К сожалению, эта фраза вызвала у меня сильные эротические переживания, и мне понадобилось немало времени, чтобы собраться с мыслями и ответить:

— Отшлёпать... вас?

— Ага, – спокойно ответила Руби, покорно опуская голову вниз. Мне показалось, она слегка задрожала.

Внезапно я осознал, что они по-прежнему голые, как новорожденные. Хотя их выбритые киски скрывались за столом, и я их не видел, я мог, не отвлекаясь, пялиться на их фантастические груди.

Мишель, с опущенной головой, добавила:

— Папочка, ты должен положить нас на свои коленки и показать, кто в доме босс. Выпороть наши вредные задницы, да так, чтоб воздух трещал! Укротить строптивых дочерей.

— Ты хотела сказать, одну дочь и её подружку.

— Руби тоже хочет, чтобы её выпороли. Верно, Руби?

Руби решительно кивнула. Заглянув мне прямо в глаза, она сказала:

— Верно. Мишель и я обсуждали это. Ты должен взять нас под контроль. Это единственный способ! Мы были слишком своенравными и наглыми. Ты должен подчинить нас своей воле и заставить выполнять все твои приказы!

Мишель тоже смотрела на меня. Но вместо моего лица она пялилась на позорную влажную выпуклость на моём паху. Она почтительно добавила:

— Да, все твои приказы.

Она облизала губы, и, как я думаю, не от того, что мечтала о сандвиче с жареным тофу.

Я подумал: "Выпороть их? Почему бы и нет? Они заслужили". Меня накрыло неконтролируемое желание пороть их попки, пока те не станут красными, как спелые вишни. Но я же не смогу остановиться! После порки я захочу безжалостно выебать их. Использовать их, как личные секс-игрушки!

Я был таким возбуждённым, что в голову лезли сумасшедшие фантазии!

Я осмотрел их с ног до головы. Из загорелые груди часто вздымались от возбуждения, из-за чего их крупные шары слега тряслись. Их глаза горели ярким огнём похоти.

Я понял, что нужно уносить ноги, и поскорее. Я знал, что порка только усугубит ситуацию. Я не должен позволять себе прикасаться к ним, не в ближайшее время. Сначала ситуация должна устаканиться.

— НИКАКОЙ ПОРКИ! – проревел я и поспешил в спальню.

Когда я оказался наверху, я заперся в ванной. Я сделал это в душевой кабине, где шум воды обеспечивал мне секретность. Моя рука усердно заработала над тем, чтобы член поскорее успокоился.

Я думал, что поговорив с дьяволицами, я верну их в правильное русло. Но очевидное поощрение со стороны Минди и её "грани дозволенного" усугубили ситуацию до масштаба катастрофы.

Утреннее происшествие с Мишель, когда она в пижаме наложницы слизывала "вкусную фигню", было тревожным знаком. Технически она придерживалась моего требования быть одетой, но она по-своему поняла, что значит "быть одетой", и напялила прозрачную одежду. Учитывая то, что случилось после, я абсолютно уверен – она понимала, что ела мою сперму.

Вот дерьмо! Последствия пугали меня слишком сильно! Она сказала, что они с Руби фантазируют о том, чтобы пососать мой член! Они хотят секса со мной! Их бесстыдные намерения совершенно очевидны. Я не могу сопротивляться! Охоспаде, я так сильно хочу их! Они слишком, слишком горячие!

Продолжая фантазировать безумные вещи о них, я очень бурно кончил. К счастью, вода быстро смыла следы моего позорного поступка.

Когда я пришел в себя после угара мастурбации, я попытался снова позвонить Минди на мобильник. Но я лишь услышал то же самое аудиосообщение.

Я подумал, что после такой знатной дрочки, мой член не встанет как минимум несколько часов. Вот почему я слегка расслабился. Но стоило мне прослушать автоответчик Минди, как эрекция накрыла меня в считанные минуты!

Я подумал, что раньше у меня никогда не возникало таких трудностей с тем, чтобы дозвониться до Минди. Её мобильник постоянно при ней, и она регулярно его заряжает. Должно быть, она специально меня избегает. Она явно поощрила дьяволиц сегодня утром, а сейчас убегает от меня. Значит, мне предстоит самому справляться с ситуацией.

О чём она блядь думает?! Сумасшедшая женщина! Я не понимаю, что ей движет!

Ко мне пришла идея. Я не мог выгнать Мишель из родного дома, но я мог отправить Руби восвояси. (Руби жила со своей красавицей мамой Синди МакГрэт на нашей улице, буквально в нескольких минутах ходьбы). Так будет лучше. Далее, я должен пригласить в дом других подружек Шелли. Да, они тоже меня слегка дразнят, но это и рядом не стоит с проделками Мишель и Руби, когда они вместе наедине со мной. Так что присутствие других людей в доме защитит меня до прихода Минди. А потом мы ещё раз поговорим, на этот раз гораздо серьёзнее.

Я подошёл к лестнице и позвал Мишель и Руби, которые, как оказалось, по-прежнему были в столовой. Я не хотел спускаться к ним и видеть их, так как у меня больше не было сил им противостоять! Я крикнул:

— Девочки, у меня для вас новости! Вы наказаны! Руби, ты идёшь домой. Сейчас же! А ты, Мишель, остаешься дома.

Я услышал, как они обе бегут ко мне через гостиную.

Я остановил их, как только они попали в поле зрения.

— СТОП! Я сказал, СТОП!

Они остановились.

Однако я успел заметить, что они надели бикини. Их супер откровенные бикини. Но, слава богу, уже не голышом!

Они протестовали, выкрикивая:

— НЕТ! Не говори так!

— Не будь таким злым!

Я ответил:

— Извините, но возражения не принимаются. Нужно остудить вас после того, что вы выкинули.

Руби спросила с отчаянной грустью:

— И надолго же я в немилости?!

— Не знаю. Сегодня вечером я поговорю об этом с Минди. Шелли, ты можешь пригласить других подружек. Даже так: ты должна! Не хочу оставаться с тобой наедине. Ты только и будешь, что обниматься, целоваться, и, бог знает, что ещё делать. Так что зови друзей и веселись с ними. Понятно?

Её глаза загорелись огнём. Казалось, она вот-вот разразиться бурным протестом. Но вдруг она передумала. Она кротко сказала:

— Хорошо, папочка.

Я кивнул.

— А пока твои друзья не пришли, держись от меня подальше. Я знаю, это звучит безумно, но нужно, чтобы наши страсти остыли.

Они согласно кивнули. Их вид был очень печальным.