— Шейла!

Джерри нашел Шейлу на следующий день после ее прибытия в Уэллингфорд.

— Заходи.

Шейла впустила Джерри в свою комнату.

Приехав накануне в Уэллингфорд, Шейла сняла комнату в небольшой гостинице под названием «Нест».

Вообще-то это место было выбрано как запасной пункт встречи на случай, если после убийства что-то пойдет не так.

Из-за Седрика надобность в убийстве отпала, но теперь она, по сути, скрывалась от самого Седрика.

В Хольцер-роуд были люди, готовые помочь, и деньги, но Шейла больше не могла туда вернуться. Хольцер-роуд находился в землях Каллей, к тому же дотошный Седрик уже знал о существовании гильдии.

— Никто не следил?

Спросила Шейла, выглядывая в маленькое окошко.

— Ха, за кого ты меня держишь?

За Джерри.

Шейла не стала комментировать очевидное и сказала:

— Быстро ты.

— Как только получил письмо, сразу рванул сюда.

Накануне побега Шейла бросила письмо в почтовый ящик для слуг. Почтальон каждый день приходил в особняк, забирал и приносил почту.

Поскольку письмо шло в пределах одного графства, доставка не заняла много времени, и Джерри получил его через два дня. И тут же примчался сюда.

Когда Шейла задернула занавески и села на край кровати, Джерри плюхнулся рядом с ней.

— Куда садишься! А ну брысь.

Шейла вздрогнула и хлопнула Джерри по спине.

— Ай!

Джерри картинно сморщился и вскочил. Надув губы, которыми он только что жевал жвачку, он уселся на стул перед маленьким столиком.

— Я думал, тебе так просто не выбраться, а ты, гляжу, справилась.

— Молодой господин уехал в Ротас. Я воспользовалась моментом и сбежала.

Сбежав, Шейла решила не жалеть о том, что не ушла с Джерри в тот же день, когда узнала правду.

Если бы она не убедилась во всем сама, у нее могли бы остаться какие-то сожаления об этом извращенце.

— Все пошло наперекосяк. По плану ты должна была получить рекомендательное письмо и спокойно перевестись в другое место.

Как и Билл, Джерри был одним из тех, кто знал о первоначальном плане Шейлы.

Как он и сказал, без рекомендательного письма устроиться служанкой в приличное место было практически невозможно. Тем более после такого побега — хоть она и ушла рано утром, суть от этого не менялась.

— Слушай, может, будем жить вместе?

— Что?

К чему он клонит?

— Ты что, влюбился в меня?

Спросила Шейла.

Джерри покраснел как рак и подскочил.

— С ума сошла, что ли?!

— Тогда почему зовешь жить вместе?

От этого вопроса у Джерри запылали даже уши.

— Ну, не то чтобы влюбился… просто ты меня не бесишь… и иногда даже кажешься симпатичной.

— Ха…!

Признается в симпатии, и при этом «иногда симпатичной»?

Шейла фыркнула, и Джерри поспешно добавил:

— А главное! Я не хочу смотреть, как ты мучаешься.

Прокричал Джерри, смущенно опустив голову.

Зря спросила.

После слов Джерри повисла неловкая тишина.

— В общем, не влюбился.

Шейла одной фразой подвела итог этому неловкому разговору.

Джерри посмотрел на Шейлу с ошарашенным видом.

— И это все, что ты можешь сказать?

— А что, я не права?

— Ну, не то чтобы не права… но что ты теперь будешь делать?

В голосе Джерри сквозило разочарование. Выросший сиротой, Джерри не особо разбирался во всяких там романтических чувствах, но Шейла была толковой, с ней было весело, так что жить вместе казалось ему неплохой идеей.

А главное — он действительно не хотел, чтобы она снова страдала, как он ей и сказал.

— Пока поживу здесь.

Легко ответила Шейла.

Джерри, словно хватаясь за соломинку, снова заговорил:

— Думаешь, здесь все так просто? Тут полно залетных, да и райончик тот еще. И на что ты здесь, в чужом городе, собираешься жить? Думаешь, работу легко найти?

Шейла посмотрела на распалившегося Джерри и ответила:

— Работу? А я уже нашла.

***

Шел третий день с момента прибытия Седрика и начала полноценной проверки.

В первый день Габриэль объяснил процедуру аудита, а затем начал тщательную проверку всей документации компании, которой едва исполнилось два года.

Однако никаких существенных нарушений он не выявил.

«Бумаги в порядке. Видимо, образование в академии дает о себе знать. Но даже если с документами все чисто, при инвентаризации обязательно всплывут расхождения».

Габриэль решил сделать ставку на проверку складов, которая должна была начаться завтра или послезавтра.

Половина компаний срезалась на проверке документов, а те, кто ее проходил, попадались на инвентаризации.

«Наверняка в бумагах занизили реальные объемы продаж. Пусть документы и идеальны, но тотальную проверку складов им не обойти».

Пока Габриэль самодовольно ухмылялся в предвкушении решающего удара, в дверь конференц-зала постучали.

— Прошу прощения. К главе компании пришел посетитель…

— Вы что, не видите, что идет проверка?

Седрик намеренно прикрикнул на Руфуса, который пришел за ним. Он уже успел понять, насколько авторитарен Габриэль.

Ничего не подозревающий Габриэль тут же самодовольно заявил:

— Идите. Оставшиеся бумаги мы проверим сами.

— Тогда прошу меня извинить.

Как только Габриэль клюнул на приманку, Седрик легко поднялся с места.

Седрик направился прямо в свой кабинет.

Там его ждал посетитель, о котором доложил Руфус.

— Дорогой.

Человеком, который упрямо вызвал Седрика, несмотря на проверку, оказалась Сильвия Стейси.

— Говорят, к вам нагрянула проверка?

Седрик сел в кресло, откинулся на спинку и небрежно кивнул.

С Сильвией он держался так непринужденно, словно они виделись только вчера. Впрочем, с их последней встречи в Велоике прошло меньше двух недель.

Глядя на уставшего Седрика, Сильвия продолжила:

— Зачем нужны друзья, дорогой? Если хочешь, я могу сделать так, чтобы проверка закончилась прямо сегодня.

— Если я захочу?

Седрик выпрямился и вскинул бровь. В словах Сильвии он уловил странный подтекст.

— Хочешь сказать, я должен умолять тебя остановить проверку?

— Умолять? Ты?

Сильвия громко рассмеялась.

— Я бы никогда не стала ждать, что ты будешь умолять меня, Седрик.

Улыбка исчезла с лица Сильвии, но уголки губ все еще были слегка приподняты.

— Конечно, ты и сам знаешь, что я хочу кое-чего взамен.

Опять за старое. Когда Седрик посмотрел на нее взглядом, не предвещающим ничего хорошего, Сильвия, словно делая одолжение, заявила прямо:

— Хорошо. Если хочешь, я даже позволю тебе оставить Шейлу в качестве любовницы. О Шейле я и сама смогу позаботиться, как о младшей сестре. Я даже не против, если мы будем втроем.

Увидев, с каким снисходительным видом Сильвия делает ему одолжение, Седрик пронзил ее острым взглядом.

— То есть, суть в том, что ты устроила весь этот спектакль только ради того, чтобы сделать мне это нелепое предложение?

Глаза Сильвии округлились.

— Что?

— Не притворяйся. Откуда ты узнала, что я приехал в страну?

Сильвия, лихорадочно соображая, как бы правдоподобнее оправдаться, наконец сказала:

— Фух, тебя не проведешь.

Она могла бы выдумать отговорку, но предпочла честно признаться.

— Да. Я попросила отца вмешаться. Аудитора зовут Габриэль, верно? Я специально просила назначить самого въедливого. Он славится своей непробиваемостью. Он даже не знает, что был приказ сверху, и наверняка роет землю носом всерьез.

Она решила, что только так сможет заставить Седрика немедленно бросить все и примчаться в Ротас.

Услышав об этой нелепой выходке Сильвии, Седрик коротко вздохнул.

— Пусть роет всерьез. Нам скрывать нечего.

Услышав решение Седрика, Сильвия вскочила с места.

— Седрик! Тебе не нужно проходить эту проверку. Просто вернись ко мне. Неужели это так сложно?

Седрик посмотрел на нее прищуренными глазами. Но возбужденная Сильвия не заметила, насколько он взбешен.

— Это все из-за «той проблемы»? Я все знаю. Знаю, насколько она для тебя особенная. Поэтому и говорю, что понимаю тебя. Какая еще женщина, кроме меня, смогла бы понять такое?

Седрик поднялся с кресла.

— Мне не нужно твое понимание, так что уходи. И больше не появляйся мне на глаза. Думаю, даже остаться друзьями нам теперь будет сложно.

— Седрик!

Только сейчас осознав серьезность ситуации, Сильвия схватила Седрика за руку, когда он подошел, чтобы лично открыть ей дверь.

— Отпусти.

Холодно приказал Седрик.

По спине Сильвии пробежал холодок.

— Я… я все исправлю.

Сильвия невольно перешла на уважительный тон. Прямо как тогда, когда он ее наказывал. Это также доказывало, что Сильвия понимала, насколько сильно она облажалась.

— Есть вещи, которые делать можно, а есть те, которые нельзя. Ты ведь это прекрасно знаешь?

— Простите меня…

— Слишком поздно.

— Я могу все вернуть как было.

Седрик, который когда-то был ее партнером, не мог не понимать ее состояния. Но он проигнорировал ее слова.

— Нет, ответственность понесу я. То, что я ошибся в человеке, — тоже моя вина.

Столкнувшись с непреклонностью Седрика, Сильвия опустилась на колени и отчаянно взмолилась:

— Простите меня! Пожалуйста, простите меня, Хозяин!