“Любовь слепа, любовь темна, перед любовью все равны. А тех, кто встанет на пути любви, пусть конь насмерть лягнёт”  — по крайней мере, так гласит пословица.

Глядя, как Абелия цепляется за правую руку Шики, я только порадовался, что не пошёл утешать её сам. Вероятно, ничего особенного между ними не произошло, но уж она то явно насладилась проведённым временем.

В итоге я поручил Шики, который с озадаченным видом ломал голову, как вести себя с Абелией, присмотреть за Дзином и Сиф. Заодно велел ему привлечь на помощь уже выбывших участников. Шики вежливо поклонился мне и вместе с Абелией удалился от стола.

Послеобеденная часть турнира прошла без сучка и задоринки, и вот уже индивидуальные поединки приближались к своей кульминации.

В дивизионе воинов Дзин победил Даэна во втором раунде и без особых усилий вышел из группы. Он обезоружил своего противника, выбив у того оружие, провёл серию лёгких атак, а затем нанёс завершающий удар, который разбил сразу две куклы. Судя по всему, он и не думал сдерживаться, несмотря на внушительную стоимость кукол. 

Похоже, во мне всё больше и больше просыпается торговец, раз у меня возникают подобные мысли?

Особенно впечатляет то, что он сделал это всего-лишь деревянным мечом. И он использовал усиление тела лишь в момент проведения своих атак — довольно необычный способ применения магии. Может ли усиливаться эффект за счёт ограниченной активации? Насколько я мог видеть, сила атаки Дзина оказалась выше, чем при обычном усилении тела. Однако до сегодняшнего дня он никогда прежде не использовал столь необычную технику… Может, пришло некое озарение за время боёв с Митрой и Даэном? Сомневаюсь, что это было секретное оружие, припасённое к сегодняшним поединкам. Если бы дело обстояло так, он бы использовал это уже в схватке с Митрой. Да и не помню, чтобы видел такое во время его тренировочных сражений с туманным ящеролюдами.

Что ж, придётся смириться и списать это на его сверхъестественное чутьё в бою.

Эти студенты и впрямь оказались очень талантливыми. Они растут с каждым боем прямо на глазах.

Единственными незавершёнными матчами в личном зачёте оставались финалы в дивизионах воинов и магов, за которыми последует поединок за звание абсолютного чемпиона между победителями в каждом из них. Как я слышал, абсолютному чемпиону присваивается титул «гегемона*», от одной мысли о котором у меня мурашки по спине пробегали.

[П.П. Тут используется особый термин 覇者. Как водится, у этого термина куча значений в зависимости от контекста: от просто «чемпиона» в соревнованиях, до «верховного властителя», завоевавшего половину мира. Таким же титулом, к примеру, именуют Лорда Бороса в One-Punch Man.]

Победители ещё не были определены, но, учитывая их сокрушительные победы до этого момента, можно было с уверенностью предположить, что Дзин одержит верх в дивизионе воинов, а Сиф — в дивизионе магов.

…И вероятнее всего, именно Сиф станет гегемоном.

Будет ли рад сам Рембрандт, когда его любимую дочь станут величать гегемоном, это уже другой вопрос, но, как её наставнику, мне было очень приятно, что главный приз заберёт моя ученица.

В обоих дивизионах мои ученики буквально доминировали. В дивизионе магов Сиф одержала безупречную победу как над Абелией, так и над Идзумо, что сделало её очевидным непревзойдённым чемпионом. Хотя Идзумо всё же оказал Сиф достойное сопротивление во втором раунде.

Едва поединок начался, как Сиф использовала магию духа земли, чтобы возвести вокруг себя каменную стену. Идзумо оказался вынужден сперва разрушить стену, прежде чем он смог бы атаковать. Благодаря силе духа земли, которая позволяла ей манипулировать камнем по своему желанию, Сиф могла беспрепятственно атаковать Идзумо, оставаясь в безопасности за своим барьером. Это было эффективно, но весьма приземлённо — в буквальном смысле «приземлённо».

…Что ж, Идзумо, ты молодец, хорошо держался. 

Его упорство, которое он продемонстрировал, несмотря на то, что каменная стена всё время восстанавливалась, заслуживало признания.

— Хм, у Сиф явно подавляющее преимущество. Вот что значит попасть в свою стихию, — задумчиво прокомментировала Томоэ. — Шансы Дзина на победу...

— Ничтожны, — решительно закончила Мио. — Если бы он умел наносить урон одним только давлением клинка на достаточной дистанции, у него был бы шанс, но даже в таком случае это, скорее всего, в соответствии с правилами турнира расценили бы как атакующее заклинание и зачитали бы как нарушение. Использование зоны за пределами арены также запрещено. Учитывая, что у воинов сильно ограничены возможности дальних атак, преимущество Сиф в стихийной магии является подавляющим.

И Томоэ, и Мио были уверены, что победа достанется Сиф. Способность обратить обстоятельства в свою пользу — поистине страшная сила. 

Финалы дивизионов, к сожалению, получились слишком скучными. Соперником Сиф оказался довольно крепкий специалист по магической артиллерии, способный нанести мощный удар. Только без толку. Ожидаемо, поединок закончился до того, как «артиллерия» успела подготовить выстрел. Что касается соперника Дзина, то им стал второй сын семьи Хоупрайз. К моему удивлению, он оказался довольно способным бойцом. Хотя его оружие было явно лучше, чем у всех остальных, его техника тоже была на достойном уровне.

На фоне удручающе низкого уровня способностей всех, кроме моих учеников, его мастерство даже несколько импонировало. Для дворянина Лимии, представители которой зациклены на традициях и формализме, его стиль боя был на удивление гибким и прагматичным. Выходит, он не просто ещё один избалованный дворянский отпрыск.

Этот меч, который, по слухам, он взял из сокровищницы своей семьи, был поистине шедевром оружейного искусства. Правда, в его руках он оказался бесполезной драгоценностью. Вот ведь позорище.

Дзин, кажется, собирался разнести его в пух и прах. Вся та сдержанность, которую он проявлял на протяжении своих предыдущих поединков, казалось, теперь готова была выплеснуться в бою против Хоупрайза. У него была привычка вести себя так, словно ему ни до чего и ни до кого нет дела, но на самом деле он очень дорожил своими товарищами. Что бы он ни говорил, он не мог проигнорировать тех, кто на него полагался. В этом весь Дзин. 

Несмотря на то, что все готовились к турниру, выкладываясь по полной, из-за вмешательства этого дворянина половина его товарищей отселялись в первом же раунде, так и не добравшись до второго.

До сих пор Дзин сражался сдерживая нарастающий гнев из-за несправедливой участи своих друзей, и всё это только ради того, что бы выплеснуть всё в решающей схватке с ненавистным манипулятором, стоящим за всем произошедшим.

— Юный Господин? Что думаете по поводу финала дивизиона воинов? — спросила Томоэ.

— Результат и так очевиден, можно даже не смотреть, — влезла Мио. — Юный Господин, почему бы нам не перекусить до начала следующего поединка? Принести вам что-нибудь выпить?

— Мио, я не против перекусить. Если хочешь, давай, купи что-нибудь. Что касается самого поединка, мне особо нечего сказать. Просто подметил, что соперник — тот самый Хоупрайз, — ответил я, обращаясь к ним обоим.

— Ах... из Лимии. Подумать только, что какой-то там второй сын дворянина посмел побеспокоить Юного Господина… 

— Интересно, как Дзин планирует разобраться с ним. Главный вопрос, будет ли господин Хоупрайз в состоянии принять участие в завтрашнем командном турнире.

Когда диктор начал представлять финалистов турнира в дивизионе войнов, я перевёл взгляд на арену. 

Оставалось всего три поединка. Первый день турнира близился к завершению.

[От лица Дзина]

— Победитель — Сиф Рембрандт!

Несмотря на то, что первым должен был быть финал в дивизионе воинов, почему-то решили сначала провести финал в дивизионе магов. Надо полагать, тот идиот Хоупрайз пытается потянуть время. Или, возможно, снова придумал ещё одну мелкую пакость.

Итак, победила Сиф. О чём только что и объявили. Среди магов, участвовавших в турнире, её сила особенно выделялась. Кроме того, условия на арене слишком уж хорошо подходили для её магии духов. Если бы использование силы духов было запрещено, возможно, ещё оставался бы хоть какой-то шанс побороться с ней…

Соперником Сиф был выпускник, который, как я слышал, уже получил предложение после завершения обучения в академии стать придворным магом и исследователем в королевстве Лимия. Многообещающий талант, одним словом. Вот только сейчас у этого «многообещающего таланта» из каменной плиты арены торчала одна голова, и парень уже был готов разреветься.

Перед боем они обменялись парой фраз. Надо полагать, сказанное задело Сиф. Причём сильно.

Сразу после начала поединка юноша с зачёсанными назад волосами, который гордо именовал себя «обладателем величайшей огневой мощи в академии», провалился в неожиданно развёрзшуюся у его ног дыру. Прежде чем он успел среагировать, дыра сомкнулась, оставив торчать снаружи только его голову.

Казалось, исход поединка был предрёшен в одно мгновение, но его кукла получила лишь незначительные повреждения от падения. Сиф, должно быть, сдержала свою силу и использовала заклинание только для того, чтобы обездвижить его.

В один момент он оказался лишённым и посоха, и барьера, и полностью парализованным. Всё, что ему оставалось, это беспомощно наблюдать за приближением пары девичьих ног.

Робко подняв взгляд, он увидел лицо Сиф, искажённое злорадной ухмылкой… Или что-то в этом духе.

Концом своего посоха она несколько раз постучала по левой ладони, словно учитель, терпеливо объясняющий что-то ученику. Спокойный, снисходительный жест только подчеркивал её превосходство.

Когда расстояние между ними сократилось примерно до метра, она направила свой посох прямо на него. Парень мог просто заявить о своей капитуляции, но вместо этого он продолжал выкрикивать что-то бессвязное и отказывался сдаваться.

И вот этот парень должен стать выпускником? Смех, да и только.

Затем Сиф приподняла его лицо за подбородок концом своего посоха с шаром и взглянула на судью с недвусмысленным взглядом, буквально вопрошающим: «Что, этого всё ещё недостаточно?».

Пусть он не получил непоправимых повреждений и формально не сдался, всем было очевидно, что Сиф уже победила. Им следовало бы просто объявить об этом сразу. Дальнейшее лишь нанесло бы душевную травму противнику добивающим заклинанием.

Сиф вздохнула и прищурила глаза. После чего с её губ сорвалось короткое заклинание.

…Вот ведь идиот. Неужели он недооценил Сиф, увидев какой она вернулась в академию и решив, что она стала доброй, благородной девушкой, которая не станет наносить добивающий удар? Или он всего-лишь до последнего отчаянно искал способ совершить невозможное и перевернуть ситуацию? В любом случае, он был идиотом.

Глаза парня округлились от ужаса. Он уже явно созрел, чтобы заявить о своей капитуляции… Но прежде чем он успел заговорить, с шара на конце посоха Сиф сорвалась алая вспышка прямо ему в лицо.

Ох, вот оно. В яблочко.

Жар и пламя вспыхнули перед ним с невероятной силой, на мгновение осветив и без того светлую арену, словно появилось второе солнце.

Ох, как жестоко.

Все три куклы мгновенно разлетелись на части, а мучительный крик её противника эхом прокатился по арене. Судя по масштабу заклинания, она явно сдерживалась. И всё же она разнесла все куклы одним ударом, да?

Ужасающее заклинание.

Это была модифицированная Сиф версия Огненного Столба, заклинания, которое она разработала специально для противодействия тактике ближнего боя Цвай. Установив точку активации немного ниже уровня земли и предусмотрев краткую задержку перед детонацией, она увеличила взрывную силу заклинания. В результате из-под ног её противника по диагонали вверх вырвалось пламя, сопровождаемое потоком расплавленной земли и камней. Пережить активацию такого заклинания прямо перед лицом — настоящая пытка.

В этот момент я вновь ясно осознал, что её истинная натура ничуть не изменилась. Даже судья, судя по невнятному бормотанию, испытал момент ужаса.

К счастью, длительность заклинания была короткой и пламя спало прежде, чем успели стихнуть крики парня. 

Зрители на трибунах, тем временем, разразились оглушительными овациям, впечатлённые невероятной мощью магии, которую они только что лицезрели.

На щеках соперника Сиф теперь виднелись следы ожогов, и оказались опалены волосы. Тот дрожал всем телом, а от былой бравады, что он демонстрировал до начала боя, не осталось и следа.

Подобные травмы можно будет легко залечить в лазарете. Не останется даже шрамов. Только вот душевная рана, скорее всего, останется надолго.

После того, как судья объявил о победе Сиф, она присела перед юношей, у которого всё ещё из пола арены торчала лишь одна голова. Её изящная на вид рука нежно коснулась его шеи. И сразу после этого Сиф встала, а тело её противника поднялось из под земли вместе с ней, что со стороны выглядело так, словно хрупкая студентка непринуждённо достаёт своего противника-парня одной рукой.

Не удостоив проигравшего, застывшего от испуга в оцепенении, даже взгляда, Сиф несколько раз поклонилась зрителям, наблюдающим с разных сторон, и покинула арену.

— Впечатляюще! — крикнул я Сиф, когда она направилась обратно в комнату ожидания. Против такой подавляющей победы даже я не смог бы ничего возразить. Моя похвала была совершенно искренней.

Тем не менее, если получится, я хотел бы завоевать титул гегемона…

— Спасибо, Дзин. Я могла бы разобраться с этим быстрее, но завтра он должен выступать в команде Хоупрайза. Решила немного его припугнуть, — озорно сказала она.

— Немного? Мягко сказано. Кажется, ты тоже разозлилась из-за этого турнира, — ответил я.

— …Оставлю это на волю твоего воображения. Но всё же скажу, Дзин, что я немного завидую тебе за то, что ты выступаешь в дивизионе воинов. Думаю, ты понимаешь.

— Да, конечно, — заверил я её.

— Хорошо. Честно говоря, всё это заставляет задуматься, как деньги и власть могут порождать в людях такое уродство… Что ж, пойду дальше готовить стратегию для битвы за звание гегемона. Я буду наблюдать за тобой — желаю тебе победы.

На этом Сиф завершила разговор и удалилась по коридору в сторону комнаты ожидания со смутным выражением сожаления на лице.

Видимо, она узнаёт в Хоупрайзе прежнюю себя и презирает себя за это… Что ж, раньше Сиф не сильно отличалась от этого Хоупрайза. Не то чтобы я когда-либо осмелюсь сказать об этом вслух.

Я прекрасно понимал желание Сиф лично растоптать Хоупрайза. Но эта задача легла на меня, участника дивизиона воинов.

После победы над Митрой и Даэном, я особенно остро чувствовал всю тяжесть ответственности, неся на себе надежды выбывших. В том числе и Юно, пусть мы и не сражались с ней напрямую.

Я буду сражаться от лица каждого ученика наставника Райдо.

Поэтому… Я не могу принять твоих методов.

Илумагнд Хоупрайз.

— Дзин! Дзин Роан! Финал вот-вот начнётся, поторопитесь! — крикнул один из сотрудников.

Точно, пора. Наконец-то я встречусь с ним лицом к лицу.

— Сейчас буду, — ответил я, резко разворачиваясь и поспешив по коридору, ведущему к выходу на арену.

Пока я шёл по прямому коридору, я почувствовал присутствие поблизости нескольких знакомых: Шики, Абелии, Митры, Даэна, Юно и Идзумо.

Судя по всему, они следят за тем, чтобы против меня не сделали какой-нибудь подлости. Должно быть, именно по этой причине они не показывались перед поединком. В последнее время, когда я бываю чрезмерно сосредоточен, я буквально начал ощущать присутствие других людей вокруг меня.

Неплохо. Я в отличной форме.

Я прошёл коридор и вышел наружу. На миг меня ослепило солнечным светом арены. Мой взгляд скользнул по трибунам. На самом верху сидел наставник и двое его ближайших соратниц.

— Наставник, смотрите внимательно, — тихо пробормотал я, укрепляясь в своей решимости.

Впереди меня ждала арена. Волнение толпы всё ещё не утихло после только что завершившегося финала дивизиона магов. Твёрдыми шагами я поднялся по лестнице.

— Дзин Роан. В следующий раз будьте более пунктуальны. За опоздание с вас будут сняты очки, — отчитал меня судья.

— Приношу свои извинения. Я буду внимательнее, — ответил я, хотя на самом деле меня это ни капли не волновало. Штрафные очки никак не повлияют на результат, ведь до судейского решения дело не дойдёт.

Я встретился взглядом с Хоупрайзом.

…Подлая тварь.

У меня не было намерений калечить его настолько, чтобы он не смог участвовать в завтрашних командных сражениях. Ему ещё предстоить послужить нашей ступенькой в течение следующих двух дней.

Уничтожение даже одной из кукол будет означать окончание поединка. Если я уничтожу все три, урон дойдёт и до него самого, и кто знает, какую истерику он тогда закатит. Я достаточно натренировался в своих предыдущих поединках. На этот раз я разобью ровно две куклы и закончу на этом.

— Хм?.. Эй, не стоит смотреть на меня с таким недовольством, — сказал он, сверкнув высокомерной ухмылкой, когда заметил мой взгляд. — Это фамильное снаряжение, передаваемое из поколения в поколение в моей семье. В семье Хоупрайз существует традиция появляться на любом престижном мероприятии или поле боя в этом снаряжении. К тому же, это в рамках правил.

Очевидно, выражение моего лица заставило его подумать, что я чем-то недоволен. Он не мог ошибиться сильнее.

Мне было совершенно всё равно, что ему выдали ещё более качественное снаряжение после полуфинала. Меня совершенно не тронуло и то, что ради его подготовки поединок перенесли на более позднее время. Я думал лишь о том, как разобраться с ним.

— У меня нет претензий, — равнодушно ответил я. — Давай покажем хороший бой.

— …Как же ты раздражаешь. Не вздумай сдаваться слишком быстро, чтобы наши почётные гости не заскучали. Считай, что тебе просто не повезло из-за того, что ты посещал лекции Райдо, и сопротивляйся изо всех сил, — усмехнулся он.

Почётные гости…

Точно, они тоже наблюдают. В любой другой год я бы отчаянно пытался произвести впечатление на них и на рекрутёров из разных стран. Но сейчас мне всё равно, кто и из какой страны на меня смотрит.

— Давай оба выложимся по полной, — вежливо ответил я, скрывая свои истинные мысли.

По всей видимости, он счёл мои слова высокомерными, если судить по тому, как он крепче сжал рукоять меча и особенно сильно напряглась правая рука. 

Затем он подал сигнал судье, который драматично поднял руку.

Ха-ха-ха. Его совсем с потрохами купили?

— А теперь! Илумганд Хоупрайз против Дзина Роана! Начинается финал в личном зачёте дивизиона воинов на турнире Академического Фестиваля Ротсгарда!

Странно.

Передо мной стоял старшекурсник, славившийся по всей Академии как вундеркинд, облачённый в невероятно редкое, потрясающее снаряжение. И всё же я, младшекурсник, в обычной школьной форме, с деревянным мечом в руках, не испытывал абсолютно никакого страха перед ним. Наверное, это из-за тех дней, когда я сражался с ящеролюдом с голубой чешуёй. Или же дело в том, что мой уровень перевалил за девяностый, значительно превосходя семидесятый Хоупрайза.

Я вытянул правую руку с мечом, и принял стойку вполоборота. Илумганд же двинулся ко мне с удивительной для человека, облачённого в столь тяжёлые латные доспехи, скоростью. Судя по всему, каждая деталь его доспеха была зачарована магией уменьшения веса или усиления тела.

Но его движения слишком предсказуемы.

Было слишком очевидно, что он намеревался нанести удар своим огромным мечом сверху вниз, сжимая его обеими руками.

Медленно. 

Он двигался словно в замедленной съёмке.

Огромный сверкающий клинок обрушился вниз вместе с боевым кличем. Я подумал было уклониться, но тут же передумал и вместо этого сделал шаг вперёд.

Несмотря на то, что он держал свой массивный меч обеими руками, основная нагрузка приходилась только на правую руку. Левая же лишь слегка поддерживала.

Я взмахнул своим деревянным мечом снизу вверх, нанося удар по его правой руке в тяжелой латной перчатке. Как я и планировал, грандиозный с виду меч выскользнул из его хватки и с лязганьем упал на землю.

На трибунах воцарилась тишина.

Нарочно повернувшись к нему спиной, я отошёл на некоторое расстояние, прежде чем снова повернуться к нему и принять стойку с деревянным мечом наготове. Я не стал добивать его сразу и не собирался давать ему повод сдаться раньше времени. Не знаю, понял ли он мой намёк, но выражение лица Илумганда уже пылало яростью, когда он поднял своё оружие.

Серьезно? Зачем позволять своему противнику видеть, насколько ты утратил контроль от эмоций? Держи это в себе, старшой… как это делаю я.

— … 

Что ж, полагаю, никому не хочется опозориться. Особенно на глазах у короля собственной страны и родственников, которые наверняка пристально наблюдают за поединком.

Илумганд начал медленно произносить заклинание усиление тела. 

Отлично. Я подожду, пока ты закончишь.

Закончив, он наконец принял атакующую стойку.

Что ты творишь? Уже время коронного приёма?.. Как же мал у тебя арсенал приёмов.

Ах да, кстати, о предыдущем ударе. Повреждение куклы… почти незаметно. Самое большее, где-то могла появиться трещина. Какую же прочную броню ты себе раздобыл.

Илумганд, усилив себя, бросился вперёд из низкой стойки, готовясь в момент выхода на нужную дистанцию нанести смертоносный горизонтальный удар. Его действия полностью соответствовали информации, полученной до турнира.

Не то чтобы я особо старался собрать о нём информацию, но до меня постоянно долетали разговоры о его излюбленных приёмах и так называемых «смертельных комбинациях».

В целом, неудивительно, ведь он ничего и не пытался скрывать.

Его рывок был предназначен лишь для сближения и не играл никакой роли в самой атаке. Так что, при желании, я мог бы сколько угодно с лёгкостью его останавливать. 

Какой ужас. Так много брешей.

Неспешно приблизившись, он наконец перешёл к атаке. 

Слишком медленно. Мне даже не требуются усиления, чтобы увернуться.

Благодаря лекциям наставника Райдо я отточил свою способность мыслить прямо во время боя. Должно быть, именно поэтому движения моего противника теперь казались такими медленными.

Наконец, долгожданный горизонтальный удар достиг меня. Я с силой ударил по плоской стороне его огромного меча своим деревянным.

— ?!

Его меч снова упал на землю.

Этот клинок, несомненно, прекрасное оружие, да только в его руках он бесполезен.

Илумганд замер на месте, подняв к лицу пустые ладони, которые явно дрожали.

…У него руки онемели от удара, и он снова выронил меч?

Пока он стоял в растерянности, я нанёс сдержанный удар плоской стороной меча по лицу противника. От удара кукла пошатнулась, и на её лице образовалась большая трещина. На этом бой не закончится. Я снова отступил назад, увеличивая дистанцию между нами, и принял боевую стойку.

— Гх! Судья!!! — закричал Илумганд, закрывая лицо одной рукой, а другой указывая на меня.

…Если ты воин, то сперва должен поднять свой обронённый меч.

В ответ судья, несколько раз кивнул.

Что теперь? Неужели скажет, чтобы я сражался голыми руками. Не то чтобы это что изменило для меня…

— Дзин Роан, — крикнул судья, — вы слишком пассивны, выжидая моменты акаки противника. Используйте всю свою силу и атакуйте активнее.

И это всё, на что у него хватило фантазии?.. Пора заканчивать с этим.

— Хорошо. Сейчас всё закончу, — спокойно сказал я.

— ?!

Почувствовав мгновенный прилив жажды крови от меня, Илумганд в панике подобрал меч и приготовился. Его холёная кожа на лбу раскраснелась, как будто он напился.

…Ну что ж, давай покажем им первую и последнюю серьёзную атаку.

Избивать тебя до полусмерти я буду в командном сражении. А чтобы ты и в личном, и в командном бою хорошенько опозорился, на этот раз я ограничусь малым.

В конце концов, если я сейчас единолично доведу его до полной небоеспособности, кто знает, что скажут мои товарищи? 

— Дзин! Дзин Роан! Тебе... Тебе это с рук не сойдёт!!! Я-а-а...

Заметив сигнал судьи к продолжению, я впервые за бой сам рванул в атаку, моментально сокращая дистанцию. Одного этого было достаточно, чтобы Илумганд прервал изрыгаемые угрозы на полуслове, сменив их на вырвавшийся из его горла крик изумления.

Пока он судорожно поднимал меч в неуклюжей попытке защититься, я уже достиг дистанции для удара и пнул его прямо в закованный в броню живот. Броня приняла на себя весь урон, но силой удара его отбросило назад, и он плюхнулся на задницу. Не теряя ни мгновения, я тут же устремился следом и нанёс рубящий удар сверху вниз по его голове.

Илумганд каким-то чудом успел рефлекторно поднять свой меч, блокируя мою атаку. Если бы я продолжил, мой деревянный меч оказался бы разрублен надвое. Я тут же отклонил корпус назад, избегая столкновения клинков и обращая рубящий удар в колющий выпад прямо в его открытое лицо. Удар пришёлся идеально, заставив его голову мотнуться назад. Сразу у двух кукол головы разлетелись вдребезги.

Но я не собирался заканчивать на этом. Я распрямил руку до конца, завершая выпад, отчего затылок противника врезался в пол арены с низким глухим звуком, а по каменной платформе разошлась паутина трещин. На этом взорвалась и третья кукла Илумганда.

Хоупрайз остался лежать на арене, беспомощно раскинувшись в форме звезды, а по его лбу стекала струйка крови. Для любого победитель был очевиден.

— Судья, — спокойно обратился я к нему, — все три куклы уничтожены.

…Переборщил.

В итоге я не только разрушил все три куклы, но и умудрился раскроить ему лоб. К счастью, рана была неглубокая — медицинский персонал вылечит на месте. Ничего слишком серьёзного, что заставило бы пропустить командный этап турнира.

Лучше бы тебе не пропускать, ладно? В конце концов, я достаточно сильно тебя унизил. Наверняка ты подготовишь к командному сражению ещё более грязные трюки, чтобы отомстить, не так ли?

Опозорить Илумганда Хоупрайза, одержать над ним сокрушительную победу, и при этом не нанести ему серьёзных травм — думаю, все поставленные цели были достигнуты. 

Было бы здорово услышать мнение Шики и наставника о моих боях.

В то время, пока ведущий объявлял моё имя в качестве победителя в дивизионе воинов, я уже покидал арену, а мои мысли оказались заняты совершенно другими мыслями.

***

Как и ожидалось, гегемоном этого года стала Сиф.

В тот момент, когда она превратила арену в нечто напоминающее полужидкий цемент в самом начале поединка, Дзину уже ничего не оставалось противопоставить. Его способность к передвижению оказалась фактически полностью заблокирована. Сама же Сиф, в то же время, не испытывала с этим ни малейших трудностей. Она свободно скользила по поверхности, словно каталась на доске для сёрфинга.

Момент, когда она использовала заклинание со взрывным столбом огня, которое чем то напоминало версию Выжигания Карен — фальшивой личности Роны — однажды продемонстрированной ей на моих лекциях, Дзин не стал уворачиваться, а вместо этого разрубил его пополам своим зачарованным деревянным мечом, произвёл на меня глубочайшее впечатление. Но, пожалуй, это было единственным ярким моментом Дзина в поединке.

Томоэ и Мио сказали что-то вроде «они исполняют интересные вещи». Точно такая же реакция у них была, когда Абелия изменила траекторию заклинания Сиф.

Думаю, они рассматривают эти приёмы как нечто, что они могли бы забрать в свой арсенал.

Честно говоря, если бы я попытался повторить эти приёмы сам, мне пришлось бы изрядно попотеть. По крайней мере, вряд ли получилось бы с первого раза.

Модифицированный Огненный Столб, который Сиф использовала в финале дивизиона магов, на этот раз не пригодился. Когда я впервые увидел, как она использует его, я непроизвольно сравнил это с культовым завершающим приёмом из хорошо известного файтинга. Я даже невольно выкрикнул его название — настолько оно меня впечатлило.

[П.П.: Mortal Kombat II. Такое исполняет Скорпион. Надо полагать, ГГ крикнул «фаталити».]

Дело было не только в визуальном сходстве. Это заклинание предназначалось не столько для защиты на близкой дистанции, а скорее именно для решающей атаки вплотную к противнику. Что было особенно неожиданно, поскольку Сиф обычно стремилась к полному доминированию на дальней дистанции.

Поскольку это магия, вариантов для дальнейших модификаций хоть отбавляй: можно сместить точку активации, сделать её срабатывающей по таймеру... Думаю, сфера применения этого заклинания может оказаться довольно широка. Но, судя по всему, Сиф ещё не задумывалась об этом. 

Сиф постепенно превращается в настоящую ходячую крепость...

А меж тем…

Острый слух Томоэ и Мио уловил моё бормотание. Их глаза аж заблестели, когда они шёпотом обсуждали детали заклинания, что вызвало у меня нехорошее предчувствие.

Нет, серьёзно, это не то заклинание, которое вам двоим следует использовать.

***

В комнате было темно. Если присмотреться, внутри всё было перевёрнуто вверх дном, словно по ней пронёсся разъяренный зверь.

На краю кровати сидел юноша, беспокойно тряся ногой и что-то неразборчиво бормоча себе под нос. На лбу у него красовалась свежая, болезненного вида ссадина.

Несколько часов назад кто-то приходил к нему с докладом. Но, как только посетитель выполнил свою задачу, он поспешно покинули комнату.

— …Я знаю. Я не колеблюсь… Я всё понимаю… За кого ты меня принимаешь?! — его голос резко повысился, и слова эхом разнеслись по комнате.

До этой комнаты не доносился даже оживлённый шум ночного фестиваля.

Повесив голову, юноша продолжал что-то бубнить себе под нос до самого рассвета.