даже я не желала такого нелепого финала.

— Ха-ха-ха… Да погоди ты, послушай. Нам с Ватануки-семпай просто по пути домой, так совпало, и…

— Бесполезно оправдываться, когда пойман с поличным. Это моя победа. На твою болтовню я больше не куплюсь.

Показанный мне скромный жест «пис» явно означал знак победы. А то, что она облизнулась… не знаю, наверное, просто губы пересохли.

— Со следующей недели я тоже возьмусь за дело всерьёз… Буду медленно, очень медленно плавить твой рассудок.

— …Э-э, и что же меня ждёт с понедельника?

Не ответив на вопрос, Шион-сан нигилистически улыбнулась и ушла.

Красивые сёстры с такой странной атмосферой вокруг.

Окружающие, наблюдавшие за этой парой, начали перешёптываться. На меня, зажатого между ними, тоже бросали любопытные взгляды.

…Кажется, я привлёк внимание как никогда раньше?

— Амэмото-кун, давай пока сменим место. Здесь о многом говорить неудобно.

— А… да. Давайте.

Пока я тушевался под пристальным вниманием, семпай невозмутимо предложила выход.

— К тому же, я хочу послушать о твоих отношениях с Шион. Думаю, для старшей сестры вполне естественно беспокоиться о том, как ладят её милый кохай и младшая сестра. Ведь так? Ты так не думаешь?

Её улыбка и взгляд скользнули по окружающим ученикам. Тут же разговоров о нас поубавилось.

Это было лицо Ватануки-семпай, на которую можно только положиться — совсем не такое, как у неё в комнате.

Волевой облик, словно её совершенно не волновала наша перепалка с Шион-сан.

— Ну что ж… Идём, Амэмото-кун.

И всё же, почему… Почему интуиция подсказывает мне, что за этой прохладной улыбкой семпай на меня дуется? Этого ведь не может быть.

◆

Пятница, но в моей комнате нет ни ароматических масел, ни музыки.

Когда в этой тишине мы закончили делиться информацией, сэмпай с загадочным лицом пробормотала:

— Не думала, что Шион в классе была в изоляции. Похоже, она доставляла проблемы, и я, как старшая сестра, чувствую ответственность.

— Нет, это не ваша вина, Ватануки-сэмпай... Но как у вас получается делать такое серьёзное лицо, обнимаясь с креслом-мешком?

Я невольно перевёл тему из-за её расслабленной позы, которая совсем не вязалась с серьёзным голосом. Куда подевалась та Ватануки-сэмпай из коридора?..

— У меня сейчас такой фетиш — обнимать эту штуку в твоей комнате. Я привыкла. Это уже часть моего обычного состояния.

— Пожалуйста, не делайте эти обнимашки настройкой по умолчанию в моей комнате...

— Но этот пуфик такой классный. Очень хочу себе такой же в комнату. Можно я одолею Амэмото-куна, отберу его и заберу к себе?

— Пожалуйста, не деградируйте как личность на этом «кресле для ленивых». Давайте, смените режим. Хлопните в ладоши и переключитесь.

— Я так расслабилась, что не могу-у... Амэмото-кун, хлопни вместо меня...

Какая-то совершенно новая разновидность просьб.

Но отказать я не мог. Я сел и хлопнул в ладоши прямо у лица Ватануки-сэмпай.

Услышав хлопок, сэмпай... вообще не пошевелилась. Эй, в этом же не было смысла!

— Хе-хе-хе...

Сегодня она расслаблена больше обычного. И почему она выглядит такой умиротворённой?..

Пока я об этом думал, сэмпай, лежащая совсем рядом, сонно глянула на меня и сказала:

— ...«Награда» для Амэмото-куна — это всего лишь информация, чтобы найти подход к моей одинокой сестре... Тебе стоило быть жаднее.

— А? М-мф...

Её тонкие руки потянулись ко мне и сжали мои щёки. Она снова начала их тискать. Похоже, она подсела на это занятие.

— ...Информацию о сестре можно было получить и в обычной болтовне. Ты слишком честный. Я, между прочим, была готова хоть душу Амэмото-куну продать, понимаешь? Если бы попросил, я бы много чего дала...

— П-пвостите, но я так вешил.

— Ну во-о-от... верни мне моё ночное волнение... Впрочем, в этом весь Амэмото-кун, наверное... Кохай, который меня очаровал, именно такой.

Сэмпай отпустила меня и снова плюхнулась на пуфик. И одарила меня своей фирменной «домашней» глуповатой улыбкой.

— Рассказать о Шион, которую я знаю, и на этом наш контракт завершён? Угу. Хорошо. Если Амэмото-кун так хочет, так и сделаем.

— А... да, спасибо большое.

Конец наших отношений был принят на удивление легко.

Теперь Ватануки-сэмпай будет заходить ко мне гораздо реже. А может, и вообще перестанет. Будет одиноко...

— ...Тогда расскажите мне, пожалуйста, о Шион-сан.

— Конечно. А, хотя, давай не сегодня?

— Э?

— Хочу перенести на послезавтра. В воскресенье, если ты, конечно, свободен.

Ватануки-сэмпай тоже владеет заклинанием откладывания дел на потом? Пока я пребывал в замешательстве от неожиданного предложения, сэмпай невозмутимо объяснила:

— Заканчивать контракт вот так было бы скучно, да и ты наверняка будешь волноваться, верно? Я хочу показать тебе плоды твоей помощи.

— А... То есть, это вроде выпускного экзамена?

— Отличное сравнение, Амэмото-кун, именно так. Думаю, рассказывать о сестре стоит только после того, как ты признаешь мои успехи.

«Вот оно что... Хочет показать, как она выросла над собой, прежде чем контракт закончится. Это должно стать хорошим воспоминанием».

— Я понял. Тогда послезавтра проверю, насколько хорошо у вас получается справляться с нагрузкой.

— Угу. Тогда в воскресенье, в городе.

«?.. Не в комнате Амэмото-куна?»

Я хотел переспросить, но сэмпай уже уткнулась в смартфон, приговаривая: «Куда бы нам сходить?». Выход в свет неизбежен.

«Так это что, свидание?.. Стоп, стоп, не обольщайся. Мы же говорили про выпускной экзамен. Нет, но это же свидание. Э-э, так что из двух?»

«И вообще, что делать, что мне надеть?!..»

Я попытался воззвать к своей интуиции, но ответа не последовало.

В последнее время моя интуиция совершенно бесполезна...

◆

Бессонными ночами я всегда вспоминал прошлое.

Например, зиму два года назад. Немного восстановив силы, я решил попрощаться со своими интернет-знакомыми.

Это было личное сообщение о том, что я оставляю мечту стать профессиональным геймером и прекращаю стримить. И что больше не буду пропадать в сети. Прощальный тур, так сказать.

Мелорил-сан была последней в моём списке.

Когда я всё ей рассказал, она беззаботно ответила:

«Ну, и ладно, чё. Молодец».

— Э, как-то слишком легкомысленно... Вы точно тот человек, который строчил мне встревоженные сообщения, когда я не заходил в игру?

«Не, я просто выдохнула. Ты же выглядел явно нездоровым, понимаешь?»

— Не хочу слышать нотации о здоровье от того, кто пьёт и болтает в голосовом чате посреди рабочего дня.

«А-ха-ха! Раз ты так огрызаешься, значит, с тобой всё будет в порядке».

Я не знал подробностей, но Мелорил-сан была из тех «безнадёжных старших сестриц». Говорят, стримить она начала только ради того, чтобы заработать на донаты своим кумирам.

«Ну, и что дальше делать будешь?»

— А? Как я и говорил, буду искать покоя. Хочу немного побаловать себя.

«Да я не про то. Я про время, когда оклемаешься. Что тогда? Чем хочешь заняться, когда поправишься? Расскажи сестрёнке о своей новой мечте».

— ...Э-э-э...

Я не нашёлся, что ответить. Нельзя же требовать ответа так сразу.

Я ведь ещё недавно валялся на полу, корчась от боли, которую сам себе надумал.

Мне стало трудно дышать, и я посмотрел в окно. Шёл редкий снег. Он падал беззвучно, словно всё это происходило не со мной. Пока я молчал, в наушниках раздался беззаботный голос:

«Ну, сразу после крушения одной мечты новую не придумаешь, это да. Это тебе не быстрый сон, когда второй раз засыпаешь. Тогда давай так: в качестве компромисса посмотрим на так называемую реальность».

— Реальность... да?

«Ага. Она не такая захватывающая, как мечты, но в ней есть своё очарование. Например, как насчёт того, чтобы снова пойти в школу? Ты же переехал, так что считай это новым стартом!»

— Да ну, в новой школе тоже будет скучно. Уроки — это тоска, программу средней школы я уже прошёл самостоятельно...

«У-ха-ха! Не строй из себя вундеркинда, мне пофиг. Тогда просто пропускай мимо ушей то, что говорят на уроках, делов-то».

Безответственное мнение. Помню, я тогда отчётливо ощутил, что разговариваю со взрослым человеком.

«Стыдно, конечно, что такая неудачница, как я, учит жизни... но школа — это, знаешь ли, общество в миниатюре. Главный контент там — человеческие отношения».

— Хм, вот как.

«Не веришь? Эх, ты, диванный теоретик... Ты же даже не знаешь, как колотится сердце перед тем, как заговорить с популярным сэмпаем?»

Да, я не знал. Но теперь прекрасно понимаю. Заговорить с Ватануки-сэмпай в школе — это заставляет понервничать. Гораздо сильнее, чем когда мы наедине в комнате.

Тогдашний я и представить себе не мог такого волнения. Буквально ни на йоту.

— Лишнее сердцебиение — это стресс для организма, так что я, пожалуй, обойдусь.

«Рановато ты заделался зожником. И это говорит тот, кто сутками напролёт играл без сна».

— Люди меняются. Я решил жить спокойно. А школа — это сплошной стресс. Отношения сэмпаев и кохаев — это же такая морока, разве нет?

Оглядываясь назад, понимаю, каким узколобым было моё отрицание. В ответ на это обладательница милого голоса, будучи подшофе, начала читать мне лекцию в духе «ну что ж с тобой поделать»:

«В этой мороке весь кайф! "Может, заговорить с сэмпаем, который мне нравится? Скоро День святого Валентина, хочу подарить шоколад. Но обрадуется ли он подарку от такой неуклюжей неформалки, как я?" Вот эти вот колебания самооценки — это и есть школьная жизнь!»

— Какой-то слишком уж жизненный пример...

«А потом ты так и не даришь шоколад, это становится горьким воспоминанием, и ты сублимируешь это, рассказывая какому-то пацану. Полный комплект, сечёшь?»

— Так это всё-таки личный опыт!.. Желания идти в школу стало ещё меньше.

«Фу-ха-ха, убеждение провалено».

Обладательница смеха, в котором не было ни капли раскаяния, так же беззаботно продолжила:

«Не, ну я не заставляю. Просто для меня, даже со всей этой горечью, те дни были особенными. Попробуй вкусить школьной жизни, если захочешь. Это как лимитированная серия — вызывает привыкание».

Она сказала это так, словно советовала вкусное блюдо.

И я действительно подумал: «Может, я многое потеряю, если не попробую?». Сразу видно будущего популярного витубера. Рекламировать она умела.

— ...Ну, раз вы так говорите. Может, и стоит попробовать эту вашу школу в демо-режиме. Всё равно мечты, к которой надо стремиться, больше нет, и мне скучно.

«О-о, вот это разговор! Раз уж я насоветовала, то чувствую ответственность, так что немного помогу».

С тех пор, выкраивая время в своём плотном графике перед дебютом, Мелорил-сан помогала мне вернуться в социум.

Школьная жизнь, начавшаяся с её подачи, оказалась не так уж плоха, как я себе представлял.

Более того, случилась встреча, которую я и вообразить не мог. Ватануки-сэмпай. Популярная сэмпай. Но при этом такая расслабленная, она раз за разом превосходила мои ожидания. И каждый раз моё сердце трепетало...

...Хотя, конечно, после окончания контракта эта связь ослабнет.

Поводов общаться станет меньше, так что это произойдёт само собой. Неизбежно произойдёт.

«.........»

Субботней ночью я в очередной раз перевернулся с боку на бок. Надо бы уже спать, но сон как рукой сняло.

Я ждал завтрашнего дня, но ещё больше не хотел, чтобы он наступал. Потому что в итоге это наверняка станет лишь горьким воспоминанием.

Раз уж мне так больно... может, и не стоило вообще ходить в эту школу?

Такая мысль промелькнула у меня всего на мгновение.

◆

Воскресенье, незадолго до полудня. Я направлялся к месту встречи, которое назначила Ватануки-сэмпай.

От ближайшей к дому станции ехать на электричке минут десять — и вот я наконец в центре этого района.

Здесь полно народу: мужчины и женщины, старики и дети. В выходной, как и ожидалось, не протолкнуться.

Я редко выбираюсь так далеко, поэтому чувствую себя не в своей тарелке. Хотя такие активные студенты, как Мэи, кажется, постоянно тусуются здесь после занятий.

Я был совершенно не приспособлен к развлечениям вне дома. У меня сплошь домашние хобби, да и приглашения одноклассников я почти всегда отклонял с тех пор, как поступил в старшую школу.

Поэтому я и волнуюсь... Действительно ли всё в порядке с этой одеждой, которую я заказал в интернете? Сам я не могу понять, идёт она мне или нет.

Мэи, когда проверяла мой наряд, заявила: «Моему братику всё к лицу, просто краш!», но... моя сестра слишком уж предвзята.

Я включил фронтальную камеру на смартфоне — на экране отразилось моё встревоженное лицо.

Это наше последнее совместное воспоминание, и мне не хотелось бы испортить его своим внешним видом.

Меньше всего я хочу, чтобы Ватануки-сэмпай сочла меня безвкусным. На всякий случай нужно узнать мнение кого-то ещё, кто старше меня...

Я сфотографировал себя с этим неуверенным выражением лица и отправил снимок Мелорил-сан.

Ответ прилетел молниеносно. Три сообщения подряд.

«Первое сообщение за сто лет — и сразу селфи, рили?»

«А ты примоднился».

«Кстати, если ты пытаешься меня соблазнить, то сорян. Сестрёнка — всеобщий идол, так что…»

Даже сквозь текст я словно слышал её жизнерадостный и дружелюбный голос. Она осталась той же Мелорил-сан, что и раньше.

Подавив желание предаться ностальгии, я спросил:

«Я сейчас иду гулять с сэмпаем, мы будем вдвоём, и я волнуюсь, идёт ли мне этот прикид».

«Сэмпай — девушка?»

«Да».

«Бесишь…….. да идёт тебе, чёрт возьми!! Аж настроение испортил, валенок, иди наслаждайся своей юностью!!! Впитывай моменты, которые доступны только сейчас, мелкий ты шкет!!!!»

Ого, вот это она выдала в тексте... И как только она умудряется быть популярным витубером и не попадать в скандалы с таким языком...

И всё же Мелорил-сан — взрослая женщина, которая поддержала меня, когда я был истощён и телом, и душой.

Врать не в её правилах. Оценке «тебе идёт» можно верить.

Значит, даже рядом с Ватануки-сэмпай я не буду выглядеть проигрышно. Фух, а ведь я был морально готов купить новый комплект одежды, если что.

Я ответил: «Спасибо» — и поспешил к месту встречи.

◆

Восточный вход, расположенный в стороне от главного зала станции, был забит молодыми парнями и девушками, которые, уткнувшись в смартфоны, кого-то ждали. Здесь не на что смотреть туристам — просто удобное место сбора для местной молодёжи.

Совсем рядом двое, познакомившиеся, судя по всему, в приложении для знакомств, обменивались вежливыми, почти официальными приветствиями. Чуть поодаль парочка, у которой, видимо, были отношения на расстоянии, долго праздновала воссоединение... О, уже обнимаются.

Почему-то кажется, что большинство пришло сюда ради романтики. Или мне чудится? В этой атмосфере я чувствую себя совершенно лишним.

Так, а где Ватануки-сэмпай?.. Хм, на первый взгляд кажется, что она ещё не пришла.

Что ж, времени до встречи ещё навалом, подожду... Чтобы не привлекать лишнего внимания, я спрятался за колонну, и тут до меня донёсся разговор компании парней неподалёку.

— Может, к той подкатим?

— Без мазы. Она явно парня ждёт, на таких, как мы, даже не посмотрит. Только фыркнет и всё.

— Слишком высокую планку взяли, да? Ну ладно, пошли искать других.

Двое красавчиков-пикаперов удалились в поисках новой жертвы. Выглядели они опытными, неужели там кто-то настолько высокого уровня?

Я выглянул из-за колонны и снова осмотрелся. Куда они смотрели?.. Ага, туда.

Вон та красотка в стильном наряде. На вид ей лет двадцать, наверное, студентка второго курса. От неё так и веяло аурой столичной девушки.

Белый свитер с высоким горлом, пояс, стянутый высоко на талии. Всё выдержано в монохромной гамме, включая узкую юбку в клетку и сапожки.

Наброшенный на плечи жакет смотрелся особенно эффектно. Вместе с ожерельем на груди всё это создавало впечатление утончённой взрослой леди.

Действительно, чтобы подкатить к такой девушке, нужна недюжинная смелость.

Она поглядывала на изящные часики на левой руке и озиралась по сторонам. Теребя слегка завитые локоны, она кого-то высматривала.

Похоже, ждёт парня... Чёрт, я слишком откровенно пялился, и наши взгляды встретились. Более того, она помахала рукой и направилась ко мне.

— Э?

Стоп, из-за причёски и макияжа я сразу не признал, но это же...

— Привет. Погода сегодня отличная, правда, господин контрагент-кун?

— ...Ватануки-сэмпай. Я не ошибся?

Я даже забыл поздороваться и сразу начал с уточнения.

— Никто, кроме меня, не станет называть тебя на людях таким постыдным прозвищем. Если, конечно, ты не проворачиваешь то же самое с другими девушками.

Она хихикнула, и теперь передо мной, без сомнения, стояла моя милая сэмпай, которая старше всего на год.

А ведь минуту назад она казалась мне просто незнакомой красавицей... И где были мои глаза с этим «вторым курсом универа»? Похоже, моя интуиция окончательно сломалась.

— Вы выглядите совсем иначе, чем обычно, я на мгновение даже не узнал. ...Кажется, я впервые вижу вас в обычной одежде.

— Э-э? Как грубо, Амэмото-кун. Я же прихожу к тебе в комнату после душа и клуба тоже в обычной одежде. Ну, в трениках, правда.

— А... точно. Было дело.

Разговор у меня не клеился.

Я нервничал, видя Ватануки-сэмпай в образе, в котором она не появлялась ни в школе, ни тем более у меня дома.

— Шучу, шучу. Мы же идём гулять с тобой, вот я и постаралась. Хотела показать Амэмото-куну себя с новой стороны, поэтому тщательно готовилась. ...Можешь, кстати, не скупиться на комплименты.

Коснувшись пальцем накрашенных губ, Ватануки-сэмпай загадочно улыбнулась.

Определённо, сборы заняли у неё немало времени. После того как Мэи недавно меня накрасила, я начал немного понимать, какой это труд.

Возможно, это мой последний шанс прогуляться с Ватануки-сэмпай не в школьной форме. Пусть это и смущает, я должен сказать всё как есть.

— Ну, вы выглядите чудесно. Вы настолько красивы, что одним воспоминанием о том, что я шёл рядом с вами, можно будет гордиться ещё долго.

— У... Хоть я сама напросилась, но такая прямая похвала... немного смущает...

— Кого тут и смущает, так это меня. Вы настолько красивы, что я, честно говоря, нервничаю идти с вами рядом.

— А, угу... э-хе-хе... н-нгх… Нет! Сегодня, Амэмото-кун, мы будем действовать в моём темпе!

Ватануки-сэмпай откашлялась, хлопнула в ладоши и выпрямила спину. Целых три переключающих действия подряд.

Снова сделав серьёзное лицо, сэмпай приложила палец к подбородку и спросила:

— Ты помнишь цель нашей сегодняшней вылазки?

— Ну да. Сэмпай покажет мне результаты моей помощи за этот месяц во время прогулки... так ведь?

— Верно. Благодаря Амэмото-куну я, кажется, поняла важность отдыха, расслабления и наград для самой себя. Поэтому сегодня я буду тебя сопровождать.

— Эм... То есть мне нужно просто следовать за вами?

— Угу. Хочу, чтобы ты присматривал за мной, находясь рядом. Итак, время не ждёт, пойдём в первый магазин.

Сказав это так, словно собралась с духом, Ватануки-сэмпай переплела свои пальцы с моими. ...Переплела?

— Э?

Мою руку сжали с такой силой, что не вырваться.

— С... Сэмпай, а обязательно держаться за руки?..

— Обязательно. Общеизвестно, что физический контакт между людьми стимулирует выработку окситоцина — вещества в мозге, снижающего уровень гормонов стресса. Поэтому, если мы хотим усилить эффект исцеления, при ходьбе мы должны держаться за руки.

Она выпалила это скороговоркой, как по писаному.

Это тоже знание, полученное благодаря моей помощи? Нет, я такого точно не учил... Наверное, сэмпай снова засиделась допоздна, изучая информацию.

— Мы держимся за руки, чтобы продемонстрировать результат, так что, думаю, Амэмото-кун примет это. Принял?

— Т-теоретически я понял, но...

— Значит, сегодня будем гулять, не размыкая рук.

Заявив это, Ватануки-сэмпай потянула меня за собой.

Ведомый её рукой, я двинулся следом. Правда, я переживал, что из-за потных ладоней целительный эффект снизится...

Куда же меня ведут? Мне не сообщили ни одной точки маршрута.

Впрочем, я был согласен на любое место, которое выбрала сэмпай.

Я просто надеялся, что этот «выпускной экзамен» станет хорошим воспоминанием и для Ватануки-сэмпай.

Местом, куда привела меня Ватануки-сэмпай, оказался крупный торговый комплекс. Огромный молл, где в одном здании можно купить практически всё.

— Пришли. Вот и первый магазин.

— Магазин дизайнерских мелочей?

Несмотря на небольшую площадь, здесь царила стильная атмосфера.

Бросив: «Я бываю тут по выходным», Ватануки-сэмпай зашла внутрь. Поскольку мы всё ещё держались за руки, я автоматически последовал за ней.

— Я хотела прийти в этот отдел вместе с Амэмото-куном.

Сэмпай остановилась в углу магазина, где были выставлены миниатюрные горшки. Отдел комнатных растений.

Это был не специализированный садовый центр. Масштаб как раз рассчитан на одиноких работающих людей, желающих попробовать себя в цветоводстве.

На маленьких полках стояли неприхотливые растения, горшки и лейки, в которых дизайн явно преобладал над удобством.

— А-а. Сэмпай, неужели вы решили заняться домашним садоводством?

— Именно, под твоим влиянием. Хочу добавить зелени, как в комнате Амэмото-куна. Выращивать что-то самой — это ведь тоже развлечение, верно?

Добавить зелени не за счёт цвета стен, а с помощью листьев — это в её стиле.

Ну, Ватануки-сэмпай вообще рукастая. Наверное, у неё хорошо получится ухаживать за растениями... Правда? В последнее время моя интуиция в отношении сэмпай даёт сбои.

Доверия нет. На всякий случай спрошу, каковы её планы.

— Ну, растения в комнате и правда обогащают душу. Так что вы пришли купить?

— Разумеется, я заберу всё, что есть на этой полке.

— Эту фразу обычно слышишь только в посланиях от благородных разбойников перед кражей...

Мне захотелось посмотреть в словаре значение слова «разумеется». И как она может нести такой бред с невозмутимым видом, когда даже её рука остаётся прохладной?

— Хотите добавить зелени, но не слишком ли вы разогнались для начала?

— О, ты волнуешься за меня? Но предоставь это мне, я буду ухаживать за ними без пропусков. Дам всем имена и буду заботиться. И воды буду наливать от души.

В этот момент в моем мозгу всплыла картина.

Множество растений, погибших от того, что в них вливали воду и удобрения без меры. И сэмпай в слезах перед этим кладбищем.

Это всего лишь моя фантазия, но мне уже жаль её...

— Вы слишком резко пытаетесь озелениться. Я уже вижу будущее, где забота о растениях, которая должна исцелять, только вымотает вам нервы. Возьмите одно.

— Э?.. Но, Амэмото-кун, я же от тебя узнала, что чем больше зелени, тем лучше для исцеления?

— Увеличивать количество нужно постепенно. Выберите одно, которое трудно засушить, взращивайте свою любовь к нему и исцеляйтесь. Как вам... такой план для начала?

Говоря это, я в качестве подтверждения сжал её ладонь в ответ.

Крепко, чтобы уравновесить силу, с которой держала меня Ватануки-сэмпай.

— ...А. Ну, да. Послушаю тебя... Буду бережно растить один цветок. ...Я собиралась показать результаты, а в итоге меня поучают. Фу-фу, провал?

— Нет. Уже то, что вы захотели купить комнатное растение — это результат.

Мне хотелось засчитать ей успех.

Пусть она всё ещё склонна к крайностям, но я рад уже тому, что вижу добровольные действия, направленные на заботу о себе.

Теперь я могу со спокойной душой отпустить Ватануки-сэмпай из своей комнаты...

— Одной мне всё ещё сложновато... но со мной Амэмото-кун, так что я спокойна.

— А?

— Если возникнут трудности с выращиванием, я посоветуюсь с тобой. Не буду мучиться в одиночку. Что порекомендуешь, Амэмото-кун?

— А, вон оно что. Как насчёт этого? Ему нужно мало воды.

— Угу. Решено.

Ватануки-сэмпай без колебаний выбрала растение для новичков, на которое я указал. «Пойду куплю», — сказала она, и её прохладная рука выскользнула из моей.

...Хоть речь всего лишь о растении, я на миг обрадовался тому, что на меня всё ещё полагаются.

Пусть контракт закончится и поводов для разговоров станет меньше, они не исчезнут совсем. Одного этого факта было достаточно.

Сэмпай быстро вернулась и, скомандовав: «Пойдём дальше», снова взяла меня за руку.

Контакт ради исцеления. На этот раз я тоже сжал её ладонь в ответ, не дожидаясь напоминания.

— Н-не стоит... Это странно — держать фото из примерочной в твоей чистой комнате... Амэмото-кун, мы же перед продавцом...

Именно эта продавщица научила меня, что нужно осыпать сэмпая комплиментами. Получив такую поддержку, я уже не мог остановиться.

— Может, дело в контрасте с прошлым образом, но убойная сила просто зашкаливает. Вам идёт даже такой стиль. Как и ожидалось от сэмпая, которая на самом деле относится к типажу «милашек».

— ...Угу, я рада снова слышать эти слова. Значит, риск того стоил... Девушка, я беру и верх, и низ.

— Вау, огромное спасибо! Вам действительно очень шло, так что я тоже рада!

Когда Ватануки-сэмпай выразила желание купить вещи, продавщица, которая до этого тактично старалась не отсвечивать, захлопала в ладоши.

Похоже, уходить прямо в обновках она не собиралась. Сказав: «Я переоденусь, подожди», сэмпай начала задвигать шторку.

И вот, за мгновение до того, как примерочная стала приватной зоной...

— Амэмото-кун.

Сэмпай выглянула наружу и, всё ещё смущаясь, сообщила:

— Пока что я определю эту одежду в разряд «домашней». Так что, если хочешь меня сфотографировать, давай в другой раз.

И шторка закрылась.

«...Я всего лишь хотел сохранить последнее воспоминание, а в итоге наметилась фотосессия?»

«К тому же, раз она будет носить это как домашнюю одежду и разрешит сфотографировать... значит ли это, что она снова придёт ко мне в комнату?»

Не знаю, сбудется ли это, но от одной мысли о возможном визите на душе стало легче.

«Спасибо, сэмпай. Этот этап я тоже могу со спокойной душой зачесть как успешно пройденный».

◆

Уж не знаю, просто ли из-за обеденного времени, но третьим местом оказался семейный ресторан.

Заведение было забито семьями с детьми, вокруг стоял шум и гам.

В выходные здесь всегда столпотворение, так что за любым столиком еду приходилось ждать долго.

Нам, кажется, несли заказ особенно долго.

Я перестраховался и выбрал что-то простое из ланч-меню, поэтому мне принесли довольно быстро. Я попросил маленькую порцию риса, так что обед получился лёгким.

А вот Ватануки-сэмпай, сидевшая напротив...

— Амэмото-кун... я... я больше не могу...

Перед ней возвышался гигантский парфе, который принесли с опозданием, и она бормотала что-то невнятное, словно во сне.

Но это было не сонное бормотание, а признание поражения. В своём взрослом и стильном наряде она просто распласталась на столе.

В моей голове окончательно сформировалось определение «горе-красавица».

— Официант ведь уточнял. Обычной девушке такую порцию в одиночку не осилить.

— Но ведь... Я хотела показать, что благодаря Амэмото-куну я теперь могу нормально обедать...

— ...А-а.

Значит, результатом, который она хотела продемонстрировать в третьем месте, был объём съеденного.

Я ведь советовал ей: «Старайтесь обедать нормально», потому что ей явно не хватало энергии.

Похоже, сэмпай продолжает следовать этому совету (правда, в каком-то совершенно диком направлении).

Поскольку я узнал об этом, подслушав, я не мог заранее предупредить, что это перебор.

— Насчёт обеда... если чувствуете, что слишком много, можно и поменьше есть.

Когда я, запоздало, указал на это, Ватануки-сэмпай, всё так же лежа на столе, с сожалением в голосе произнесла:

— У-у... Но сегодня я хотела в качестве награды съесть столько сладкого, сколько душе угодно, и показать тебе, как я всё это съем...

— ...Вот оно что.

Услышав её мотивы, я даже умилился её попытке.

Изначально я хотел, чтобы Ватануки-сэмпай наедалась досыта. Уж точно лучше, чем перебиваться двумя солёными булочками. За это даю сто очков с плюсом.

— Амэмото-кун... Больше не лезет, Амэмото-ку-ун...

— Да ладно вам, не скулите так жалобно. Я помогу. Дайте ложку, пожалуйста.

— Правда? Спасибо. Не обращай на меня внимания, съешь всё до конца.

Огромная посудина перекочевала ко мне с другой стороны стола. Сэмпай торопливо достала ложку и передала мне.

Я вспомнил, как Шион-сан отзывалась о Ватануки-сэмпай. Говорила, что та «ни на кого не полагается», но, глядя на это сияющее лицо, мне кажется, моя помощь изначально входила в её планы.

Ну да ладно. Я зачерпнул подтаявшее мороженое и отправил в рот. Густая ваниль смешалась с клубничным соусом, создавая сладко-кислый вкус.

— Фу-фу.

Ватануки-сэмпай, подперев щёку рукой, наблюдала, как я ем. Сама она, похоже, продолжать трапезу не собиралась. Положив испачканную красным ложку на салфетку, она смотрела на меня с каким-то удовлетворением.

— И что такого интересного в том, как я ем?

— Ну... Я рада, что ты ешь парфе без недовольного лица. Ешь бодро, приятно смотреть.

— Отзыв как из комментариев под клипом...

— Хотела бы поставить на репит.

Атмосфера была расслабленной, но желудок у меня уже был полным.

Сразу после этого я вряд ли смогу много ходить.

Так что, если нужно серьёзно поговорить, это место вполне подходит.

— ...Мы посетили три места, и вы показали мне результаты моей поддержки, сэмпай.

— Ого, уже подводишь итоги. Но знаешь, Амэмото-кун, есть ещё магазинов двадцать, в которые я хотела с тобой зайти.

— Мы так до ночи просидим... Результат — зачёт. Вы показали мне, как умеете отдыхать и расслабляться, Ватануки-сэмпай.

Когда я прервал её, сэмпай откинулась на спинку стула и закрыла глаза.

— Значит, теперь контракт точно закончен... Спасибо, Амэмото-кун. Хоть это и были будни, но встречать меня каждый день наверняка было непросто. Ты ведь каждый раз готовил для меня «специальный курс релаксации».

— Да нет... Мне и самому это нравилось.

То, что я получил от сэмпай, гораздо ценнее потраченного времени и усилий.

Этот месяц стал для меня особенным. Я искренне рад, что поступил в старшую школу.

— Тогда, в качестве вознаграждения, расскажите мне, пожалуйста. Информацию о Шион-сан.

— М-м. Прости, я тянула время, но не уверена, что это поможет. Последние несколько лет мы с Шион не разговариваем...

Я так и думал.

Раз младшая сестра добывала информацию о старшей через подслушивание и слежку, значит, нормального общения между ними не было.

Если бы сёстры ладили, ей не нужно было бы выходить на меня.

— Эм. Тогда почему вы с сестрой поссорились? Была какая-то конкретная причина...

— Угу. Была. Не знаю, пригодится ли это тебе... Я рассказывала, что ходила на разные кружки?

— А, да. Кажется, под влиянием бабушки, которая любила японскую культуру.

— Да. Я была бабушкиной любимицей, поэтому старалась изо всех сил.

Речь, вероятно, о временах начальной школы.

В том возрасте после уроков хочется играть, но Ватануки-сэмпай уже тогда проявляла задатки своего стоицизма.

— И Шион ходила за мной на все занятия. Она хотела заниматься тем же самым. «Хочу вместе с сестрёнкой!» — говорила она.

— А-а...

У меня тоже был период, когда я хотел подражать сестре. Шион-сан пошла дальше и с головой окунулась в жизнь, полную кружков и секций.

— ...Она ходила за мной хвостиком, что бы я ни делала. Она была такой ласковой и трудолюбивой, я её обожала. Хоть я и была маленькой, я решила, что должна стать примером для сестры.

— То есть внимание сестры стало вашей ежедневной мотивацией?

— Вот-вот, именно так. Она ведь пыталась мне подражать. Я не могла позволить себе оплошать, поэтому выкладывалась на занятиях по полной.

Сэмпай рассказывала это отрешённо, всё так же подпирая щёку рукой.

Её стремление выглядеть достойно перед кохаями, видимо, идёт оттуда же — от сильного чувства, что за ней наблюдают. Желание быть образцом для младших.

Если источник этого стремления кроется в её прошлом с сестрой, то эту тему стоит копнуть глубже.

— Вы были такими дружными сёстрами, так почему же отношения испортились?

— Началось всё с того, что я случайно услышала, как она просит родителей: «Хочу бросить кружки». Она плакала ночью и говорила: «Я больше не могу как сестрёнка».

— А-а...

Подражание сестре, начавшееся с невинного желания, со временем стало бременем.

Она не выдержала той нагрузки, которая постоянно росла у сэмпай.

Я, когда-то сломавшийся ради мечты, кажется, понимал чувства Шион-сан.

— Тогда мама уговорила её, и решили, что она продолжит занятия. Но я, подслушивая из укрытия, подумала: «Это я виновата, я слишком сильно старалась».

— Нет, подождите. Это ведь не вина сэмпай.

— Угу, я уже поняла, что это была ошибка. Но тогда я по глупости начала поддаваться ради сестры, которая мне подражала. Прогуливала, нарочно ошибалась...

Чтобы оставаться «достижимым» идеалом, она показала, что можно расслабиться.

Наверное, это была детская попытка проявить заботу. Но, зная проницательность Шион-сан...

— Она вас раскусила, да?

— Угу. Сразу же. Это был первый раз, когда сестра схватила меня за грудки. Она оттолкнула меня с криком: «Не смей становиться слабой ради меня!». Толкнула со всей силы.

Поняла ли она, что её жалеют?

Нет, не то. Зная характер Шион-сан, она просто не хотела быть помехой для сестры.

— После этого Шион бросила кружки, словно разрывая связь со мной, и...

— И теперь вы толком не общаетесь?

— Угу... Поэтому я и жалею. Я никак не могу забыть заплаканное лицо Шион в тот день. Если бы я не поддалась, мы бы остались дружными сёстрами...

Печальное недопонимание.

Обе думали друг о друге, но ничего не вышло.

— ...Прости, Амэмото-кун, мрачная история получилась. Вряд ли эта информация поможет тебе поладить с Шион.

Выражение лица сэмпай во время рассказа было мрачнее, чем когда-либо.

И эта вымученная улыбка, которой она пыталась это скрыть.

Очевидно, что Ватануки-сэмпай всё ещё не отпустила ту ситуацию.

— Нет… Ваш рассказ мне очень помог.

На самом деле, мне следовало расспросить её об этом гораздо раньше.

Если причина, по которой сэмпай продолжает взваливать на себя непосильную ношу, кроется в разладе с Шион-сан, то…

Значит, осталась роль, которую могу сыграть только я.

— Ватануки-сэмпай. Если вы не против, позвольте мне стать посредником в вашем примирении с сестрой.

— А?

— Думаю, я единственный, кто может встать между такой одинокой волчицей, как Шион-сан, и вами. Что скажете?

Предложение, видимо, оказалось неожиданным — она удивлённо захлопала длинными ресницами. Я всего лишь вызвался помочь, потому что после её рассказа понял, что могу быть полезен. Неужели это так удивительно?

Впрочем, выражение лица сэмпай тут же сменилось на весёлое.

— Использовать информацию, полученную в качестве награды, чтобы заключить следующий контракт… Фу-фу, а ты, оказывается, ловкий демон, да? На этот раз ты точно решил украсть мою душу.

— Это не контракт. Это просто просьба: позвольте мне помочь.

Нам ведь больше не нужны контракты. Я могу сам приглашать её, просить о чём-то, придумывать совместные события, действовать — и просто поддерживать отношения.

Этому я научился у самой сэмпай, которая даже в рамках этого «выпускного экзамена» положилась на меня.

Я подумал, что и впредь хочу быть опорой для этой девушки, которая слишком много на себя берёт.

Мы уже узнали друг друга. Контрактные отношения нам больше ни к чему.

— …Лучше всё-таки контракт, давай оформим это как контракт? Это твой шанс, на этот раз ты сможешь забрать у меня всё, что пожелаешь.

…А ведь контрактные отношения должны быть ни к чему.

Сэмпай почему-то выглядела недовольной. М-может, мне всё-таки стоит что-то получить взамен? Вот что значит выражение «не хотеть отпускать»… Так кто из нас двоих демон, сэмпай?

— Я не могу ничего принять за обычное вмешательство не в своё дело. Именно поэтому я и прошу.

— М-м… Ну ладно, раз это благородное предложение от милого кохая, я приму любые условия. Более того, можно мне тоже попросить кое о чём?

— Да, конечно. Ради любимой сэмпай — что угодно.

Мы обменялись лёгкими улыбками.

Одного того, что мы проводим время вот так, мне было уже достаточно.

— Начнём действовать со следующей недели. По моим прогнозам, примирение должно пройти гладко и быстро.

— Правда? Сколько бы я ни пыталась пойти на сближение, она меня отвергала…

Сэмпай выглядела встревоженной, но я-то знаю: любовь этой скрытой фанатки сестры к своему объекту обожания просто невероятна. В глубине души она наверняка хочет снова быть ближе.

В моей голове уже начал созревать план по восстановлению сестринских уз.

— Всё будет хорошо. Шион-сан души не чает в старшей сестре. Из-за этого она, кажется, грозилась расплавить меня в лужицу.

— А, это… Тебе нельзя плавиться. Если что-то случится, вспомни сегодняшний день и терпи. Я ведь, кажется, нанесла на тебя защитное покрытие.

— ? Хорошо.

— Боже… Ты действительно понимаешь, Амэмото-кун? Ну ладно… Тогда давай проведём остаток времени ещё веселее, чтобы для неё вообще не осталось места…

— Э, э? Что это значит?

— Фу-фу. Это значит, что свидание только начинается.

А, так это всё-таки свидание.

…Стоп, значит, это всё же было свидание? Я чуть было не пропустил это мимо ушей, но сэмпай изначально планировала это как свидание?!

Плохо дело. Вывод моей интуиции, что «лучше об этом не думать», рассыпался в прах за одно мгновение. Я почувствовал, как горят уши.

Пытаясь охладиться, я поднёс ко рту ложку с подтаявшим парфе. Тягучая сладость должна дать энергию моему поплывшему рассудку…

— Амэмото-кун, ты, наверное, не заметил, но вообще-то это был косвенный поцелуй.

— ?! Кха-кха-кха?!

Я поперхнулся от того, как обыденно она это подметила. Зачем вы озвучили этот факт именно сейчас?!

Я взглянул напротив: сытая сэмпай смотрела на меня лениво, но с явным удовольствием.

— Фу-фу-фу, кажется, мне удалось заставить тебя думать обо мне. Если Шион попытается тебя расплавить, вспомни обо мне и держись, хорошо?

— …Думаю, я не забуду этого и через сто лет.

Я не смогу забыть сэмпай, которая показывает мне столько своих игривых сторон, даже если захочу… Я почувствовал, что уши вспыхнули ещё сильнее.

После ресторана она, всё так же не выпуская моей руки, потащила меня в караоке, потом в бэттинг-центр (где сэмпай, конечно же, выбила хоум-ран)…

Само собой, этот выходной стал лучшим воспоминанием.

Таким, к которому захочется возвращаться снова и снова бессонными ночами.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

---

В телеграмме информация по выходу глав. Также если есть ошибки, пиши ( желательно под одной веткой комментов).

Телеграмм канал : t.me/NBF_TEAM

Поддержать монетой переводчика за перевод : pay.cloudtips.ru/p/79fc85b6