Той ночью.

— Я тут подумал.

— А?

Пан Ювон, макавший кисть в краску, приготовленную из смеси различных ингредиентов, ответил, даже не поднимая головы на голос Селлон.

Работа была в самом разгаре, и он не мог позволить себе отвлечься.

Перед ним лежал прямоугольный листок бумаги размером с ладонь.

Он уверенно водил кистью по бумаге, вырисовывая символы — магический язык.

— Твоя способность... как ни крути, она нарушает все законы логики.

— Чему тут удивляться? Если бы я был обычным, разве меня бы приняли по спецотбору?

— Смешно. Я просмотрела досье всех студентов спецотбора в этой академии, и даже если сложить их таланты вместе, они всё равно не дотягивают до тебя.

— И когда ты успела это проверить?

— Это база. Если бы у меня была такая сила, как у тебя, я бы могла вертеть барьерами академии как захочу.

— Суперхакер Селлон...

— Эй, что это за тон? Звучит неприятно.

Хотя она ощущалась лишь как выдающийся посох, в такие моменты Пан Ювон отчетливо осознавал, что она — настоящее Созвездие.

— В любом случае, твоя сила — это слишком великий потенциал для одного человека. К тому же, способов применения уйма. Посмотри, ты сейчас создаешь амулет, который могли бы сделать разве что древние заклинатели.

— Ну, это мы с тобой вместе придумали такую форму.

— Честно говоря, я и не думала, что получится.

— Бедный тот контрактник, который заключил сделку с таким безответственным Созвездием.

— Это было лишнее, негодник!

Пан Ювон, посоветовавшись с Селлон о том, как помочь членам 11-го класса успешно сдать промежуточные экзамены, решил, что было бы неплохо создать некое подобие «усиления», повышающего эффективность обучения.

Он и раньше задумывался о баффах.

Если бы ему удалось напрямую воздействовать на других с помощью своей языковой способности — «Кода Вавилонии», — разве это не стало бы баффом или дебаффом?

«Проблема в том, что я не могу напрямую вмешиваться в концепты внутри чужого тела своей силой.»

Однажды он попробовал, и это привело к ужасным последствиям: Лучель чуть не сошла с ума.

С тех пор он не рисковал, но тут Селлон дала ему совет.

Поскольку сопротивление чужому мана-воздействию — инстинкт любого человека, почему бы не использовать посредника, чтобы не нарушать этот инстинкт?

Этим посредником должен стать артефакт.

Если Пан Ювон запечатает силу в артефакт, цель сможет активировать её при контакте.

Поскольку в процессе мана цели естественным образом смешивается с силой, это позволит применить его способность без отторжения — такова была идея Селлон.

Идея звучала убедительно, но разве артефакты так легко создавать?

Пан Ювон, безусловно, обладал способностью собирать, наделять и синтезировать концепты всех вещей, но создавать что-то из ничего с помощью языковой магии было невозможно.

Точнее, он мог временно создать концепт с помощью языковой магии, но как только содержащаяся в нем энергия хёнги иссякала, он исчезал.

— Это уже достижение! Если бы каждый мог запечатывать магию в бумагу, как ты, магические свитки не стоили бы так дорого!

— О, они дорого стоят?

— Конечно!

В итоге получился не артефакт, а расходный материал.

«Амулет.»

Раньше он рисовал магические символы прямо в воздухе, используя хёнги, но в этот раз он подготовил специальные чернила (с концептом сохранения, очень дорогие) и пергамент для магических свитков, наполненный маной (очень дорогой), чтобы эффект длился как можно дольше.

— Легко же деньги зарабатывать. Просто рисуешь магический язык и вливаешь хёнги.

— Думаю, студенты, которые не хотят вылететь из академии, скупали бы эти амулеты за бешеные деньги.

— Но я не буду их продавать.

Он ведь старался ради оценок своей группы, а если из-за амулетов оценки поднимутся у всех остальных, это будет противоречить цели.

Современное общество — это жестокая конкуренция.

Слабые здесь не выживают.

Размышляя об этом, он продолжал усердно работать кистью, и вскоре первый амулет был готов.

— Забавно, выглядит как самый настоящий амулет.

— Не «как», а самый простой и эффективный магический свиток из всех, что я видела. Маги назвали бы это произведение искусства.

Пан Ювон хотел заложить в амулет три концепта.

Концентрация, понимание и запоминание.

Три неотъемлемых элемента для изучения письменных предметов.

Он вписал эти концепты в амулет, влил огромное количество хёнги и запечатал их. Теперь, когда пользователь вливает ману, печать разрушается, и эффект начинает действовать.

На стабилизацию этого механизма ушел целый час мучительных раздумий и пота.

— Но мне не нравится, что при запечатывании тратится столько хёнги. Нужно будет улучшить систему... Кстати, раз уж речь зашла о печатях...

— Оставь раздумья на потом, лучше проверь, что получилось.

Как только он взял в руки готовый амулет, перед глазами поплыли сообщения, порожденные его способностью.

[Успешно создан «Учебный амулет Пан Ювона (30).» Этот амулет, созданный из концептов, положительно влияющих на активацию мозга, надежно запечатан. С момента снятия печати он в течение 30 часов дает пользователю сильный эффект концентрации, понимания и запоминания. Из-за влияния способности «Мутация» часть знаний создателя амулета естественным образом передается пользователю.]

[Благодаря гармонии способности и языковой магии успешно создан уникальный магический предмет. Глубина навыков «Всевидящее око», «Всеслышащее ухо» и «Всегласящие уста» увеличивается на 10. Глубина души достигла 650. Глубина «Мутации» достигла 15.]

— Ого.

Безусловно, результат превзошел все ожидания.

Особенно поразил дополнительный эффект от «Мутации»!

Поскольку Пан Ювон уже понимал все предметы, если хотя бы часть его знаний передастся девушкам, их шансы сдать экзамен резко возрастут.

— Ну вот, я же говорила, что выйдет что-то невообразимое! Ты не был бы собой, если бы не воровал концепты, так еще и добавил такую абсурдную опцию, как передача знаний...

— Созвездие [Часы легиона игрушек] с недоумением наблюдает за успехами своего подопечного, который управляет силой лучше, чем оно само.

В то время как Селлон отреагировала так, будто ожидала чего-то подобного, Созвездие, которое изредка проявляло себя сообщениями, было в шоке от того, что Пан Ювон, только недавно получивший поддержку, совершает одно чудо за другим.

И это неудивительно. Способность, которой пользуется Пан Ювон, по своей сути стала отличаться от той, что даровало ему это Созвездие.

— Но что ты будешь делать? Ты не контролируешь «Мутацию.» А если в других амулетах проявятся странные эффекты?

— Селлон, кажется, ты всё еще меня не понимаешь.

— Что?

Пан Ювон взял второй лист бумаги, одним росчерком нанес надпись и влил ровно столько же хёнги, сколько в первый амулет.

Это была полная копия.

— А?

— Вот так.

Когда он наложил её на первый амулет, надпись «Полная копия» исчезла, и второй амулет стал в точности как первый!

Проверив информацию, он убедился: всё идентично. Даже способности, добавленные «Мутацией», были полностью скопированы.

— Готово.

— Невероятно, что такое вообще возможно...

Перед лицом магии «копировать-вставить», которую знает и любит каждый современный землянин, древнее Созвездие пришло в ужас.

— Селлон, подкинь хёнги.

— Это потому, что ты работаешь с концептами первоосновы? Ты так выставляешь напоказ талант мага, что мне хочется начать учить тебя по-настоящему.

— Да-да, это потом, а сейчас гони хёнги.

Даже с помощью Селлон, Пан Ювону пришлось несколько раз восстанавливать хёнги через технику Хёнсингон, прежде чем он смог закончить 20 амулетов.

— Буду делать такие каждый раз, когда остается лишняя энергия. Или можно создать перезаряжаемый артефакт, который пополняется по мере расхода концептов.

— Думаю, это будет полезно даже в Башне.

— Можно сделать амулет с концептом защитного барьера.

Он всего лишь хотел подтянуть успеваемость группы, а в итоге возможности его силы резко возросли.

Без преувеличения, его боевая мощь почти удвоилась.

— Если профессор кафедры создания артефактов увидит это, она, наверное, забудет, как дышать, и набросится на тебя.

— Профессор Талия Лириана Кампанелла, кажется? Кстати, я слышал, что если отчитаться ей об артефакте, это засчитают как достижение. Можно будет подарить ей один.

В любом случае, все амулеты запечатаны его силой, так что даже при исследовании никто не поймет принцип, а если и поймет — не сможет повторить.

Конечно, где-то в мире может существовать кто-то способный на это, но такой человек и без этих амулетов создаст что-то великое, так что это не имеет значения.

— Если наделать кучу амулетов с разными функциями... хм, разве ты тогда не сможешь в одиночку покорить Башню?

— Обычно те, кто пробуждает новую силу и впадает в такое высокомерие, первыми и вылетают.

— Ты что, мудрец?

Закончив пустой разговор с Селлон, Пан Ювон встал, потянулся и посмотрел в окно.

Под ночным небом, лишенным лунного света, моросил дождь, увлажняя причал для космических кораблей и лес.

Он работал в пустой аудитории один, чтобы не беспокоить Лайта, и глубокой ночью атмосфера была что надо.

— Даже если бы сейчас появился призрак, я бы не удивился.

— Призраки — это не так уж и необычно. Ты страшнее любого призрака.

—...А?

Но Пан Ювону было не до шуток Селлон.

На причале, в отдалении от зданий академии, за огромной колонной он заметил что-то белесое, быстро мелькнувшее в тени.

— Святые угодники...

— Ты что, нашел духа? Внутри барьера, который поставил сам монстр, дух спокойно разгуливает?

— Чему ты удивляешься? Ты что, с ректором на короткой ноге?

Ворча в ответ, он машинально продолжал следить за белесым силуэтом, и в этот момент...

Может, показалось, но силуэт на мгновение замер, словно посмотрев прямо на Пан Ювона.

Большие, зловеще светящиеся глаза, заостренные уши...

Но в следующее мгновение, когда Пан Ювон вздрогнул и широко открыл глаза, силуэт исчез, не оставив и следа.

—...Но в таких случаях это точно не иллюзия.

— Знаешь, иногда ты ведешь себя как дурак, разговаривая сам с собой. Вроде выглядишь нормально, может, это побочный эффект силы?

— Грубовато, не находишь?

* * *

Следующий день, вторник.

В обеденный перерыв Пан Ювон собрал группу в пустой аудитории и раздал каждому по пять амулетов.

— Вливаете ману, и они активируются. После активации амулет сам прилипает к телу, действует 30 часов, а потом сгорает. Есть вопросы?

— Я вообще ничего не поняла.

— Ну, значит, так и надо.

— Это похоже на миниатюрную формацию. В моем... роду были люди, которые специализировались на подобных вещах.

Лучель и Лайт, которые даже не могли представить принцип работы, просто молча приняли амулеты, а Токко Ён с интересом блеснула глазами.

— Пан Ювон, значит ли это, что ты можешь создавать и другие «амулеты» с иными эффектами?

— Верно. Жди сюрпризов на следующей вылазке.

—...И правда, мои переживания были глупыми.

Она пробормотала что-то невнятное, тихо рассмеялась и спрятала амулет за пазуху.

— Наверное, не пригодится, но раз уж дали — воспользуюсь. Спасибо.

— И-и я тоже!

— Честно говоря, не совсем понимаю, но если эффект будет хорошим, я еще раз поблагодарю.

— Хорошо. А, и еще: не носите их на самом экзамене, если поймают — будет плохо.

Утром он уже передал один амулет профессору Кампанелле через Ю Мину.

Хотя он не говорил с ней лично, до него дошли слова о том, что это «опасно», «жульничество» и «за это отчисляют», так что он понял — эффект просто бомбический.

Сумма вознаграждения, полученная в качестве бонуса, была пугающе высокой.

— Ну что, идем на дневную лекцию.

— Если использовать их во время лекций, эффект будет еще лучше!

— Ага. Хотя профессор Зенон наверняка снова будет смотреть на нас своим фирменным взглядом...

Но когда они вышли из аудитории и направились на лекцию Зенона...

— О, Пан Ювон, верно? Как раз тебя искал, удачно получилось.

Их путь преградил шатен с сережкой в форме сердца в одном ухе, напоминавший темного эльфа из фэнтези.

— Я Кетра, вице-президент Студенческого совета. Рад знакомству.

— Студенческий совет?!

— В общем, Пан Ювон.

Юноша, представившийся Кетрой, пристально посмотрел на него и спросил:

— У тебя будет время после лекций?

Пан Ювон посмотрел на его заостренные уши и подумал:

Ну вот, я же говорил.

Мне не показалось.