Прошло около часа мучительного и беспокойного самокопания, когда Мишель пулей ворвалась в комнату. (Конечно же, без стука. Так что, я мог ещё раз похвалить себя за то, что удержался от мастурбации).

— Эй, папочка! Как дела? Просто хотела сказать, что Руби скорой придёт. И мы будем тусоваться у нас.

— Ладно.

Бикини, в которое она была одета, сделало меня косноязычным. Это было то самое дьявольское бикини: оно прикрывало соски, половые губы, и больше ничего! Со спины она казалась голой, потому что стринги прятались между её ягодиц. Нечего и говорить, в последнее время я часто был косноязычным, но сегодня ещё больше, чем обычно.

Она заметила мою неразговорчивость и спросила:

— О чём думаешь?

Чёрт! Я не мог сказать ей правду, типа: "Я думаю о том, как здорово бы было примостить член между твоих сочных дынек". Ох, ещё один день в голубом купальнике! Эти изощренные эротические пытки продолжаются...

Вместо этого я спросил:

— Как так, что у тебя нет хобби?

— С чего это ты вдруг? Есть у меня хобби! Я люблю спортивные игры, я выхожу на пробежку по утрам, делаю силовые упражнения каждый...

Я перебил её:

— Физические упражнения это круто. Ты в отличной форме. Но тебе нужно чем-то занять свободное время, особенно на летних каникулах, когда его так много. А то ты просто торчишь у бассейна и сплетничаешь с подружками.

Я думал, что если она найдёт себе занятие, то будет меньше крутиться возле меня в этом микроскопическом купальнике.

Она нахмурилась

— Эй, это всё-таки лучше, чем смотреть телевизор, или играть в видеоигры. Что тебе сказать? Мне нравится быть на свежем воздухе и совершенствовать свой загар.

Я вздохнул, осмотрев её практически обнажённое тело с ног до головы.

— Твой загар идеален. А лето только началось. Если продолжишь в том же духе, скоро превратишься в афро-американку.

Она широко улыбнулась

— Тебе нравится мой загар, да? Потому что достичь его было сложно, – она повернулась ко мне спиной и нагнулась, открывая полномасштабный вид на практически голую попку. – Видишь? Посмотри, ни одного следа от загара! Внимательно посмотри. Мои ягодицы выглядят менее загорелыми, чем бёдра?

Мне так чертовски сильно хотелось вытянуть обе руки и ласкать эти ягодицы! Мой член начала твердеть, как только она вошла в комнату, а сейчас он уже выпирал из шортов. И дело не только в том, что она очень неприлично наклонилась, выставляя зад. Её длинные светлые волосы касались ковра, а её руки вцепились в лодыжки, как будто она приготовилась к порке. Её мизерный лифчик подскочил вверх, от чего её огромные груди свободно свисали вниз. Я отчётливо видел контуры её половых губ за ягодицами, хотя они и были прикрыты голубыми трусиками.

Я говорил себе: "Не позволяй ей победить. Она пытается соблазнить тебя. Я не знаю, почему она изводит меня деть ото дня подобным образом. Я как на войне. Но я не сдамся! Я знаю, что она задумала нехорошие вещи, и я не имею права её поощрять!"

Выглядывая между ног, её перевёрнутое личико спросило меня:

— Язык проглотил?

Я попытался взять разговор под контроль.

— Руби занимается йогой и медитацией. Почему бы тебе тоже не попробовать?

Мишель раздражённо вздохнула, не отпуская вульгарной позы.

— Скууууууучно! Я пробовала, и чуть не сдохла от тоски. Сидишь с ногами кренделем. Не выкупаю, в чём тут смысл!

Я обратился к попе Мишель:

— Руби говорит, ей очень нравится. А вы двое всё делаете вместе.

— Да, но не всё. И ты избегаешь вопроса.

— Какого вопроса?

Я не мог не смотреть на холмик меж её бёдер. Я видел контуры её половых губ! Кто-нибудь, застрелите меня, непутёвого отца!

Она погладила рукой себя по верхним бёдрам.

— Мои ягодицы менее загорелые, чем бёдра? Не говори "да", иначе я умру.

У меня был импульс достать член и начать дрочить, как безумный. Но я держал себя в руках и ответил спокойно:

— Они одинаково хорошо загорелые.

— Точно?!

Она встала ровно, повернулась и полезла ко мне обниматься. Я сидел, а она стояла.

Я усугубил ситуацию, сказав:

— Точно.

— Спасибо, папочка!

Стоя напротив меня, она постаралась обнять меня за шею. В результате её огромные груди вжались мне в щёки! Моё лицо попало в сисечную тюрьму на несколько секунд. Потом она отстранилась и села мне на колено. Ещё лучше! Теперь её мясистые шары вжались мне в грудь.

Это было нетипичное для неё излияние чувств. Но я уже понял, что меня ждёт адский денёк. Я поджал губы и притворился, что ничего необычного не происходит. Губы-то я мог поджать, а вот что делать с пенисом?! Она чуть ли не лежала на мне, но, к счастью, не касалась моего паха. Пока что...