Перевод: Astarmina

На следующее утро Иан рано покинул дом.

Он шёл около тридцати минут, пока не вышел на Гросвенор-стрит. Прогуливаясь по безлюдной улице, он вскоре заметил таунхаус на Пендлтон-роуд. Он остановился на противоположной стороне и устремил взгляд на окно третьего этажа, где находилась комната мисс Пендлтон.

Он стоял неподвижно, ожидая, пока не увидит хотя бы её тень. Через час шторы в её окне раздвинулись. Он пристально смотрел на окно, но, вопреки ожиданиям, в нём появилась не она, а горничная в униформе.

Та широко распахнула окно, высунулась наружу и размахивала рукой, словно проверяя температуру воздуха. Но затем её взгляд случайно упал на Иана, и она пристально уставилась на него — узнала.

Он тоже сразу понял, что это та самая горничная, которой он передал письмо перед отъездом из Лондона. Та самая, что тогда сказала ему нечто весьма дерзкое. Она посмотрела на него, затем сжала кулак и резко указала пальцем вниз, словно приказывая ему оставаться на месте.

Вскоре парадная дверь открылась, и горничная вышла. Она перешла дорогу, подошла к Иану и почтительно поклонилась.

— С раннего утра бродите возле дома возлюбленной? Как романтично, сэр.

— Мисс Пендлтон в порядке?

— Если говорить о здоровье — да. Но во всём остальном... есть проблемы.

— Этот американский выскочка.

— А, так вы знаете.

Иан молча закурил сигару. Тени под его глазами стали ещё темнее. Горничная некоторое время смотрела на него, а затем спросила:

— Вы случайно не встречали мистера Прайса?

— Так его зовут Прайс?

— Да.

— Ты знаешь, где он живёт?

— Да, видела адрес на приглашении для него. Но я вам его не скажу.

— Почему?

— Потому что у вас сейчас такое лицо, будто, если я скажу, вы схватите пистолет, помчитесь к нему и будете стрелять, пока он не превратится в решето.

Иан медленно выпустил дым и спросил:

— Боишься, что меня повесят?

— О нет. С чего бы мне, простой служанке, переживать за такого высокородного джентльмена, как вы? Мне и своих забот хватает. Да и, честно говоря, мне бы тоже хотелось, чтобы кто-нибудь пристрелил мистера Прайса.

Иан вздохнул.

— В этом мы сходимся.

— Но вам нельзя этого делать.

— Почему?

— Потому что вы должны жениться на нашей барышне. Разве можно сделать мисс Лору женой убийцы?

Иан посмотрел на горничную. Её лицо выражало полную уверенность. Её дерзость граничила с непочтительностью, но она явно была на его стороне.

— Преданная служанка.

— Благодарю за комплимент, — с лёгкой насмешкой ответила она.

— Тогда... как тебя зовут?

— Энн Стил.

— Энн Стил... Хорошо. Скажи, Энн, ты готова помочь мне и мисс Пендлтон?

— Конечно. Для такой служанки, как я, два фунта — немалые деньги.

— А разве ты не говорила, что два фунта — мелочь?

— Просто хотела покрасоваться.

Иан смотрел на неё с немым удивлением.

— Ну ладно. Как ты думаешь, какие у меня шансы, что барышня полюбит меня?

— Пока есть надежда. Ведь вы ещё не убили мистера Прайса.

— То есть ты тоже считаешь, что если я вызову Прайса на дуэль, мисс Пендлтон охладеет ко мне?

— Разве не очевидно? После смерти леди Эбигейл у мисс Лоры останется только мистер Пендлтон. Если вы убьёте его друга, разве он оставит её в покое? Тем более мистер Прайс — сват Чарльза Пендлтона, её кузена. Мисс Лору либо забьют до смерти, либо навсегда вышвырнут из Англии.

Иан тяжело вздохнул.

— Я могу защитить её. Запросто. Если она оставит этого бесполезного опекуна и придёт ко мне, всё решится.

Энн покачала головой.

— Наша барышня скорее умрёт, чем пойдёт на такое.

Иан стиснул зубы. И Уильям, и эта преданная горничная — все в один голос твердили одно: если он тронет этого старика Прайса, мисс Пендлтон отвернётся от него.

— Но она не получит ничего от семьи. Куда она денется после смерти леди Эбигейл? Её дядя обращается с ней как с врагом. Разве не так?

Энн широко раскрыла глаза.

— Вы разве не знали? Барышня давно готовится стать гувернанткой.

Сигара выпала из пальцев Иана.

— Что?

— Вижу, вы действительно не в курсе. Хотя она редко кому рассказывает об этом, кроме самых близких.

Иан снова посмотрел на окно комнаты мисс Пендлтон.

Лора Пендлтон... готовилась стать гувернанткой?

— Но для женщины её положения работать прислугой — неслыханно. Гувернантка, чёрт возьми... Какая семья возьмёт в дом благородную даму, которая когда-то была выше их по статусу?

Энн, проработавшая служанкой более десяти лет, согласилась:

— Верно. У неё нет опыта, да и предубеждение, что она слишком горда, чтобы слушаться хозяев, сыграет против неё. Все будут думать, что она хочет вернуть себе прежний статус. Даже если она найдёт работу, гувернантка никогда не выберется из бедности. Но наша барышня знает греческий и латынь, так что сможет получать чуть больше. Наверное, её сразу возьмут — гувернанток, говорящих на пяти языках, почти нет.

Иан продолжал смотреть на окно. Слова Энн постепенно охлаждали его пыл. Мысль о том, что мисс Пендлтон может стать гувернанткой, отрезвляла.

Да, она справится. Хотя положение гувернантки незавидное, она умна и упорна. Если повезёт, она сможет жить самостоятельно.

А это означало, что она может уйти туда, где он её не достанет.

Мысль о том, что она может исчезнуть из его жизни, вмиг погасила гнев, жгущий его всю ночь. Его сердце остыло, а разум прояснился.

Впервые за долгое время он мыслил трезво.

Он ещё некоторое время молча смотрел на окно.

— Не говори барышне, что я был здесь. Поняла?

— Конечно... Но у вас есть план, сэр?

Иан не ответил. Он ещё немного постоял, затем развернулся и ушёл.

Энн вернулась в дом Пендлтонов и продолжила свои обязанности: помогала мисс Лоре одеваться и причёсываться.

Та, ничего не знавшая о визите Иана, лишь устало переживала, успеют ли починить лестницу до прихода дяди.

Энн, расчёсывая её волосы, успокаивала её ласковыми словами. В то же время в голове у неё всплыл образ Иана Далтона, смотревшего на окно перед уходом.

Леденящее спокойствие, холодные глаза... но в них горела ясная цель.

Впервые она увидела его таким и удивилась. В элегантном и сдержанном Иане Далтоне вдруг проступила опасная одержимость, которую она не ожидала.

Но чем больше она вспоминала его, тем лучше становилось на душе. Ведь его одержимость была направлена на её добрую и честную хозяйку — мисс Лору Пендлтон.

Он никогда не откажется от неё. Мужчина с таким взглядом не способен отступить. Он непременно увезёт её в своё поместье в Уайтфилд и даст ей новое имя.

Имя, которое будет вызывать уважение во всём Йоркшире — «леди Далтон».

***

Слух о возвращении Иана Далтона в Лондон быстро разнёсся благодаря картине, висевшей в гостиной мисс Лэнс.

Незавершённый эскиз привлекал внимание всех гостей, и мать с дочерью Лэнс не скрывали, что получили его от мистера Далтона.

Светское общество вновь насторожилось, узнав, что Иан Далтон вернулся без лишнего шума. Особый интерес вызвал тот факт, что в первый же день он нарисовал портреты мисс Лэнс и мисс Фэрфакс.

Дарение картины дамой джентльмену (или наоборот) в свете легко могло стать поводом для сплетен. К счастью, присутствие на портрете мисс Джанет Фэрфакс служило отличным щитом от пересудов.

Все знали о дружбе мисс Лэнс с семейством Фэрфакс, поэтому решили, что она просто зашла к ним в гости и получила подарок.

Картина в гостиной Лэнсов вскоре забылась, оставив после себя лишь слухи о таланте Иана Далтона.

Но для мисс Лэнс она становилась всё важнее.

Она часто задумчиво смотрела на портрет, вспоминая тот день.

Солнечный полдень, чаепитие в гостиной Фэрфаксов. Она сидела на диване, а напротив — Иан Далтон в элегантном синем дорожном костюме, склонившийся над альбомом. Его чёрные волосы слегка спадали на лоб, а тёмные спокойные глаза время от времени поднимались на неё.

«Он был словно герой мелодрамы,» — думала она.

Покраснев, она отворачивалась, осознав, о чём размышляла.

Как и многие девушки, мисс Лэнс любила романы. Из книг и стихов неопытные барышни узнавали, что такое любовь.

Учащённое сердцебиение, мысли об одном человеке, смутное томление, обострённые чувства... Всё совпадало.

Сначала она смущалась, но потом поняла, что эти чувства приятны. Говорят, любовь мучительна, но для неё это было не так. Ведь она была уверена, что Иан Далтон чувствует то же самое.

Глупая уверенность молодости... Но расплачиваться за неё придётся ей одной.

Мисс Лэнс не подозревала о будущей цене своих сладких грёз и продолжала витать в облаках.