Часть 5

В тот день, когда Джерри пришел в особняк Каллей и рассказал Шейле о том, что ее продали, за ними издалека наблюдал человек.

Этот же человек следил за Джерри, когда тот обыскивал дом Фреда. Если быть точным, он был одним из соглядатаев, которых Седрик приставил к Фреду.

Джерри не заметил их присутствия. Это было естественно, ведь их целью был Фред, а не Джерри.

Один из соглядатаев начал следить за Джерри с того момента, как тот, проникнув в лачугу и подслушав разговор Фреда и Эрнеста, в панике куда-то умчался.

Джерри зашел в подозрительный паб «Белая тень», а затем сел на поезд до графства Каллей.

На следующее утро, проследив за тем, как Джерри вызвал Шейлу на встречу, соглядатай тут же связался с Руфусом и доложил ему обо всем.

Руфус, получив отчет, немедленно передал его Седрику.

Это произошло как раз перед тем, как они должны были отправиться в отель «Квинтин» на встречу с Элоизой.

— Молодой господин! Если вы готовы, может, пойдем? У меня есть к вам разговор…

Как только Седрик вышел за дверь, он спросил:

— О чем разговор?

— Мальчишка с жвачкой из Хольцер-роуд позавчера начал следить за Фредом в Бродене и даже проник в его дом.

Руфус, называя Джерри «мальчишкой с жвачкой», шепотом передал хозяину утренний доклад.

На этот раз Седрик не стал отчитывать Руфуса за шепот. Ведь в его комнате находилась Шейла.

— А вчера поздно вечером он прибыл сюда на поезде, недавно встретился с леди Шейлой и ушел.

Выслушав доклад, Седрик помрачнел.

— И вы не слышали, о чем они говорили?

— Никак нет.

Неужели она была такой мрачной все утро именно из-за этого?..

Седрик немного помолчал, глядя в сторону комнаты, где находилась Шейла, затем посмотрел на часы и сказал:

— Идем.

Всю дорогу до отеля Седрик был погружен в свои мысли.

«Ты заболела?»

«Нет».

«Врешь».

«На самом деле… мне немного нездоровится».

«Вызвать врача?»

«Нет! Все не настолько серьезно».

Он думал, что ей нездоровится, а причина оказалась в другом.

«Уж не знаю, что там наплел этот ублюдок Фред, но Джерри наверняка услышал это и примчался рассказать Шейле».

Судя по тому, насколько была рассеянна Шейла, которая всегда была начеку, она явно узнала все.

Даже то, что он вовсе не собирался ей рассказывать…

Седрик надеялся, что Шейла так и не узнает о том, что ее продали.

Ей не было нужды это знать, да и ничего хорошего из этого не вышло бы.

Если Шейла действительно узнала обо всем, значит, его план пошел прахом.

Но в то же время ему безумно хотелось узнать. Узнать ее реакцию после того, как она все поняла. И искренние чувства, скрытые за этой реакцией.

Именно поэтому тем вечером, закончив все дела, Седрик утащил ее в комнату наказаний.

И это был последний раз.

Потому что на следующий день он получил от Эдуарда срочное сообщение о проверке и был вынужден уехать в Ротас.

За время пребывания в Ротасе Седрик заметно похудел.

Конечно, отчасти из-за огромного количества работы.

Он был по уши в делах, чувствуя вину за то, что на 4-5 месяцев бросил компанию на Эдуарда, и неся ответственность за то, что Сильвия из-за него устроила этот спектакль, нанесший ущерб бизнесу.

Кое-как уладив проблемы с партнерами, он должен был начать судебный процесс против Сильвии Стейси.

В тот день, когда Сильвия ушла ни с чем, она отозвала свою просьбу, сделанную через отца, благодаря чему выяснилось, что донос на «Робенхаген» был ложным. Габриэль, так и не найдя ни единого нарушения, с явным разочарованием завершил проверку и уехал.

Однако Седрик был намерен заставить Сильвию ответить за нанесенный ущерб до конца.

На начавшемся судебном процессе Сильвия не признавала свою вину. Это было удивительно, учитывая ее обычно прямолинейный характер.

Причина была проста.

Седрик заявил, что больше не желает ее видеть.

И теперь судебный процесс был единственным, что связывало Сильвию и Седрика.

— Пообещай, что мы продолжим видеться, и я прямо сегодня признаю всю вину и выплачу любую компенсацию.

Сказала Сильвия Седрику напрямую, выходя после первого слушания.

— Обойдусь.

Седрик отказался.

Увидев, что никакие уговоры не действуют, Сильвия тоже пошла на принцип.

Ладно он отказался от помолвки, но разрывать дружбу из-за такой мелкой шалости — не слишком ли это?

Она, конечно, ненадолго увлеклась Седриком, но для Сильвии друзья всегда были важнее мужчин.

Но Седрик продолжал вести себя холодно, и Сильвия тоже начала выходить из себя.

— Ты хоть в зеркало себя видел? Что, с той девчонкой ничего не вышло?

Было очевидно, кого Сильвия имеет в виду под «той девчонкой». На ее язвительность Седрик холодно отрезал:

— Не твое дело.

— Я даже как старший товарищ не могу дать совет?

Сильвия, будучи старше по академии и более опытной в их наклонностях, сделала шаг к Седрику. И заговорила вкрадчивым голосом:

— Я тут пообщалась с ней и поняла, что она чистая «ваниль», которая ни в чем не разбирается. Зная твой характер… точнее, наклонности, ты вряд ли ограничился с ней обычным сексом. Ты хоть заранее с ней обо всем договорился?

Спросила Сильвия, положив руку ему на грудь. Попав в самое больное место, Седрик не смог ничего ответить.

— Ох… Седрик. Это так на тебя не похоже. Она тебе так понравилась? Настолько, что ты захотел заполучить ее любой ценой? И как ты теперь собираешься жениться на леди Виварини с таким-то багажом?

Сильвия, не знавшая о разрыве помолвки с Элоизой, продолжала:

— Я не говорю, что ты не понимаешь, насколько важен титул графа, который передаст тебе дед. Но знаешь что? Даже если это будешь не ты, титул никуда не денется. Стоит ли ради него скрывать свою истинную сущность? Если ты сломаешься, у тебя ничего не останется. Какой смысл становиться графом, будучи пустой оболочкой?

Сильвия с сочувствием провела тыльной стороной ладони по щеке Седрика.

Седрик отмахнулся от ее руки и сказал:

— Я приму твой совет к сведению.

Коротко бросив это, Седрик перевел разговор на судебный процесс — единственную ниточку, которая их теперь связывала.

— Улик достаточно, так что отпираться бесполезно. Увидимся на следующем слушании.

Следующее заседание было назначено через несколько недель.

Седрик повернулся и ушел, оставив ее позади. Руфус, державшийся на почтительном расстоянии, последовал за ним.

Когда Седрик прибыл в компанию, его уже ждало письмо от человека, следившего за Шейлой.

В нем подробно описывались будни Шейлы в галантерейной лавке.

Руфус зачитал письмо Седрику.

За все время пребывания в Ротасе это был единственный момент, когда лицо Седрика ожило.

Именно так.

Луис был человеком Седрика.

В тот момент, когда Седрик, получив известие о проверке, спешно собирался в Ротас и спускался по лестнице с третьего этажа, он успел дать Руфусу быстрые указания.

Перед тем как сесть в карету, Руфус передал слова Седрика людям, нанятым для слежки за Шейлой.

«При слежке будьте предельно осторожны, чтобы вас не заметили, и пусть один человек постоянно дежурит у стоянки экипажей. Если леди Шейла куда-нибудь поедет, обязательно следуйте за ней. Как только она где-то обоснуется, арендуйте ближайшую лавку и вывесите объявление о найме. Неважно, сколько это будет стоить, предложите условия, от которых она не сможет отказаться. Желательно, чтобы это была галантерейная лавка».

Нанять людей Седрик приказал накануне, узнав о визите Джерри.

Руфус выдал им щедрый аванс и сообщил адрес «Робенхагена» для отчетов.

И всего через несколько дней все пошло по плану Седрика.

Человек, дежуривший у стоянки экипажей, дождался, пока Шейла сядет в карету, сунул кучеру денег и устроился рядом с ним на козлах. Прибыв на место, он вышел раньше нее и продолжил слежку.

Убедившись, что она остановилась в гостинице «Нест», он взял деньги, выданные Руфусом, и договорился с владельцами ближайшей галантереи. Супруги, съевшие собаку в торговле, учуяли запах денег и с радостью согласились подыграть.

Если бы Шейла не клюнула, он бы продолжал следить за ней и повторял бы этот трюк снова и снова.

Но, к счастью, Шейла заглотила наживку сразу же.

Мужчина под вымышленным именем «Луис» притворился сыном хозяев лавки, наблюдал за Шейлой и писал отчеты Седрику.

Супруги Марио, обладая сообразительностью и талантом выкручиваться из любых ситуаций, без труда водили Шейлу за нос.

— Пишет, что она освоилась на новом месте и чувствует себя хорошо. Хозяева лавки ею довольны: она отлично справляется с клиентами. К тому же они получают дополнительные деньги, а продажи выросли.

Слушая доклад, Седрик едва заметно улыбнулся.

В его глазах теперь неприкрыто читалось безумие.

Увидев это, Руфус подавил дрожь и закончил доклад.

Выслушав его в молчании, Седрик произнес:

— До завтрашнего утра заканчиваем все дела, а во второй половине дня выезжаем в Уэллингфорд.

На следующий день Седрик завершил все дела и отправился в Уэллингфорд. А точнее, в галантерейную лавку Марио, где находилась Шейла.

И вот наконец он стоял перед дверью ее комнаты, о которой знал только из отчетов.

Седрик постучал.

Наконец-то он ее увидит.

Рука, стучавшая в дверь, дрожала от предвкушения.

***

Тук-тук.

— Да, госпожа, что-то случи…

Шейла, поспешно открывшая дверь на стук, замерла, увидев перед собой Седрика, и тупо пробормотала:

— Т-ты почему здесь…

Шейла попятилась, и Седрик вошел в ее комнату, закрыв за собой дверь.

— Ты?.. Даже молодым господином больше не называешь? Обидно.

«Обидно?..»

С чего бы это тебе обижаться? Я же для тебя пустое место…

Не решаясь произнести свои мысли вслух, Шейла продолжала пятиться.

Вскоре она уперлась спиной в подоконник рядом с изголовьем кровати.

Седрик, шагнувший к ней, вдруг заметил банан, валяющийся на кровати, и взял его в руки.

— Развлекалась, пихая в себя эту штуку?

— А, нет!

В панике выкрикнула Шейла.

Она, конечно, попробовала вставить кончик, но до полноценного «пихания» дело не дошло.

— Да неужели.

Легкомысленно бросил Седрик, поднеся конец банана к носу и втянув воздух.

Уголки его губ поползли вверх, когда он раскусил столь очевидную ложь.

По спине Шейлы пробежал холодок.

Улыбка на лице Седрика, который заметно похудел за эти полмесяца, выглядела пугающе.

«Может… выпрыгнуть?»

Шейла серьезно обдумывала эту мысль, косясь на окно. Седрик, как всегда безошибочно прочитав ее эмоции, сказал:

— Что, собралась выпрыгнуть?

Шейла испуганно посмотрела на него.

— Даже со второго этажа можно сильно покалечиться. Но, конечно, я уважаю твой выбор. Если сломаешь ноги, мне это будет только на руку. Моя служанка больше не сможет так просто сбежать.

Пока Шейла металась в нерешительности, он пересек тесную комнатку и оказался прямо перед ней.

Вопреки словам о том, что ему все равно, выпрыгнет она или нет, Седрик властно обхватил ее тонкую талию, словно боясь, что она ускользнет.

И произнес:

— Ну что, вдоволь насладилась свободой? А теперь поехали домой, Шейла.