Волк-пожиратель богов означает буквально волка, пожирающего божества.

Ярким примером тому служит Фенрир, порождение Локи, который во время Рагнарёка сожрал верховного бога Одина в скандинавской мифологии.

Поступив в Академию Путешествия Юниона и изучая историю других измерений, Пан Ювон понял, что во многих мирах существуют предания, удивительно похожие на историю о Фенрире, пусть и под другими именами.

――Хотя в довольно многих случаях даже имена полностью совпадали, но, учитывая, что сама Вавилонская башня берет свое начало на Земле, придираться к этому не имело никакого смысла.

А что насчет девятихвостой лисы? На Земле она считается великим ёкаем, зародившимся в Восточной Азии, и, как и Фенрир, ее несложно отыскать в легендах и мифах самых разных измерений.

Поговаривают, что у нее девять хвостов, что она владеет чудесными силами и славится тем, что очаровывает людей, а затем вырывает им печень.

В Китае она воплотилась в Дацзи, беспримерную злодейку, ставшую наложницей короля Чжоу из династии Инь и погубившую целое государство, а перебравшись в Японию, предстала в образе соблазнившей императора Тамамо-но Маэ.

Каков истинный нрав девятихвостых лис при рождении, ему было неведомо, но едва ли не каждый согласится, что это одно из самых известных мифических существ, дошедших до нас в сказаниях.

— И всё же в Лучель течет кровь их обоих.

— Это поистине чудесная вероятность. Посуди сам, те из нас, кто унаследовал кровь древних божественных зверей, и без того с огромным трудом оставляют потомство.

— Пожалуй, вы правы.

Даже не вдаваясь в подробности, способности Канида и Лусии делали их сильнейшими в племени Волчьего клыка.

Будь они способны легко заводить детей — возможно, прозвучит грубовато, но наверняка они постарались бы произвести на свет как можно больше сильных потомков, чтобы укрепить мощь племени.

Раз уж Лучель поступила в академию, им следовало бы задуматься о рождении нового ребенка хотя бы ради того, чтобы было кому передать бразды правления...

— Зять, тут дело обстоит немного иначе. Хоть это и трудно, но... мы даже не пытаемся.

Наполнив чашу Пан Ювона до краев, Канид приложился губами прямо к горлышку бутылки, в которой еще оставалось больше половины, жадно отпил и горько усмехнулся:

— Во всем виноват я. Если бы в молодости я не был столь жаден, мне бы не довелось заключать сделку с этой тварюгой...

— С Лучель с нас хватит и ее доли страданий. Мы не можем позволить себе дать созвездиям еще хоть один рычаг давления.

Вместо замолчавшего Канида пояснила Лусия.

Стоило услышать это, как Пан Ювон тут же всё понял.

.

«Погодите-ка, но ведь это я мог бы как-нибудь...»

Пан Ювон уже хотел было высказать вертевшиеся на языке слова, но вовремя прикусил язык, бросив взгляд на прильнувшую к его груди Лучель, которая сладко мурлыкала и ластилась (видимо, захмелев от выпивки).

Как это — «как-нибудь»? Неужели он собирался заявить, что если у них родится ребенок, то он снова возьмет его под свою власть и защитит от созвездий?

Разве в таком случае хозяин просто не сменится, а бедняга всё так же останется сидеть на цепи?

Называть подобное «помощью», учитывая, сколько он сам размышлял над своими отношениями с Лучель, было верхом бесстыдства.

— Сердце-горнило Лучель... тоже пока нельзя назвать полностью исцеленным.

Поэтому он предпочел зайти с другой стороны.

— Я продолжаю исследования, чтобы найти способ окончательно с этим разобраться. Так что... прошу вас, еще немного подождите.

— Спасибо тебе.

Уловил ли он тени сомнения и чувства вины, затаившиеся в его словах?

Канид тепло улыбнулся и хлопнул его по плечу.

— Наша девочка отыскала поистине прекрасного господина.

— Того, кому не жалко отдать душу, — бесстрастным тоном добавила Лусия.

Пан Ювон от смущения отвел взгляд, но Лучель лишь крепче вцепилась в его рукав и еще глубже зарылась лицом в его одежду.

— Кажется, она заснула.

— Воспитание было суровым.

— На всякий случай уточню: пожалуйста, не рассказывай, чему именно ты ее учила.

Уже одна мысль о том, что это были наставления по зачатию ребенка, наводила ужас, а если учесть, что учителем выступала девятиглавая лисица... существовало ли на свете сочетание страшнее этого?

Он горько улыбнулся, поглаживая заснувшую на коленях Лучель.

Для дочери кумихо было совершенно естественно родиться с даром очаровывать людей.

— Береги ее.

— Разумеется.

На слова Канида Пан Ювон ответил твердым кивком.

Он был готов к этому с самого момента заключения узы господина и слуги с Лучель.

— А-а-ах.

В этот момент Слоти, медленно приблизившаяся с винным бочонком в обнимку, взглянула на Лучель и тихо вздохнула:

— Принцесса опередила меня.

— Я же говорила тебе, Слоти, потренируйся хоть немного соблазнять мужчин, — укоризненно покачал головой Канид.

— Мне было лень...

Бум. Поставив бочонок с вином на стол и отвечая Каниду, Слоти не сводила с Пан Ювона прямого, неотрывного взгляда.

Казалось, она прицелилась и ни за что не упустит добычу.

Пан Ювон искренне радовался присутствию Лучель.

Не будь ее рядом, его бы наверняка сглодали в мгновение ока.

— Время еще есть, так что постарайся.

— Угу. Натахуины сильны во время войны. Отличный шанс себя показать.

— Война...

От брошенных Слоти между делом слов Пан Ювон напрягся.

Она уже готовилась к грядущей войне.

Пусть кругом гремел пир и зверолюди, опьяненные праздником, вовсю предавались возлияниям, даже в такой обстановке Слоти, хранительница леса, сохраняла трезвый рассудок и оценивала реальное положение дел.

Хотя... быть может, и те зверолюди, что казались столь беззаботными――.

Поглаживая по голове не собирающуюся просыпаться Лучель, Пан Ювон спросил Слоти:

— Говорят, враги появятся и с небес. За ними удастся следить?

— Ага, листочки нашепчут.

При таких талантах она была уже не просто повелительницей деревьев, а настоящим дриадом или духом природы.

В этот момент из-за ее спины появилась Токко Ён, нагруженная горой всякой снеди.

— Мне тут со всех сторон навалили, когда услышали, что я с вами в одном отряде. Ешьте.

— Спасибо.

Приняв из рук Токко Ён угощение (это оказалось сладкое печенье, приготовленное из застывшего сока), Пан Ювон отломил кусочек и поинтересовался:

— Кстати, вы что, всё это время были вдвоем?

— Мы дрались.

На будничный тон Токко Ён Пан Ювон невольно вздрогнул.

Если присмотреться, хоть сперва он и не заметил, на теле Слоти виднелось немало царапин, а растрепанные волосы казались еще более взъерошенными, чем обычно.

Зато Токко Ён... о ней Пан Ювону даже волноваться не стоило.

— Она оказалась сильна. Не из тех букашек, что бегут сюда, завидев лишь твои способности.

— До чего же ты прямолинейна. С чего вы вообще подрались-то?

Токко Ён отвернулась, явно не намереваясь отвечать на столь закономерный вопрос.

Слоти же склонила голову набок и небрежно бросила:

— Снимала стресс?

Затем она добавила:

— Она сильна. Сильный мужчина и впрямь выбирает сильных женщин.

— Эй, ты чего сдуру――!

Словно чувствуя, что чего-то не хватает, она выдала такое.

Судя по всему, в ее понимании Токко Ён тоже записывали в женщины Пан Ювона. Он поспешил вмешаться, чтобы опровергнуть это заблуждение, но...

— Хватит. Мы всего лишь напарники по учебной группе. Толпа народу вместе не значит семья. Прошу не ставить нас в один ряд со всякими.

Токко Ён опередила его и на корню пресекла эти домыслы.

Заявление прозвучало довольно резко и могло кого угодно задеть, но неужели, как и утверждала Слоти, они действительно поколотили друг друга, выпустили пар и теперь успокоились?

Слоти озадаченно склонила голову набок, силясь осмыслить услышанное, но затем легко пожала плечами, словно во всем разобравшись, и уселась рядом с Пан Ювоном.

— Как ни крути, а отбоя от поклонников у тебя нет.

— Ну, популярен, есть немного.

Вот за что он ненавидел свою неспособность лгать, так это за такие моменты.

Пока Пан Ювон невозмутимо отбрехивался, Слоти с видом железобетонной решимости прижалась головой к его плечу.

— Тогда первое место оставляю принцессе. Я хочу быть второй.

—...Я же предупреждал: не устраивай подобных непотребств у меня на глазах.

А, значит, вот почему они все-таки подрались.

Пан Ювон покачал головой, переводя взгляд то на пылающую боевым духом Токко Ён, то на Слоти, которая лениво поднималась с места, чтобы принять вызов, и по ходу дела украмясь гладила его по руке.

Он был твердо уверен, что если ввяжется в женские разборки, ничего хорошего из этого не выйдет, поэтому решил просто проигнорировать их и заняться своими делами.

— Так это и есть то самое Миррор?

— Инструмент для выхода в Путешествия Юниона-нет. Кстати говоря, вождь, вы ведь тоже можете им пользоваться?

— Мы выходим в сеть с помощью духовных практик. Хотя пользуемся редко.

Быстро закончив дела, Пан Ювон спрятал Миррор за пазуху и на всякий случай предложил Каниду забрать запасное устройство, но тот отказался, заявив, что не намерен втягивать в дела этого мира еще больше внешних элементов.

И впрямь, здешние обитатели явно не любили связываться с внешним миром.

Это лишь доказывало, насколько серьезной была проблема, раз ради ее решения им пришлось, несмотря на все преграды, отправить в Путешествия Юниона запрос о помощи――.

— Лучель совсем вырубилась. Уж прости за беспокойство, зять, но не мог бы ты отнести ее в комнату? Видишь вон то большое дерево с розовым мехом у входа?

— Мне отнести ее туда?

— Ага. Кажется, всё, о чем следовало поговорить, мы обсудили, так что и ты ступай отдыхать.

Уж не планировал ли он запереть уснувшую Лучель и Пан Ювона в одной комнате, чтобы те наконец перешли к делу?

Если старик и впрямь рассчитывал на это, то он чудовищно недооценивал выдержку Пан Ювона.

Подумать только, он целый семестр делил комнату с беззаботной девчонкой (Лайтом) — и хоть бы хны!

Мысленно посмеявшись над хитрыми уловками Канида, Пан Ювон подхватил Лучель на руки и поднялся на ноги.

— Вот это я и называю непотребством!

— Как же сложно с этими людьми! Проще бы всем раздеться, и делов-то...!

Обернувшись, он увидел, как празднующие пьянчуги расступились в стороны и теперь вовсю аплодировали ожесточенной схватке Токко Ён и Слоти, в которой уже было не разобрать, тренировка это или смертный бой.

Если смотреть со стороны, могло показаться, будто Токко Ён быстрее всех влилась в коллектив зверолюдей... Пан Ювон тяжело вздохнул и обратился к Каниду с просьбой:

— У нее скверный язык, но в душе она отличный человек. Если она вдруг выкинет какую-нибудь глупость, пожалуйста, не судите строго. Очень прошу.

— Ха-ха, разумеется. С чего бы мне обижаться на девчонку моего зятя?

— Да нет же, она мне вовсе не... впрочем, неважно.

Переубедить их укоренившиеся из-за различий между расами заблуждения было абсолютно невозможно.

Тяжело вздохнув, Пан Ювон отступил назад.

— Ну ладно, отдыхай, зять!

— Делай так, как учили.

Ответив кивком на полные скрытого смысла реплики Канида и Лусии, он оттолкнулся от земли и в мгновение ока достиг цели.

Пробравшись внутрь довольно широкого дупла, он и впрямь обнаружил комнату, в точности такой, какой она должна была быть у Лучель до ее отъезда в академию.

Милые безделушки, стопка книг, игрушки и широкая, мягкая кровать с виду.

— Какое-то даже трогательное зрелище.

Каждая вещь, попадавшаяся ему на глаза, служила молчаливым свидетельством прошлого Лучель, всей истории ее жизни в этом мире.

Для человека, бывшего для него столь особенным, даже эти незначительные следы казались невероятно дорогими.

Хлоп.

Раздался тяжелый глухой звук.

— Мм? А...

Свет, лившийся через отверстие, мгновенно пропал, дав понять, что лаз закрылся.

И это тоже проделки Канида?

Впрочем, зрение Пан Ювона с легкостью пронзало любую темноту, так что закрывшийся вход не мог застать его врасплох; он собирался просто уложить Лучель на кровать да выйти наружу――.

— Хи-хи-хи.

Раздался обольстительный смешок.

Стоило услышать его, как Пан Ювон осознал: его расчеты с самого начала пошли прахом.

— Ты притворялась спящей?

— Ювон, неужели ты повелся?

Лучель, что еще мгновение назад казалась безмятежно спящей у него на руках, уже обвила его шею обеими руками и заглядывала ему в лицо с такого близкого расстояния, что их носы почти соприкасались.

— Я же лично проверял, спишь ли ты... с помощью своей силы.

— Значит, мне удалось тебя обмануть. Девятихвостые лисы славятся искусством обмана, неужто ты не знал?

— Ого, да тебя неплохо обучили.

— Если бы я оставалась такой же полуфабрикатом, как раньше, у меня бы ничего не вышло. И всё благодаря тебе, Ювон.

Даже в кромешной тьме он видел сияющую улыбку Лучель.

Подумав о том, что его собственные способности всё еще несовершенны, Пан Ювон покорно выбросил белый флаг.

Вскоре прекрасная улыбка Лучель полностью заполнила всё его поле зрения.

.