— Нумата-кун, не хочешь пообедать вместе?

— Я тоже!

Кирино придвинула свою парту к моей, а Минами присоединилась, развернув стул и сев лицом к спинке. Подобные ситуации в последнее время стали для меня обычными.

— Ого, как всегда, обед у Нуматы выглядит вкусно!

Минами, которая снимала обертку с купленной в буфете булки, тут же заинтересовалась, когда я раскрыл свою обычную серебристую коробку с бэнто.

— А, э-э... — только и смог выдавить я.

— Не только сбалансировано по питанию, но и выглядит приятно, — заметила Кирино.

— А, да, спасибо.

Её собственный обед, как всегда, был в пластиковом контейнере: салат из куриного филе и овощей. Выглядело красочно, но создавалось ощущение усердия и дисциплины.

— Кирино-сан, сегодня опять то же самое? Ты, наверное, даже взвешиваешь?

— Да. Важно правильно получать калории и необходимые питательные вещества. Малейшая небрежность может стоить жизни.

— Вот именно! Стоит чуть-чуть отщипнуть печеньку — сразу же животик и вес... Как бы я ни старалась набраться терпения, кажется, что до похудения как до луны!

Кирино согласно кивала на пламенную речь Минами. Кирино ведь очень любит сладкое. Сразу чувствуется её необычайная выдержка.

— Кстати, Нумата, когда я сказала, что твой обед выглядит вкусно, ты поблагодарил. Получается, это не твоя мама его готовит? — пока я отвлекся, Минами обратилась ко мне.

— А, нет... это я сам...

— Э, правда? Нумата, ты сам готовишь? Молодец! Всегда?

— Нет, с этой недели.

— С этой недели? А почему вдруг?

— Захотелось карманных денег. Сказали, если буду готовить и на отца, то дадут.

Причина, по которой мне нужны карманные деньги, заключается в том, что Минами и Кирино приглашают меня на прогулки, но этого я сказать не мог.

— Молодец. Вместо того, чтобы просто получать, ты действуешь и зарабатываешь сам — это замечательно.

От похвалы стало и приятно, и неловко, ведь на самом деле, я делал это потому, что родители заставили.

— Ого, Нумата сам... А вот эта спаржа, приготовленная с беконом на гриле — выглядит мило.

«Мило»?.. Мило? По пристальному взгляду Минами я понял, что это не просто комплимент, а намёк на «дай попробовать».

— Э-э-э, хочешь?

— А можно? Тогда спасибо!

Минами взяла зубочистку, ловко подцепила кусочек и отправила в рот.

— Это восхитительно! Нумата, ты замечательный повар. Из тебя получилась бы чудесная жена!

Какая ещё жена... С кем это я, интересно, смогу пожениться?

— Хиёри, брать чужую еду неприлично.

— Ну, у меня только булка с начинкой, так скучно! К тому же, у Нуматы вкусно. Кирино, ты разве не хочешь? — Минами улыбнулась, поддразнивая.

Кирино покраснела и откашлялась.

— Нет, просто... у Нуматы-куна еды убавится...

Сказав это, она бросила взгляд на мой обед.

Что? Неужели хочет? Я посмотрел на её ланч-бокс. Там был тот самый спартанский салат с точно отмеренными ингредиентами, без заправки. Стоит ли предлагать? А, ладно.

— Э-э-э, Кирино-сан, хочешь?

— Но... мне нечего дать взамен, — она опустила взгляд на свой контейнер.

Как это понимать? Если воспринимать буквально — она хочет попробовать, но не может дать мне свой пресный салат. А может, она вежливо отказывается, чтобы не нарушить свой сбалансированный рацион?

Не знаю. Что делать? Настаивать или отступить? Кто вообще придумал, что витиеватые выражения в японской культуре — достоинство? Если бы все говорили то, что думают, общаться было бы намного проще.

— А может Кирино просто покормит тебя?

Предложение Минами разбило мою череду сомнений.

— Что? — переспросил я.

— А? — удивилась Кирино, её щёки слегка покраснели.

— Нет, такое «А-ам»... при всех... К тому же, это не та еда, которой можно угощать...

— Что ты говоришь! Любой парень был бы счастлив, если бы его покормила такая красавица, как Кирино, даже если это будет жареная саранча!

— Это правда? — с сомнением спросила Кирино.

— Правда!

— И ты... Нумата-кун, тоже так считаешь?

Она робко посмотрела на меня. Ну, насчёт жареной саранчи я не уверен... Я хотел согласиться, но почувствовал на себе взгляды окружающих. До ушей донёсся шепот:

— Кирино-сан будет делать «А-аам»... С ума сойти.

— А кто этот парень?

— Кажется его фамилия Нумата.

— Ужасный парень.

— Эй! Он же наш одноклассник.

— Но он какой-то странный. Вечно читает какие-то стрёмные книжки!

Девчонки шепчутся.

— Да не будет она так делать. Не знаю, зачем она до сих пор с этим неудачником, но Кирино ни за что так не поступит с кем-то вроде него. Она даже с Тору так не поступала.

Голос Ясумуры-куна.

— Н-нет... я... — промямлил я.

Мои глаза забегали по сторонам. На нас смотрели. Я чувствовал себя как на иголках. Дело не в том, что я не люблю Кирино. Просто «А-ам» — это очень неловко, даже если бы мы были вдвоём. Но, может быть, дело в том, что я слишком забитый интроверт и боюсь людей? Хотя, если честно, то в ситуации, когда меня кормит Кирино, есть что-то такое...

— Я... не то чтобы против... но...

— Смотри, он реально завис.

— Думает, что она всерьёз?

— Обычно все понимают, что это шутка.

О нет, это ужасно, я сейчас расплачусь. Хочется домой. Хочется встать и сбежать из класса, но на это у меня не хватит смелости. Коленки трясутся.

— Нумата-кун, ты стеснительный, тебе, наверное, неловко, — сказала Кирино.

Она наколола на вилку немного овощей и куриного филе и поднесла к моему рту.

— А-ам.

— Ам.

Я открыл рот, и она затолкала в него салат. Моё сердце бешено колотилось — то ли потому, что меня покормила самая красивая девушка в классе, то ли из-за всей этой ситуации.

— Ну ни фига себе, она реально сделала это!

— Ого, Кирино-сан, серьёзно?!

Парни удивлены, девушки закрывают рты руками и визжат.

— Нумата, ты-ы-ы!

— Ясу-дон*, успокойся, — Ясумура-кун вскочил в ярости, но Сайго-кун схватил его.

*п.п.: Суффикс «-дон» — это фамильярный суффикс в японском языке, который часто используется в разговорной речи, особенно в южных регионах (например, в Кагосиме, где происходит действие). Думаю, ближайший аналог в русском языке: братишка, братан.

У меня всё похолодело внутри. Только сердце колотилось, и я не мог пошевелиться. Хотя я сидел, у меня подкосились ноги.

— Нумата-кун, я возьму один кусочек твоего тамагояки.

Той же вилкой, которой она только что меня кормила, Кирино взяла из моего бэнто яичный рулет и отправила в рот.

— М-м-м, и правда вкусно. Сладко, тамагояки по-кагосимски. Нумата-кун, из тебя действительно выйдет отличная жена.

Она улыбнулась жуя, и повторила ту же шутку.

— Да где же её взять, — ответил я.

— А я на что?

Кирино посмотрела мне в глаза. По её бесстрастному лицу было видно — это тоже шутка. Зеркала нет, но, наверное, у меня сейчас очень унылый вид. Юмор, проявленный Кирино из уважения, немного успокоил меня.