Глава 39.

Граф Блувуд был абсолютно ошеломлён внезапным изменением ситуации, и у него начался запоздалый припадок ярости:

– Куда это! Запрещено! Сокровища, которые я собирал всю свою жизнь!..…

– Не двигайся.

Однако он был заблокирован лезвием меча Эдмунта и больше не мог пошевелиться.

Юноша, который молчал, охраняя Элоди и Сэру, словно рыцарь, продолжил:

– Если продолжишь доставлять неприятности, у меня не останется выбора, кроме как обращаться с тобой как с рыцарем. Всё же я отношусь к графу с уважением, хоть вы и такой человек.

Эдмунт говорил о том, что проявляет огромное терпение, не отправив его сразу в нокаут.

Граф был так шокирован, что не мог нормально дышать, поскольку острое лезвие меча прижималось к его шее.

Таким естественным образом всё стихло.

*****

Сокровищница поместья Блувуд была тщательно запечатана, не имея даже маленькой щели, а дверь сделана из толстой и прочной стали.

Чтобы пройти, нужно было несколько раз повернуть дверную ручку в определённые стороны, что требовало изрядных усилий.

И даже зная, в какую сторону крутить, открыть дверь с помощью силы полёвки было невозможно.

А территория перед сокровищницей всегда охранялась рыцарями, похожими на железную стену.

Наконец-то мне удалось войти, – Элоди, всё ещё находящаяся на руках Сэры, осмотрела внутреннее пространство сокровищницы.

Однако, как и ожидалось.

Внутри не было ничего особенно ослепительного или бросающегося в глаза.

Ребёнок мгновенно потерял интерес.

Мне было интересно, что же они хранят, раз выставили столь тщательную охрану, но……

Ну, это ожидаемо.

На протяжении десяти лет я каждый день видела самое великолепное место в королевстве, так как же эти вещи могут сравниться с замком?

Мои стандарты стали неоправданно высокими, – с такими мыслями Элоди молча наблюдала, как Сэра собирает вещи покойной графини.

О? – и вдруг заметила довольно симпатичный браслет в углу сокровищницы.

В центре браслета был искусно обработанный круглый камень, который мерцал так, словно внутри него пылал огонь.

У него был очень чистый и аккуратный дизайн.

Браслет, казалось, имел высокую ценность как ювелирного украшения, хоть и не обладал никакими замысловатыми узорами или гравировкой.

Однако именно поэтому он, лишённый лишних деталей, выделялся среди остальных украшений.

За исключением вещей матушки Сэры, только он выглядит самым ценным здесь.

Это можно было понять, просто посмотрев на квадратный стеклянный ящик, в котором хранился браслет.

Возможно, его нельзя сравнить с семейными реликвиями маркиза Уилтшир, но, если выставить на аукцион, то он будет стоить огромных денег……

И в этот момент.

– ……! – Элоди вдруг почувствовала острую боль в висках и тихо застонала.

Крепко зажмуривая глаза.

– Элоди?

Малышка почувствовала, как Сэра крепко обняла её и что-то закричала.

Но из-за шума в ушах, который был таким громким, словно разрывал барабанные перепонки, Элоди даже не могла понять, что именно говорила Сэра.

В сознании девочки стали быстро проноситься какие-то остаточные образы……

– Благословите рождение благородной госпожи малышки Рэстон.

– Я, Никс Василиск, клянусь в своей непоколебимой и вечной преданности.

Мужчина склонил голову в выражении почтения, и его иссиня-чёрные волосы заструились по плечам.

Он клялся в верности мягким голосом, положив на грудь ладонь в кожаной перчатке.

Браслет, идеально сидящий на мужском запястье, с ярким сияющим красным камнем в центре.

А когда он поднял голову……

Алые глаза того же цвета, что и драгоценный камень, посмотрели прямо в глаза Элоди с леденящей душу точностью.

И инстинктивно она поняла это.

Что это был фрагмент утраченных воспоминаний.

Прежде чем малышка успела прийти в себя, картина изменилась.

Элоди двигалась куда-то в чужих руках.

Как бы она ни сопротивлялась, ей не удавалось освободиться.

Как бы старательно она ни протягивала руки вперёд, пальцы просто касались воздуха.

Сквозь рукав рубашки руки, удерживающей её, на мгновение показался браслет с красным камнем, а затем снова исчез.

– У-а-а-а-а––!! Мама, папа––!!! – раздался голос ребёнка, отчаянно плачущего и зовущего.

Это был голос самой Элоди.

– Боже, не плачьте, госпожа малышка.

А рука в чёрной кожаной перчатке плотно закрыла её рот.

В голосе, раздавшемся следом, слышалось некое непонятное ожидание:

– Что делать, если вы так сильно плачете? Вам до конца жизни больше не придётся плакать.

– Уу!

– Если Бог наблюдает за вами, то он протянет руку помощи. Конечно, ведь вы – Рэстон, не так ли? – это была явная насмешка. – Ха-ха, пожалуй, пошлёт мне какое-нибудь божественное наказание?

– Хо-о!..… – Элоди пришла в себя, тяжело дыша.

Холодный пот обильно тёк с её маленького лба.

– Элоди! Элоди, ты в сознании? – Сэра растирала похолодевшие ручки малышки со слезами, текущими по лицу.

Эдмунт, пришедший за время её бессознательного состояния, смотрел на Элоди с серьёзным, суровым лицом.

– Воспользуемся артефактом, который позволяет немедленно вернуться в Валькирисэн, – сказал он, торопливо роясь в карманах пиджака, который носил.

– Пожалуйста, прошу вас.

– Можно ощутить головокружение, но, пожалуйста, потерпите. Это будет быстрее, чем ехать на карете……

– Нет! – Элоди резко вытянула руки, чтобы остановить Эдмунта. – Подождите, всего, минуту.

Малышка стиснула зубы и изо всех сил пыталась сделать так, чтобы её произношение было максимально чётким:

– Где, вы, взяли, этот, браслет?

Она почувствовала что-то неожиданное? – Сэра и Эдмунт одновременно посмотрели на браслет, на который указывала Элоди.

На нём не был выгравирован семейный герб, поэтому узнать, кому он принадлежал, было невозможно даже при осмотре.

Однако Элоди знала хозяина браслета.

Никс Василиск.

Всё именно так, как я представляла себе.

Тот, кто похитил меня и наложил проклятие.

Существует также очень высокая вероятность того, что это он наложил проклятие на весь род Рэстон.

Браслет, который был на этом мужчине……

Каким-то образом оказался в сокровищнице Блувуд.

Именно здесь, в особняке Блувуд, я впервые открыла глаза после потери памяти.

Это не может быть совпадением.

– Вы закючили сдельку с человеком, котолый похитил меня, и полусили его взамен? – спросила Элоди сквозь стиснутые зубы.

Услышав эти слова, взгляд Эдмунта мгновенно изменился. Он обнажил меч и направил его на Клэр:

– Отвечайте.

Мачеха Сэры рухнула на колени, когда на неё нацелили меч, и едва смогла ответить дрожащим голосом:

– Ничего, ничего такого не было. Вы же знаете. Нам даже не было известно, что юная леди Рэстон была в особняке.

– Это не доказано.

Несмотря на упрёк Эдмунта, Элоди знала, что это правда.

Семья Блувуд понятия не имела, что в их доме живёт драгоценная мышка-перевёртыш.

Я видела слишком много моделей поведения людей в прошлой жизни, которые они никогда не показывали, если бы и правда знали.

– Я получила этот браслет два года назад от человека в маске, который скрыл свою личность, даря его мне.

– Хотите, чтобы мы поверили в это?

– Эт, это правда. Он высказал нелепую просьбу о том, что взамен я должна истребить всех крыс в особняке, а потом просто рассмеялся и ушёл.

Если бы он правда хотел уничтожить всех крыс, то подождал бы, пока это сделают, проверил результат, а уже потом отдал браслет.

Поэтому в конечном счёте его слова не более чем очередная насмешка над Рэстон, – Элоди подняла глаза и, глубоко вдохнув, медленно выдохнула.

Ха, да.

«Если Бог наблюдает, он протянет руку помощи», так он сказал.

Не знаю как, но в тот момент, когда я увидела этот браслет, несколько моих утраченных воспоминаний вернулись.

Благодаря тому, что похититель оставил свой браслет, мне удалось восстановить важные воспоминания.

Самые важные из них всех.

Я спаслась благодаря его беспечности.

Вернулась в прошлое, помня о том, что произойдёт в будущем.

На целых пятнадцать лет вперёд.

Годы, которые ждали свершения мести.

Поэтому божественное наказание на тебя обрушу я.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –