— Упс! Конечно, Госпожа Шеф.

Руби тут же отошла в сторону.

Минди заключила меня в объятия и сказала:

— Синди, учитывая наш новый уровень откровенность, позволь мне поцеловать мужа так, как я действительно хочу его поцеловать, а не просто клюну в щеку, как это принято в приличном обществе.

Затем она прижалась ко мне и впилась в мои губы своими.

Она не шутила о страстном поцелуе. Она изо всех сил пыталась превзойти поцелуй Руби. И поскольку она была моей женой, то пользовалась большими свободами, чем Руби осмеливалась перед Синди. Например, Минди сразу же прижалась к моей эрекции и начала скользить по ней своим телом. Её руки устроились на моих ягодицах.

Мои руки автоматически переместились на её попу. Я начал сжимать её. Я как собака Павлова: если я целуюсь взасос со своей женой, и она трогает мою попу, я машинально трогаю её попу. Я не мог ничего сделать с собой, даже зная то, что Синди видит наши прикосновения.

В это время Синди пыталась объяснить, что значит "новый уровень откровенности". Она сказала девочкам:

— Дэн, Минди и я, у нас был... Откровенный разговор. О некоторых... вещах.

Ей было неловко говорить об этом.

Но вдруг Руби взорвала ещё одну бомбу, пока мы с Минди продолжали обниматься.

— Я знаю, – спокойно ответила она. – Мы с Мишель всё слышали. Мы подслушивали вас на лестнице.

— ДА?! – воскликнула Синди. – БОЖЕ МОЙ!

Руби продолжила:

— Знаешь, что будет классно? Думаю, будет классно, если вы с Дэном сойдётесь! Давай-давай!

Мишель сострила:

— Ударь в гонг.

Это была отсылка к песне Ти Рекса "Ударь в гонг (Давай-давай)". Было что-то в том, с каким энтузиазмом Руби сказала "давай-давай", и как это вдохновило её. Но вот Синди выглядела озадаченной.

Руби захихикала и затем продолжила:

— Мама, ты заслуживаешь хорошего парня, вроде Дэна. У тебя от мужчин одни расстройства и проблемы с тех пор, как родилась я. Я должна поделиться им с тобой. Разве не будет круто, если ты... повеселишься? Оторвись же! Поживи немного!

Синди была ошарашена.

— Но... Я не могу!

Минди всё ещё была в моих объятиях, но мы разорвали поцелуй. Мы оба смотрели на разговор Синди и Руби.

Мишель благоразумно стояла в стороне и молчала.

Руби сказала:

— Конечно можешь, мама! Почему нет?

Синди пролепетала:

— Но... Разве ты не будешь ревновать?

— Никогда! Это лишь сплотит нас! Дэна хватит на всех. А его Короля и подавно!

Синди недоуменно моргнула.

— Короля?

Когда она произнесла это, то на её лице отразилась тень понимания.

Тем не менее, Руби решила идти до конца.

— Это наше прозвище для его Джонсона. Король. Типа, как Элвис, – она пропела: – У меня есть щедрая, щедрая порция горячей любви.

Все рассмеялись, кроме Синди, которая всё ещё была ошарашена сегодняшними событиями и открытиями.

Она лишь робка сказала:

— Ясно.

Затем она повернулась и посмотрела на мой пах. К сожалению, я не обратил внимания на свой стояк после того, как Минди потёрлась об него. Сейчас он торчал из моих брюк сильнее, чем прежде. Она поняла, что я понял, куда она смотрит, и отвернулась.

То, что Руби понравилась идея, смутило Синди. Она хотела спастись, прежде чем её шокируют ещё раз. Она сказала:

— Ладно, дорогая. Пошли домой. Уже поздно.

Руби топнула ногой и скрестила руки под массивной грудью.

— Я не пойду! Я хочу быть со своим мужчиной!

Скрестив руки таким образом, она саму себя подставила. Её платье едва прикрывало соски, когда её руки были по бокам. Когда её груди подтолкнули снизу, то её соски обнажились, как и почти вся грудь. Как только кромка платья оказалась под её сосками, ткань начала сползать всё ниже и ниже, пока её груди полностью не выпали наружу!

Я громко вздохнул. "Нет, Руби, нет! Ты всё испортишь! Не торопи события", – думал я.

Но Руби либо не поняла, что случилось, либо ей было плевать. Она стояла со скрещенными руками, нагло глядя на свою маму. А её голая грудь была просто невероятной.

Глаза Синди грозили вот-вот выпрыгнуть из орбит. Она громко вздохнула.

Пытаясь спасти ситуацию, я сказал:

— Руби, иди домой. Мы увидимся завтра.

Но она снова топнула ножкой, из-за чего её дыньки начали бешено трястись. Из-за этого они окончательно выскочили из тесного платья. Ткань опустилась на уровень пупка. Она ни разу не посмотрела на себя вниз, но невозможно, что она ничего не почувствовала.

— НЕТ! Мне кое-что пообещали, и я не уйду, пока не получу обещанное!

Очевидно, она говорила о сексе с сиськами сегодня вечером. Я был рад, что она хотя бы не заявила об этом открыто. Своими руками она сжала груди ещё сильнее и посмотрела на меня взглядом, полным обещания.

Освободившись от объятий Минди, я подошел к Руби и схватил её за руку. Я сказал Синди:

— Позволь мне поговорить с ней наедине.

Я увёл Руби в гостиную. Из фойе нас могли видеть, но не слышать. Я понял, что могло умерить пыл Руби. Несмотря на послушание в тот момент, она даже не попыталась прикрыть свои груди. Наоборот, когда мы встали лицом к лицу, она выпятила свои груди вперёд ещё сильнее.

Это очень отвлекало меня, но я сказал:

— Руби, доченька, Синди сейчас в очень мятежном настроении. Ты должна пойти с ней домой, поговорить и развеять её печали. Будь деликатной и понимающей. Не шокируй её ещё сильнее.

Руби прошептала:

— Но секс с сиськами! Ты обещал! Сначала Мишель, а потом и меня – трахнешь наши огромные сиськи, а затем выпорешь нас, будешь контролировать и, вероятно, выплеснешь на нас свою вкусную фигню, а затем, возможно, трахнешь нас в другие отверстия! – она схватила свои тяжелые дыньки и приподняла их. – Посмотри на них. Они твои! Разве ты не хочешь поскользить своим толстым червячком между ними? Прямо сейчас, а?

Я таращился на её груди, которые она так горячо мне предлагала, пока не собрался и не посмотрел ей в глаза.

— Руби, мне жаль, но сегодня этого не случится. Из-за того, что вы вдвоём были непослушными за ужином и дрочили мне. Так что Король, к сожалению, удалился на покой.

Я стоял спиной к фойе. Я понял, что Руби специально встала прямо передо мной, чтобы Синди могла видеть только мою спину. Пользуясь этим фактом, непослушная рыжуха, ухмыляясь, схватила меня за член.

— А мне кажется, что Король всё ещё готов к приёму гостей!

Каким-то образом она одной рукой расстегнула мою ширинку. Затем она обвила пальцы вокруг моего члена и начала скользить по нему! Я был в пиджаке, и это немного скрывало то, что она делала. Но основную надежду она полагала на угол обзора и то, что мы плотно прижались друг к другу.