— Леди Шейла, прибыла карета юной герцогини Стейси.

— Да. Уже спускаюсь.

Услышав Линетт, Шейла, уже закончившая сборы, спустилась на первый этаж. Как только она вышла из дома, Сильвия радостно поприветствовала её из открытой дверцы кареты.

— Скорее садись, Шейла.

— Угу.

Шейла села в обычную на вид карету, на которой не было никаких фамильных гербов. Экипаж миновал лабиринт из роз перед двухэтажным домом и бодро покатил по улице.

Целью их поездки, конечно же, была самая фешенебельная улица Бертола — улица Веллингтон.

— Как сегодня прошли занятия?

— Отлично. Учительница даже похвалила меня, сказала, что я быстро схватываю. Это всё благодаря вам, Сильвия.

— Вот видишь? Я же говорила, что язык нужно постоянно использовать, чтобы был прогресс.

Сильвия довольно улыбнулась, всем своим видом показывая: «Конечно, это моя заслуга».

Как и подобает лучшей подруге, Сильвия знала расписание Шейлы наизусть и специально назначала встречи в те дни, когда у той были уроки языка Ротаса. Это отражало её убеждение: то, что выучил, нужно сразу применять на практике, чтобы лучше запомнить.

И правда, вылазки в город очень помогали в изучении живого языка. В конце концов, темы для разговоров со слугами дома были весьма ограничены.

Когда карета подъехала к центру улицы Веллингтон, Шейла и Сильвия вышли, опираясь на руку кучера.

Они неспешно прогуливались по улице, сплошь усеянной разнообразными магазинами.

Они заходили в лавки, любуясь прекрасными лампами и безделушками, а заглянув в магазинчик специй, наполненный всевозможными ароматами, весело переглянулись, заметив там логотип «Робенхагена» — компании Седрика.

В парфюмерном бутике Сильвия купила Шейле духи, которые порекомендовал парфюмер как наиболее подходящие именно ей.

И, наконец, Сильвия затащила Шейлу в один из магазинов.

Это было ателье с вывеской «Флер де Лин», где они несколько дней назад заказали платье.

***

Когда шторка примерочной в ателье откинулась, на мгновение повисла тишина.

— Не очень...?

И только когда Шейла робко подала голос, тишину взорвали восторженные возгласы.

— Вау! Шейла!

— То, что нужно! Идеально!

Их реакция была совершенно искренней. На лицах Сильвии и хозяйки ателье блуждали восторженные улыбки. В глазах хозяйки и вовсе читалось неподдельное умиление.

— Я всё время думала о вас, леди Шейла, пока шила его, но результат... это просто совершенство!

Шейла вышла из примерочной и встала перед зеркалом. В нем отразилась девушка в нежном, струящемся платье небесно-голубого цвета.

Тончайшая ткань с легким блеском казалась невероятно красивой даже самой Шейле. И, как они и сказали, платье действительно ей очень шло.

Хозяйка ателье проворно завязала синюю ленту прямо под грудью, что еще больше подчеркнуло хрупкую, но в то же время женственную фигуру Шейлы.

— Присядьте сюда.

Как только Шейла опустилась на стул, принесенный помощницей, хозяйка ловкими движениями принялась укладывать ей волосы.

Сильвия тоже не осталась в стороне.

— Принеси-ка туфли и шляпку, которые подойдут к этому образу.

Помощница кивнула и скрылась.

— Сильвия, не нужно. Мне и этого достаточно.

— Эй! Сиди смирно.

Вскоре помощница вынесла несколько пар туфель, и Сильвия выбрала одну из них.

Пока Шейле укладывали волосы, на её ноги надели новые туфли.

— Туфли берем эти, а шляпку пусть Шейла выберет сама.

— Шляпка мне точно не нужна. Это и так слишком...

Шейла попыталась отказаться от очередной покупки, но Сильвия её перебила:

— Шейла. Что я тебе говорила в прошлый раз? Со мной слова вроде «слишком много» или «слишком дорого» не работают.

Она повторяла это Шейле каждый раз, когда та пыталась отказаться.

Она говорила, что только благодаря тому, что такие люди, как она, тратят деньги направо и налево, экономика вообще работает. И что однажды Шейла поймет, что теперь она тоже находится в том положении, когда нужно тратить, а не копить.

Шейла пока не до конца понимала, о чем она, но, по крайней мере, осознавала необходимость одеваться соответствующе статусу возлюбленной Седрика.

— Тогда... я возьму вон ту шляпку.

— Отличный выбор, Шейла.

Как только Шейла определилась, Сильвия тут же похвалила её вкус.

— Пойдем прямо так.

Выйдя из ателье, Шейла выглядела совершенно иначе, чем пару часов назад.

Они снова оказались на оживленной улице, залитой теплыми лучами послеполуденного солнца.

— Чай за мой счет.

Поскольку Сильвия оплачивала почти все покупки, Шейла, чувствуя себя неловко, обычно угощала её чаем.

— Договорились. Пойдем вон туда?

Сильвия указала на одно заведение. Это было кафе с кремовыми стенами, увитыми плетистыми розами, и выглядело оно очень уютно.

— Отлично.

***

Подруги покинули шумную улицу и устроились в уютном зале кафе.

— Шейла, тебя что-то беспокоит?

Откусив кусочек бисквита и запив его глотком чая с бергамотом, Сильвия пристально посмотрела на Шейлу. В отличие от обычного, сегодня Шейла казалась какой-то отстраненной, словно витала в облаках.

— Этот придурок Седрик опять что-то вытворил?

Услышав имя Седрика, Шейла, погруженная в свои мысли, мило улыбнулась и покачала головой.

— Нет, что вы, ничего такого.

— А что тогда?

Сильвия посмотрела на неё так, словно призывая немедленно во всем сознаться.

В глубине души Сильвия очень переживала за Шейлу.

Ведь та покинула родину и приехала в чужую страну только ради этого ледяного ублюдка Седрика.

Сильвия старалась уделять Шейле как можно больше внимания, чтобы та не чувствовала себя одиноко, и хотела, чтобы Шейла сразу делилась с ней любыми переживаниями, не копя их в себе.

Это было лучшее, что она могла сделать как подруга.

— Да ничего особенного, просто...

Сильвия внимательно выслушала рассказ Шейлы. И, как та и сказала, это действительно была сущая ерунда.

Речь шла о том, что педантичный Седрик, прежде чем сесть в тюрьму за нарушение королевского указа, перевел часть состояния на имя Шейлы.

Зная, как Седрик над ней трясется, сумма там наверняка была внушительной...

— И о чем тут думать? Раз Седрик так сказал, просто делай, что душе угодно.

— Да я просто не знаю, чего мне хочется.

Как только Шейла произнесла это, колокольчик на двери звякнул, и в кафе вошел мужчина.

Из-под расстегнутой рубашки крепкого мужчины, сжимавшего под мышкой черный портфель, блестела толстая золотая цепь.

Увидев его, хозяин кафе протянул ему деньги. Пересчитав купюры и сунув их в кожаную сумку, мужчина достал блокнот, что-то в нем черкнул и вышел.

— Ростовщик.

Сильвия указала на мужчину, который пробыл в кафе всего пару минут.

— Ростовщик?

— Пороги банков обивать сложно. Поэтому торговцы берут деньги у ростовщиков, пускают их в оборот и каждый день отдают долг из выручки.

— А-а...

Сильвия с умилением смотрела на Шейлу, которая, судя по всему, впервые увидела ростовщика и была так удивлена.

Впрочем, для первого раза видок у него и правда был тот еще.

Сильвия, отхлебнув чая, не заметила, как в следующее мгновение глаза Шейлы вдруг загорелись.

— В любом случае, Седрик эти деньги обратно ни за что не заберет, так что подумай хорошенько, чего бы тебе хотелось. Или просто накупи чего-нибудь стоящего. Хочешь, познакомлю тебя с хорошим художником? Инвестировать в картины — тоже неплохая идея.

— Я еще подумаю.

Шейла хихикнула.

— Ох, что-то я проголодалась. Наверное, слишком увлеклась шопингом. Одним тортиком сыт не будешь.

— Может, закажем что-нибудь существенное?

— Нет. Пойдем-ка отсюда. Если я накормлю тебя еще и ужином и приведу домой поздно, Седрик мне потом всю плешь проест.

При упоминании Седрика Шейла застенчиво улыбнулась и поднялась вместе с Сильвией.

Если они уйдут сейчас, то она будет дома раньше, чем Седрик вернется с работы.

Ужинать вместе стало их ежедневной традицией.

Выйдя из кафе, девушки направились к площади Букинистов, где их должен был ждать кучер.

Но вместо кучера их глазам предстал Седрик, стоящий в конце улицы.

— Седрик!

Заметив возлюбленного, Шейла радостно побежала к нему.

О боже, ну надо же так радоваться...

Сильвия с умилением смотрела в спину убегающей Шейлы, а затем бросила недовольный взгляд на ожидающего её Седрика.

«Ишь ты, даже до вечера потерпеть не смог, притащился».

Но в следующую секунду её прищуренные глаза удивленно распахнулись.

Седрик, обхватив Шейлу за талию, наклонился и впился в её губы поцелуем.

— Вот же сумасшедший...

Сильвия встретилась взглядом с Руфусом, стоявшим позади Седрика. Руфус едва заметно кивнул, всем своим видом показывая: «Понимаю вас как никто другой».

— Совсем с катушек слетел, средь бела дня лижутся.

Пробормотала Сильвия себе под нос. Честно говоря, она и представить не могла, что Седрик способен на такие обычные, романтические отношения.

Неспешным шагом Сильвия подошла к парочке, которая с нежностью смотрела друг на друга.

— Боишься, что украдут, раз сам за ней приехал?

— Я смотрю, остатки совести у тебя всё-таки есть.

В его словах сквозил явный намек: раз понимаешь, могла бы и перестать так часто её вытаскивать.

— Послушайте, господин директор. Я вообще-то просто провожу с ней время, пока вы на работе. Кто-то еще подумает, что вы видите во мне соперницу. Ты же прекрасно знаешь, что я стопроцентная гетеросексуалка.

— Как знать.

— Что?

Сильвия от возмущения потеряла дар речи.

— Шейла, ну скажи, он невыносим? — обратилась Сильвия к Шейле.

— Э-э? Я, я...

Шейла растерянно замялась, не зная, что сказать.

— Ох, ладно, проехали. Чего еще от тебя ожидать.

Сама дура, раз спрашиваю, видела же, как она к нему неслась.

— Я пойду, а вы тут воркуйте дальше.

— Будь осторожна по дороге.

Сухо распрощавшись с Сильвией, Седрик посмотрел на Шейлу и предложил:

— Если не устала, может, прогуляемся?

— С удовольствием.

***

Седрик повел Шейлу вверх по улице Веллингтон.

Заметив приметный ювелирный магазин, он завел туда Шейлу и купил ей комплект из ожерелья и серег.

Догадливый хозяин вынес из закромов украшения с голубыми бриллиантами высочайшего качества, которые невероятно шли Шейле.

Она была настолько прекрасна, что он каждый раз переживал, отпуская её на улицу, но при этом ему постоянно хотелось наряжать её всё больше и больше — и что это за парадокс?

Когда Седрик сегодня увидел Шейлу в этом голубом платье, он влюбился в неё заново. Настолько, что он, обычно такой сдержанный, не смог удержаться и поцеловал её прямо посреди улицы.

Шейле пришлось буквально оттаскивать Седрика, который был готов скупить все драгоценности в магазине.

— Этого более чем достаточно. Пойдемте скорее домой.

Поторапливаемый Шейлой, Седрик вышел с ней на улицу, и они направились к карете, припаркованной на площади.

Сев в экипаж, Шейла заговорила первой:

— Помните, утром вы сказали мне подумать о том, чем бы я хотела заняться?

— Придумала?

Седрик посмотрел на Шейлу, всем видом показывая: «Ну же, рассказывай».

— Да. На самом деле... есть кое-что, чем бы мне хотелось заняться, раз уж есть деньги.

— И что же это?

На вопрос Седрика глаза Шейлы загорелись:

— Ростовщичество.