Впервые он встретил его в первый же день посещения лекций Зенона.

Пан Ювон был шокирован тем, что даже Токко Ён, сильнейшая в группе «Ребеллион», на мгновение позволила застать себя врасплох.

Поскольку он посещал лекции Зенона, известные тем, что на них ходят лишь элита академии, он догадывался, что тот силен, но... он и представить не мог, что это вице-президент студенческого совета.

«Вот черт, а ведь я хотел хоть немного посоветоваться с ребятами, прежде чем начинать разговор.»

Наблюдая за тем, как Зенон стоит у кафедры и читает лекцию своим обычным спокойным тоном, Пан Ювон перевел взгляд в сторону и увидел, что Лучель, сидящая рядом с Токко Ён, смотрит на него немигающим взглядом.

Все потому, что эффект амулета уже подействовал, и она была полностью «сосредоточена» на Пан Ювоне.

«Я был дураком. Нужно было установить приоритеты для концентрации.»

Обычно такого не происходит.

Лайт, сидевший прямо напротив, во все глаза пялился на Зенона.

Проблема была лишь в том, что чувства Лучель к Пан Ювону превосходили все его ожидания.

Ее взгляд был не просто горячим, он буквально обжигал.

Страшные концепты эмоций, такие как «любовь» и «желание», бушевали в ее Сердце-горниле.

Если бы между ними не сидела Токко Ён, он не поручился бы за то, что могло произойти.

В любом случае, ни Лучель, ни Лайт сейчас не были в состоянии вести нормальный диалог.

— Мы правда сможем подняться на Башню с этими дураками...?

— Я и сам постоянно об этом беспокоюсь, так что не надо мне об этом напоминать.

Только Токко Ён, единственная из получивших амулет, кто не активировал его сразу, сидела как ни в чем не бывало.

На самом деле, она была единственной из «Ребеллиона», с кем можно было посоветоваться, так что было неважно, что там с Лучель и Лайтом.

— Итак, Токко Ён, что ты думаешь?

— А что, если то, что ты обнаружил вчера, не так уж и важно?

— Я размышлял, почему заметил движение возле космопорта. Возможно, это был студент, вернувшийся в академию на корабле.

— Если рассуждать логически, то да. Видишь, ничего особенного.

— Сначала это выглядело как белесое пятно, но сейчас я думаю, что это могла быть магия для искажения восприятия.

Конечно, его Всевидящее око могло пронзить что угодно, но трудно заметить все, что проносится мимо в одно мгновение.

По крайней мере, требовалось время, чтобы четко распознать объект и сосредоточиться на нем.

— Тайком вернулся в академию ночью и крадется, избегая чужих глаз. Видимо, очень застенчивый тип.

— На самом деле, я видел его лишь мельком.

В тот момент он списал все на игру воображения, но когда столкнулся с Кетрой, четверокурсником, назвавшимся вице-президентом студсовета, он убедился, что видел все правильно.

— Кажется, у него были заостренные уши.

— Вот как.

Токко Ён кивнула с таким видом, будто все поняла.

— Грандиозное беззаконие, связанное со студсоветом, быстрое уничтожение улик... Хм, этот парень мог бы перерезать горло Пан Ювону, прежде чем я успела бы вмешаться. Прощай, Пан Ювон.

— Нельзя ли мыслить хоть немного позитивнее...?

— Тебя, как человека, владеющего уликами, могут затащить в студсовет и сделать соучастником.

— Это и раньше было так.

Пока они вели такие тревожные разговоры, лекция закончилась!

Пан Ювон, который с трудом успокоил Лайта, молча провожавшего взглядом уходящего Зенона, и отцепил от себя Лучель, перепрыгнувшую через Токко Ён, увидел, как Кетра легкой походкой приближается к ним.

— Спасибо, что подождали, Пан Ювон. Давайте сходим в кафе, выпьем чаю и поговорим.

— Гр-р-р...!

Лучель, почувствовав, как Кетра тянет руку к Пан Ювону, оскалилась и преградила ему путь.

Пан Ювон подал знак Токко Ён, и та быстро вырубила Лучель.

Кетра захлопал в ладоши, впечатленный их слаженными действиями.

— Вы, ребята, довольно агрессивно общаетесь.

— Мы просто очень близки. Пойдемте, старший.

— Пан Ювон, ты уверен, что справишься один?

Спрашивать такое, когда он одной рукой держит вырубленную Лучель, а другой — все еще не пришедшего в себя Лайта, было излишне — это только заставляло волноваться еще больше.

Пан Ювон усмехнулся и ответил:

— Думаю, да.

— Конечно. Разве Грэм тебе не говорил? Наш студсовет очень высокого мнения о тебе. Так что не волнуйся, я верну тебя в целости и сохранности.

—...

Кетра с сияющей улыбкой подмигнул Токко Ён, сказав что-то неприятное.

Токко Ён скривилась от отвращения, не ответила ни слова и, нагруженная двумя «тюками», повернулась к нему спиной.

—...Неужели ей не понравилось?

— Спрашиваю из любопытства: кому вообще такое нравится?

— Большинству девушек нравится...

Раз он не понял с первого взгляда, что Токко Ён не входит в это «большинство», значит, этот парень не так уж и хорош.

— Тогда поговорим в кафе? А, разумеется, за пределами академии.

— За пределами?

Под «внешним миром» в академии подразумевался город Роника, расположенный за ее стенами.

Впрочем, для члена студсовета иметь разрешение на выход в город — обычное дело.

Пан Ювон кивнул, Кетра взял его за руку и коснулся своего студенческого удостоверения.

В следующее мгновение они стояли на окраине Роники.

— Та-да! Это Рони... А, ты ведь уже привык. Я был удивлен, когда услышал, что первокурсникам этого года так быстро дали разрешение на одиночные исследования и выход в город.

— У меня нет разрешения на одиночные исследования.

— Ах да, это та «ледяная принцесса», верно? «Настоящий монстр», к которому даже одноклассники не могут подойти. Если бы не Специальный класс, она была бы кандидатом в президенты студсовета. Жаль. А, нам сюда.

Видимо, он часто бывал в Ронике: Кетра уверенно повел его через переулки к кафе в задворках, о котором Пан Ювон даже не подозревал.

Кафе находилось в укромном месте, но деревянная вывеска с тонкой резьбой создавала уютную атмосферу.

Дверь открылась с мелодичным звоном колокольчика.

— Это вроде нашего штаба. Здесь нас никто из студентов академии не найдет. Привет, нуна!

— Кетра, ты пришел! Добро пожаловать, гость!

Женщина, которая в одиночку варила кофе, ответила на подмигивание Кетры такой лучезарной улыбкой, что, видимо, на других девушек это все-таки действовало.

Они сели в углу и получили свой заказ.

Кетра взял ванильный латте, а Пан Ювон — американо, напиток всех студентов (хотя здесь он назывался иначе).

— Итак, о чем мы? О том, что ты встречаешься с ледяной принцессой?

— Разве мы не собирались поговорить об этом сейчас? И вообще, у нее на примете другой.

— О, тогда если мы затащим его в студсовет, принцесса тоже пойдет за ним?

Кетра, который действительно всерьез обдумывал это, перешел к делу только после того, как поймал на себе недобрый взгляд Пан Ювона.

— Сегодня утром.

— Сегодня утром?

— Да.

А он-то думал, речь пойдет о вчерашней ночи.

Пан Ювон с опустошенным видом подумал: «И к чему тогда были все те серьезные разговоры с Токко Ён?» — а Кетра заговорил уже более серьезным тоном.

— Мы проверили вещь, которую ты сдал профессору Кампанелле.

— О.

Он думал, что профессор Кампанелла посмотрит и забудет, но чтобы это стало известно руководству студсовета...

Пан Ювон выглядел растерянным, и Кетра смущенно улыбнулся.

— Мы не собираемся тебя обвинять. Как бы сказать... профессор показала нам это, потому что эффект похож на тот, что мы давно отслеживаем...

— Отслеживаете?

Пан Ювон почувствовал, что разговор принимает подозрительный оборот.

— Да. С чего бы начать... Ты, может, еще не знаешь, но наши экзамены в академии — это нечто особенное.

Благодаря Ю Мине, которая любезно собрала для него все экзаменационные листы за последние годы, он уже понял, насколько они «особенные», но решил промолчать, не зная, законно это или нет.

— Конечно, студенты ненавидят экзамены. Они пришли в академию, чтобы подняться на Башню и стать богами, а тут их отвлекают учебой. Ответ директора всегда был один: отчисление.

— Значит, если возмущаешься — отчисление...

— Естественно, студенты начали искать способы получать оценки, не тратя время на учебу... то есть, интересоваться мошенничеством.

— Я об этом краем уха слышал.

— Тогда разговор будет проще.

Кетра начал перечислять все виды мошенничества, происходившие в академии за последние годы, жалуясь на то, как изощренно они развивались и как много сил тратил студсовет, чтобы их пресечь.

— А в этом году ситуация стала еще серьезнее... среди студентов ходит опасная...

— Стоп!

Пан Ювон отчаянно прервал старшего.

Этого заявления, опасного во многих смыслах, он допустить не мог.

— Пожалуйста, выражайтесь более мягко.

— Похоже, по рукам ходит зелье с сильными побочными эффектами...

— Окей. Фух... А?

Пан Ювон, почувствовав магию языка, облегченно вздохнул, но тут же нахмурился.

— Мой амулет с этим никак не связан.

— Я тоже так думаю, но многие обеспокоены. Ведь то зелье тоже дает странную концентрацию, понимание и память.

— Значит, эффект одинаковый, и вы думаете, что источник тоже один?

— Да.

Пан Ювон понял логику.

Но он не мог показать им процесс создания амулета, да и они не могли требовать этого от него.

Кетра, увидев, как он нахмурился, горько усмехнулся.

— Не волнуйся, мы не подозреваем тебя. Просто хотели помощи. Может, удастся понять состав зелья или найти источник...

— То есть вы все-таки подозревали меня...?

— Яд и лекарство — две стороны одной медали, верно? Так что некоторые ингредиенты могут совпадать...

Пан Ювон понял, что этот человек совершенно не понимает механизма работы его амулетов.

Конечно, объяснять он ничего не собирался, поэтому просто молча пил кофе.

В этот момент звякнул колокольчик на двери.

— Кетра, ты слышал?

— А, Мира.

Вошедшая девушка была настолько красивой блондинкой, что даже Пан Ювон, привыкший к красоте своих одноклассниц, был поражен.

С ослепительно белой кожей, золотыми волосами и ярко сияющими изумрудными глазами, она была настолько чиста и прекрасна, что Пан Ювон подумал: если бы Лайт не полез к Святому мечу, а рос правильно, не стал бы он таким?

— Это Мира, глава отдела по связям с общественностью студсовета.

После представления Кетры девушка положила руку на грудь и слегка кивнула.

— Третий курс, факультет создания артефактов, Мира. У нашего народа нет фамилий. У Кетры тоже.

— Здравствуйте.

Пан Ювон тоже поклонился, выказывая уважение старшей.

— Я видела свиток, который ты сделал. Это было впечатляюще.

— Спасибо. Но с тем зельем он не связан.

— Я знаю.

На слова Пан Ювона она кивнула так, будто ожидала этого.

— Что?

Кетра с недоумением переспросил ее.

— Мира, это ведь ты предложила поговорить с Пан Ювоном, потому что эффекты похожи.

— Это был лишь предлог. Талантливых людей нужно забирать к себе, пока их не перехватил кто-то другой.

— Мира, ты серьезно...

Хотя Кетра был старше, казалось, что последнее слово всегда за Мирой.

Пан Ювон наблюдал за их разговором, попивая кофе.

Кстати, в старшей школе он даже не смотрел на черный кофе, но теперь пил его, чтобы хоть немного почувствовать себя студентом университета.

Он был ужасно горьким.

Быстро допив чашку, Пан Ювон поморщился и сказал:

— Ох, горько. Можно я пойду?

— Нет, мы бы хотели, чтобы ты вступил в студсовет. И еще — нам нужны твои свитки.

— Их не так просто сделать.

Пан Ювон, не колеблясь, отказал Мире и встал, но Кетра с сожалением удержал его.

— Мы серьезно хотим видеть тебя в студсовете. Нам нужны такие таланты, как ты.

— Я подумаю об этом.

— Тогда давай обменяемся кодами Миррора. Если узнаешь что-то по этому делу, сразу дай знать.

— С удовольствием.

Пан Ювон обменялся кодами с Кетрой, а заодно и с Мирой.

Судя по тому, что Мира села на место Пан Ювона, она собиралась провести время с Кетрой вдвоем.

Они так хорошо смотрятся вместе, неужели это так?

Размышляя об их отношениях, Пан Ювон вышел из кафе.

Нет, подождите.

Пан Ювон обернулся к Кетре и спросил:

— Старший, так в чем побочный эффект этого зелья? Если это не приведет к мошенничеству на экзамене...

— Эффект не проходит.

Мистика?

— Состояние концентрации, вызванное зельем, не проходит. Если так пойдет и дальше, в день экзамена всех ждет массовое отчисление.

— Это потому, что они зависят от наркотиков.

— Зелья, пожалуйста, называй их зельями!

Пан Ювон, окончательно вымотанный, вышел из кафе.

Когда он прошел по незнакомым переулкам и вышел на знакомую дорогу, Селлон спросил:

— А почему ты улыбаешься?

— Я же говорил, что это не ошибка.

— Что? А.

Селлон тоже запоздало понял.

Мира, которая так хорошо подходит Кетре.

Ее уши тоже заострены, как у фейри из сказок.