Купив продукты, я вернулась в особняк, и экономка повела меня на кухню.

— Вы опоздали, — сказала она.

— Я здесь впервые.

На ужин сегодня было овощное рагу.

Пока я чистила картошку, экономка занималась морковью и луком, а потом доводила блюдо до вкуса.

Когда я села за стол и передо мной поставили тарелку дымящегося рагу, в груди что-то сжалось.

«Сколько времени прошло с тех пор, как я ела горячую пищу?.. Да ещё и с нормальной посуды...»

Но что, только мы едим?

— К вашему сведению, хозяин сам заботится о своём питании. Вам не нужно беспокоиться.

Вот так.

Я зачерпнула ложкой и попробовала блюдо.

Вкус был такой, что даже я, привыкшая к жизни нищенки, удивилась.

— Невкусно.

— Невкусно?

— Ага.

— Держите такие мысли при себе. Я вообще-то плохо готовлю.

Мы молча доели. Точнее, я опустошила уже третью тарелку, и экономка, не отрываясь, наблюдала за этим с видом человека, который смотрит на жующего без остановки раба.

— Хоть мы и знакомы всего день, но, честно сказать, такую горничную, как вы, мисс Дейзи, я вижу впервые. Не хвастаюсь, но через особняк Вэзервудов прошли многие служанки. В основном надолго не задерживались или сбегали.

Я, кажется, понимаю, почему они сбегали. Ответ был бы неуместен, так что я просто продолжила есть.

— Как вы вообще попали на эту работу?

Как?

Когда я бежала с острова Куин с помощью военных, передо мной встала одна большая проблема: не было денег на жизнь.

Остров Куин, что был моим домом, давно сгорел, и я лишилась личности моего младшего брата, которую использовала десять лет.

У женщины без связей и навыков выбор невелик.

Без рекомендаций на фабрику не возьмут, на фермах бывают межсезонья, поэтому работать там круглый год нельзя, а продавцам в лавках не предоставляют жильё. Единственный способ получить и кров, и деньги — стать горничной.

Именно поэтому на собеседовании я ответила строгой даме в очках, что хочу работать у жестокого работодателя. Потому что даже за такую работу мне приходилось цепляться.

«Горничная, значит...»

В итоге я считаю, что сделала не самый плохой выбор.

У меня было всего три года.

Чтобы продлить этот срок, мне нужно было найти в Мидвинтри «ту самую вещь».

Я не стремилась к богатству или роскошной жизни. Хотела только обеспечить себе еду. Об остальном даже не грезила.

Экономка посмотрела на меня с лёгкой жалостью.

— Если трудно говорить, можете не отвечать. У кого в жизни нет своей истории? У каждого свои тайны.

Я хотела сказать: «У меня ни дома, ни денег», но передумала и просто тихо закрыла рот.

«Если покажу, что я нищенка, меня начнут использовать ещё больше».

Лучше притворюсь человеком с драматичным прошлым. Может, пожалеют и нагрузку уменьшат.

Хотя… посуду мыла всё равно я.

На следующий день.

По приказу экономки я убиралась в особняке как собака.

— У вас отличная сила и выносливость, мисс Дейзи. Сегодня будем вытирать пыль с потолка второго этажа. А вы знали, что если потолок долго не убирать, там тоже накапливается пыль?

После ужина я прилегла буквально на минутку, а проснулась уже на рассвете.Неужели это правда? Последний раз со мной такое было на поле боя.

Через день.

Сегодня я работала уже как вол.

— Завтра с утра прибудет новый работник. День будет тяжелее, чем сегодня, так что закончим на час раньше. А пока что займёмся каминами в комнатах.

Через три дня я уже вполне освоилась с обязанностями горничной.

И потому решила, что пора уже заняться настоящей целью моего прибытия в Мидвинтри. Стала выспрашивать у экономки и у торговцев на рынке всё, что они знают о «той вещи».

Но ответы были предсказуемыми.

— Хм. Вы про то наследие, что Диан Кехт [1] оставил перед смертью? Ну, существует оно, наверное. Где-нибудь в сокровищнице у какого-нибудь аристократа и пылится.

— Наследие Диана Кехта? А, да, вроде как говорят, что и правда где-то в этом городе спрятано… Но это ж слухи. Кроме детей, никто не верит, мисс.

<Наследие Диана Кехта>

Именно так. Я приехала в Мидвинтри, чтобы найти один из пяти артефактов, оставленных Диан Кехтом — «Глаз».

Диан Кехт был великим целителем, который, как говорили, даже мёртвых мог вернуть к жизни.

Свою силу он разделил на пять частей и запечатал в артефактах. Считается, что если собрать их все, можно излечить любую, даже неизлечимую болезнь.

«Хотя неизвестно, будет ли это лечение способно исцелить разбитую душу».

Диана Кехта, наряду с архимагом Мефисто, называли полубогом. Значит, в этом действительно может быть толк. Если только я смогу найти его.

Так я жила, ища наследие Диана Кехта и одновременно работая горничной.

Глубокой ночью, когда тяжёлый день подходил к концу, и я блуждала на границе сна и реальности, что-то внутри меня вдруг напряглось.

«Один человек».

Кто-то пробрался в спальню.

Шаги, дыхание, расчёт времени — мастерский уровень скрытности. Я подумала о превентивной [2] атаке, но решила подождать.

Опытные убийцы обычно кончают с собой при малейшей угрозе провала. Дурная привычка.

Если не поймать на слабом месте, узнать, кто он, будет сложно.

— Вставай, горничная.

К горлу тут же прижался холодный клинок.

— Крикнешь — перережу глотку. Молчи и слушай. Хочешь жить — выполняй приказы.

Когда я открыла глаза, меня уже изучал холодный, пронзительный взгляд.

— С сегодняшнего дня ты — шпионка. Будешь следить за движениями виконта Вэзервуда и регулярно докладывать.

— Зачем?

— Ты глухая? Не слышала, что я велел тебе заткнуться. Это приказ, а не просьба. Хочешь жить — слушайся.

Мой вопрос, кажется, озадачил злоумышленника.

— Зачем?

— Ты, видать, не до конца проснулась, — пробормотал он.

И тут я отвесила ему щелчок по лбу.

От вполне безобидного удара тот чуть не упал в обморок. Я не упустила момент, сунула пальцы ему в рот и вытащила спрятанную таблетку.

Та самая, плотно вставленная между коренными зубами капсула. Так называемый <Укус милосердия>.

Средство для самоубийства, популярное среди гильдий убийц.

— Зачем?

Я сунула в рот неожиданно быстро пришедшему в себя незваному гостю край одеяла.

Прижала его к полу и начала вытаскивать из его оружие, спрятанное в разных местах:

— Зачем?

Длинные, словно иглы, лезвия, прочный кинжал, порошок с неизвестным эффектом, сюрикены в виде листьев...

И, наконец, я вытащила из его рукава запасную капсулу. Тот самый <Укус милосердия>.

После этого в глазах нарушителя окончательно угас боевой пыл.

Теперь у него не осталось способа покончить с собой.

— Готов отвечать?

Он закрыл глаза в отчаянии, крепко зажмурился… и, наконец, кивнул.

Я вытащила одеяло у него изо рта. Последовал судорожный вздох.

Он взглянул на меня с выражением полного недоумения и наконец заговорил:

— Ты не обычная горничная. Кто ты вообще?

— Отвечай.

— …Я просто выполнял заказ, поступивший в гильдию. Кто его дал и зачем нужно следить за виконтом Вэзервудом, мне не известно.

— Я у вас какая по счёту?

— Насколько мне известно, как минимум третья.

Это означало, что как минимум трёх служанок до меня пытались заставить шпионить тем же способом.

Цель одна — следить за виконтом Вэзервудом.

— А что случилось с предыдущими?

— …

— Отвечай.

— Не знаю. Моя задача — добиться от горничной клятвы повиновения. Что было до или после — не моё дело.

Убийца показал крошечную серьгу, похожую на кнопку, в правом ухе.

От неё ощущалось сильное, почти священное колебание, определённо магический предмет.

«Наверняка артефакт для принудительной клятвы».

Клятва — это магический обет, данный под залог души.

Те, кто осмелится нарушить этот закон, погибнут, а их души исчезнут навсегда. Поэтому это была запретная магия, которую давно перестали использовать.

«И такую чудовищную клятву он хотел навязать простой горничной? И не в первый раз?!»

Если подумать, это действительно странно.

Хотя я работала здесь всего несколько дней, работа в поместье Вэзервудов была тяжёлой, но не настолько, чтобы горничные убегали одна за другой.

Хозяина я никогда не видела, комнаты были просторными и чистыми, а распорядок дня строго соблюдался с 6 утра до 7 вечера.

То есть, скорее всего, горничные не сбегали, они исчезали. И исчезали не по собственной воле.

«Но ведь самого виконта Вэзервуда в этом доме нет».

После десяти лет на войне я легко чувствую присутствие людей.

Я точно знала — виконт давно не появлялся в своём доме.

«Если заказчик посылал убийц сюда более трёх раз, он не мог не знать, что виконта здесь нет».

Заброшенный особняк.

Заказчик, упорно желающий следить за ним.

С этим особняком явно что-то не так.

---

Примечания:

1. Диан Кехт - в ирландской мифологии бог врачевания. 

2. Превентивной — предупредительный, предупреждающий.