— Да-да, сказал, что линии красивые. У этого учителя глаз намётан, надо сказать.

Юки с Миной, которая вернулась домой позже обычного, сидели за обеденным столом. Обычно Мина смотрит телевизор, одновременно уткнувшись в телефон, но сегодня она от всего отказалась и в приподнятом настроении продолжала рассказывать. Фестиваль в её школе закончился всего несколько дней назад — на неделю позже, чем у Юки. Разговор шёл о её рисунке, который она выставляла на том фестивале. Юки хотел сходить посмотреть, но она сказала ему не приходить, и он не пошёл.

— Это же тот самый рисунок, да? Ну, где человек пробудил тёмные силы.

— Ага. Саё даже сказала: «Вот, значит, какой Юки-кун дома».

— Ужас. Разве ты не сказала, что это «Юки», а не Юки-кун?

— Ну, я не хотела, чтобы говорили, что это плагиат, вот и пописала — «мой старший брат».

— Ты худшая.

Её дебют на школьном фестивале, должно быть, привлек немало внимания. Юки подумал, что правильно сделал, что не пошёл. Впрочем, сам рисунок, похоже, имел успех, так что всё прошло хорошо. В прошлом году она говорила, что просто слилась с фоном и кое-как пережила фестиваль, так что это огромный шаг вперёд.

— «Надо бы тебе начать потихоньку ходить в клуб», — сказали мне. «Нет, серьёзно, пожалуйста, приходи». Ну, если так настаивают...

В общем, учитель рисования мягко пожурил её за то, что она была призрачным членом, и она решила, что теперь будет ходить. Всё это было сильно приукрашено её субъективным восприятием, но учитель, похоже, оказался очень великодушным.

— Ну и как клуб? Подружилась со всеми?

— Гений одинок в этом мире.

— Держу пари, ты просто делала вид, что рисуешь в углу, оглядываясь по сторонам в надежде, что кто-нибудь с тобой заговорит.

— Такое чувство, что ты там был!

В любом случае, за один-два дня трудно адаптироваться. Но, как бы то ни было, хорошо, что она вернулась в клуб. Когда разговор закончился, Мина, отправив в рот остатки риса, запустила игру на телефоне. «Думаю стоит, накопить самоцветов до Рождества», — прошептала она, глядя в экран. Услышав это, Юки вспомнил утренний разговор с Юи.

— Мина, что ты планируешь на Рождество в этом году? Ты хотела устроить вечеринку?

— Р-р-рождество?! Юки-кун, ты сказал «Рождественская вечеринка»?! Ты, который обычно при слове «Рождество» только цыкал?

— Да не цыкал я.

— Это же просто японцы сами себе праздник придумали, вот и шумят?

— Классная фраза, позаимствовал.

Это всё мамино воспитание. Последние несколько лет на Рождество они просто бездельничали дома. Но торт всё равно покупали и ели. Не потому, что было Рождество, а потому, что это был мамин день рождения.

— У нас вместо Рождества — Праздник рождения мамы, — сказала Мина, и это тоже было маминой фразой.

Мама, конечно, не серьёзно это говорила. Наполовину в шутку... Ну, может, половина и была серьёзной, но каждый год на Рождество она дарила подарки. Это потому, что отец подыгрывал и говорил: «Это не от Санты, это от мамы», — и разрешал покупать то, что хочется. Но после смерти мамы это само собой прекратилось. Отец перестал упоминать Рождество. Он говорил, что у него работа, и уходил из дома. В этом году, наверное, будет то же самое.

— На самом деле ты бы хотела устроить вечеринку, Мина? Говори прямо.

— Ну не знаю... по религиозным соображениям... — начала оправдываться Мина.

— Можно позвать Саё-тян, Юи, Рио...

— Хочу!

Она тут же сдалась. Видимо, ей не очень эффективно «промыли мозги». В этом году ситуация иная. Раньше у Мины вообще не было друзей, которых можно было бы позвать на вечеринку. Так почему бы и нет? Когда Юки поддержал её, она удивлённо посмотрела на него.

— Но с чего это ты вдруг, Юки-кун? Что-то случилось?

— Ну... просто Юи спросила, что я буду делать на Рождество.

— Э? Юи-тян? А, точно!

Мина хлопнула себя по лбу, вспомнив. Судя по её реакции, она забыла про их «фальшивые отношения».

— Точно, как же я забыла! Вы не должны идти на вечеринку! Вы должны пойти вдвоём на рождественское свидание!

— Но, эм...

— Вот и идите!

Мина встала, упёрла руки в боки и перешла в режим наставника. Её поза странно синхронизировалась с победной позой аниме-персонажа, напечатанного на футболке.

— Но как же тогда вечеринка...

— Всё в порядке. Мы сами устроим вечеринку.

— Э? Правда?

— Ага. Можете не жалеть нас и не издавать специальный указ о помиловании Чанмины.

Мина говорила уверенно, но, конечно, она никогда не звала гостей домой и не устраивала вечеринок.

— Как скажу: «Уо-о-о-оу!», они все мигом соберутся!

— Ты уверена? А как же... организация?

— Я их согрею! Добуду обогреватель и кондиционер!

Юки чувствовал сильную неуверенность. Если бы только она сама вляпалась в неприятности — ладно, но впутывать других — уже проблема.

— Тогда я помогу.

— Нет! Юки-кун идёт на свидание с Юи-тян! Только вдвоём!

— Да не свидание это...

— Не пытайся сбежать от рождественского свидания!

Мина приблизила лицо и пристально посмотрела ему в глаза. Юки вдруг подумал: «А у неё всегда были такие длинные ресницы?» — мысли повернули куда-то не туда.

— Но я не знаю, что делают на рождественских свиданиях!

— С каких это пор ты прикидываешься таким милашкой?!

— Вдвоём даже охотиться утомительно.

— О чём ты вообще?!

С этими словами она дважды стукнула его тыльной стороной ладони по плечу. Удар был довольно чувствительным.

— Хорошее цуккоми. Мина, а ты умеешь, оказывается*.

*п.п.: Цуккоми (яп. ツッコミ, «вклинивание») — человек, который пытается шутливо поддеть собеседника. Вместе с бокэ (человеком, который говорит или делает что-то нелепое, путается и постоянно всё забывает) цуккоми составляет мандзай-дуэт — традиционный японский комедийный жанр. Цуккоми — реалист-прагматик, который постоянно подшучивает над бокэ и вразумляет его. Очень часто, чтобы вразумить бокэ, цуккоми бьет бокэ каким-нибудь предметом, например бумажным веером.

— Му-фу-фу, правда?.. Нет! Я же говорю, хватит дурачиться и уходить от темы! Юки-кун всегда так делает, когда ему неудобно! Это неправильно!

— Юки-кун в телевизоре.

— Замолчи! А, может, ты просто боишься, Юки-кун? Струсил? Ну, ничего, тогда Миначчи снова снимет рубашку.

— В таких случаях говорят не «снимет рубашку», а «засучит рукава».

Было бы жалко, если бы она опять разделась, едва начав носить нормальную одежду. А если она начнёт заниматься закулисными махинациями, то это только всё запутает.

— Ладно, понял. Поговорю с Юи.

— Йоши!

Мина указала на него пальцем в странной позе. Что-то она слишком подвижная сегодня. Когда Юки начал мыть посуду, Мина развернула на столе альбом для рисования. Причём демонстративно села к нему спиной — «рисую, но что именно — не покажу». Юки понял это, поэтому не стал высказываться. Пока Мина рисовала, он помыл посуду, проверил, как греется ванна и вернулся в гостиную.

— Мина, ты готова идти в ванну?

В гостиной телевизор почему-то был выключен, было тихо. Мина также закрыла свой альбом и вместо этого сосредоточенно смотрела в телефон. Заметив Юки, она положила телефон на стол и, внезапно приосанившись, посмотрела на него снизу вверх.

— Слушай, Юки-кун.

— Что? — спросил Юки.

Мина отвела взгляд. Щёки у неё слегка покраснели. Она молчала и смущалась, поэтому он наклонился и спросил ещё раз:

— Ну, что?

— Э-э-э... Ничего! Неважно! Можешь идти первым!

Мина схватила телефон и выскочила из гостиной. Обычно она всегда хотела быть первой, и что на неё нашло? Из коридора послышался звук закрывающейся двери. В последнее время Мина стала проводить в своей комнате больше времени, чем раньше. Вечером, когда Юки ложился спать, иногда из-за стены доносились приглушённые голоса — видимо, она говорила с Саё или с кем-то ещё. Поздние разговоры — это плохо, хотя поздно ложиться тоже нехорошо.

— Ну вот, опять всё разбросала...

Взгляд его упал на альбом на столе, и он невольно вздохнул. Он машинально перелистнул несколько страниц. Аниме-персонажи. Пейзажи. Странные животные. Бессмысленные каракули. Рисунки были самыми разными — видимо, она рисовала всё, что приходило в голову. На последней странице он увидел кое-что знакомое. Это был набросок, но в нём явно угадывалась кухня их дома. А также, там была нарисована мужская фигура со спины, очень похожая на него самого. Если она успела нарисовать это за то время, пока он мыл посуду, то это впечатляет. Юки думал, что слова учителя о том, что у неё талант, сильно приукрашены её восприятием, но, может это и не совсем так.

«Мам, ты посмотри! Это Мина нарисовала. Я же гений, правда?»

«Ну, опять ты за своё: «гений»... Погоди-ка? Нарисовала из головы?! Вот это да!»

Радостные, весёлые голоса. Их лица. Хотя его там не было, почему-то они отчётливо всплыли у него в памяти. Наверное, он путает с каким-то сном. Потому что тогда он просто подслушивал их разговор за дверью...

Он поднял голову, словно стряхивая с себя эти видения, и посмотрел на часы на стене. Затем снова принялся перелистывать альбом и тихо закрыл его.